Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






ГЛАВА VI. ЗАКЛЮЧЕНИЕ




Всех нас предупредили, что в четверг мы будем вызваны в суд; но когданаступил четверг, оказалось, что наши показания уже не понадобятся -Джефферсона Хоупа призвал к себе Высший Судия, чтобы вынести ему свойстрогий и справедливый приговор. Ночью после ареста его аневризма лопнула,и наутро его нашли на полу тюремной камеры с блаженной улыбкой на лице,словно, умирая, он думал о том, что прожил жизнь не зря и хорошо сделалсвое дело. - Грегсон и Лестрейд, наверное, рвут на себе волосы, - сказал Холмсвечером, когда мы обсуждали это событие. - Он умер, и пропали все ихнадежды на шумную рекламу. - По-моему, они мало что сделали для поимки преступника, - заметил я. - В этом мире неважно, сколько вы сделали, - с горечью произнесХолмс. - Самое главное - суметь убедить людей, что вы сделали много. Новсе равно, - продолжал он после паузы, уже веселее, - я ни за что неотказался бы от этого расследования. Я не помню более интересного дела. Икак оно ни просто, все же в нем было немало поучительного. - Просто?! - воскликнул я. Холмса рассмешило мое изумление. - Разумеется, его никак нельзя назвать сложным, - сказал он. - И вотвам доказательство - за три дня я без всякой помощи и только посредствомсамых обыкновенных умозаключений сумел установить личность преступника. - Это верно! - Я уже как-то говорил вам, что необычное - скорее помощь, чем помехав нашем деле. При решении подобных задач очень важно уметь рассуждатьретроспективно. Это чрезвычайно ценная способность, и ее нетрудно развить,но теперь почему-то мало этим занимаются. В повседневной жизни гораздополезнее думать наперед, поэтому рассуждения обратным ходом сейчас не впочете. Из пятидесяти человек лишь один умеет рассуждать аналитически,остальные же мыслят только синтетически. - Должен признаться, я вас не совсем понимаю. - Я так и думал. Попробую объяснить это понятнее. Большинство людей,если вы перечислите им все факты один за другим, предскажут вам результат.Они могут мысленно сопоставить факты и сделать вывод, что должно произойтито-то. Но лишь немногие, узнав результат, способны проделать умственнуюработу, которая дает возможность проследить, какие же причины привели кэтому результату. Вот эту способность я называю ретроспективными, илианалитическими, рассуждениями. - Понимаю, - сказал я. - Этот случай был именно таким - мы знали результат и должны былисами найти все, что к нему привело. Я попытаюсь показать вам различныестадии моих рассуждений. Начнем с самого начала. Вам известно, что я, невнушая себе заранее никаких идей, подошел к дому пешком. Естественно, япрежде всего исследовал мостовую и, как я уже говорил вам, обнаружилотчетливые следы колес, а из расспросов выяснилось, что кэб мог подъехатьсюда только ночью. По небольшому расстоянию между колесами я убедился, чтоэто был наемный кэб, а не частный экипаж - обыкновенный лондонский кэбгораздо уже господской коляски. Это было, так сказать, первое звено, Затем я медленно пошел черезпалисадник по дорожке; она была глинистая, то есть такая, на которойособенно заметно отпечатываются следы. Вам, конечно, эта дорожкапредставлялась просто полоской истоптанной грязи, но для моегонатренированного глаза имела значение каждая отметина на ее поверхности. Всыскном деле нет ничего важнее, чем искусство читать следы, хотя именноему у нас почти не уделяют внимания. К счастью, я много занимался этим, иблагодаря долгой практике умение распознавать следы стало моей второйнатурой. Я увидел глубоко вдавленные следы констеблей, но разглядел иследы двух человек, проходивших по садику до того, как явилась полиция.Определить, что эти двое проходили раньше, было нетрудно: кое-где их следыбыли совершенно затоптаны констеблями. Так появилось второе звено. Я ужезнал, что ночью сюда приехали двое - один, судя по ширине его шага, оченьвысокого роста, а второй был щегольски одет: об этом свидетельствовалиизящные очертания его узких подошв. Когда я вошел в дом, мои выводы подтвердились. Передо мной лежалчеловек в щегольских ботинках. Значит, если это было убийством, то убийцадолжен быть высокого роста. На мертвом не оказалось ран, но по ужасу,застывшему на его лице, я убедился, что он предвидел свою участь. У людей,внезапно умерших от разрыва сердца или от других болезней, не бывает ужасана лице. Понюхав губы мертвого, я почувствовал чуть кисловатый запах ипонял, что его заставили принять яд. Это подтверждалось еще и выражениемненависти и страха на его лице. Я убедился в этом с помощью методаисключения - известные мне факты не укладывались ни в какую другуюгипотезу. Не воображайте, что тут произошло нечто неслыханное.Насильственное отравление ядом вовсе не новость в уголовной хронике.Каждый токсиколог тотчас вспомнил бы дело Дольского в Одессе или Летюрье вМонпелье. Теперь передо мной встал главный вопрос: каковы мотивы преступления?Явно не грабеж: все, что имел убитый, осталось при нем. Быть может, этополитическое убийство или тут замешана женщина? Я склонялся скорее ковторому предположению. Политические убийцы, сделав свое дело, стремятсякак можно скорее скрыться. Это убийство, наоборот, было совершено безспешки, следы преступника видны по всей комнате, значит, он пробыл тамдовольно долго. Причины, по-видимому, были частного, а не политическогохарактера и требовали обдуманной, жестокой мести. Когда на стене былаобнаружена надпись, я еще больше утвердился в своем мнении. Надпись быласделана для отвода глаз. Когда же нашли кольцо, вопрос для меня былокончательно решен. Ясно, что убийца хотел напомнить своей жертве окакой-то умершей или находящейся где-то далеко женщине. Тут-то я испросилГрегсона, не поинтересовался ли он, посылая телеграмму в Кливленд,каким-либо особым обстоятельством в жизни Дреббера. Как вы помните, онответил отрицательно. Затем я принялся тщательно исследовать комнату, нашел подтверждениемоих догадок о росте убийцы, а заодно узнал о трихинопольской сигаре и одлине его ногтей. Так как следов борьбы не оказалось, я заключил, что уубийцы от волнения хлынула из носа кровь. Кровяные пятна на полу совпадалис его шагами. Редко бывает, чтобы у человека шла носом кровь от сильныхэмоций - разве только он очень полнокровен, поэтому я рискнул сказать, чтопреступник, вероятно, краснолицый. События доказали, что я рассуждалправильно. Выйдя из дома, я прежде всего исправил промах Грегсона. Я отправилтелеграмму начальнику кливлендской полиции с просьбой сообщить факты,относящиеся к браку Еноха Дреббера. Ответ был исчерпывающим. Я узнал, чтоДреббер уже просил у закона защиты от своего старого соперника, некоегоДжефферсона Хоупа, и что этот Хоуп сейчас находится в Европе. Теперь ключк тайне был в моих руках - оставалось только поймать убийцу. Я уже решил про себя, что человек, вошедший в дом вместе с Дреббером,был не кто иной, как кэбмен. Следы говорили о том, что лошадь бродила помостовой, чего не могло быть, если бы за ней кто-то присматривал. Где же,спрашивается, был кэбмен, если не в доме? К тому же нелепо предполагать,будто человек в здравом уме станет совершать задуманное преступление наглазах третьего лица, которое наверняка его выдало бы. И, наконец,представим себе, что человек хочет выследить кого-то в Лондоне - можно липридумать что-либо лучше, чем сделаться кэбменом? Все эти соображенияпривели меня к выводу, что Джефферсона Хоупа надо искать среди столичныхкэбменов. Но если он кэбмен, вряд ли он бросил бы сейчас это занятие, рассуждаля. Наоборот, с его точки зрения, внезапная перемена ремесла привлекла бы кнему внимание. Вернее всего, он какое-то время еще будет заниматься своимделом. И вряд ли он живет под другим именем. Зачем ему менять свое имя встране, где его никто не знает? Поэтому я составил из уличных мальчишекотряд сыскной полиции и гонял их по всем конторам наемных кэбов, пока онине разыскали нужного мне человека. Как они его доставили и как быстро яэтим воспользовался, вы знаете. Убийство Стэнджерсона было для меня полнойнеожиданностью, но, во всяком случае, я не смог бы его предотвратить. Врезультате, как вам известно, я получил пилюли, в существовании которых несомневался. Вот видите, все расследование представляет собою цепьнепрерывных и безошибочных логических заключений. - Просто чудеса! - воскликнул я. - Ваши заслуги должны быть признаныпублично. Вам нужно написать статью об этом деле. Если вы не напишите, этосделаю я! - Делайте что хотите, доктор, - ответил Холмс. - Но сначалапрочтите-ка вот это. Он протянул мне свежую газету "Эхо". Статейка, на которую он указал,была посвящена делу Джефферсона Хоупа. "Публика лишилась возможности испытать острые ощущения, - говорилосьв ней, - из-за скоропостижной смерти некоего Хоупа, обвинявшегося вубийстве мистера Еноха Дреббера и мистера Джозефа Стэнджерсона. Теперь,наверное, нам никогда не удастся узнать все подробности этого дела, хотямы располагаем сведениями из авторитетных источников, что преступлениесовершено на почве старинной романтической вражды, в которой немалую рольсыграли любовь и мормонизм. Говорят, будто обе жертвы в молодые годыпринадлежали к секте "Святых последних дней", а скончавшийся в тюрьме Хоуптоже жил в Солт-Лейк-Сити. Если этому делу и не суждено иметь другоговоздействия, то, во всяком случае, оно является блистательнымдоказательством энергии нашей сыскной полиции, а также послужит уроком длявсех иностранцев: пусть они сводят свои счеты у себя на родине, а не набританской земле. Уже ни для кого не секрет, что честь ловкогоразоблачения убийцы всецело принадлежит известным сыщикам изСкотленд-Ярда, мистеру Грегсону и мистеру Лестрейду. Преступник былсхвачен в квартире некоего мистера Шерлока Холмса, сыщика-любителя,который обнаружил некоторые способности в сыскном деле; будем надеяться,что, имея таких учителей, он со временем приобретет навыки в искусствераскрытия преступлений. Говорят, что оба сыщика в качестве признания ихзаслуг получат достойную награду". - Ну, что я вам говорил с самого начала? - смеясь, воскликнул ШерлокХолмс. - Вот для чего мы с вами создали этот этюд в багровых тонах, -чтобы обеспечить им достойную награду! - Ничего, - ответил я, - все факты записаны у меня в дневнике, ипублика о них узнает. А пока довольствуйтесь сознанием, что вы победили, иповторите вслед за римским скрягой: "Populus me sibilat, at mihi plaudo. Ipse domi sirnul ac nummos contemplar in arca"[16]. Перевод Н. Треневой



Данная страница нарушает авторские права?


mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2021 год. (0.008 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал