Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава одиннадцатая. Наконец Лауре удалось расшифровать документ






Наконец Лауре удалось расшифровать документ! И ключ она нашла, кода стала читать текст вслух. Она читала и вдруг почувствовала, что часть слов связана ритмом и тем самым как бы отделяется от остальных. И тут же подумала, что ритм этот напоминает ровное звучание гомеровских гекзаметров. В памяти ожили первые строки «Илиады»: «Гнев, о богиня, воспой Ахиллеса». И в документе начальные слова звучали в том же ритме…

«Тайна великая, кладезь, что ею…»

Она еще раз переписала текст и подчеркнула те слова, что объединялись ритмом гомеровского стиха.

«Тайна великая, кладезь, что неведомой бедой свалился на наши головы, направляют мысль к тому, что ею сокрытый доныне гнев связан с нашей бедной душой. А коли вознесем молитву в храме, что в крепости древней запрятан, в Орлиной твердыне, люди скажут, что спасение в Большом кресте. А горе усилится во сто крат, и лишь крест сей, великий и ровный, пошлет нам избавление и в Малый послов приведет, отряженных владыкой, и все крестом этим осенят себя. И снова, а потом опять и опять. И последнее будет первым. Иначе и мыслью никто о подобном пути подумать не смеет. Опять же в народе говорят, что вход и ворота твердыни запрятаны так, что никто о них ничего не ведает и во веки веков не узнает. И даже тот грешник, с самым упорным старанием ищущий, их не отыщет, и лютого зверя тем более. Все тщетно, все суета сует. И все же найти в том месте можно. Лишь тайная запись в священном писании укажет путь. А сия запись находится в часослове, что вывел рукою Кристаке Зогряну, ставленный третьим у нас логофэтом в боярском совете. И только вера одна скажет, где вход наиглавный, да только тому из премудрых, что больше всего прощения заслужил. И небесная мудрость озарит того, что ключ обретет и ответ в словах потаенных».

Девушка в белом выписала подчеркнутые слова, расположила их ровными гекзаметрами и получила следующий текст:

Тайна великая, кладезь, что ею сокрытый доныне, в крепости древней запрятан, в Орлиной твердыне, в Большом кресте, и лишь крест сей великий и ровный в Малый послов приведет, отряженных владыкой. Иначе мыслью никто о подобном пути подумать не смеет. Вход и ворота твердыни запрятаны так, что никто, с самым упорным старанием ищущий, их не отыщет. Тайная запись, что вывел рукою Кристаке Зогряну, ставленный третьим у нас логофэтом в боярском совете, скажет, где вход наиглавный, да только тому из премудрых, кто ключ обретет и ответ в словах потаенных».

Она снова и снова пробегала глазами одиннадцать трехстопных строк. Затем. Мельком взглянув на оригинал, сложила все бумаги на койке и задумчиво зашагала по комнате. При всей немногословности строк древний текст прояснял весьма важные вещи. Прежде всего становилось понятным строение Замка двух крестов. Он был разделен на две части – на Большой и Малый кресты. В какой же части находится она теперь, а в какой – похитившие ее люди?

Если она находилась в Малом кресте, то текст раскрывал и вторую тайну: из этой части замка невозможно перейти в ту часть, где находились трое искателей. Если же она находилась в Большом кресте, то, по всей вероятности, ей предстояло найти бесценный клад и тайный ход, сообщающийся с другим крылом, через который смогли бы проникнуть послы, отряженные владыкой. А третья тайна, которую раскрывал документ, состояла в том, что самый главный вход скрывается где-то снаружи, в зарослях, и что только другой текст, составленный неким третьим логофэтом Кристаке Зогряну, содержит указание, где этот вход.

Девушка в белом попыталась восстановить в памяти план замка, но не смогла ничего припомнить такого, что подсказало бы ей, в каком крыле она находится. «Вход наиглавный»? Уж не тот ли вход, которым ввели ее в замок? То был хорошо замаскированный вход, и она знала, что никому до этих трех искателей не удавалось его обнаружить.

Занятая своими мыслями, Лаура вышла во внутренний двор. Она и не заметила, что Филипп обезглавил очередную гадюку и теперь сталкивал все еще извивающееся тело в какую-то ямку. Девушка думала о том, известно ли троим ее похитителям, что Орлиная крепость скрывает клад и тайные переходы. И ответила утвердительно, вернее, нашла достаточно тому доказательств. Несомненно поэтому они и обследовали все помещения. Но они не знали, в каком крыле находятся. Возможно, искали клад, а возможно, и тайный переход. Но мог ли существовать переход, который вел бы лишь в одно из крыльев?

Лаура представила себе самую простую форму перехода – дверь. Разве можно пользоваться дверью лишь в одном направлении? Если даже эта дверь находится в конце подземного перехода – разве нельзя использовать ее в обе стороны? Если только это слишком опасно или… нет, девушка никак не могла представить потайной вход, который можно использовать лишь в одном направлении… Но тут, пройдя мимо тяжелой железной двери, закрывавшей вход из внутреннего двора в коридора, она пришла к удивительно простому заключению.

- Филипп, – обратилась девушка к своему спутнику, – это же так просто! Погляди на эту дверь. Разве это не проход между двумя частями? Но открывается он только с одной внешней стороны, а не с нашей. Потому что заперта дверь снаружи. Теперь тебе понятно, Филипп?

Лаура теперь была уверена, что иного объяснения быть не может. Вход был постоянно заперт с одной стороны и был так искусно запрятан, что «мыслью никто о подобном пути подумать не смеет». Разве она в своей комнате и те трое в своем крыле недостаточно искали потайной вход? Но может ли она быть уверена, что те трое так и не нашли входа? Входа или выхода? В голове все смешалось. В самом деле, там вход или выход? Девушка попыталась разобраться в этом… Как его ни называй, а он должен быть где-то здесь, в замке. Но где? Во дворе? А вдруг он и впрямь во дворе? Ведь об этом, наверное, никто до сих пор не подумал!

Она оглядела двор, высокие стены. Они были изъедены дождями и бурями, поросли мхом. Кроме ступенек, что вели к зубцам, там, казалось, не было ничего таинственного. А пол был из прочного известняка. Нет, во дворе ничего нет! Да и быть не должно, конечно, решила про себя Лаура. Это бы не вязалось со строгим и величественным обликом замка, нарушило бы всю симметрию.

А вдруг потайной вход находится в ее комнате?

- Филипп! – позвала она друга и побежала в беломраморную залу.

Первое, что бросилось ей в глаза, был убогий, нищенский вид постели. Ни одной из бумаг, оставленных на койке, уже не было. Текст, расшифрованный вариант, копия – все исчезло, словно провалилось сквозь землю…

…Лучия, сохраняя точную последовательность событий, подробно рассказала Виктору все, что произошло со времени его отъезда в Австрию. Выслушав ее рассказ, Дан заметил:

- Ты просто гений, Лучия, так здорово все изложила. Но одну подробность ты упустила.

- Какую? – удивилась Лучия.

- Что именно я в своем глупом восторге повел вас ошибочным путем, будь он неладен, этот третилогофэт…

- Наверно, я поступил бы так же, – успокоил его Виктор. – Тут столько совпадений: название, место, где вы нашли грамоту, развалины… Нет, Дан, ты ни в чем не виноват. Лучше скажите, есть ли вести от Тика?

Вопрос Виктора застал чирешаров врасплох. Они вдруг почувствовали себя очень неловко.

- По словам Лучи, я понял, – продолжал Виктор, – что Тик отправился по следам письма, не зная точно, где вы будете находиться, или думая, что вы будете в городе.

- Верно, – признал Урсу. – В день, когда мы выехали, я ему сказал, что еще до вечера вернемся в город.

- Где же он может быть? – спросила Мария.

- Где же, как не в тех местах, где блуждал сверток? Кто знает, куда занесло Тика. И сколько телеграмм от него ждет нас дома?

- Почему телеграмм?

- Потому что если бы он вернулся, он бы приехал сюда. Ведь так или иначе, но он должен был держать нас в курсе своих поисков. Уж одну-то телеграмму он, по крайней мере, послал нам, это точно. А тревожиться нет никаких оснований: Тик сообразительный, расторопный малый.

- Почему же она так задерживается? – спросил Дан.

- Тут может быть только одно объяснение: сверток шел очень сложным путем.

- Ты хочешь сказать – очень длинным?

- Нет, именно запутанным. Будь этот путь просто длинным – допустим, шофер сказал ему, что получил сверток за сто километров от нашего города, то как поступил бы Тик? Он немедленно оповестил бы вас о своем открытии и попросил бы помочь ему.

- Мне все равно непонятно, – признался Урсу.

- Мне думается, сверток этот прошел через много рук, – пояснил Виктор. – Даже очень много. Скорее всего, его передавали из села в село. Поэтому Тик и запаздывает. Натыкаясь всякий раз на нового письмоносца, он думает, что тот последний. И идет все дальше и дальше, не думая, какие проходит расстояния.

- Значит, ты уверен, что письмо не обманывает нас? – спросила Лучия.

- Конечно, как уверен и в существовании замка. В этом, как мне кажется, никто из вас не сомневается.

- А почему бы девушке в белом и не подшутить над нами? Она знает, что мы любопытны и готовы действовать…

- Слишком много данных опровергает возможность розыгрыша, – ответил Виктор. – Первое – исчезновение девушки. Это истина, притом жестокая. Такая умная и воспитанная девушка не покидает бабушку только ради того, чтобы сыграть с нами шутку…

- Я тоже так думаю, – заметил Дан.

- Да и потом, – продолжал Виктор, – устраивая розыгрыш, обычно стремишься подшутить над другими, а не выставлять себя на посмешище.

- Что ты этим хочешь сказать? – спросила Мария.

- Ты сама мне говорила, да и тон письма это подтверждает, что Замок двух крестов был ее мечтой. А смогла бы ты, Мария, шутки ради, пусть даже ради самой остроумной, обнародовать свою мечту и сделать ее предметом зубоскальства?

- Нет, – призналась Мария. – Ты прав.

- И еще одно обстоятельство, и немаловажное: сама нить передач этого свертка. Слишком она запутана, чтобы быть придуманной. Если ты решил разыграть кого-нибудь, то первое дело – сделаешь так, чтобы письмо быстро и точно дошло до адресата. Можешь даже рискнуть передать его собственноручно, лишь бы точно знать, что оно попало в точку и ты можешь продолжать свою игру. А тут ясно, что сверток был случайно найден, стало быть, брошен откуда-то либо первоначально передан человеку, который… как бы это лучше выразиться, не понял положения девушки или не захотел понять его, – и это мне кажется очень странным.

- Значит, ты думаешь, что она пленница замка? – допытывалась Лучия.

- Как бы тебе сказать, Лучия. Думаю, что да, но все же одна вещь вызывает у меня сомнение.

- Какая же? – спросила Мария.

- Тон письма. Он что-то слишком настойчивый, уверенный. Она же не какая-то восторженная девица. Я еще не могу понять ее до конца. Я ее совсем не знаю. Впрочем, никто из нас ее не знает. Только Мария обменялась с ней несколькими словами. Но и Мария…

- Погоди, Виктор, – прервала его Мария. – Тут есть одно печальное обстоятельство. Я забыла тебе сказать, то есть не успела сказать… Лаура болела менингитом…

От этого сообщения Вектор невольно вздрогнул.

- В таком случае… дело меняется. Все либо безумный бред, либо истина. Все, что написала девушка. А так как первая гипотеза отпадает, выходит, что все содержание письма – правда. Девушка действительно в плену. Но что-то удерживает ее от отчаяния. Что же именно? Она не осознает всей опасности? Или постоянно грезит по той причине, о которой сказала нам Мария? Я уверен, что рассказ о заточении – самая правдивая часть письма. Но почему она недооценивает такую серьезную опасность?

- В таком случае, – сказал Урсу, – выходит, что мы здорово опоздали.

Виктор уклонился от прямого ответа:

- Надо действовать быстро. А мы, как видите, должны сидеть и ждать…

- Все же у нас есть два выхода, – заметила Лучия. – Во-первых, Тик, возможно, что-нибудь да разузнает.

- А второй выход? – спросил Виктор.

- Ты разгадаешь содержание грамоты.

- После первого чтения она показалась мне ужасно сложной.

- Ничего, прочтешь, и еще не раз, – утешил его Дан.

- С каждым разом она будет казаться все сложнее! – рассмеялся Виктор. – Будто ты не знаешь, что так всегда бывает в романах, где попадаются зашифрованные тексты.

- Наш текст, к счастью или на беду, существует на самом деле.

- И полностью оправдывает надежды авторов… Но мы не имеем права уходить отсюда, пока не будем уверены, что осмотрели всё. Надо использовать любую возможность.

- Думается, что здесь нет ни камушка, ни клочка травы, которые мы не осмотрели бы, – торопливо заметил Дан.

- Уверенным можно быть только в том случае, если снять метровый слой с этой горы и обнажить всю местность, – сказала Лучия.

- А твое мнение, Урсу? – спросил Виктор.

Тот подумал, снова взвесил все в уме, потом ответил мрачно, но уверенно:

- Здесь ничего нет.

- Ты думаешь или ты уверен в этом?

- Уверен!

- В таком случае, я спокоен, Урсу, – весело заявил Виктор. – Стало быть, в Вултурешть нет больше тайн. Мне кажется, нам надо поторопиться…

Все вздохнули с облегчением. Пора сомнений и бесцельных поисков миновала. Теперь у них был опытный вожак.

- Значит, едем немедленно? – спросила Мария.

- Хорошо бы, но шофер сказал, что автобус будет только вечером. Так что… время можно использовать с толком.

- Ты хочешь… – Лучия словно боялась договорить.

- Да! Давайте внимательно изучим грамоту. Кто может дать мне копию?

Мария протянула ему копию, и Виктор вслух стал читать древний текст, хорошо знакомый всем остальным.

 

Тик не сомневался, что сверток Гытлану передал шойменский учитель Папуча. На полпути в Шоймень он сделал привал в тени шелковицы и, достав из сумки припасы, положенные старой Парушоаей, сытно поел.

Мальчуган понимал, что приближается к Замку девушки в белом и все явственнее ощущал, что она в большой опасности. Но что он один мог поделать? Он решил, что после разговора с шойменским учителем тут же даст еще одну телеграмму чирешарам. Правда, он уже не раз полагал, что человек, которого он ищет, окажется последним в длинной цепи, но всякий раз ошибался. Он тщательно продумал свой разговор с учителем и снова двинулся в путь. До села оставалось не более километра, когда он заметил на обочине сверстника, который обшаривал кусты, собирая терновые ягоды.

- Слушай, заморыш, – крикнул Тик, – дом учителя Папучи далеко отсюда?

Услышав такое обращение, парнишка забыл о ягодах и решительно вышел навстречу обидчику. Смерив его взглядом, он произнес почти презрительно:

- Ты что думаешь, малявка, если при тебе эта псина, так ты тут можешь воображать? Да я с такими, как ты, одной рукой управляюсь!

Когда «заморыш» вышел из кустов, Тик понял, что ошибся. Разгневанный парнишка был повыше его ростом, а силы и смелости, по всему видно, ему не занимать.

Он попытался решить дело добром, но вовсе не потому, что испугался.

- Ну ладно, давай мировую. Вот тебе рука.

- Не уж, кривоножка, сперва посмотрим, кто кого. Или струхнул?

Такого оскорбления Тик не мог вынести:

- Смотри, только потом не жалуйся матери или сестре…

- На кулачках или борьба? – спросил паренек.

- Сам выбирай, все равно получишь взбучку.

- Ничего, посмотрим, что ты запоешь, когда положу тебя на обе лопатки…

- Значит, борьба? – переспросил Тик.

- Именно.

Усталый, покрытый пылью путник сбросил рюкзак на землю. Прежде чем начать борьбу, он спросил противника:

- А как насчет приемов? Захватов? Подножек?

- Все можно.

- Есть. Кто первый коснется лопатками земли, тот проиграл.

- Давай!

- Ну давай!

И тут же, схватив друг друга в охапку, они стали барахтаться на дороге к великому удивлению Цомби, который никак не мог взять в толк, как это можно драться, даже не поссорившись. Уже в начале схватки Тик понял, что имеет дело с противником сильным и ловким. Победить его можно только хитростью… тем более, что времени было в обрез. Но и противник знал немало хитростей. Исход схватки решился в тот момент, когда наш мирный путешественник припомнил несколько безошибочных приемов, который преподал ему Урсу. Сложность была только в том, что Тику хотелось прибегнуть к наиболее эффектному. Он внезапно опустился на колени, потянул за собой противника и, обвив его руками, перекинул через голову. Мгновение спустя Тик прижал паренька к земле. Потом наш герой вскочил и сказал онемевшему от удивления противнику:

- Все, ты побежден.

- Еще раз! – попросил мальчик, пожав руку Тику. – Посмотрим, удастся ли тебе во второй раз эта хитрость.

Но Тику не захотелось повторять прием, он использовал новый: обхватив противника, он кинул его на плечо, потом стал вертеться на месте, пока у того не закружилась голова. Тогда он легонько опустил его на землю.

- Еще хочешь? – спросил победитель.

- Хочу, – сухо ответил паренек и снова протянул Тику руку.

- Но теперь я не хочу: тороплюсь.

- Но ты должен меня научить этим приемам. А отцу я все равно скажу…

- Ишь какой! А еще обещал…

- Я скажу ему, как ловко ты меня уложил. Вот увидишь, он пожмет тебе руку.

Тику пришлось показать новому знакомому еще несколько приемов.

- Все. Теперь никто в деревне мне не страшен. Ну и хитер же ты! Пойдем вместе. А на что тебе Папуча?

Тику паренек явно понравился. Он и дрался честно, и поражение свое встретил как подобает. Но уж не настолько он ему приглянулся, чтобы разоткровенничаться до конца.

- Хочу попросить его помочь решить задачу…

- Ага. А ты откуда?

- А ты?

Слово за слово – вскоре они уже были друзьями. Тик в утешение все же открыл новому приятелю, который назвался Траяном, один секрет: приехал он сюда, чтобы выяснить, нельзя ли устроить в Шоймень экскурсию.

- А почему ты не приехал местным поездом? – спросил паренек.

- Я доехал до самой Колцуну на попутной, – ответил Тик. – Почти совсем новая машина, вот я и покатался вволю.

- Понятно. А знаешь, какие интересные экскурсии можно устроить по нашим местам? Ха! Люди просто не знают. Тут есть такие глухие места, куда нога человека еще не ступала!

- Правда? А почему?

- Там жуткие пропасти… А теперь я открою тебе самый большой секрет: тут и разбойники промышляют…

- Ну, это ты уж загнул.

- Я правду говорю. Мой батя тут участковый. Я подслушал, как он говорил, что наверху, в Бразь, появилась банда разбойников.

- Все равно не верю, – подстрекал его Тик, крайне взволнованный услышанным.

- Что ж ты думаешь, он зря каждый день поднимается в горы с военным патрулем? Это я тебе говорю!.. А когда же ты вернешься в город? Поезд-то уже ушел…

- Может, опять на попутной…

- Знаешь что? Айда ко мне спать! Батя знаешь как обрадуется тебе, когда узнает, что ты положил меня на обе лопатки! Он всегда говорит мне: «Смотри, в обиду не давай себя! А уж оказался кто ловчее тебя, уважай его!»

- Хорошо, приду. Только сперва покажи, где живет Папуча.

- Он живет по соседству с нами. Пока он решит твою задачу, я поговорю с мамой.

Сын участкового показал Тику дом учителя и побежал домой. Тик постучал в ворота и, увидев хозяина, сказал просительно:

- Господин учитель, не найдется ли у вас время помочь мне решить одну задачу?

Учитель, высокий, сухощавый человек с подслеповатыми глазами, недоверчиво взглянул на просителя:

- А на что тебе летом задачи?

- У меня переэкзаменовка и уйма за…

- Ага, – понял Папуча. – Входи. Давай свою задачу.

- Это задача с эстафетой. Десять человек передают друг другу сверток на протяжении пятидесяти километров…

- Велика сложность! Каждый нес его пять километров.

- Да нет, – сказал Тик, – один из них выпил и проделал путь в два раза медленнее.

- Вот оно что! А еще?

- Другой хромает и потратил на свой путь в три раза больше времени. Третий теряет пакет на полдороге и, только дойдя до места, обнаруживает это, возвращается, находит и привозит его.

- А в чем суть задачи?

- В котором часу получил пакет первый?

- А! Так это же проще простого! В пять часов и пять минут.

- Как же вы быстро подсчитали!

- Я так думаю.

- Да, но знаете, время, когда он получил пакет…

- Я так думаю, и все! Было пять минут, в крайнем случае десять минут шестого.

- Но я же не сказал вам еще других условий задачи… Сколько потратил времени каждый, на сколько опоздал тот, который…

- Ну и что! А я утверждаю: было пять минут шестого. Наука познается на опыте, любезный! Я сам получил такой пакет несколько дней тому назад от крестьянина, зовут его Епуре и живет он в Бразь. Это случилось в пять часов или в десять минут шестого. Почему же и в твоей задаче это не может произойти в то же самое время? К чему еще подсчеты?

Все было так бессмысленно и в то же время так удачно, что Тик был готов расцеловать преподавателя. Он и надеяться не смел, что сможет так просто узнать ответ, который так его мучил. Заметив, что Траян ждет у ворот, Тик почтительно попрощался с учителем:

- Большое спасибо. Прямо гора с плеч…

Польщенный учитель ответил снисходительно:

- А будут еще сложности, наведайся. Только не приходи с пустяками!

Оказавшись на почтительном расстоянии от ворот учителя, Тик спросил Траяна:

- Пойдешь со мной на почту? Хочу отбить друзьям телеграмму, пусть немедленно приезжают, тут у вас во какие места!

И оба поспешили в почтовое отделение.

 

 

Чирешары давно сложили вещи и собрались на обочине шоссейной дороги в ожидании автобуса или другого попутного транспорта. Но так как на дороге не видно было движения, они уселись в кружок на траве и снова заговорили о древней грамоте радного логофэта Кристаке Зогряну.

Виктор говорил тихо, ни к кому не обращаясь:

- Что мы конкретно узнали, прочитав этот документ? Ровным счетом ничего. Ни на одно имя невозможно в нем опереться. Только во вступлении еще кое-что содержится, словно приманка. А в документе? Чем больше я читаю его, тем больше у меня голова раскалывается.

- Ага! – удовлетворенно протянул Дан. – А мне хочется выть от злости. Знать бы, где находится могила третилогофэта, я бы…

- Могила, скорее всего, в селе Зогрень, – сказал наобум Виктор.

- В Зогрень? – удивилась Мария. – Ты думаешь, село названо по имени логофэта?

- Так было во многих селах… Но оставим это, тут нет ничего, что могло бы помочь разгадать тайну. Где следует применить все указания документа, вот в чем загвоздка.

- А ты в самом деле уверен, что это следует сделать? – спросила с деланным равнодушием Лучия.

- Разумеется. Иначе какой же от них толк?

- Как же тогда объяснить это беспорядочное нагромождение стольких данных? Одни конкретны, другие очень таинственны. Каша такая, что ничего не поймешь.

- А я по-прежнему считаю, – вставил Дан, – что некоторые факты приводятся нарочно, чтобы сбить со следа искателей. И этот летописный стиль тоже.

- Надо найти ключ и отобрать нужные предложения, а ненужное отбросить.

- Какой ключ? – спросил Урсу. – Перед каждым предложением «затем», «а затем». Опусти он хоть раз это слово, и то мы бы знали, что предложение лишнее, как, например, последнее с этим «ничего». Впрочем, почему понадобилось сказать столько раз слово «ничего»? Разве одного раза не достаточно?

Виктор взглянул на него с некоторым удивлением. Именно этот вопрос не давал и ему покоя. Он тоже заметил обилие этих «затем» и повторение слова «ничего».

- Да, почему? – спросил он.

- А эти заповеди… – продолжал Дан.

- И еще надо придумать новые, – напомнила Мария.

- И святой четверг, и лес, заросший бузиной, и три пасхальных дня, и великие истины про десять заповедей и еще одну, да про восьмые ворота… – сердито заметила Лучия. – Хаос, бессмыслица!

- И все-таки смысл есть, – упорствовал Виктор.

- Да? Ты уже уловил его? – радостно вскинулся Дан.

- Нет, – ответил печально Виктор. – Если бы я смог… Но смысл должен быть, и очень даже точный.

- В такой бессмыслице? – укоризненно сказала Лучия.

- В такой бессмыслице, – подтвердил Виктор, и в голосе его было восхищение.

- А я уж и не надеюсь дождаться того часа, когда в этой путанице фраз откроется какой-то смысл. Я все больше и больше убеждаюсь, что это невозможно.

Это сказал Дан. Не сердито, а спокойно и уверенно.

- Давайте начнем с конца, – предложила Мария. – Со слова «ничего».

- И тут же наткнемся на «конец всех концов»! – раздраженно вставила Лучия.

- А разве это не означает, что тут где-то есть своя логика? – спросил Виктор.

Но Лучию не так просто было убедить.

- Тогда скажи мне, пожалуйста, какая логика в этом предложении: «отвори седьмой замок и ты увидишь саженцы в глубине двора». Ну что, скажи!

- Нет, не скажу, – признался Виктор. Но все же какая-то логика тут есть.

- Или в другом, – продолжала Лучия. – «Затем тебе поможет первое путешествие и не совсем последнее». Что это за «первое путешествие» и, главное, «не совсем последнее»?

- Не знаю! Откуда мне знать?

- Или еще: «затем вознеси молитву всевышнему и ищи не дальше второй ели…»

- Лучия, в конце концов, текст должен иметь свой смысл. Мы просто не знаем ключа, в этом все дело. Был бы ключ, все было бы очень просто.

Дану пришла неожиданная идея:

- А почему господарь велел убить логофэта?

- Чтобы никто не смог узнать тайну, – ответила Мария.

- А вдруг его убили потому, что ему не удалось зашифровать документ, или потому, что он посмеялся над «высочайшим повелением», написав эту галиматью? Я говорю серьезно, клянусь честью.

- Тогда не старались бы скрыть документ, да еще так тщательно, – умерил его пыл Виктор. – Его бы тотчас разорвали на клочки, верно?

- Верно. И все же… есть и другой вариант. Что, если этот документ – фальшивка и его нарочно подсунули в тайник, а подлинный документ…

- Это вполне возможно… – согласился Виктор, подумав. – Но мы не можем принять эту гипотезу, пока не нашли подлинного документа или пока не убедились окончательно, что имеющийся у нас текст абсолютно бессмыслен и составлен только ради обмана.

- По-моему, последняя гипотеза оказалась или окажется единственно верной, – настаивал Дан.

- Нет, я так не думаю, – сказал Виктор. – Столь искусная западня должна содержать некоторые указания для тех, кто в нее попался, чтобы «увести» их, как выразился бы Тик.

- И я того же мнения! – воскликнула сестра.

Лучия тоже объявила, что не может принять всерьез гипотезу Дана, хотя на первый взгляд документ и кажется бессмысленным.

- Я думаю, мы просто еще не использовали всех возможностей, чтобы разгадать документ. В этом главное.

Урсу придерживался мнения Виктора.

- И вот еще что, – продолжал Виктор. – Точно ли переписали грамоту? Ничего не пропустили?

- Ничего, – уверила его Лучия. – А почему бы тебе самому не посмотреть оригинал?

Она достала из рюкзака толстую папку, открыла ее и протянула Виктору два пожелтевших от времени листа. Виктор взял их и сосредоточенно стал читать. Он неплохо знал кириллицу. Прочитав документ раз, другой, он сказал:

- Вы действительно ничего не пропустили, я помню его уже наизусть. Хотя стойте! Где-то все же вы допустили промашку. Вы не во всем соблюдали порядок предложений оригинала. Надо было в точности переписать оригинал. Давайте сделаем это, до прихода автобуса еще есть время.

- Волынка какая-то! – воспротивился Дан. – Вроде бы уже мы покончили с этим, и вот нате…

Мария гневно уставилась на него:

- Никто тебя не неволит. Скажи прямо, что лень.

- Чепуха! Дело не в этом, просто зло берет. Сколько бились над этими бумажками. Я уже смотреть не могу на них…

Хотя в душе Лучия не придавала особого значения порядку предложений, она переписала страницу текста в точном соответствии с оригиналом, а Виктор то же самое проделал и со второй страницей.

Текст теперь выглядел так:

 


«Я, логофэт Кристаке Зогряну, тень покорная великого светлого князя «Сперва с какого конца ни начнешь, все одно узнаешь;
По получении высочайшего повеления из уст владыки нашего, затем путь ведет в крепость, именуемую Орлиной, а в ней вряд ли найдешь,
что по примеру могучего дуба, древа верного и не кривого, затем из десяти заповедей отбери пятую и десятую,
милостью своей охраняет пределы страны, трудился в поте лица здесь в затем прошагай вспять несколько саженей, вернее, пять,
Шоймень, в княжеском дворце, и не раз сон заставал меня на заре, затем споро шагни вперед, после чего опять дважды остановись,
покуда не запечатлел в нераскрываемых словах тайну Орлиной крепости, затем отдохни, понеже вдоволь натрудился да и путь небезопасный,
именуемой иными Замком двух крестов. Сама природа охраняет твердыню, что – люди говорят – да и под низом ничего кроме пустоты,
строилась при свете месяца давно в княжение живого в памяти восьмого затем дерзни в путь со всеми евангелиями и придумай еще одну заповедь,
Мушатина и что никто ныне не укажет к ней путь. затем шаги твои измерят восемь без одного и девять и один,
Как о том говорят, за ней первой честь и долг укрыть затем поможет тебе первое путешествие и не совсем последнее,
в лихую годину сокровища, ставшие славе нашей вершиной, затем с трудом доберешься до самой околицы села,
а также княжьих отпрысков, у ног коих прекло затем оставишь околицу и в последних дворах посиди в тени стрехи,
няем мы все колени. В тени кремневой скалы стрела, затем стой на месте все три пасхальные дни,
неприятелем пущенная в нас, не страшна. Так князь оберегает нас затем после прыжка упрись ногой в землю и еще одно движение,
в лихие времена от беды, словно солнце живительное. затем с бережением считай ступеньки, однако не на последней остановись,
И труд мой был не напрасен, ибо не ведаю, отыщется ли затем пробьешься, коли приступишь в неведомый день,
во всем ведомом мне мире среди ведомых и неведомых людей затем вольготно бреди по лесу, заросшему бузиной,
светлый ум, коий найдет ключ к тайне, а стало быть, затем остановись у источника и в святой четверг займись сложением,
и вход в твердыню. Тот, чей путь ведет не вниз, затем вознеси молитву всевышнему и ищи, но только не дальше второй и еще седьмой, восьмой, десятой ели,
а вверх, может знать в равной мере и путь и место крепости. затем стучи во вторые, шестые, седьмые и восьмые ворота,
Ведома тайна и мне, но я затем забуду ее, понеже князь сказал, затем отвори седьмой замок и увидишь саженцы в глубине двора,
что только забвение прямо ведет к тихой бескровной смерти в старости затем подойди с опаской к четвертой ступени, и еще к одной,
и отпрыски мои смогут остерегаться беды и избежать княжьего гнева, затем сложить положено первую, пятую и шестую,
не навлекут на себя кары, что злодея ждет у каждого порога. затем достигнешь трех концов и конца всех концов,
А писал я, радный третилогофэт Кристаке Зогряну, ибо ничего
сию тайную грамоту во второе княжение светлого господаря уже нет,
Мойсея Мовилэ ничего,
на сорок первом году моей жизни, коий ничего,
божьим изволением последним не будет». ничего.
   
«РАДНЫЙ ЛОГОФЭТ КРИСТАКЕ ЗОГРЯНУ ПРЕСТАВИЛСЯ В ШЕСТОМ МЕСЯЦЕ ЛЕТА 7141 ОТ СОТВОРЕНИЯ МИРА. А КАКУЮ ПРИНЯЛ КОНЧИНУ, СКАЗАТЬ НЕВОЗМОЖНО».

- Ну вот теперь можно сказать, что перед нами подлинный вариант документа, – довольно заметил Виктор. – Остается один вопрос: не утеряно ли, вернее, не утеряли ли вы какой-нибудь страницы.

- Мы? – оскорбился Дан. – Пылинки и то не потеряли. Возможно, какая-нибудь страница отсутствовала с самого начала, когда замуровывали документ.

- Нет, пожалуй, – возразил Виктор. – На документе печать, она удостоверяет, что ничего не утеряно.

- Где ты увидел печать? – спросила Мария.

- Фраза о гибели третилогофэта так написана, что производит впечатление печати. Если бы грамота состояла из трех страниц, то и надпись растянулась бы на все три. Не кажется ли вам, что это как бы удостоверяет подлинность документа?

С Виктором все согласились.

- Так ты уверен, что в наших руках полностью весь документ? – сказала Лучия.

- Да, в этом я уверен. Полный текст документа в наших руках. Но где ключ к нему?

- А вот и автобус, – сообщил Дан. – Может, он подскажет ключ…

Действительно, вдали показался автобус.

- Урсу, может, поедешь ко мне? – спросил Виктор. – Отец уехал, так что мы могли бы спокойно заняться документом. Я все равно не усну, пока не разберусь в нем, пусть хоть целый месяц придется не спать.

Урсу молча кивнул.

Всю дорогу до города чирешары ломали головы над таинственной грамотой.

Где же ключ?

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.034 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал