Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Сарматская культура 3 страница






146 6.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Воина в потусторонний мир могло сопровождать холодное оружие (сабли, кинжалы, боевые топоры), лук с роговыми накладками, колчанные наборы стрел, узкие длинные боевые ножи, иногда - копья. Встречаются фрагменты кольчуги, пластинчатого доспеха, элементы конской упряжи (удила, подпружные пряжки, стремена). Кроме того, в мужских погребениях находят остатки кожаных поясов с приклёпанными штампованными бляхами из бронзы или серебра. И даже... костяные кубики для азартной игры. В хазарских могилах у поселка Дорофеевский в Котельниковском районе встречены даже золотые солиды византийского императора Фоки. В курганах у с. Барановка Илов-линского района найден золотой солид времени византийских императоров Константина V, Льва IV и Льва III (751—754 гг.).

Считают, что по виду погребального сооружения можно определить даже, к какой этнической прослойке городского населения принадлежит раскопанное погребение. Аланы укладывали тело в катакомбу. Болгары хоронили умерших соплеменников в простых ямах. Хазарина помещали в подбойную могилу, над которой насыпали курган.

Для видного хазарина погребальный обряд был весьма сложным. На ровном месте рылся ров по квадратному очертанию. По краям его насыпали вал. Считалось, что за его пределы душа никогда не выйдет. Ведь иначе она могла навредить живым людям. Тут же могли положить тушу лошади или овцы. Богатая семья укладывала лошадь семилетнего возраста в полной упряже. Молодая лошадь в кургане говорила лишь о бедности семьи — у них не было для похорон коня нужного возраста. В центре погребальной площадки находилась яма с телом умершего, над которым сооружали погребальную юрту. Её, после чтения молитв, поджигали. Тюрки считали, что с помощью огня и дыма душа может попасть в загробное царство Эрликхана.

Кроме того, среди хазар был распространён обряд разрушения скелета человека через некоторое время после похорон. Родственники верили, что таким образом они оберегают себя от действий умершего или злого духа албаста. Ноги у трупа часто связывали (особенно у злых, не добрых при жизни людей), что-

 

Хазарский каганат

бы они не встали и не пришли со своими кознями. После окончания процесса похорон на поверхности кургана родственники совершали тризну. Об этом свидетельствуют часто встречаемые в насыпи мелкие фрагменты костей овцы, крупного рогатого скота и черепки битой посуды.

Около пос. Вербовского Калачёвского района раскопана курганная насыпь со следами ритуальных действий. Здесь была вырыта неглубокая яма, в которой встречены крупные фрагменты двух больших сосудов станковой работы с орнаментом, характерным для хазарской керамики, и кости жертвенных животных. Погребённого нет. Возможно, он захоронен где-то поблизости от этого жертвенного места.

В Хазарском каганате со временем выделилась родовая аристократия, владеющая большими стадами и подчинёнными им людьми. Как свидетельствует хазарский каган Иосиф, верховная власть в Хазарии принадлежала кагану, потомку старой тюркской династии, и зачастую она передавалась по наследству от отца к сыну. Причем, выбор претендента на престол проходил через рад жёстких процедур. «Когда они желают поставить кого-нибудь хаканом, то приводят его и начинают душить шёлковым шнуром. Когда он близок к тому, чтобы испустить дух, говорят ему: «как долго желаешь царствовать?» Он отвечает: «столько-то и столько-то лет» (Истахри, X в.). Когда же приходил обещанный срок и каган старел, его убивали, выбирая нового кагана. Фактически же, каган не управлял страной. Всеми государственными делами занимались бек, который считался царём, и соправители, в руках которых была сосредоточена вся власть.

Следует отметить, что с середины VIII века в пределах Хазарского каганата языком общения был тюркский язык. Исследователи отмечают, что высокий процент населения были грамотными людьми, используя при письме рунический алфавит.

Арабское нашествие на Кавказ, длительные, не всегда удачные для хазар, войны, подрывали экономику государства. Именно в это время исследователи отмечают большой отток населения (алан, болгар, хазар) с Кавказа в донецкие степи, а также на Дон и Волгу. В этих районах позднее сложилась салтово-маяцкая

В.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Хазарский каганат

 

культура Хазарского времени, связанная с центром провинциальными районами. Название культура получила по двум раскопанным и хорошо изученным крупным городищам, которые существовали в VI—IX веках. Это Маяцкое городище — на р. Тихая Сосна, притоке р. Дон и Салтовское городище, недалеко от реки Северский Донец. Материалы показали, что жители сельских районов, наряду с занятием земледелием, занимались скотоводством и ремеслом. Десятки поселений разведаны археологами на Дону, например, у Нижнего Чира, Суворовской, на р. Иловля, у Камышина. Следы пребывания хазарского населения отмечены и на территории Волгограда.

Кочевье самого кагана находилось в западном направлении от Каспийского моря (Гурганское, Хазарское море), т.е. степи, где кочевал скот кагана, располагались между реками Танаис (Дон), Итиль (Волга) и Маныч. В здешних степях паслись под охраной воинов-пастухов многочисленные табуны лошадей и отары овец, принадлежащих роду кагана. На зиму весь скот уходил на долгое зимовище к городу Итилю и располагался в его окрестностях. Сам город Итиль, судя по записям, находился на правом берегу р. Итиль. Вскоре он стал столицей Хазарского каганата. Здесь же образовывались станы-зимники ближайшего окружения кагана — богатых хазар и болгар. В летнее время их становища находились по берегам рек, впадающих в Дон: Чир, Цимла, Аксай, Мышкова, Карповка и др. Так археологи обнаружили хазарский культурный слой у р.п. Нижний Чир, у ст. Суворовской Суровикинского района.

Где точно находилось место хазарской столицы Итиль до сих пор неизвестно. Предположений было много. Якобы, город стоял где-то на правом берегу в устье р. Итиль, южнее нынешней Астрахани. Позднее, он был полностью размыт рекой при изменении течения её русла или при колебании уровня Каспийского моря. М.И. Артамонов думал, что столица Хазарии могла быть где-то в районе Селитренного и Владимировки Астраханской области. С.А. Плетнёва предположила, что город Итиль мог находиться на правом берегу Волги, немного южнее Волгограда. Любопытна находка культурного слоя хазарского времени в

Астраханской области, которое в публикации получило название Самосдельское поселение. Археологи считают сейчас, что именно оно является местонахождением Итиля. Даже географически памятник как будто бы близок описаниям средневековых путешественников.

Документы тех лет и сведения арабских купцов и дипломатов дают представление об облике хазарской столицы. В источниках указано, что сам город делился на две части. На острове стоял дворец кагана, крепостные стены и здания которого были построены из красного обожжённого кирпича. Комплекс построек на острове хазары называли ал-Байда (или Сарашен — Белая крепость). Остров был соединён с правобережным городом понтонным мостом. Его, в случае опасности, можно было быстро оттащить в сторону. И тогда у противника были большие трудности в осуществлении штурма островной цитадели.

Сам город, огражденный высокой стеной из сырцовых кирпичей (обжигали кирпич только для построек кагана и государственных зданий), занимал довольно большую площадь из-за того, что постройки были разбросаны на некотором отдалении друг от друга. На площадях между домами находились сады. За крепостными стенами города, ютились глинобитные мазанки бедняков и юрты приехавших на короткое время кочевников. В городе были построены различные общественные здания, а также, мечети, синагоги, церкви. Имелось медресе для обучения будущих исламских священнослужителей. Некоторые кварталы Итиля занимали ремесленники и купцы. Где-то находилось кладбище местных жителей. Об этом говорят, например, находки грунтовых погребений на территории Волгограда.

Предполагается, что через Итиль проходил северный отрог Великого шёлкового пути. Кроме того, местоположение города на переволоке из Дона в Волгу и обратно, также давало большой доход в казну кагана с таможенных сборов.

По приказу кагана строятся крепости Саркел (Белая крепость) и Семикаракорье, которые защищали западные границы его владений. Саркел (по хазарски - Ш-р-кил) был крупным городом-крепостью, торговым и ремесленным пунктом кагана-

В.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Хазарский каганат

 

та. Его построили в нижнем течении Дона. Но прежде, чем развалины города оказались на дне Цимлянского водохранилища (после строительства Цимлянской ГЭС и Волго-Донского канала), его исследовала новостроечная экспедиция под руководством М.И. Артамонова. Материал раскопок позволил учёному с достаточной достоверностью реконструировать облик средневекового города, занятия его жителей. То есть, теперь с уверенностью можно говорить о структуре всех других крупных населённых пунктов Хазарского каганата.

Известно, что в IX веке по просьбе кагана, император Византии Феофил посылает в Хазарию для изыскания места строительства крепости Петрову Каматира, который с помощью византийских инженеров сооружает крупную крепость на островке, образовавшемся в изгибе протоки старого русла Дона. Удалось выяснить, что крепость Саркел имела четырёхугольную форму, обнесённую, в нарушение указа кагана, кирпичной, а не сырцовой стеной: «на месте не было камня, годного для постройки» (Константин Богрянородный). В некоторых местах её ширина достигала 3, 75 м (в других крепостях толщина стен достигала 7 м). Стены подпирали многочисленные высокие квадратные башни. В северо-западной башне находился въезд в крепость. Ниже крепостных стен строители соорудили высокие охранные валы, к которым примыкали глубокие рвы.

Крепость, правда, прожила недолго. Но и за это время жители (в основном, это были болгары, хазары и гузы) сумели основательно перестроить её внутреннюю часть, за счёт сноса некоторых внутренних защитных стен и расширения переходов. Население освободившиеся места занимало небольшими глинобитными домами, юртами (круглые зимние постройки кочевников, врезанные основаниями в землю, с очагом в центре). Здесь были ограды для скота, обширный караван-сарай — места временной остановки купцов с тюками товаров и караванными животными: верблюдами, лошадьми и ослами. За пределами стен селились те жители, для которых уже не было места внутри крепости.

Тюркский гарнизон, охранявший крепость (считают, что он составлял 300 человек), должен был, по приказу кагана, внимательно контролировать безопасность ближайших торговых путей на суше и реке. Сбор торговых пошлин с купцов также входил в обязанность начальника гарнизона.

С подчинённого населения в.казну шла дань, сначала с народов Кавказа и Боспора, затем с побеждённых болгар, буртасов, эрзи, черемисов, сувар. Платили дань и некоторые славянские племена: «хозары брали дань с полян и с северян, и с вятичей, брали по серебряной монете и по белке с дыма» («Повесть временных лет»). Ещё одна статья дохода для хазарской казны -торговля пленными, по сути, рабами. Их покупали купцы с Востока. Взимание с населения и купцов многочисленных пошлин позволяли кагану содержать большое наёмное войско.

Находки в Саркеле показали, что товар приходил из Византии, Крыма, Средней Азии и Кавказа. Так, поливная посуда зелёного, жёлтого и коричневого цвета из мастерских Ирана, среднеазиатских и крымских керамических центров, а также керамические фляги для воды, пользовались большим спросом у кочевого населения Причерноморья в VIII—X веках. Найдены также византийские монеты, арабские дирхемы и монеты херсонского чекана. В культурном слое того времени обнаружены небольшие фрагменты бумаги. Но не из Китая, а из Самарканда, в котором хорошо было развито производство бумаги из местных материалов, но, как считают, по китайской технологии.

Стоить отметить, что славяне также оставили в Белой Веже (Саркел) свой «след». Там найдены кусочки красного шифера и янтаря, которые, возможно, привезли купцы из Киевского княжества. Вероятно, оттуда происходят и шиферные пряслица, хорошо известные в славянских землях.

В мастерских Саркела, судя по материалам раскопок, занимались изготовлением стеклянных и пастовых бус, мелких украшений, таких как стеклянные браслеты, колец. Найдены также изделия из кости, рога: рукоятки и накладки для ножей и кинжалов, игральные кости и гребни. Развито в городе было кузнечное и бронзолитейное производство. Подтверждают это встреченные археологами фрагменты орудий для обработки земли, а также косы, серпы, топоры, ножи, ножницы, фрагменты нако-

В.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Хазарский каганат

 

нечников стрел и копий, холодного оружия, детали конской узды.

Естественно, мастерские работали и на окрестные сельские поселения и для степных кочевников-скотоводов. Они поставляли им изделия гончаров, кузнецов, ткачей и ювелиров.

Сельская местность, где в прикаспийских, донских и приазовских степях в VIII—IX вв. сложилась хазарская салтово-маяцкая культура, вполне обеспечивала себя продуктами скотоводства и земледелия. Торговали ими и с городскими жителями. Позднее сельские посёлки почти полностью обслуживали свои общины, поскольку на их территории появились свои гончарные и кузнечные мастерские, интенсивно велась обменная торговля. Во время раскопок были встречены хозяйственные ямы, в которых когда-то хранилось зерно: просо, двурядный ячмень, карликовая пшеница, конопля, из которой получали конопляное масло, идущее и в пищу, и в светильники. Обнаружены также виноградные косточки и семена бахчевых культур.

Хазарские купцы экспортировали в соседние страны продукты своего земледелия и скотоводства. Документы отмечают, что торговцы в большом количестве «привозят рыбу и кожу и всякого рода товары» (Хасдай Ибн-Шафрут). Список товаров, поступающих на территорию Хазарии довольно обширен. Об этом можно судить, например, по большому количеству стеклянных бус и мелких украшений из Египта и Передней Азии, обнаруженных при раскопках. Считают, что бусы могли, в некоторых случаях, являться даже местной мелкой разменной монетой.

В духовной жизни население Хазарского каганата, исповедовало различные культы и религии. В то время в Хазарии довольно широко было распространено язычество, особенно среди сельского и провинциального населения. Язычники, как пишут, «приносили жертву огню и воде, поклонялись некоторым богам путей, луне и всем творениям, которые в глазах их казались удивительными» («Повесть временных лет»). На раннем этапе развития этой религии они поклонялись даже священному дубу.

Но становление и развитие государства требовало единой религии, понятной и почитаемой всеми жителями. После захват-

нических арабских походов (они дошли до Волги) командующий арабами Мерван стал обращать местное население в мусульманство. Кроме того, на правителей Хазарии постоянно оказывала давление христианская Византия, с которой хазары имели тесные дипломатические и торговые отношения. Византия пыталась даже насильственно ввести христианство, по крайней мере, среди населения, живущего на её границах с Хазарией. Это совсем не нравилось кагану, т.к. это втягивало государство в орбиту деятельности Византии и других христианских стран — соседей Хазарии.

К концу VIII века правители Хазарии посчитали, что у всех народов каганата должна быть единая государственная религия, которая могла бы духовно сплотить народ. Такой единый бог для всех хазар был найден. В каганате устанавливается культ Тенгри-хана — властителя неба. Хотя уже тогда некоторые просвещённые люди считали, что языческая религия во главе с богом Тенгри-ханом, с её консервативным исполнением обрядов и жертвами весьма устарела.

Религиозные колебания расшатывали единство народа, государства перед внешними врагами — Арабским халифатом и Византийской империей. Хазарские верхи проявляли интерес к иудаизму. Поэтому на рубеже VII—IX веков, при кагане Обадии, была принята для всего населения государственная религия — иудаизм. Весть об этом облетела все ближайшие к каганату страны Азии и Европы. И многие евреи начали переселяться в города Хазарии, в том числе и в город Итиль. Каган Обадья «... выстроил дома собрания и дома учения и собрал мудрецов израильских, дал им серебро и золото, и они объяснили ему двадцать четыре книги священного писания, Мишну, Талмуд, и сборники праздничных молитв» (Иосиф).

Следует отметить, что многие положения и ритуалы новой иудейской религии были совершенно непонятны населению Хазарии, особенно рядовым труженикам. Религия, которая по идее кагана Ободия должна была объединить народы государства, на самом деле внесла только разлад в среду многоязычного населения, отдалила его от правителей. Это привело вначале к пассив-

 

В.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

ному сопротивлению народов насильственного принятия иудейской религии, а потом, и к открытой борьбе против иудейской верхушки каганата. Междоусобная борьба, которая длилась несколько лет, нанесла серьёзный удар по внутриполитической прочности государства и была одной из причин распада Хазарского каганата. Позднее хазарам пришлось отказаться от иудейской религии. Большая часть населения приняла ислам.

Все эти события проходили в то время, когда через земли Хазарии, с лёгкими военными стычкам, в западном направлении прошли, охраняемые боевыми отрядами, обозы и скот венгров. Используя слабость государства, хазарские степи в X в. заняли печенеги, которые жили большей частью за счет грабежей жителей городов и посёлков хазар и других здешних народов. Позднее в Волго-Донских местах оказываются гузы. Они наносят серьёзный урон торговым путям Хазарского каганата. Караванная торговля полностью прекращается. Хазары не могли противостоять смелым и жестоким кочевникам, которые сжигали поселения, убивали или брали в рабство местных жителей. Кагану приходилось держать в боевой готовности свои войска, постоянно бросая их по тревоге навстречу неприятелю. В те годы размеры Хазарии значительно сократились. Они теперь стали занимать пространство между Доном, Волгой, Тереком и Манычем.

Кроме этого, для Хазарского каганата появилась ещё одна опасность, которая исходила из славянских земель. Объединённые в княжество славянские племена стали представлять для хазар серьёзную военную силу. Сначала некоторые славянские земли отказались собирать и платить дань кагану. Летописи рассказывают, что через послов князь Олег спросил родимичей, кому они выплачивают дань. Те ответили: «Хазарам». Тогда князь приказал: «Не давайте хазарам, но мне давайте!». Дружины князя Олега появляются на северных границах Хазарии. Он громит пограничные заслоны хазар и берёт эти земли «под себя». А суда военных русичей всё чаще появляются на Дону и Волге. Первый такой поход славян на Каспий через «переволоку» (Дон-Волга) отмечен IX веком.

Хазарский каганат |55

Дружина князя Святослава в 964 г. громит Волжскую Болгарию. Затем русичи, спустившись в низовья Волги, наносят хазарам такой удар, после которого Хазария, как государство перестала существовать. В частности, славяне в 965 г. взяли штурмом город Итиль. «Русы разрушили всё это и разграбили всё, что принадлежало людям хазарским, болгарским и буртасским на реке Итиле. Русы овладели этой страной, и жители Итиля искали убежища на острове Баб-ал-Абваба...» (Ибн-Хаукиль). Далее Святослав с боем овладевает Семендером.

Затем возникает конфликт русичей с аланами на Кавказе. Он закончился сражением, где победила дружина Святослава. После этого князь рассаживает воинов по ладьям и по Дону опять оказывается на хазарских землях. Он добирается до Саркела и начинает осаду крепости. После мощного штурма крепостных стен, славяне берут город. По приказу Святослава, некоторые участки города восстанавливаются. Князь называет новые постройки Белой Вежей. Затем уходит в Киев с дружинами, оставляя в городе свой небольшой гарнизон.

В X веке в наших (хазарских) степях появляются дружины князя Владимира, сына Святослава. Он полностью подчиняет себе хазарское население и заставляет их выплачивать дань Киевской Руси. Постепенно название Хазарского каганата уходит из средневековых документов. Хотя в XII в. в хрониках упоминается город Итиль с населением из гузов и половцев. Правда, теперь его иногда называли Саксином.

 

Волго-Донские степи в средневековье

Х

азарский каганат распался. Когда-то сильное государство, успешно воевавшее с Арабским халифатом, говорившее на равных с Византийской империей, подчинившее болгарский народ, сражавшееся с дружинами славянских князей и с раннесредневековыми кочевниками волго-донских степей, развалилось под ударами новых кочевых племён, которые принесли в Восточную Европу разорение, ограбление городов и посёлков, рабство захваченным жителям. И Киевская Русь не оказалась в стороне от этих разрушительных событий.

Одни кочевники, не задерживаясь в Волго-Донском регионе, уходили в Причерноморье, другие — оценив угодья местных степных просторов, надолго оставались здесь. Так, в IX в. в Заволжье из далёких степей Центральной Азии приходят орды печенегов. С.А. Плетнёва, кстати, полагает, что слово «печенег» может происходить от тюркского имени предводителя этой орды «Бече» («беченег»), возглавлявшего тогда этот воинственный народ.

Печенежское население, кочуя по заволжским степям, сумело политически организовать все тюркские племена, пришедшие с ними с Востока, а также вовлечь в него своих соседей. Пожалуй, всех вместе их объединяло только одно желание: грабить ослабленную Хазарию. После походов печенегов на местах городов и поселений оставался лишь пепел от сожженных домов и жилищ, трупы убитых, да слышались стенания людей, уводимых в полон.

Но и сами печенеги не чувствовали себя спокойно. Иногда сюда опускались, придерживаясь берегов Волги, боевые отряды болгар из Волжской Болгарии. Они громили печенежские вежи. С юго-востока постоянно наседали на печенегов воинственные и жестокие огузы (полагают, что раннее местом их обитания были степи Монголии). Позднее печенегам постоянно приходилось отбиваться от нападений на их становища со стороны половцев-кипчаков, которые тревожили их с востока. Русские

 

Волго-Донские степи в средневековье

дружины всё чаще проводили рейды на Дон и Волгу. Недаром арабские источники X в. называли Волгу рекой «сакалибов» -рекой «белолицых» или «белокурых», повидимому, за внешний облик славян (С.А. Плетнёва).

По мнению С.А. Плетнёвой, всё печенежское население делилось на отдельные орды, которые в своих делах и жизни были совершенно самостоятельны. Во главе каждой орды стоял хан. В свою очередь, орда состояла из родов, которыми управляли «меньшие князья» - военачальники. В случае необходимости решения каких-то сложных вопросов, требующих согласия всех кочевников, собирался общий сход. Поднять в военный поход печенегов, которые обогащалось за счет ограбления разорённых народов, было всегда легко. Как отмечают современники, надо лишь, чтобы они увидели в этом значительную выгоду для себя. Несколько десятилетий спустя, это правило печенегов хорошо использовали византийские дипломаты. Подкупив печенежских ханов, они могли уговорить их пойти с военными отрядами в нужном для Византии направлении. В частности, она умело стала использовать их в борьбе с Киевской Русью, а также против болгар, венгров и хазар.

В IX в. печенеги впервые повстречали русичей с князьями Диром и Аскольдом, о чём коротко сообщается в Никоновской летописи. А в 915 г. они встретились уже с дружинами Игоря: «придоша печенези первое на рускую землю и створише мир с Игорем, идоша к Дунаю» (ПСРЛ). Пока что это были мирные попытки печенегов зайти на территорию славян. Как пишется в источниках, они однажды сумели даже напасть на хазар сначала в союзе с князем Святославом, а потом и с дружинами князя Владимира. Но Византия руками печенегов сумела убрать с исторической арены такого опасного для неё врага как князь Святослав: «...нападе на ня Куря, князь печенежский и убиша Святослава» (ПСРЛ).

Позднее печенеги, оказавшись на пограничье с Киевской Русью, начинают постоянно жечь и разрушать её села и города. Русские дружины не всегда могли справиться с ними. Только при князе Ярославе в 1036 г. Русь сумела нанести серьёзное по-

В.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Волго-Донские степи в средневековье

 

ражение воинственным кочевникам: «...и бе сеча зла и едва одолев к вечеру Ярослав. И побегоша печенези роздно и не ведоху-ся камо бежаче и овии бегающе тоняху... и тако погибоша...» (ПСРЛ).

Записи средневековых авторов сохранили для нас некоторые сведения о печенегах. Ахмед ибн Фадлан (X в.) так описывает внешний вид печенега: «...они - тёмные брюнеты с совершенно бритыми бородами, бедны в противоположность гузам...». Несколько позднее Константин Багрянородный в своих записях о печенегах, замечает, что «...некоторые из них по собственному желанию...остались на месте, живут с так называемыми узами..., имея особые признаки...: ведь одеяние своё они укоротили до колен, а рукава обрезали до самых плеч, стремясь тем самым, как бы показать, что они отрезаны от своих, от соплеменников».

Погребальный обряд печенегов в наше время хорошо изучен археологами. Родственники хоронили умершего или убитого в древнюю насыпь кургана. Тело умершего укладывали на дно могильной ямы на спину, головой на запад. Причем, рядом с покойником, как правило, укладывалась шкура коня с головой (в зубах — удила, сбруйные кольца) и его отрезанные ноги. Тут же могут лежать кости барана, элементы портупеи с накладными бляшками, верхняя одежда, застёгнутая на железную пряжку. Встречаются в погребальной яме мелкие фрагменты дерева от лука с тонкими костяными срединными накладками.

В X в. огузами был нанесён по печенежским отрядам настолько серьёзный удар, что они были вынуждены уйти со свои скотом и' семьями через Волгу далеко на запад. Вскоре эти племена обосновались в Северном Причерноморье, выгнав живших здесь венгров на Дунай, берега которого стали теперь западными границами печенежских владений. Теперь степные районы, на запад от Волги и в Северном Прикаспии полностью освоили огузы. Эта местность теперь в документах упоминается как Дешт-и-Огуз. Она занимала большую территорию, куда входили земли Северного Прикаспия, Сарпинской низменности, Волго-Донского междуречья и правобережья Дона. Освоив местные степи, огузы всё чаще тревожат северо-восточные рубежи Хазар-

ского каганата, совершая туда стремительные грабительские походы.

Огузы ведут полукочевой образ жизни. Они разводят мелкий рогатый скот, делая основнрй упор на коневодство. Кстати, Константин Багрянородый отмечал в своих записях, что печенеги продают русским купцам овен, коней и быков. Каждая их орда кочует по территории своего строго очерченного степного участка.

Исследователи отмечают, что некоторая часть огузского населения со временем становится оседлым, оставаясь на зимниках и после угона скота в степь на летники. Тогда, возможно, они могли заниматься не только пашенным земледелием, но и заниматься ремеслом. Повидимому, слабый культурный слой, содержащий фрагменты средневековой керамики, расщепленные кости животных, зольники, зафиксированные по берегам некоторых мелких речек в Волгоградской области, можно связать с огузским населением. Возможно, огузы сумели создать некое «примитивное раннефеодальное государство» с аппаратом управления и налоговой системой (Е.В. Круглов).

Погребальный обряд огузов в Волго-Донских степях стандартен: ямы прямоугольной формы. Погребённые покоятся на спине в вытянутом положении. Под ними иногда фиксируются следы органической подстилки (трава, кожа, грубая ткань). В заполнении ямы, при зачистке погребения, могут встретиться фрагменты гнилого дерева от деревянного перекрытия над погребальной камерой или от гробовиша, а также мелкие древесные угольки, меловая крошка. Кроме того, в ямах встречаются кости ног и череп лошади, которые могут лежать над скелетом погребенного, встретиться в засыпи ямы или на широкой ступеньке, оставленной вдоль её длинной стороны, или даже на крышке колоды над умершим огузом.

Об этих деталях в погребальном обряде кипчаков. Ибн Фадлан в X в писал следующее: «А если умрёт человек из их числа, то для него выроют яму в виде дома, возьмут его, наденут на него его куртку, его пояс, его лук... Потом возьмут лошадей и в зависимости от их численности убьют из них сто голов или двести

8.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Волго-Донские стели в средневековье

 

голов или одну голову и съедят их мясо, кроме головы, ног, кожи и хвоста. И, право же, они растягивают всё это на деревянных сооружениях и говорят: «Это его лошади, на которых он въедет в рай».

Сопровождающие покойника вещи это — бронзовые птице-видные или крыловиные нашивные ажурные бляхи-подвески, копоушки, бронзовые бубенчики, внутри, которых находились либо мелкие камешки, либо шарики из свинца. Встречаются также свинцовые грузики, небольшие бронзовые зеркала, бронзовые перстни, пружинные ножницы. Их, как правило, находят в погребениях женщин и детей. Исследователи полагают, что такие предметы были распространены только у печенежско-огузского населения.

В женских погребениях X—XI вв. встречаются ожерелья из бус, среди которых бывают бусы лимонные из серебристого или цветного стекла. Следует отметить, что находки в мужских погребениях оружия (луки, сабли, колчаны), наборных поясов, захоронений коней с уздой, украшенных серебряными или бронзовыми накладными бляшками, говорят о принадлежности их к местной воинской или степной знати.


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.015 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал