Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Получив корзину для покупок






Первые компьютерные программы вообще не рассматривались в качестве объекта интеллектуальной собственности и были защищены лишь в пределах договорного права и конфиденциальности. Затем в законе об авторском праве 1976 года в США и директиве Совета Европейских сообществ о правовой охране компьютерных программ 1991 года, применяемой в британском законодательстве, компьютерную программу отнесли к категории литературных произведений и наделили защитой авторского права. В большинстве других стран сделали то же самое.

Но эта защита, возможно, не много стоит. Это эффективный метод, запрещающий конечному пользователю буквальное копирование программы в полном объеме, но он бессилен помешать другому разработчику копировать ее основные особенности и производить свой продукт. Когда компания Microsoft “скопировала” рабочий стол Apple, а компания Borland – электронную таблицу у Lotus в начале 1990-ых, обе «пострадавшие» компании обратились в суд в надежде выиграть процесс. Они проиграли. Суды приняли решение в пользу “копирующих”. В решении суда было сказано, что компания Microsoft не копировала коды Apple с точностью до элемента, а лишь повторила “внешний облик и ощущение”, и Borland не скопировала все коды, а лишь некоторые принципы. Согласно закону об авторском праве, заявляемое произведение должно быть новым, но не должно быть уникальным. Компании Microsoft и Borland обоснованно утверждали, что были далеки от копирования чужого и фактически создавали собственное произведение и могли заявлять о своих авторских правах. Такие решения судов выявили слабость закона об авторском праве при защите компьютерных программ и обозначили потребность в чем-то более сильном, более эффективном.

Если авторское право давало слабую защиту, мог ли ответом в этой ситуации стать патент? Самые разнообразные компании такие как, банк Merrill Lynch и сеть розничной торговли Wal-Mart заявляли, что их компьютерные программы, обеспечивающие обслуживание клиентов, вполне патентоспособны. В банке была разработана особая система управления сделками по акциям, в - система инвентаризации. Обе компании, как и тысячи других, поняли, что эти системы являются их ценными коммерческими активами, и нуждаются в защите также, если не больше, как здания и оборудование. Компании хотели, чтобы право собственности на них было признано законом. Они хотели, чтобы патенты защищали их внутренние интеллектуальные процессы, как замки на складах, которые запираются на ночь.

 

Верховный суд в деле “Diamond v. Diehr” (1981 г.) вынес решение в пользу патентования компьютерных программ, если они соответствуют трем критериям (новизна, изобретательский шаг и технический эффект). Данное дело возникло из-за отказа патентного бюро принять заявку на устройство для обработки синтетического каучука с управлением на основе программного обеспечения. Патентное право достаточно четко исключает математические формулы и алгоритмы, включая компьютерные программы “как таковые”. Компьютерная программа “как таковая” или “сама по себе”, не может быть запатентована, но компьютерная программа, выполняющая некую новую функцию, может. Иными словами, наличие компьютерной программы не препятствует патентованию. Суд установил различие между основными алгоритмами программы, которые не могли быть запатентованы, и их использованием в определенной системе, что было возможно патентовать.

 

Распространение патентования на компьютерные программы и бизнес - методы (хоть и бизнес - методы, основанные на использовании компьютерных программ) подтвердилось в 1998 году, когда американский апелляционный суд в деле в “State Street Bank & Trust Co. v. Signature financial Group Inc.”, постановил, что бизнес - методы, основанные на применении компьютеров, отвечают критериям патентоспособного продукта. Суд постановил, что принципы новизны, неочевидности и полезности работали здесь так же, как и где бы то ни было. Суд полностью признал, что довольно трудно, если не невозможно, отличить математический код бизнес-метода от непосредственно бизнес-метода. В компьютерном коде, программное обеспечение представляет собой метод. И не существует никакой другой внешней, физической, действительности из кирпича и бетона.

 

Дело “State Street.....” - водораздел в американской политике патентования. Изменилась связь между патентом и технологией. До того момента, патенты были сосредоточены вокруг технологий. Более того, патент требовал, чтобы технология была новой, неочевидной и имела технический эффект. С 1998 года технология cделалась необязательной. Семена были посеяны еще в 1991 году, когда суды признали, что технологию cоставляют и аппаратные средства, и программное обеспечение, другими словами, оборудование и идеи. Решение по делу “State Street...” довело этот аргумент до логического завершения.

 

Хотя изначально американское патентное бюро не хотело разрывать связь с технологией в смысле создания физической аппаратурой, но дело “Diamond v. Diehr” подтолкнуло к этому разрыву. С тех пор компьютерная компания Dell Computers получила более 70 патентов на бизнес - процессы. Dell – самый крупный в мире продавец компьютерной техники, ежедневно продающий компьютеров на сумму около 35 миллионов долларов США, и успех компании зависит от ее гибкости в удовлетворении специфических компьютерных потребностей каждого клиента и обеспечения более быстрой, в сравнении с конкурентами, доставки. Очевидно, что есть желание защитить компьютерные процессы, позволяющие компании быть успешной.

Патенты на бизнес - методы сейчас выдаются быстро и в больших количествах. Имя Пери Хартманна не особенно известно в мире издателей. Но Пери Хартманн получил патент (к которому также за полцены присоединился Джефф Безос, исполнительный директор Amazon.com) на “метод и систему размещения заказа через коммуникационную сеть” (американский патент за номером 5 960 411). “Метод и система” позволяют покупателю одним кликом мыши подтвердить заказ в корзине покупок. Безос называет это системой «одного клика». Eдва ли это может быть “неочевидным” и, как описано в статье Джеймса Глейка в “New York Times”, “по началу у патентного эксперта были некоторые сомнения. Но после обсуждений и дополнительного рассмотрения патент был выдан”. Компания Amazon.com немедленно возбудила дело против одного из своих конкурентов, компанию Barnes & Noble, вынудив изменить их систему заказа в режиме онлайн на двух-кликовый процесс.

Хартманн и Безос возлагают большие надежды на свое детище. В полном тексте патента есть следующая фраза: “Хотя существующее изобретение было описано с точки зрения различных его воплощений (основанных на действующих операциях Amazon.com), не предполагается, что изобретение ограничивается этими воплощениями. Изменения, сделанные в рамках духа изобретения, будут очевидны для квалифицированных специалистов”. Патентными бюро допускается включение в патент вариантов использования, невыясненных на данный момент, если, как в случае Amazon.com, их может представить себе специалист. Цель в том, чтобы рамки патента не были слишком узкими, и претендентам не нужно было подавать отдельную патентную заявку на каждую (незначительную) вариацию. Патентные бюро достаточно либерально относятся к тому, чтобы в одном патенте были учтены все возможные варианты использования. В случае патентной заявки Amazon.com, Хартмэнн и Безос заявили, что квалифицированные специалисты, которые вероятно смогут увидеть будущие варианты модификации системы, натолкнутся на знак “Посторонним вход запрещен”, установленный компанией. Такая либеральная политика поощряет спекулятивное патентование.

Компания Priceline.com использовала тот же подход в отношении программного обеспечения, позволяющее проводить что-то вроде аукциона с резервированной ценой. Потенциальные покупатели предлагают некоторую денежную сумму за определенный продукт, не зная, существует ли он. Они могут предложить 50 долларов за авиабилет из Нью-Йорка в Майами на 6 часов вечера в среду, не зная, существует ли у какой-либо авиакомпании такой билет (авиабилеты похоже были одним из основных товаров у большинства первых интернет-компаний, и это уличает тех, кто утверждает, что компьютерные фанатики никогда не выходят из дома). В 1998 году американское патентное бюро выдало Priceline.com патент за номером 5 794 207 на “управляемые покупателем условия предложения покупки”. Одним из главных инвесторов Priceline.com был Джей Уокер, основавший компанию “Walker Digital”, “патентный питомник”, породивший множество патентов в области бизнес-методов.

 

Другая компания, Open Market, в штате Массачусетс, получила патент на технологию анализа способов, которыми пользователи заходят на веб-сайт и там перемещаются (определяя его “хитовые” и “непроходные” зоны), что предоставляет ценную информацию для владельца и рекламодателей. Критики утверждают, что это похоже на патентование того, как мы читаем или просматриваем книгу. Sightsound.com получила патент на технологию продажи цифрового аудио и видео через Интернет и предъявила иски CDNow.com, MP3.com и другим компаниям, требуя один процент лицензионного платежа с каждой сделки при загрузке компакт-диска клиентом. Прибыли сопоставимы с теми, что Sony и Philips, со-изобретатели компакт-диска, получают с каждого проданного компакт-диска.

Сейчас патентуются самые разнообразные бизнес - методы. Джеймс Глейк пишет, что “компании получили патенты на то, как хранить календари во всемирной паутине, на загрузку страниц через равные промежутки времени, на хранение документов в базах данных, на совершение покупок “в реальном времени", на проведение автомобильных аукционов, на создание пользовательских профилей, на поиск движков для платежных систем, и на все возможные существенные движки и рычаги теоретической механики онлайн-бизнесов”. После того как он составил свой список, патентное бюро выдало патенты на клубную покупку (когда собирается группа покупателей и может договариваться о скидке), на предложение профессионального совета, и на добавление сносок к тексту. Был получен патент на систему, которая “снижает Вашу цену, если Ваш клиент делает запрос о более низкой цене конкурента”. Глейк цитирует Лоуренса Лессига, профессора Школы права Гарвардского университета, который консультировал Федеральное правительство в антимонопольном процессе против Microsoft: “Это (выдача патентов) - катастрофа, огромная перемена, которая случилась прежде, чем кто-то подумал о ее последствиях. По моему мнению, это - единственная самая большая угроза инновациям в киберпространстве, и я очень скептически отношусь к тому, что кто-то сможет это вовремя осознать”.

 

Столкнувшись с таким “заметным ростом общественного внимания”, в 2000 году американское патентное бюро опубликовало “белую книгу” “Автоматизированные системы обработки финансовых и управленческих трансакций (Бизнес-методы)” с официальными разъяснениями своей новой политики в этой области. Книга начиналась с утверждения, что во всем этом нет ничего совершенно нового: первый патент на обработку данных был выдан в 1889 году Компании счетно-аналитических машин, предшественнице IBM. Но заявление это слишком сильное. IBM был выдан патент на техническое устройство, которое другие покупали и использовали в качестве основы для своих собственных бизнес-процессов. Сейчас же американское патентное бюро патентует непосредственно сами бизнес-процессы. В собственном описании бюро подходящими для патентования (соответствующий бизнес-классификатор № 705) называются такие распространенные виды коммерческой деятельности как “(1) определение того, кто является вашими клиентами, и тех продуктов/услуг, которые им нужны/желательны; и (2) информирование клиентов о том, что Вы существуете, предъявление им продуктов и услуг, и предложение совершить покупку”. В “Белой книге” также признается, что “'эта категория за № 705 сдвигается от технологии к конечному результату, которого изобретатель пытается добиться с помощью технологии”. Это подтверждает, вслед за решением суда по делу “State Street...”, что технология или технический эффект заменяются чистым бизнесом. В недавно выданном патенте на формирование команды продавцов (№ 6 070 149) говорится, что “настоящее изобретение касается виртуального торгового персонала, а более определенно, программного обеспечения, которое позволяет онлайн совершать покупки в манере, существенно похожей на действия реального продавца”.

По словам Кита Бересфорда, одного из ведущих патентных поверенных, изобретенный бизнес-метод, не включающий какую-либо новую технологию, может быть вполне патентоспособным в Америке и в то же время почти наверняка - не патентоспособным в Европе. Европейские патентные бюро придерживаются мнения, что изобретения, в которых недостаточно технической или практической cоставляющих или потенциала промышленного использования, не соответствуют квалификационным требованиям. Однако не стоит преувеличить различия между Америкой и Европой по этому вопросу. Более инициативный подход США вызван социальными факторами, влияние которых уже достигло и Европы. Иоганн Ланг, немецкий патентный поверенный, говорит: “Сегодня в Европе акцент делается на технической стороне изобретения... в то время как в Америке обсуждается польза от его применения, то есть, полезный, конкретный и осязаемый результат». Американское бюро просто отвечает на запросы своих клиентов. В ближайшие годы Европе будет трудно противостоять тенденции патентования бизнес-технологий, и многие американские компании, разрабатывающие программное обеспечение, уже подали заявки в Европейское патентное бюро в надежде на перемену в европейском настроении.

Дополнительные разъяснения для Европейского патентного бюро были представлены в докладе Европейской комиссии (2000 г.), посвященном экономическим последствиям патентования компьютерных программ. В докладе говорится, что главное различие между США и Европой в том, что “в Европе изобретение должно иметь технический характер, тогда как в Америке достаточно того факта, что в изобретении так или иначе используется компьютер” (в случае, если соблюдены критерии новизны и изобретательности). В докладе признается, что Европа должна пойти по американскому пути. Несколькими месяцами ранее Европейская патентная организация уже проголосовала 10: 9 за либерализацию этих правил. Вопрос лишь в том, как быстро это случится? В докладе предложено три варианта. Даже первый минималистский вариант, предполагающий удаление оборота “как таковая” из Европейской патентной конвенции, позволит переместить компьютерные процессы в область патентного права. Второй вариант сделает возможным, лишь благодаря использованию компьютера, считать изобретение “технологией” (даже если использование компьютера само по себе ни ново, ни неочевидно, и не имеет технического эффекта). В докладе отмечено, что это было бы “крайне спорная” ситуация. Третий вариант предполагает изменение европейского законодательства, “чтобы в нем не было условий, ограничивающих патенты областью технологий”. А вот это вызвало бы “большие споры”.

Патентование компьютерных программ и бизнес-методов почти как патентование души и сердца организации. У. Р. Корниш замечает: “Компьютерные программы находятся точно на той границе, которая как полагали ранее, разделяет патентоспособное и непатентоспособное”. Политика, которая вызывает в воображении последующую возможность патентования и приватизации бизнес-процессов, даже если там не использованы технологии, ведет к серьезным изменениям в экономике, процессах регулирования и сфере социальной справедливости. Если разорвать связь с технологией, открывается путь к приватизации любого процесса, если он является инновационным, изобретательским и полезным.

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.006 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал