Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Западная Европа как культурно-исторический регион






Европа — часть света, сравнительно небольшая по площади (7 % суши земного шара) и численности населения (11, 5 % миро­вого уровня), где сейчас располагается свыше 50 стран и государ­ственных образований. Тем временем Европа не просто террито­рия от мыса Нордкина на севере до мыса Марроки на юге и от Уральских гор на востоке до мыса Рока на западе. Европа — это цивилизация, сокровищница уникальных достижений человече­ского разума.

Европейская культура (понимаемая широко, с включением в ее состав и православной цивилизации) играла и продолжает иг­рать выдающуюся роль в мировом развитии. Много веков подряд европейский регион находился в центре мирового развития. На­чиная с эпохи Возрождения, со времен Великих географических открытий, Европа выступала как самый динамичный регион. Бур­но развивались производительные силы, наука, культура. Челове­чество не знает ни одной культуры, влияние которой было бы столь масштабным, преобразующим все мироустройство. При этом Европа выработала уникальные структурные особенности, кото­рые обусловили ее жизнестойкость, легкую приживаемость в со­циокультурных нишах и надежную выживаемость в инокультур-ном окружении.

Конкретно Западная Европа — это десятки государств, отли­чающихся историческим, этническим, природным, экономиче­ским, социальным, культурным и духовным своеобразием. Мно­гие рассматривают этот культурно-исторический регион как не­кое единое целое, столетиями формировавшуюся общность насе­ляющих его народов. Помимо выражений «западная цивилизация» и «западноевропейская цивилизация» существуют также понятия «европеизм» — течение, выступающее за полную интеграцию за­падноевропейских государств и мотивирующее это наличием вы­шеупомянутой общности местных народов; «европоцентризм» —


тенденция в общественной мысли, в соответствии с которой вос­хваляется и идеализируется Европа как образец социально-эко­номического устройство и духовного развития. (Выражение «ат-лантизм» имеет более размытые контуры и ассоциируется с гео­политической концепцией, в основе которой лежат геостратеги­ческие и военные цели приатлантических стран, включая США и

Канаду.)

Единство и целостность западноевропейского региона — в об­щей культурно-цивилизационной идее, в принципах, которые были заложены еще в античной Греции. Они составили базу поли­тической, трудовой и бытовой этики не только Европы, но и англоязычной Америки, Австралии, Новой Зеландии и т.д. Эти принципы — «добросовестный труд как путь к процветанию» и «честное состязание как путь к самоутверждению». В Европе они выражены наиболее ярко, так как имеют глубокие корни. Поэто­му самая яркая черта Западной Европы — идентичность. Несмот­ря на очевидные различия между частями, в Европе сохраняется общее в истоках и наследии. Именно это обстоятельство позволя­ет рассматривать Европу в качестве цивилизационного простран­ства с единым этнокультурным кодом, определяющим самоощу­щение и самопознание европейцев.

Культурно-историческое своеобразие Европы проявляется и в том, что она с исключительной силой и ясностью, нигде больше не встречающейся, воплотила в общественном сознании и эмпи­рической данности рационализм. Уже греческий рационализм от­личается от восточного мышления известной последовательно­стью, позволившей заложить основы математики и завершить со­здание формальной логики. Коренным образом европейский ра­ционализм стал отличаться от иного мировоззрения с конца сред­них веков. Рационализм стал судьбой Европы и признаком новой техногенной цивилизации. Европе издавна известна идея полити­ческой свободы. В качестве идеи и как реальность свобода в Евро­пе устояла под натиском универсальной деспотии и тоталитариз­ма и заложила основу сознания правового гражданского общества. Свобода всегда несет с собой новизну, порождает атмосферу со­стязательности и стремление к славе и известности в любой обла­сти жизни. Свобода людей и их мышления озарила всю европей­скую историю, сконструировала европейский дух и создала ог­ромные возможности, но вместе с тем и опасности для человека.

Европейцам свойственна решительность, в силу которой на­чинания доводятся до логического завершения, до выявления аль­тернатив, осознания принципов внутренней борьбы. Она тради­ционно ощущалась и в напряженности основных сторон европей­ской жизни — в напряженности между романскими, германски­ми и славянскими народами, между империями и отдельными нациями, между государством и церковью, между христианством


и культурой, между католицизмом, протестантизмом и правосла­вием. Любая претензия в европейской жизни сразу же ставится под вопрос. В результате европейская цивилизация — это не моно­тонный культурный ландшафт, но многомерный и динамичный.

Решительность проявляется, прежде всего, в революциях, со­вершенных европейцами: географической, духовной и научно-тех­нической, воплотившихся в европейской политике, экономике, социальной этике и психологии. Решительность европейского ха­рактера ранее всего проявилась в религиозной сфере, но особен­но ярко в политике колониальных захватов*.

Поэтому можно утверждать, что Европа — не сумма стран и народов, а их единство, отличающееся постоянным внутренним диалогом и интенсивными контактами с другими культурными мирами. В рамках европейской цивилизации важную роль играет Россия. Будучи частью Европы, она продвигает ее элементы и стиль в Азию, но и Азия через Россию воздействует на Европу. Тем самым Европа и Россия определяют друг друга. Россия давно вош­ла полноправным участником в систему европейских держав. Без нее нельзя говорить о современном общеевропейском доме.

Историко-географический обзор. Происхождение слова «Евро­па» часто связывают с городом под названием Европа, распола­гавшимся в области Кария в юго-западной части Малой Азии. Весь­ма распространенной в античное время была также легенда о Ев­ропе — дочери царя Агенора из Тира, похищенной критянами**. По некоторым версиям, название Европы происходит от слова «Эреб» (темный) и означает страну заходящего солнца (запад) в отличие от Азии («Аси») — страны восхода солнца (восток).

О Европе как географической области писали Гесиод и Гека-тей Милетский, Геродот и Фукидид, Аристотель и Изократ, Стра-бон и Плиний Старший, Полибий и Птолемей. Многие греческие и римские авторы были единодушны в определении географиче­ских границ Европы. Она представлялась им территорией между Азовским морем и рекой Дон (или Кавказом) на востоке и Ибе­рией с Атлантическим океаном на западе. Британия рассматрива­лась как остров в Европе. Южная граница проводилась по Малой Азии, Черному и Средиземному морям, а северная — по Дунаю.

Как видно, в античном представлении Европа ограничивалась в основном территорией, прилегающей к Средиземному морю,

* Своеобразным проявлением таком деятельности является германский «на­тиск на Восток». Под ним подразумевается не только историко-географическое явление, но и политическая идеология имперской Германии. Первыми натиск немцев испытали прибалтийские славяне. Движение немцев на восток было при­остановлено в XV в. В дальнейшем малочисленность германо-славянских столк­новений перекрывают ужасающие катастрофы двух мировых войн в XX в.

** Мифологическую сцену похищения быком Зевсом Европы изобразил на своей картине замечательный русский художник В.А.Серов.


которое считалось в качестве ее ядра и пространственной основы. В дальнейшем по мере включения в политические, экономиче­ские, духовные контакты Центральной и Северной Европы гра­ницы региона все больше обретали современные очертания. Од­нако лишь в начале XVIII в. были определены восточные рубежи Европы, ранее обозначаемые Доном. Это сделал выдающийся рус­ский ученый-энциклопедист, географ, историк, этнограф, фи­лолог, математик, металлург, дипломат, основатель Екатеринбурга В.Н.Татищев (1686— 1750). В своей статье «Европа», включенной в «Лексикон российский», он указал границей Европы Уральские

горы.

Вся территория Европы была заселена человеком, вероятно, уже в эпоху каменного века. С III тыс. до н.э. начинает обнаружи­ваться разложение первобытно-общинного строя, и социальная жизнь людей завершается образованием государств. Первые из них возникают на юго-востоке Европы, в южной части Балканского полуострова и на острове Крит. Они имели достаточно развитые социальные структуры. В экономической жизни важнейшую роль играли дворцовые хозяйства. В конце II тыс. до н.э. государства материковой Греции и Крита гибнут. Однако уже в начале I тыс. до н.э. вновь возникают условия для формирования государств на территории Греции. Отправной точкой всего общественного раз­вития Греции становится полис, который, видоизменяясь на про­тяжении веков, оставался государственной организацией Древ­ней Европы. Позднее на территории Апеннинского полуострова возникает италийский вариант полиса — цивитас. Самым ярким примером его был Рим.

В результате обширных военных экспансий полисов формиро­вались крупные державы. Первыми из них были эллинистические царства. Далее — империя, созданная Римом. Эта держава, вырос­шая из крошечного городка, основанного племенем латинов за восемь столетий до нашей эры, вобрала в себя множество народов. Включив в свой состав эллинистические царства и средиземно­морские области Европы, Рим способствовал распространению в них городского строя, рабовладельческого способа производства, техники, культуры. Греко-римское наследие явилось субстанцией европейской цивилизации. В это время закладываются основы ев­ропейской общественной мысли, понимание природы, личности и общества.

В эпоху Римской империи было достигнуто максимальное объ­единение европейского пространства. Это была, по выражению немецкого философа Р. Гвардини (1885—1968), «попытка полной и всеохватывающей конструкции бытия». Однако подобное состоя­ние не могло быть долговечным. Уже с конца II в. преобладание переходит к союзам, складывавшимся в племенном мире. Их пе­ревес начинает сказываться и в военном, и в культурном отноше-


нии. Наступает так называемая «варваризация» Европы. Таким об­разом, у истоков следующего средневекового этапа цивилизаци-онного развития Европы стояли два различных мира. Каждый из них переживал кризис. Римская империя — упадок, варварский мир — зарождение социальных структур. Смысл происходящего на этом величайшем «перекрестке времени» был назван русским поэтом М.А.Волошиным (1877— 1932) «...преосуществлением Все­мирной власти на земле».

Более чем тысячелетний отрезок времени (с IV по XV в.) охва­тило Средневековье. Раннесредневековая Европа представляла собой кипящий котел боровшихся друг с другом племен и наро­дов, различавшихся по уровню развития. На фоне внутренней дифференциации складывалось культурное единство Европы. Ее цивилизационное содержание обогащалось постоянными связя­ми с соседними регионами. В ходе этнических, торговых, дипло­матических, военных и других контактов с различными народами Европа в Средние века вобрала в себя не только античное и вар­варское наследие, но и богатейший опыт Востока.

Для духовной атмосферы того времени главным было станов­ление христианства. Христианская церковь стала, быть может, са­мой высокой формой организации человеческого духа. Она оказа­лась способной соединить противоречивое, вобрать в себя идеалы жизни и надежно хранить их в виде традиций. Решающее влияние христианства на Европу было не только духовным, но и полити­ческим. Религиозное миропонимание, право, обычаи, этика, мо­раль, наконец, церковная иерархия и богатство создали общий феодальный порядок, сцементировали единую феодальную идео­логию. Христианство в значительной мере определило неповтори­мость европейской цивилизации.

Европейский средневековый мир в целом был более насыщен­ным и динамичным, чем прежний. Именно в Средние века воз­никло большинство европейских государств, определились в ос­новном их границы, были заложены этнокультурные основы бу­дущих наций. Появились парламенты, суды присяжных и первые конституции. Были изобретены ножницы, часы, книгопечатание, оконное стекло, огнестрельное оружие и многие другие новше­ства. С конца Средневековья возникает современная наука, сде­лавшая позже европейскую культуру отличной от культуры всех других регионов.

Рубеж XV—XVI вв. — решающее для судеб Европы время. Ев­ропейцы осуществляют географическую революцию и выходят в мир. Страсть к открытиям сделалась формой, в которую облекся предприимчивый дух европейцев. В Ц86 г. Диас первым из европей­цев отважился добраться до мыса Доброй Надежды, в 1492 г. — Колумб достиг американских островов, в 1498 г. — Себастьян Ка-бот доплывает до Лабрадора, т.е. до американского материка. Но-


ый континент уже входит в сознание европейцев, когда Васко да Гама доплывает от Занзибара до Каликут и прокладывает морс­кой путь в Индию. В 1500 г. Кабрал открывает Бразилию. Наконец, с 1519 по 1522 г. Магеллан совершает свой знаменательный, вен­чающий всё подвиг: первое путешествие человека вокруг Земли, из Испании в Испанию. Тем самым доказывается, что прав был Мартин Бехайм, создавший в 1490 г. свое «земное яблоко», пер­вый глобус, осмеянный поначалу как глупая затея. Так смелое деяние подтвердило отважную мысль. В итоге мир стал для евро­пейцев круглым. Европа приобретает особое положение среди мировых цивилизаций. В Европе нет оцепенения и топтания на месте. Наступает эра европейского расцвета и интенсивного про­движения по пути культурного прогресса. Европа внезапно стано­вится центром и повелительницей Вселенной. Из Европы начина­ется заселение Америки, Австралии, Южной Африки и форми­рование их духовных оснований. Она оказывает решающее влия­ние и на другие части мира, в том числе на Россию с ее восточно-христианскими корнями. Россия в свою очередь заселяет весь се­вер Азиатского материка до Тихого океана.

«Географическая революция — это использование Океана в качестве основного средства всемирной коммуникации. Передвижение по Океа­ну позволило Европе объединить обитаемый мир.»

А. Тойнби, английский историк

«После кругосветных путешествий мир стал для европейцев круг­лым. То, что не было ими покорено, либо не стоит того, либо еще будет покорено.»

Гегель, немецкий философ

«Если бы преимущества Европы, вытекающие из ее географической и социально-экономической специфики, не нашли выражения в господ­стве — во всех значениях этого термина, — то европейский прорыв не имел бы ни блеска, ни быстроты (и главное) — последствий. Преиму­щества, а затем и превосходство Европы привели к ее доминированию над остальным миром.»

Ф. Бродель, французский историк

Уже с начала XV в. для честолюбивых португальцев и испанцев земной шар оказался тесным. Понадобилось деление его демарка­ционными линиями. Вскоре в колониальную экспансию активно включаются другие европейские страны. Наступает эра нового им­периализма. Вид Европы мгновенного изменяется. Возникает мощ­ное европейское доминирование, европейский централизм.

В XIX в. мир окрашивается в цвета европейских государств. Влия­ние Европы становится глобальным. К началу XX в. европейцы контролировали 85% земной поверхности и 70 % ее населения.


Европейские параметры оказались не только масштабными, но также преобразующими мировое устройство. В итоге европейцам удалось связать народы мира в единое сообщество и посредством своих политических и военных сюжетов сделать новую политиче­скую карту мира европейской.

Исключительное положение в то время занимала Великобри­тания. Ни одна страна со столь незначительной территорией и численностью жителей не держала в своих руках судеб огромного числа людей, живущих по всему земному шару. Каждое движение на Британских островах находило отзвук в мире. Колоссальные размеры британских колониальных владений дали основания про­никнуть в сознание англичан идеей мировой гегемонии*.

Удачливыми в колониальных предприятиях были Франция и Бельгия. Скромные владения имели Италия и Германия. После­дняя обратила главную ось своей экспансии на Ближний Восток. Там Германия проникла в империалистическую зону сил Вели­кобритании и России, что явилось одной из основных причин Первой мировой войны. В эту войну вступили не европейские на­ции, а мировые империи, подобные драконам, головы которых умещались в Европе, а туловища покрывали почти весь земной шар.

На рубеже XIX —XX вв. самым проблемным в Европе считался «восточный вопрос», связанный с судьбой балканских владений Турции. Распад ее европейских колоний привлек туда взоры мно­гих европейских держав, включая Россию. Центром политическо­го внимания были пресловутые черноморские проливы. Масштаб­ная балканская политика России нуждалась в теоретическом обо­сновании. С этой целью была выдвинута идея создания панславян­ской империи со столицей в Константинополе. В этой доктрине сплелись мысль о признании народов, действующих в цивилиза-ционном пространстве, суверенными, равновеликими и полити­ческие соображения, связанные с волевыми устремлениями. Од­ним из принципов данной политики был приоритет националь­ного над общечеловеческим.

Идея панславизма мотивировала отношения России с южны­ми славянами. Однако желаемые результаты не были достигнуты. Поддержка сербов в 1914 г. обернулась для России войной и рево­люцией.

В целом конфликты, приведшие Европу к Первой мировой войне, были двух порядков: национальные и империалистичес­кие. Война 1914 г. началась между восемью государствами Европы

* Великобритания вынашивала планы соединения со своими эмансипиро­ванными колониями в тесную федерацию. Идея ианбританизма в конечном сче­те путем медленной и сложной работы нашла реализацию в деятельности миро­вой англосаксонской диаспоры.


(Германией, Австро-Венгрией и противостоящими им Велико­британией, Францией, Россией, Бельгией, Сербией и Черногори­ей), но постепенно вовлекала в свою орбиту тридцать три страны. За годы войны в армии воюющих государств было мобилизовано 70 млн человек. Война длилась более четырех лет и вызвала неви­данные потрясения. Версальская система послевоенных договоров, в которой преобладали национальные мотивы, внесла лишь вол­ну пессимизма в европейское самосознание. Наступила пора разо­чарований в ценностях европейской цивилизации. Европа после войны перестала существовать как целое. Фактически в этой вой­не, где не было победителей, побежденной оказалась именно она, не сумевшая удержать своего рангового положения.

Удары, разрушившие Европу, шли по двум линиям: горизон­тальной (битва империй) и вертикальной (революции). Револю­ции в России, сжатые в пределах одного года, привели к тому, что Европа утратила свою социально-политическую однородность. Жесткое противостояние России и остального мира создало мощ­ное силовое поле напряжения в европейском развитии. Конфликт империй уступил место конфликту идеологий.

В связи с эпохальными событиями Первой мировой войны надо рассматривать Вторую мировую войну 1939—1945 гг. Сторонами конфликта были коммунизм, нацизм и либеральная демократия. Основной силой взрыва стало болезненное национальное чувство Германии*. В сознании немцев национальные мотивы были тесно переплетены с империалистическими. Это означало, что пафос освобождения становился для них волей к власти. Гитлер поста­вил перед нацией программу беспредельного господства: сначала в Восточной Европе, потом в Европе вообще и, наконец, во всем мире. С поразительной легкостью ему удалось осуществление двух

частей своего плана.

Участниками Второй мировой войны были шестьдесят одно государство и более четырех пятых населения земного шара. Воен­ные действия велись на территории Европы, Азии и Африки, а также на обширных акваториях мирового океана. За годы войны в армии воюющих стран было призвано свыше ста десяти миллио­нов человек. Война длилась шесть лет.

В итоге двух мировых войн прежняя Европа отошла в историю. Европейцы утратили свои колониальные владения, политическое преобладание в мире. Ослабленная Европа становится покорной торжествующей силе. Она отступает перед мировыми державами — Соединенными Штатами Америки и Советским Союзом. Внешняя энергия сверхдержав была направлена на противоборство друг с другом. Европа наполнилась силовыми компонентами.

* Генеалогию национал-социализма через так называемые символы масс блестяще проанализировал Э.Канетти (Е.СапеИл, 1986).


Грандиозные деструктивные процессы, связанные с ликвида­цией социалистической системы, потрясли мир, но не ликвиди­ровали силового напряжения на европейском пространстве. Как только была снята идеологическая конфронтация Европы, возро­дился ее культурный раздел*. В нынешних условиях Европа стре­мится обрести новое место в мире, который, несмотря на раз­дробленность, во всё возрастающей степени требует объединения в рамках правового устройства путем соглашений.

Европейцы. Как известно, Европа не была прародиной челове­чества. Древнейшие люди (индоевропейцы), вероятно, пришли в Европу с востока еще в эпоху каменного века (палеолита), при­мерно 2 млн лет назад. Все бессловесные предметы, найденные на европейской территории при археологических раскопках, все же остаются для науки немыми в своей безжизненности. Лишь сло­весные данные позволяют ощутить европейца, его внутренний мир, настроения, импульсы. Письменными источниками европейские события освещены лишь за последние три тысячи лет. Весь пред­шествующий период, продолжительный и сложный, был занят становлением основных конституционных свойств человеческого бытия в Европе. Здесь наука различает три основных века: камен­ный, бронзовый и железный. Каменный век самый длительный из них. В то время основные орудия труда и оружие человек изго­тавливал из камня, рога и кости. Люди жили тогда в пещерах и гротах, под скальными навесами, реже — на открытых местах. Основным занятием населения была охота, в начале генерализи­рованная, потом специализированная. В каменном веке постепен­но увеличивается плотность населения, расширяется область че­ловеческого обитания, формируются первичные системы поселе­ний**.

На рубеже VII —VI тыс. до н.э. наступает новая эпоха в разви­тии Европы и всего человечества. Происходит переход от присваи­вающего хозяйства к производящему. Охота и собирательство усту­пают место земледелию и скотоводству. Возникают постоянные поселения с прочно построенными жилищами. «Сельский образ жизни» становится господствующим в Европе вплоть до появле­ния, а затем и широкого распространения городов. Возникнове-

* Разделительной линией в Европе является граница западного христиан­ства, сложившаяся к 1500 г. Она пролегает вдоль нынешней границы России с Финляндией и странами Балтии, рассекает Белоруссию и Украину, сворачивает на запад, отделяя Трансильванию от остальной части Румынии, а затем идет по линии, отделяющей Хорватию и Словению от других югославянских государств.

** Сделаны попытки вычислить приблизительную плотность населения Ев­ропы в то время и даже его количество в некоторых регионах. Так, на территории Центральной Италии предполагается плотность 1 человек на 50—100 км2. Все население Центральной Италии могло составить 800— 1 600 человек в какой-либо отрезок каменного века. Основным типом поселений был базовый лагерь, состоящий из 10—12 легких жилищ каркасного типа.


и развитие производящего хозяйства способствовали росту Н елейности населения и его концентрации. Впервые отчетливо и ЧИ выступает неравномерность в развитии отдельных регионов

Европы.

Важные изменения в экономике, социальном строе и этноде-

мографии Древней Европы произошли в III тыс. до н.э. В Среди­земноморье, на юге Балкан и на Западном Кавказе возникли куль­туры бронзового века. Бронзовый век характеризуется появлением металлических орудий труда, резким увеличением его производи­тельности. Это способствовало возникновению тех явлений, кото­рые затем привели к разложению первобытно-общинного строя и становлению государства. Это также время великих переселений, которые положили начало образованию европейских народов, формированию их языковой и культурной общности.

Бронзовый век Европы — период многообразный и противо­речивый. Резко усиливается неравномерность экономического и социального развития. Европейское цивилизационное простран­ство становится сложным конгломератом различных культурно-исторических общностей, групп, обладавших разными традиция­ми и связями.

С возникновением около 3000 — 2000 гг. до н.э. Греческого госу­дарства открывается Античная эпоха Европы. Первые античные центры постепенно становились связанными между собой ком­пактными образованиями. Регулярные торговые связи среди них приводили к медленному формированию этнического самосозна­ния. Греки стали осознавать себя единым народом, отличным от

других.

Бронзовый век в начале I тыс. до н.э. сменяется железным. Об­щественное развитие ускоряется. Новый этап этнокультурного роста Европы начинается с образованием Римской державы, постепен­но создавшей в Средиземноморье «римский круг земель». Основу европейского античного мира составляли городские гражданские общины, которые были первыми в мировой практике демократия­ми. Верховную власть в античной городской общине осуществля­ло народное собрание граждан. Оно обладало широкими правами и обязанностями. В Античную эпоху были разработаны основные принципы морали, этические идеалы, важнейшие элементы нау­ки, философии, главные жанры литературы, архитектуры, спорт. В начале I в. н. э. всю западную часть Европы уже занимала Рим­ская империя, вобравшая в себя множество народов. За Рейном жили германцы, ранняя история которых, как и их соседей кель­тов, почти не ясна. К востоку от германцев обитали славянские племена. Римляне всех их называли варварами. Еще восточнее на беспредельных степях Причерноморья жили народы, мало напо­минавшие европейцев, — скифы и сарматы. В целом европейское Пространство было еще слабозаселенным. Всего на территории


Европы к началу нашей эры насчитывалось примерно 35 млн чело­век. В Италии в то время жило не более 6 млн, в Испании — также около 6 млн, в Великобритании и Германии — менее 1 млн чело­век.

Историческую эстафету от античности приняли Средние века. Общество средневековой Европы было феодальным. Феодализм — совершенно особый мир, формировавший своеобразный консер­вативный тип человека. Идеологией Средневековья был причуд­ливый сплав варварства и христианства. Первые столетия средне­векового периода отличались глубокой депрессией и потрясения­ми. Это было связано с континентальными миграциями народов, завоеваниями арабов, опустошительными походами монголо-та-тар и тюрок, межфеодальными распрями, крестовыми походами, ужасающими эпидемиями и т.п.

В IX—XV вв. намечается перелом в культурном развитии Евро­пы. Совершенствование агротехники (изобретение колесного плу­га с отвалом, распространение трехпольного севооборота и новой упряжи) позволило увеличить площадь обрабатываемых земель и урожайность. Внедрение богатых протеинами высококалорийных культур обеспечило, вероятно, европейцев той силой, что нужна была для постройки замков, соборов и новых городов, для подъе­ма обширных пространств целины*. Население Европы начинает быстро расти. К концу I тыс. н.э. оно составляло не менее 43 млн человек, в 1500 г. в Европе уже насчитывалось 75 млн жителей. Самыми заселенными странами были Франция (свыше 15 млн), Италия и Германия (по 11 млн человек).

Во второй половине истекшего тысячелетия начинается пере­ход Европы в индустриальную эру. Особенно активно этот про­цесс проходил в Англии, Франции, Германии. Новые достиже­ния в социальной и хозяйственной областях сыграли важную роль в дальнейшем увеличении численности европейского населения.

Последовательное увеличение численности населения зару­бежной Европы выглядит следующим образом: 1650 г. — 82 млн человек, 1800 г. — 160 млн, 1900 г. - 295 млн, 1950 г. — 392 млн, 1980 г. — 485 млн, 2000 г. — свыше 500 млн человек. Динамика воспроизводства населения Европы в целом совпадает с фазами ее цивилизационного развития. Индустриализация значительно по­нижает уровень смертности и подрывает целесообразность в вы­сокой рождаемости, стабилизирует численность населения. Мно­гие европейские страны уже подошли к такому состоянию. В дру­гих демографические процессы поддерживаются политическими

* Следует отметить также прогресс в военном деле, где стремя позволило подчинить лошадь и появиться новому военному классу рыцарей, которые по­степенно идентифицировались с крупными землевладельцами, способными вво­дить в своих владениях новую технику и технологию.


меоами внешней миграцией. Существуют региональные разли­чия в воспроизводстве населения и «внутри» стран*.

Как классифицировать многочисленное и разнообразное насе­ление Европы? Вопрос может показаться простым, но решается ' с отдаленных времен. По Библии народы, населяющие Евро­пу являются потомками сына Ноя - Иафета и называются иафе-тидами. Бог разделил их на отдельные народы и дал каждому свою задачу и цель в жизни.

Первую попытку выделить общие признаки людей, населяющих Европу предпринял знаменитый шведский натуралист К.Лин­ней Европеец, по его мнению, проницателен, пытлив, управля­ется законами. Видное место в классификации европейского на­селения занимает общая система геттингенского профессора Блю-менбаха, изложенная им в небольшом сочинении «О природном разнообразии человеческого рода» (1775). Европейцев он представ­лял нормальным типом для всего человечества. Позднее появи­лось около десятка классификаций, но общепризнанную создать

не удалось.

Европейская ветвь народов наукой изучена лучше других. 11о физическому облику она представляется вообще однородной, но в действительности оказывается очень смешанной. Основную часть населения современной зарубежной Европы составляют романс­кие, германские и славянские народы. Среди романских выделяют­ся, в частности, итальянцы, французы, испанцы, румыны, пор­тугальцы; германских — немцы, англичане, голландцы; славян­ских — поляки, чехи, сербы. Каждый из народов отличается сво­им характером, вкусами, традициями, поведением, взаимосвязя­ми с соседями**.

На характер и культуру европейцев огромное воздействие ока­зывает религия. Эту связь иллюстрируют конфессиональные ин­ституты и группы, а также наблюдаемые предметы и явления ес­тественной и социальной среды. В пределах Европы представлены все мировые религии. Однако в целом можно сказать, что главная религия Европы — христианство. При этом север региона — проте­стантский, центральная и южная части — католические, восток —

* В большинстве европейских стран сейчас рождаемость низкая — от 9 до 15 %с. Резко выделяется лишь мусульманская Албания и Монако, где этот пока­затель достигает 18 и 20 %о, заметны также Ирландия, Исландия, Македония. В перечисленных странах самый высокий естественный прирост населения. Уро­вень смертности в Европе в среднем — 11 %о. Смертность выше рождаемости в Болгарии, Венгрии, Италии, Румынии, ФРГ, Хорватии, Чехии, Швеции, Сер­бии и Черногории.

** Существует оценка характера современных европейцев: англичане облада­ют наиболее развитым чувством юмора; французы и итальянцы, которых счита­ют «романтиками Европы», на самом деле не умеют очаровывать, у них есть стиль, но они часто являются претенциозными; немцы — вежливы и пунктуаль­ны; испанцы — очаровательны, энергичны, любят танцевать.


православный. Стран абсолютно однородных в религиозном отно­шении в Европе нет. Как правило, можно говорить о преоблада­нии одной из конфессий или об их параллельном существовании.

В настоящее время в Европе складывается непростая этнокуль­турная ситуация. Детонирующим элементом в ее обострении яв­ляется многомиллионная армия гастарбайтеров из арабских и ази­атских стран. Среди них растет влияние исламских фундаментали­стов. В начале XXI в. напряженность в отношениях между корен­ными европейцами и пришельцами с Востока усиливается*. Дли­тельный и крупномасштабный прилив выходцев из иных культур с другими жизненными установками в перспективе может сильно повлиять на характер европейского общества.

Европа обречена на поиски межэтнической и межконфессио­нальной гармонии и формулы единения наций. Тем временем в ней уже накоплен большой опыт гражданской культуры в реше­нии этноконфликтов. Примером может служить итальянская про­винция Трентино-Альто-Адидже, называемая также Южным Ти­ролем. Там повсюду слышна немецкая речь, а итальянский язык звучит как иностранный. Южный Тироль, отошедший к Италии в 1919 г. (по Сен-Жерменскому договору), остается кусочком Авст­рии, будто и не прошло более трех четвертей века. Населен он почти исключительно австрийцами по происхождению, сохраня­ющими в неприкосновенности родной язык, обычаи и традиции. Национальные области, подобные Южному Тиролю, есть во всех западноевропейских странах. Их насчитывается более двух десят­ков. В той же Италии в области Валле-д'Аоста, на границе с Фран­цией и Швейцарией, города и деревни носят французские назва­ния, жители их свято оберегают свои традиции, говорят на раз­личных диалектах провансальского языка. В области Фриули — Ве­неция—Джулия, граничащей со Словенией и Австрией, прожи­вает компактная группа славян, говорящих на своих языках. Все эти области имеют административную, финансовую и культур­ную автономию. Их двуязычие закреплено в конституции страны. Особый статус имеют и два самых крупных итальянских острова в Средиземном море — Сицилия и Сардиния. Из всех итальянских областей четвертая часть наделена автономией, что ставит эту стра­ну в промежуточное положение между государством унитарным и федеративным.

В отличие от Италии Бельгия разделена пополам национальными разногласиями. Юг страны, прилегающий к Франции, населен валлонами, а север — фламандцами. В Бельгии три государственных

* Доля иностранцев в населении европейских стран в настоящее время со­ставляет, %: в Германии, Швейцарии, Австрии — 7, Франции — 6, Великобри­тании — 5, Швеции — 4, Италии — 2, Испании — 1. В ближайшие 25 лет в Европе может оказаться свыше 159 млн эмигрантов.


а. французский, нидерландский (его фламандский вариант) я3неМёцкий, на котором говорят лишь несколько десятков тысяч еловек, живущих вдоль границы с Германией и Люксембургом, фламандцы нередко делают вид, что не понимают по-француз­ски а многие валлоны даже не пытаются освоить язык, на кото-оом' говорит большинство населения их собственной страны. За исключением Брюсселя, двуязычной и двунациональной столи­цы Бельгии, фламандцы и валлоны живут изолированно друг от друга. Внутренние миграционные процессы почти отсутствуют.

Национальный сепаратизм силен в Испании. В ней находится самый крупный в Западной Европе очаг национализма — Страна Басков. Баски — единственный в регионе народ не индоевропей­ского происхождения. Их язык не имеет с испанским ничего об­щего, и владеют им далеко не все баски (быть может от того, что он необыкновенно труден). Террористическая организация баскс­ких сепаратистов ЭТА пытается добиться суверенитета Басконии, но правительство провинции выступает за целостность страны.

Немало этнокультурных проблем во Франции. Независимости требуют корсиканцы. Порой активно ведут себя французские баски. Немецкий язык и традиции сохраняются в Эльзасе и Лотарин­гии, но там местное население не требует воссоединения с Гер­манией. Так, однако, было не всегда. За 75 лет (с 1870 по 1945 г.) в результате трех войн Эльзас и Лотарингия четырежды меняли свою государственную принадлежность. Для Западной Европы это рекорд. После Второй мировой войны они окончательно отошли к Франции, и то, что Европарламент заседает в столице Эльзаса — Страсбурге, — символ достигнутого в регионе равновесия.

Бурный очаг национальной розни в Европе — Северная Ир­ландия. Конфликт этот весьма запутанный и сложный, поскольку общество там поляризовано не только по национальному, но и по религиозному признаку.

Этнокультурные проблемы обсуждаются в Европе, по крайней мере, со времен окончания Первой мировой войны, приведшей к распаду великих европейских империй. Борьба за национальное самоопределение, за культурную и административную автономию нередко велась в ущерб здравому смыслу. Сепаратизм в современ­ной Европе — антиисторичен.

Сокровища культуры, созданные европейцами, составляют сердце­вину ее цивилизационной идентичности. Они объединяют европейцев и составляют их гордость. При внимательном взгляде на культурный ланд­шафт Европы легко обнаруживается взаимообогащение европейских на-Родов благодаря удивительным и плодотворным скрещиваниям. Так, пе-вец славянской души поляк Шопен был по происхождению французом; аналитик, проникший в существо русской души, Достоевский имел польские корни; типичный немецкий художник Дюрер по происхожде­нию венгр; великий певец венгерских страстей Лист — немец; нацио-


 


нальный венгерский поэт Петефи был в действительности сербом; автор великой польской национальной эпопеи «Пан Тадеуш» Мицкевич по происхождению литовец; тот, кто лучше всех выразил страдания и радо­сти немецкой души, — Бетховен по отцу был голландцем; создатель те­ории германского «сверхчеловека» Ницше — потомок польских шляхти­чей. Этот перечень можно продолжить, но приведенные примеры уже показывают, что европейцы обладают большим числом выдающихся людей. Именно высшие личности составляют истинное воплощение ев­ропейской силы. Им Европа и мир обязаны прогрессом на всех направ­лениях цивилизации.

Технология общественной жизни. Исключительную роль в фор­мировании европейского облика играла и продолжает играть тех­нология общественной жизни. Отлаженность и напряженность политических механизмов по существу является предпосылкой эффективной организации социально-экономического пространства.

Общественная жизнь — особая реальность, основу которой составляют социально-политические факты и действия, не сво­димые к другим фактам и действиям и обладающие рядом само­стоятельных характеристик*. Уже в эпоху античной цивилизации в Европе зарождается свобода как реальность. Полисный тип об­щественного и государственного устройства в Древней Греции и Риме — это мировой феномен. В нем главенство было основано не на доминировании и подчинении, а на авторитете и первенстве. Здесь впервые блеснула одна из ярких граней европейской дей­ствительности — уважение к достоинству и правам личности, пока относящиеся к весьма узкому кругу аристократии. Со временем это станет стержнем общественного генотипа. Параллельно в по­лисной структуре получает развитие другой компонент. Зарожда­ется сообщество свободных собственников, как бы субстанция будущего гражданского общества. Царившая в полисе атмосфера трудолюбия, состязательности, стремление к славе, известности породили не только европейский аристократизм. В этом видится и удивительный прообраз «протестантской этики», о роли которой в последующем развитии европейского общества писал М.Вебер.

От античного полиса цепь общественных форм протянулась к городской коммуне Средневековья. Такого феодализма, какой был в Европе, с автономными городами-коммунами, выступавшими в качестве самостоятельных субъектов в политической жизни, другие цивилизации не знали. Дальше типологический ряд обще­ственных форм восходит к индустриальному и постиндустриаль­ному строю. Так выстраивается связная цепь общественных форм, обусловленная единым генотипом. Идеология свободы и достоин­ства личности с примечательным постоянством актуализируется в последующие эпохи.

* Указанные факты российско-американский социолог П.А.Сорокин назвал «ценностью» социального пространства.


К нерушимости прав человека в Европе присоединяется его *\) участвовать в политической жизни общества. Поэтому сво-«З^апеализуется в европейских странах только в условиях право-демократии, т.е. при возможном для всех граждан участия в В*ьявлении воли. Каждый человек в зависимости от уровня его и одитической зрелости и убедительности взглядов может рассчи­тывать на признание.

Защите отдельного человека от насилия соответствует защита всех от власти отдельного человека. Даже величайшие заслуги пе­ред государством не являются основанием для неприкосновенно­сти власти индивидуума. Человек остается человеком, и даже луч­ший из людей может стать опасным, если его власть не сдержива­ется определенными ограничениями. Поэтому несменяемая власть в европейских странах явление исключительное. В таких условиях не может быть непомерного возвеличивания какого-либо госу­дарственного деятеля.

Технология современной общественной жизни в Европе стро­ится на основе нескольких идейных течений, выражающих стрем­ление предоставить людям все доступные им возможности, если они не идут вразрез с тем, что жизненно необходимо всем. В тех или иных комбинациях она включает элементы либерализма, со­циал-демократии и неоконсерватизма.

Стержнем либеральной системы является идея прав человека на жизнь, свободу и частную собственность. Их неразрывная связь определяется тем, что частная собственность выступает основой индивидуальной свободы. Поэтому либеральное европейское об­щество — это общество равноценных друг перед другом лично­стей. Либеральная система характеризуется разграничением граж­данского общества и государства. Важным структурным элемен­том либерального государства является идея плюрализма, при­знающая господство принципа многообразия во всех сферах об­щественной жизни. В таком обществе предполагаются равные воз­можности самореализации и равные права в достижении своих целей. В политической сфере это выражается в равенстве всех пе­ред законом, инструментом реализации которого выступает пра­вовое государство.

Социал-демократическая система сохраняет все либеральные элементы с соответствующей модификацией. Прежде всего идея негативной свободы (максимально возможная свобода от внешних ограничений, в частности, налагаемых государством) дополняет­ся идеей позитивной свободы (свободы, условия реализации ко­торой обеспечиваются государством), а классический индивидуа­лизм — новым. Для корректировки негативных аспектов и неже­лательных последствий свободного рынка и свободной конкурен­ции разработано и во всё больших масштабах используется госу­дарственное регулирование экономики. Политические права до-


полняются социальными с предоставлением всем членам данного общества материальных благ на уровне не ниже того, который принят за минимальный. Вводится принцип социальной ответ­ственности частных корпораций и государства. Функции государ­ства расширяются, при этом происходит дальнейшая демократи­зация общества. Вместе с тем социал-демократическая система ведет к росту полномочий исполнительной власти за счет законодатель­ной, сужению сферы деятельности выборных органов и должно­стных лиц в пользу назначаемых. Во многих аспектах государство испытывает определенные перегрузки.

Неоконсервативная система интегрирует важнейшие ценности, институты и постулаты либерального и социал-демократического вариантов, также подвергая их модификации. Центральное значе­ние здесь приобретают ориентации и установки на индивидуали­зацию в экономической, социальной и политической сферах. Ак­цент переносится на приватизацию и частную жизнь. Количествен­ные параметры существования заменяются качественными, на смену материальным ценностям приходят «постматериальные». Провозглашается своего рода «психологическая революция», при­званная выдвинуть в центр внимания человека. Защита прав лич­ности возводится в ранг одной из основополагающих проблем го­сударственной и международной политики.

Вся технология общественной жизни в Европе опирается на сильный и обширный средний социальный слой. Он исповедует и воспроизводит ценности европейского общества. Этот процесс сопровождается рассасыванием массы низов, тяготеющих к раз­ным версиям люмпен-идеологии. При этом крайне важным оста­ется сохранение контроля гражданского общества над политиче­скими структурами. При всех успехах современное европейское общество не смогло до конца решить некоторые социальные про­блемы. Тем не менее в большинстве случаев здесь подразумевают­ся конкретные аспекты жизни различных категорий населения, но не технология общественной жизни Европы. Не будучи абсо­лютно завершенной, социальная организация общества в то же время должна быть открытой для улучшения. Человеческий про­гресс, по мнению К. Поппера, — это защита и усиление демокра­тических институтов.

Анализ европейского развития убедительно свидетельствует о существовании тесной взаимосвязи процессов демократизации и экономического роста. Взаимосвязь демократического и экономи­ческого развития настолько универсальна, что можно провести аналогию с периодической системой элементов Менделеева. Как в одном случае, зная атомный вес элемента, можно указать его химические свойства, так и в другом, зная экономический рей­тинг той или иной страны, можно определить (с достаточно вы­сокой степенью точности) тип ее социально-политического уст-


„ Итак, не может быть стабильных демократий в странах, Р°Иуоовень экономического развития низкий, и нет недемокра-ГЯвеских режимов в странах, где уровень экономического разви­тия высокий.

Можно утверждать, что передовые европейские государства пенно, с Трудом, через пробы и ошибки сумели построить многокомпромиссные социально-экономические структуры. Они сочетают поощрение сильных с защитой слабых, а также научно просчитывают стратегию развития. Модельный принцип обще­ственной жизни обеспечил иной стиль социального и полити­ческого мышления европейцев. В Европе утвердилась особая эти­ка взаимодополняемости, терпимости и компромисса, регламен­тирующая нормы общественных отношений и разрешения про­тиворечий.

Экономика Европы: Прочным основанием Европы остается ее экономическая система. В ней можно выделить воспроизводствен­ную, отраслевую и территориальную структуры. Каждая из них характеризуется набором компонентов, находящихся в опреде­ленной взаимозависимости и в сравнительно устойчивых пропор­циональных отношениях.

«Европа создала индустриальную систему, которая распространи­лась по всему миру. Эффективно действующей единицей индустриаль­ной системы может быть вся пригодная к освоению поверхность нашей планеты и все человечество.»

А. Тойнби

Воспроизводственная структура отражает динамику общего эко­номического развития региона. Европа была и остается одним из ведущих центров мирового уровня. Ее суммарный ВВП составляет более 10 трлн долл. США (почти 30 % от мирового). Европейский регион занимает первое место в мировой торговле. Ему принадле­жит также лидерство в сфере золотовалютных резервов и загра­ничных инвестиций.

Сложной и динамичной является отраслевая структура евро­пейской экономики. В общем хозяйственном развитии региона можно выделить несколько этапов. Бурный подъем сельского хо­зяйства в Европе начался в X в. Причины его объясняются по-разному, но общее понимание этого процесса более или менее очевидно: ушли в прошлое «темные века», последовавшие за па­дением Рима. Тем временем экстенсивный путь развития привел аграрное производство к глубокому кризису, поразившему боль­шую часть Европы. Ответом на эту ситуацию («вызов») стала про­мышленная революция. Ее воплотил пробудившийся от спячки беспокойный европейский ум, унаследовавший античную тради­цию активного отношения к миру. Стала набирать обороты техно­логическая мысль.


Новое время становится эпохой промышленного развития. Вто­рая половина XVIII в. и начало XIX в. были этапом ранней меха­низации производства. Ключевыми индикаторами хозяйства тогда считались хлопок, шерсть, шелк и чугун. Лидирующими отрасля­ми выступали текстильная промышленность, производство тек­стильных химикатов и текстильных машин, металлоизделий, вы­плавка и литье чугуна, изготовление ювелирных, керамических и стеклянных изделий. Получили развитие пути и средства сообще­ния. Быстро развивалась сеть речных каналов, соединявших между собой естественные водные пути, а также промышленные райо­ны с сельскохозяйственными районами и портами. Доминирова­ли в развитии указанных отраслей Великобритания, Франция, Бельгия, Нидерланды.

В XIX в. решающую роль в хозяйстве стала играть паровая ма­шина как универсальный двигатель. Открывается эра машиностро­ения. Увеличивается производство металла. С переворотом в обла­сти промышленной техники тесно связан переворот в средствах транспорта. Развернулось строительство коммуникаций. К числу передовых стран стали относиться также Италия, Германия, Швей­цария, Австро-Венгрия.

С конца XIX в. начинается широкое применение электричества в разнообразных отраслях хозяйства, происходят решающие из­менения в технике связи. Одной из ведущих отраслей становится химическая промышленность. В это время изобретается двигатель внутреннего сгорания, появляется автомобиль и аэроплан.

Двадцатый век и особенно его вторая половина проходят под знаком научно-технической революции. Ключевыми становятся отрасли, обеспечивающие технический и технологический про­гресс.

Своеобразие современного состояния европейской экономики заключается в переходе от индустриального к постиндустриально­му характеру. Этот переход определяется рядом факторов: движе­нием от товаропроизводящей к обслуживающей экономике, что ведет к доминированию сферы услуг над сферой производства; изме­нением в социальной структуре общества (усилением роли про­фессионализма, уровня образования и знаний); бурным ростом интеллектуальных отраслей; введением планирования и контроля в области стратегии и тактики общественного развития.

В настоящее время экономику Европы можно назвать инфор­мационной. Новые технологии направлены на производство пор­тативных товаров, отвечающих тому спросу, который раньше удов­летворялся услугами. Эти новые так называемые «кочевые» пред­меты изменяют ритм и образ жизни европейцев, их отношение к культуре, знаниям, семье, миру, самому себе. Новые предметы становятся средствами расширения свободы, выражением инди­видуальности человека.


Территориальная структура хозяйства Европы несет на себе яркий отпечаток прошлых столетий, когда регион стал очагом промышленной революции. Размещение производительных сил унаследовано от того времени, когда близкое соседство с уголь­ными, железорудными бассейнами и судоходными реками было необходимой предпосылкой достижения высокого хозяйственно­го уровня. Не случайно, что наибольшее развитие получили райо­ны, тяготеющие к так называемой «центральной оси развития», проходящей от промышленных регионов Англии через долину Рейна до центральной Италии. Уже два века эти области играют роль европейского индустриального ядра.

Для Европы в целом характерно многообразие форм простран­ственной организации производства. В то же время отчетливо про­слеживается общность территориальных проблем в европейских странах. Так, практически во всех государствах существуют проти­воречия, связанные с высокой концентрацией производительных сил в столичных и других крупных городах и отсталостью депрес­сивных и сельскохозяйственных районов. В конкретных нацио­нальных условиях эти проблемы проявляются в разных сочетани­ях и с различной степенью остроты.

Хозяйственный облик региона определяется прежде всего про­мышленностью. Буквально каждая ее отрасль имеет свои специфи­ческие особенности. Например, энергетика: регион лидирует в мире по развитию атомной энергетики, а в некоторых странах Южной и особенно Северной Европы ГЭС лидируют среди источников электроэнергии; черная металлургия — по объему выплавки ста­ли Западная Европа не имеет себе равных в мире; машинострое­ние: регион является крупнейшим в мире производителем и экс­портером станков, кузнечно-прессового оборудования, оптики и т.д. Продукцию фирм «Фольксваген», «Рено», «ФИАТ», «Бритиш лейленд», «Вольво», «Сименс», «Филипс» знают во всем мире (их специализацию и государственную принадлежность предоставля­ется определить вам самим).

В целом та география промышленности стран Западной Евро­пы, которая сложилась еще в XIX в., сохраняется и сегодня. Важ­нейшие сдвиги в ней связаны с формированием крупных порто-во-промышленных комплексов (Роттердам в Нидерландах, Мар­сель во Франции и др.), освоением нефтегазовых месторождений Северного моря, модернизацией промышленности менее разви­тых стран региона, децентрализацией (т.е. «рассредоточением») промышленности. При этом все страны имеют свое индустриаль­ное «лицо». Так, Дания имеет узкоспециализированную экономи­ку, Германия — диверсифицированную (т.е. многоотраслевую, разветвленную); Великобритания и Бельгия — «угольные» держа­вы, к тому же первая, интенсифицируя добычу нефти в Север­ном море, претендует и на роль ведущей «нефтяной»; Франция


иногда рассматривается как «амбар, пастбище и молочная ферма» Европейского союза и т.д.

Высокоэффективное сельское хозяйство Западной Европы прак­тически полностью обеспечивает жителей региона основными про­дуктами питания, а ввозятся лишь товары тропического земледе­лия и фуражное зерно. Преобладают высокотоварные фермы, за исключением отдельных хозяйств стран Юга и новопринятых в ЕС государств (Португалии, Греции, Польши, Словакии и др.). В За­падной Европе собирают самые высокие в мире урожаи пшеницы (до 60 — 70 ц/га в Дании, Германии, Великобритании, Франции и др.). Кроме традиционных культур умеренного пояса, в Южной Европе в условиях субтропического климата большое значение имеют виноградарство, выращивание маслин, миндаля, граната, финиковой пальмы и др. По сбору винограда и производству вин Италия — первая страна в мире, по сбору маслин — Испания. Животноводство имеет преимущественно молочно-мясной уклон. Вылавливается более 10 млн т морской рыбы, при этом главные «страны-рыболовы» — Норвегия, Дания, Исландия и Испания.

Западная Европа — регион высокоразвитого транспорта, всех его отраслей. Имеется густая сеть первоклассных автомобильных дорог. На долю морского транспорта в таких странах, как Вели­кобритания, Франция, Нидерланды, Ирландия, приходится до 80 % грузооборота, а морские порты Роттердама (Нидерланды), Марселя и Гавра (Франция), Антверпена (Бельгия), Гамбурга (Гер­мания) относятся к числу крупнейших в мире.

Экономическое пространство современной Европы включает структурные компоненты: индустриальную «ось», агломерации и мегаполисы (Амстердам, Барселона, Валенсия, Венеция, Гаага, Гамбург, Лион, Лондон, Мадрид, Манчестер, Марсель, Милан, Неаполь, Нюрнберг, Париж, Рим, Тулуза, Турин, Франкфурт, Цюрих, Штутгарт), периферию (Ирландия, Ольстер, Шотлан­дия, Уэльс, Атлантическое побережье Франции, Испании и Пор­тугалии) и депрессивные районы*.

* «Ось» имеет форму вытянутого прямоугольника, вершинами которого можно считать Манчестер и Гамбург на севере, Марсель и Венецию на юге. В широком понимании экономическое пространство географической Европы представляет­ся в виде двух полуовалов — западного и восточного. Западный полуовал с цен­тром в г. Касселе (ФРГ) простирается от Барселоны до Хельсинки и охватывает более половины площади западноевропейских стран, где проживает три четвер­ти их населения. Центр восточного полуовала лежит на стыке границ Украины, Белоруссии и России. В форме законченных овалов западное и восточное образо­вание пересекаются в зоне, вытянутой от Таллинна до Загреба.

Оптимизация территориальных пропорций уже длительное время в Европе осуществляется в рамках отлаженной региональной политики. Улучшением эко­номической ситуации на периферии и в депрессивных районах занимается специ­альная организация — Атлантическая Дуга. Главной материальной базой указан­ной политики является Европейский фонд регионального регулирования (ЕФРР).


Новые и новейшие отрасли европейской промышленности, ори­ентированные, как правило, на экспорт, требуют высококвалифи­цированной рабочей силы. Поэтому они притягиваются к зоне ин­дустриальной «оси», крупным и крупнейшим городам. Напротив, для старых, традиционных отраслей важное значение сохраняет бли­зость к сырьевым источникам и транспортным путям. Отсюда тен­денция в размещении этих производств на морском побережье, вблизи портов, на периферии с дешевой рабочей силой.

Наряду с отмеченными явлениями отчетливо просматривается новая тенденция в размещении европейского хозяйства, связан­ная с усилением сферы услуг в структуре экономики. Эта тенден­ция состоит в деконцентрации производства и расселения, в от­носительном и даже абсолютном сокращении «промышленного веса» крупнейших городских агломераций в пользу непрерывно расширяющейся сферы услуг, научных и образовательных учреж­дений. Другими словами, в европейской экономике перестает дей­ствовать эффект агломерации. На смену центростремительным силам в размещении производства приходят центробежные. В ре­зультате в Европе формируется новая пространственная система хозяйства.

Интеграция Европы. Уникальное состояние европейского со­циально-экономического пространства выражается также во все­общей тенденции к интеграции.

Мысль сделать Европу единой не нова. Истоки этой идеи заро­дились в античную эпоху. Культура того времени явилась общим наследием и достоянием европейских народов. Она дала потомкам и многие политические примеры единения. В период Средневеко­вья представление о европейском единстве было связано прежде всего с распространением христианства. Именно христианская церковь с первых времен выступает важным связующим звеном, объединяющим элементом европейской жизни. Первые проекты европейской общности появились в XI —XII вв. В них уже прозву­чал призыв к прекращению войн и междоусобиц, к замене их отношениями сотрудничества. При этом установление мира в Ев­ропе прямо связывалось с объединением европейских государств и народов в «союз наций».

Гуманистическая тенденция впервые получила яркое выраже­ние в трактате выдающегося мыслителя эпохи Возрождения Э. Рот­тердамского «Жалоба миру» (XVI в.). В ней впервые ставится воп­рос о вечном мире как идеале, закладывается начало широкой и устойчивой традиции европейской мысли о войне и мире.

Позднее, в XVII —XIX вв., проблемы переустройства Европы обсуждались в тесной связи с идеями демократизма и народовла­стия. Почти все проекты о единстве содержали предложения о создании общеевропейских органов, которые гарантировали бы сохранение мира на континенте. У одних авторов контуры этих


структур были только обозначены, другие дали их детальное опи­сание, разработали механизм их формирования и деятельности.

Ход европейских событий показал порочность и обреченность силового способа объединительной идеи, сопряженного с агрес­сией, посягательством на свободу и суверенитет стран, с конф­ликтами и войнами в регионе. Постепенно европейская интегра­ция — европеизм — стала многоплановым явлением.

Во второй половине XIX в. в результате пропаганды европей­ской идеи зародился лозунг «Соединенные Штаты Европы». С мо­мента своего появления он стал предметом политических дискус­сий и борьбы. Выдвигались различные варианты европейского соединения. Так, в начале XX в. появился проект «Срединная Ев­ропа», отражающий растущие амбиции германских правящих кру­гов. В годы Первой мировой войны оживились так называемые средиземноморские или латинские идеи объединения европей­ских народов. Устойчивую тенденцию в русской общественной мысли имела так называемая славянская идея. Германская, латин­ская и славянская идеи свидетельствовали об острой социальной борьбе вокруг различных европейских теорий и проектов.

Начало XX в. ознаменовалось серьезным обострением общей ситуации в Европе и мире. Дальнейшее развитие политических событий не способствовало претворению в жизнь принципа евро­пейского единства, но эта идея создавала определенный психоло­гический климат.

Ход истории показал, что, несмотря на блоковую структуру послевоенной Европы, в регионе всегда продолжала действовать тенденция к общеевропейскому сотрудничеству. После окончания Второй мировой войны европейцы осознали, что ведущую роль в послевоенном мире уже призваны играть не суверенные государ­ства, а субъекты регионального и континентального масштаба.

Первой европейской объединительной организацией был Совет Европы, созданный в 1949 г. Задуманная с интеграционной целью эта ассоциация провозгласила задачу защиты парламентской де­мократии, прав человека, верховенства закона, а также поощре­ние культуры и самоидентификации европейских народов*.

Реальная интеграция Европы началась в 50-е гг., когда Фран­ция и Западная Германия в 1951 г. создали Европейское объедине­ние угля и стали (ЕОУС). В этом начинании их поддержали Бель­гия, Нидерланды, Люксембург и Италия. Так был сделан первый шаг к созданию интеграционного пространства. Новый мощный импульс этот процесс получил в 1957 г., когда в Риме теми же странами были подписаны договора о создании Европейского

* Начиная с 1989 г. основной задачей организации становится мониторинг демократических преобразований в бывших социалистических странах, контроль за соблюдением в них прав человека. В 1996 г. Россия стала 39-м государством в составе Совета Европы.


экономического сообщества (ЕЭС) и Европейского сообщества по атомной энергии (Евратом). Позже все три организации обре-ди единые руководящие органы и общее наименование — Евро­пейское сообщество (ЕС).

В состав сообщества вошли страны с высоким уровнем разви­тия, что во многом определило значительные темпы его эконо­мического роста в последующие годы. В 1973 г. произошло первое расширение организации до девяти участников. В сообщество вошли Великобритания, Дания и Ирландия. Однако такой шаг усилил диспропорции по странам, прежде всего из-за относительно низ­кого уровня хозяйственного развития Ирландии и старых про­мышленных депрессивных районов Великобритании. В 1981 г. в ЕС вошла Греция. С ее вступлением соотношение наиболее богатых районов и беднейших по показателю душевого ВВП в организа­ции еще более увеличилось. В 1986 г. с присоединением Испании и Португалии произошло третье расширение сообщества, которое обусловило очередное резкое обострение диспропорций. Расши­рение ЕС за счет вступления Испании и Португалии существенно увеличило группу периферийных (отсталых) районов. К ним ока­зались причислены две трети общего числа районов ЕС.

С подписанием в 1992 г. в Маастрихте Договора о Европейском союзе, который вступил в силу с 1 ноября 1993 г., начался новый этап европейской интеграции. Развернулось строительство эконо­мического, валютного и политического союза в условиях ликви­дации внутренних границ между странами: введение единой ва­люты (с 1 января 2002 г. началась замена национальных денежных единиц на «евро»), проведение общей внешней политики и поли­тики безопасности, усиление защиты прав человека и интересов граждан стран ЕС. Новое качество интеграции отразилось в назва­нии организации. Теперь она именуется Европейским союзом (ЕС). В 1995 г. число участников организации достигло пятнадцати. В нее вступили Австрия, Швеция и Финляндия. Расширение со­юза неизбежно породило новые проблемы. Например, неясно, как будет соотноситься нейтральный статус новых стран с их участи­ем в общей оборонной политике. Кроме того, новые государства добавили новый тип проблемных районов — северных, с крайне низкой плотностью населения.

В 2004 г. к союзу присоединились еще 10 государств: Кипр, Мальта и бывшие социалистические страны — Венгрия, Латвия, Литва, Польша, Словакия, Словения, Чехия, Эсто


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.033 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал