Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Занимательный Поезд






Немного подумав, Соломенный Губерт сказал, что придётся войти в коробки.

— А вам приходилось входить в коробки? — спросила Анечка.

— Ни разу!

— Тогда лучше бы не входить. Если произойдёт крушение, нам из них не выбраться.

— Крушения не произойдёт, потому что работает светофор.

— Значит, садимся? — спросила Анечка.

— Конечно! Я уже в коробке! —сказал Соломенный Губерт, и Анечка-Невеличка тоже
забралась в коробку.

Едва они расположились в Занимательном Поезде, коробки захлопнулись — одна над Соломенным Губертом, а другая над Анечкой, — и Занимательный Поезд тронулся, поехав неведомо куда. Соломенный Губерт не знал — просто даже не предполагал, — куда едет Поезд, и Анечка тоже не знала — просто даже не предполагала, — куда Поезд едет.

Куда ехал Занимательный Поезд? Куда же он всё-таки ехал?


Глава двадцать третья, в которойАнечка-Невеличка

и Соломенный Губерт выходят не на той станции

ПОЕЗД БЕЗО ВСЯКОГО СОМНЕНИЯ ехал в туннеле, потому что вокруг было темно. Наконец, когда стало светлее, он сделал первую остановку, и крышки коробок поднялись. Соломенный Губерт прислушался, будут ли объявлять название станции и будут ли, как обычно, кричать: «Горячие сосиски!», «Ситро!», «Пиво!» Но ни названия станции, ни «горячие сосиски», ни «ситро», ни «пиво» не выкрикивали. Станция, безо всякого сомнения, была какой-то необычной. Соломенный Губерт встал, намереваясь узнать, куда они приехали, и тотчас же выпрыгнул из коробки — такое странное, чрезвычайно поразившее его зрелище он увидел. Выпрыгивая, он не забыл крикнуть Анечке-Невеличке, чтобы и она тоже выпрыгнула, и Анечка тоже выпрыгнула. Едва она выпрыгнула, Поезд тронулся и отъехал. Долго осматривались они и долго удивлялись. Чему они удивлялись? Чему же они удивлялись?

Удивлялись они тому, что вблизи не было ни вокзала, ни города, ни деревни. Всюду, куда ни глянь, торчали скалы, пустынные и выжженные, а под скалами что-то странно шумело.

— Мы, безо всякого сомнения, вышли не на той станции, — сказала Анечка.

— А какая, по-вашему, т а?

— Не знаю! — сказала Анечка-Невеличка.

В этот момент хлопнул выстрел, потом другой и третий.

— Повезло нам! — воскликнул Соломенный Губерт.

— Почему повезло?

— Поглядите, что происходит!

— А что происходит? — спросила Анечка.

— В Занимательный Поезд стреляют!

И правда, в Занимательный Поезд стреляли. Анечка не знала, откуда в него стреляли, но стреляли в него. Занимательный Поезд стал прыгать на рельсах. Пока он прыгал, раздался ещё один громкий, очень громкий выстрел, и Занимательный Поезд опрокинулся.

— Действительно, нам повезло, когда мы вышли не на той станции! — сказала Анечка.

— До чёртиков повезло! — пробормотал Соломенный Губерт.

— Пожалуйста, не говорите «до чёртиков».

— Почему это?

— Потому что с нами случится что-нибудь плохое!

— С нами случилось самое плохое, что могло случиться! — заметил Соломенный Губерт и
пригнулся.

Анечка тоже пригнулась. Она хотела спросить, что же плохого с ними случилось, но вдруг заметила, что к рельсам подбежала толпа маленьких чёрных человечков и, бросившись на коробку, в которой приехал Соломенный Губерт, разорвала её в клочья.

— Дикари! — прошептал Соломенный Губерт и сжал кулаки.

— Что же делать? — спросила Анечка.


— Выждать время! — хладнокровно ответил Соломен-ньга Губерт.

И они стали выжидать время. Пока они выжидали время, Анечка разглядывала Негритят. Те были полуголые, причём кое-кто держал длинные копья, а кое-кто — маленькие ружья. Остальные кое-кто были не вооружены и разрывали коробку в клочья голыми руками.

Покончив с коробкой, Негритята взялись за руки и стали прыгать и припевать:

Победа! Победа!

Без боя! Без боя!

Ведь руки

И ноги

У нас с тобой

С собою!

Ура-а-а!!!


Попев и попрыгав, они уселись на землю, подняли вверх маленькие трубы и заиграли то, что пели. Играли они так красиво, что Анечка тоже едва не запрыгала.

— Наверно, они не злые, раз так красиво играют! — сказала она Соломенному Губерту.

— Это мы посмотрим.

— Когда?

— Когда они нападут на наш след.

— Вы думаете, они будут нападать на наш след?

— Ясно! На коробку же напали!

— А мне неясно. Раз они так красиво играют, я бы сама с удовольствием напала на их
след!

— Ну и нападайте! — обиженно сказал Соломенный Губерт.

— А вы?

— А я пойду искать удобные пещеры в скалах и коренья, которыми нам предстоит
питаться.

— А вы питались когда-нибудь кореньями?

— Никогда!

— А я питалась.

— Что же это были за коренья?

— Такие оранжевые. Называются морковки.

— Морковки — коренья? Вот почему я их не люблю.

— Морковки — хорошие коренья. Тут таких хороших кореньев, как морковки, наверно, и
нету.

— Тогда не буду искать коренья! Лучше умереть с голоду, чем есть морковь!

— Я не дам вам умереть с голоду.

— Как вы это сможете сделать?

— Пойду под окошки к Негритятам и попрошу еды.

— Похоже, они вам нравятся, эти дикари! — раздражённо сказал Соломенный Губерт.

— Нравятся.

— Ну что ж, значит, конец.

— Почему?

— Раз они вам нравятся и вы к ним пойдете, они вас зажарят!

— Я не верю в это.

— Вы не верите, потому что они вам нравятся.

— Раз они мне нравятся, я тоже, может быть, им понравлюсь, и они меня не зажарят.

— Значит, идёте?! — крикнул Соломенный Губерт и улёгся на скале.

— Иду, раз вы хмуритесь, — сказала Анечка и пошла.


Глава двадцать четвертая, в которой Анечка-Невеличка идет к Негритятам

АНЕЧКА-НЕВЕЛИЧКА НЕСКОЛЬКО раз оборачивалась и махала рукой, но Соломенный Губерт был хмур и не глядел в её сторону.

Она шла сперва по пустынным и выжженным скалам, потом спустилась в долину, потом снова пошла по скалам и, наконец, снова спустилась в долину. Тут она увидела большую хижину, возле которой суетилось множество маленьких чёрных человечков, странно при этом подпрыгивавших. Среди них были и те, которые играли и понравились Анечке. Играть они не переставали и не переставали ей нравиться.

Анечка пригнулась и направилась прямо к оркестру.

Вдруг человечек, который, размахивая руками, показывал остальным, как надо играть, заметил её и так странно взмахнул руками, что все, кто играл, перестали играть, а он закричал:

— Туристы приехали!

И сразу же из хижины выбежало такое множество маленьких чёрных человечков, что Анечка даже испугалась. И все кинулись прямо к ней.

Бежали они к Анечке, как муравьи, а добежав, обступили кольцом и стали плясать, потому что опять заиграла музыка.

Когда все вдоволь наплясались, тот, кто показывал остальным, как надо играть, опять взмахнул руками, музыка умолкла, а из хижины выскочил Кролик. Анечка сразу его узнала. Это был Кролик, который сидел на верблюжьей спине и съел Диплом.

Анечка ужасно обрадовалась и, когда Кролик очень мило встал перед ней на задние лапки, подняла его за уши и взяла на руки.

В этот момент к ней подошёл тот, кто показывал остальным, как надо играть, и сказал:

— Приветствуем вас! Ваши Негритята!

На вежливое это приветствие Анечка ответила тоже как можно вежливее:

— Благодарю вас! Ваша Анечка!

— Мы знали, что вы на Занимательном Поезде приедете.

— И поэтому его разорвали?

— Поэтому мы его не разорвали!

— Почему же тогда?

— Потомучтона нём никто не приехал!

— А как вы догадались, что мы приедем?

— В Дипломе было написано.

— А как сюда попал Диплом?

— Кролик его выплюнул.


Анечка-Невеличка прижала к сердцу преданно глядевшего на неё Кролика.

— Пусть никто его не обижает! — сказала она.

Тот, кто показывал остальным, как надо играть, добавил:

— И пусть ни один волос не упадёт с его головы!

Из толпы Негритят выскочил самый маленький и сказал:

— Вот волос, который упал с его головы. Это кроличий ус. Но я в этом не виноват.
Получилось вот как. Я был дозорным возле дыр в морском берегу. Ходил от дыры к
дыре и приглядывался, не собирается ли кто напасть на Остров. Вдруг кто-то как
зафырчит! «Стой! Стрелять буду!» — крикнул я, но тут из одной дыры сперва высунулись
длинные усы, а потом появился Кролик и сразу же выплюнул Диплом. Диплом возьми и
задень за кроличьи усы, и один ус упал. Вот он, этот ус!


— Ясно! — сказал тот, кто показывал остальным, как надо играть.

— Прекрасно! Диплом и Кролик с нами! — воскликнула Анечка и спросила: — А вы кто
такой будете?

— Я — Самый Старший Брат. Остальные — Младшие Братья.

— А малюсенький, который был дозорным?

— Это Самый Младший Брат!

— У вас много Братьев?

— Сейчас придёт Товарный Поезд и привезёт ещё десятерых.

— Откуда?

— Из Мастерской!

— А сами вы откуда?

— Тоже из Мастерской! — сказал Самый Старший Брат и спросил: — А ваш Брат где же?

— У меня нет никакого Брата!

— Как это может быть?

— Я родилась без Брата.

Самому Старшему Брату показалось странным, что Анечка-Невеличка родилась без Брата, и он спросил:

— Кто же тогда тот, который должен был с вами приехать?

— Это не Брат. Это Соломенный Губерт.

Самый Старший Брат так удивился, что даже присвистнул. Младшие Братья тоже присвистнули — так они Удивились. И Самый Младший Брат, который был дозорным и принёс кроличий ус, тоже удивился и тоже присвистнул.

— Где же этот Соломенный Губерт? — спросил Самый Старший Брат.

— Он в скалах остался, потому что боится вас. Негритята так удивились, что даже
присвистнули, но едва все присвистнули, как сразу же удивились снова, причём на этот
раз куда сильнее, и снова присвистнули.

Чему они удивились? Чему же они удивились?

Удивились они поразительному зрелищу. Со скалы спрыгнул Соломенный Губерт, встал на руки и побежал прямо к ним. Анечка сперва испугалась, подумав, что снова включили ток и Соломенный Губерт вынужден бежать на руках, словно на ногах. Однако её опасе­ния оказались напрасными. Соломенный Губерт внезапно сделал кувырок, встал на ноги и сказал:

— Я вас не боялся! Если кому-то угодно думать, что я его боялся, я немедленно вызову
того на единоборство!

Все Маленькие Негритята даже присвистнули от удивления, и Анечка-Невеличка поспешила сказать:

— Это я подумала, что вы боитесь. Но я уже так не думаю.

— Тогда я не вызову вас на единоборство.


Анечка-Невеличка обрадовалась, и Маленькие Негритята тоже обрадовались. Они так обрадовались, что Самый Старший Брат тотчас же сказал Соломенному Губерту:

— Приветствуем вас! Ваши Негритята! На что Соломенный Губерт ответил:

— Благодарю вас! Ваш Соломенный Губерт! Самый Старший Брат радостно взмахнул
руками, Младшие Братья задудели, а Самый Младший Брат запел:

Я — Самый Младший,

Самый я Младший.

Младший я Самый Брат!

Если — Самый Младший,

Раз я Самый Младший,

Раз уж Самый Младший Брат,

Крыс мне поручили,

Чтоб не проскочили, —

Я же Самый Младший,

Я ведь Самый Младший,

Я, брат, Самый Младший Брат!

Вау-вау-вау, Крысы, стой!

Вау-вау-вау, Пушку в бой!

Вау-вау, Навели!

Вау-вау, Залпом пли!

Вау-вау-вау, В цель я бил!

Вау-вау-вау, Крыс разбил...

Дробь и порох!!! Снова шорох!

Значит, промах Снова был!

Услыхав такое, Кролик в ужасе задрожал, спрыгнул с Анечкиных рук и помчался сломя голову наутёк.

Самый Старший Брат перестал махать руками, Младшие Братья перестали дудеть, Самый Младший Брат перестал петь, и все сломя голову помчались за Кроликом. Анечка-Невеличка сломя голову помчалась вместе со всеми, и Соломенный Губерт тоже помчался вместе со всеми сломя голову.


Глава двадцать пятая, в которой среди негритят воцаряется печаль

КАК СТРАННО МАЛЕНЬКИЕ Негритята мчались сломя голову!

Мчались они сломя голову так, что задние перепрыгивали через передних, а передние затем перепрыгивали через задних.

— Жаль, не могу через вас перепрыгнуть, — сказала Анечка, бежавшая позади
Соломенного Губерта.

— Я бы этого никому не советовал! — ответил Соломенный Губерт, бежавший впереди
Анечки.

Но уже не было необходимости ни Анечке-Невеличке перепрыгивать через Соломенного Губерта, ни Соломенному Губерту перепрыгивать через Анечку. Маленькие Негритята, мчавшиеся сломя голову и перепрыгивавшие друг через дружку, внезапно остановились.

Самый Старший Брат вцепился в свои курчавые волосы и стал причитать:

— Наш Добрый Дух пропал! Наш Добрый Дух пропал!

— А кто ваш Добрый Дух? — спросила Анечка-Невеличка.

— Мы считаем Добрым Духом каждого гостя.

— Значит, вы плачете из-за Кролика?

— Пока что не плачем, а причитаем, — сказал Самый Старший Брат.

И действительно, пока что они не плакали, а только причитали, и причитали следующим образом:

Добрый Дух, не прогневись, Поскорее воротись! Защити нас от ненастья, От напасти, от несчастья! Добрый Дух, обрадуй нас — Воротись к нам сей же час!

Тут Самый Старший Брат принялся чертить круги на песке.

— Зачем это он? — спросила Анечка Соломенного Губерта.

— Для заклинаний, наверно.

И действительно, Самый Старший Брат стал говорить заклинания. Заклинал он Доброго Духа так:

И на суше, и на море С нами ты не будь в раздоре; Воротись к нам, Добрый Дух, Чтоб очаг наш не потух, Воротись, обрадуй нас! Я взываю в первый раз!


Потом Самый Старший Брат стал чертить на песке новые круги и снова принялся заклинать Доброго Духа. Заклинал он его так:

И на суше, и на море С нами ты не будь в раздоре; Воротись к нам, Добрый Дух, Чтоб очаг наш не потух, Воротись, обрадуй нас! Во второй взываю раз!

Потом Самый Старший Брат стал чертить на песке ещё круги и опять стал заклинать Доброго Духа:

И на суше, и на море С нами ты не будь в раздоре; Воротись к нам, Добрый Дух, Чтоб очаг наш не потух, Воротись, обрадуй нас! Я взываю в третий раз!

Но Кролик не возвратился.

— Добрый Дух не возвратился! — запричитал Самый Старший Брат. За ним запричитали
Младшие Братья и, наконец, Самый Младший Брат.

Вволю попричитав, Самый Старший Брат достал из кармана пузырёк и принялся плакать. Плакал он вот как: по одной слезе скатилось в пузырёк сперва с его правого, потом с его левого глаза, за ними по очереди скатились ещё две слезы, а за ними ещё и ещё. Капали слёзы в пузырёк до тех пор, пока тот не наполнился.

Младшие Братья тоже плакали и роняли слёзы в пузырьки, пока пузырьки не наполнились. Последним плакал и ронял слёзы Самый Младший Брат. А так как у него были маленькие слёзы и пузырёк долго не наполнялся, Самому Младшему Брату пришлось долго плакать и ронять слёзы, пока пузырёк не наполнился доверху.

Анечке-Невеличке было жаль Негритят, и она тоже уронила слезу, но не в пузырёк, а наземь.

— Разве не жаль ронять слёзы наземь? — удивился Самый Старший Брат.

Не успел он это сказать, как слеза Анечкина стала подниматься вверх, всё выше и выше, а когда поднялась до самого неба, солнце брызнуло в неё лучами, и на небе засияла радуга, но не большая, а маленькая, словно маленькая радужная гребёнка. Стоило засиять радуге, как Самый Старший Брат улыбнулся и сказал:

— Добрый Дух с нами помирился!

Стоило Самому Старшему Брату улыбнуться, улыбнулись и все Маленькие Негритята, да так, что у них даже зубы засверкали, а большие рты захлопали — хлоп-хлоп!

Но тут Самый Старший Брат сказал, что время приниматься за работу, и Негритята собрались приняться за работу.


Глава двадцать шестая, в которой Негритята принимаются за работу

 

АНЕЧКЕ НЕ ТЕРПЕЛОСЬ УЗНАТЬ, как Негритята примутся за работу, и она спросила Самого Старшего Брата:

— Вы что собираетесь делать?

— Сажать Волшебные Растения.

— А зачем?

— Чтобы запах был.

— А на Волшебных Растениях бывают плоды?

— Сроду не было, — сказал Самый Старший Брат.

— Чем же вы питаетесь? — спросила Анечка и слегка побледнела. Если здешние растения
не дают плодов, то и подумать страшно, чем Негритята питаются и кого зажаривают.

— Мы питаемся Волшебными Запахами, — ответил между тем Самый Старший Брат.

— Как это?

— А во сне! Мы засыпаем, Волшебный Запах нас одурманивает, а когда мы одурманимся,
перед нами появляются еда и питье; мы едим и пьём, пьём и едим!

— И я смогу пить и есть во сне?

— А как же! Только сперва надо уснуть.

— А я смогу уснуть? — допытывалась Анечка.

— Конечно! Только сперва должны зацвести Волшебные Растения.

— Вот бы зацвели!

— Сперва надо возделать Остров.

— Трактором?

— Трактором?! А что это такое?

— Трактор даже больше паровоза.

— А паровоз что такое?

— Паровоз впереди поезда едет!

— Нету у нас тракторов, — сказал Самый Старший Брат и долго удивлялся, зачем бы это
заводить тракторы.

— Но плуги у вас есть?

— А это ещё что за штука?

— Такая железная соха, которой выворачивают землю.

— И плугов у нас тоже нету, — сказал Самый Старший Брат и долго удивлялся, с чего бы
это вдруг выворачивать землю.

— Разве она наизнанку, чтобы её выворачивать?


— Так уж и наизнанку! — сказала Анечка.— Семена ведь наверху, а должны быть внизу,
чтобы прорасти. Ну хоть мотыги у вас есть?

Однако у Негритят не было даже мотыг.

— Я-то собиралась вам помочь, но раз и мотыг у вас нету, я просто не знаю, чем и
помочь.

— Помочь вы нам очень можете, — сказал Самый Старший Брат. — Смотрите, как мы
работаем, и улыбайтесь.

А работали Негритята вот как:

Сперва сделали пальцами ямки в земле, потом запели:

Добрая землица, Всё в тебе родится! Будет всё расти-цвести, Только, братцы, не грусти!

Потом каждый достал пузырёк со слезами и осторожно капнул в каждую ямку по слезинке.Затем все запели:

Унеситесь горести! Обратитесь в радости! Если всходов больше, Значит, радость дольше!

Негритята пели и устраивали ямки в земле. Потом снова пели и осторожно капали в каждую ямку по слезинке, а потом снова пели.

Анечке всё это ужасно нравилось. Она глядела и улыбалась. А так как она улыбалась, небо становилось голубым и чистым, хотя порой по нему и пробегали тучки.

— Вы хмуритесь? — спросила Анечка Соломенного Губерта.

— Хмурюсь! — ответил Соломенный Губерт.

— Зачем же? Разве вы не видите, что небо тоже хмурится? А всё потому, что хмуритесь
вы.

— Нахмуришься тут, если сроду не слыхал, что Негритята разводят овощи!

— Не овощи, а Волшебные Растения!

— Волшебные Растения тоже овощи!

— Чем же, по-вашему, они должны заниматься?

— Рыбу ловить, охотиться на китов и диких зверей и воевать!

— А я рада, что они не ловят рыбу, не охотятся и не воюют.

— А по мне, лучше бы воевали! И ещё я хмурюсь оттого, что они ко мне невнимательны.

— Как невнимательны? Разве они не сказали вам: «Приветствуем вас! Ваши Негритята!»?

— Я им тоже сказал: «Благодарю вас! Ваш Соломенный Губерт!»

— Но вы же больше ни о чём и не спрашивали!

— Я не спрашивал, потому что они только с вами всё время разговаривают! А знаете что,
спрошу-ка я, как они занимаются рыболовством! — сказал Соломенный Губерт и
улыбнулся.

Едва он улыбнулся — на небе растаяла тучка. Потом ещё одна и ещё одна. Наконец растаяли все, сколько их в небе было.


Тем временем Негритята доделали работу и пропели:

Не ходи ты, солнце, к западу, Дай нам всяческого запаху! Подари нам в закрома ты Неземные ароматы!

А когда они спели это, произошло чудо. Из земли проклюнулось множество маленьких


цветочков, и чем больше Анечка улыбалась, тем выше они росли, пока не стали большими-большими, вернее сказать, огромными.

— В первый раз такие вижу! — поразилась Анечка.

— А они называются как-нибудь? — спросил Соломенный Губерт Самого Старшего Брата.

— Конечно! У них названия что надо! — ответил Самый Старший Брат и велел Самому
Младшему Брату с толком и по порядку рассказать про каждый цветок.


Самый Младший Брат начал объяснять:

— Вон то Волшебное Растение, похожее на молоток, называется Сапожник Холодный
Дикорастущий.

— А почему? — спросила Анечка-Невеличка.

— А потому что всё время покачивается, словно гвоздики в подошву заколачивает.

— А как называется красный цветок, у которого рожки и который словно бы вертит
головой? — спросил Соломенный Губерт.

— Это наш Бодяк Бодучий. Понюхайте-ка его!

Соломенный Губерт стал нюхать Бодяк Бодучий, а пока он его нюхал, Бодяк Бодучий нацелил рожки и боднул Соломенного Губерта.

— Больно? — спросила Анечка-Невеличка.

— Ничуть! — сказал Соломенный Губерт и в свою очередь боднул Бодяк Бодучий. Бодяк
в ответ боднул Соломенного Губерта, и так повторилось несколько раз.

— Он пахнет свежей земляникой, даже ещё лучше, — сказал Соломенный Губерт,
наигравшись.

— А как называется вон та бледно-голубая лента, которая красиво скручивается и
раскручивается? — спросила Анечка.

— Кружевножка Лентобантичная, — ответил Самый Младший Брат. — А вы к ней
подойдите и сами увидите.

Анечка-Невеличка смело направилась к Кружевножке Лентобантичной. Едва она к ней подошла, Кружевножка Лентобантичная начала обвиваться вокруг Анечки и обвила её с ног до шеи.

— Вам очень идёт, — сказал Соломенный Губерт.

Негритята тоже сочли, что Кружевножка Лентобантичная идёт Анечке-Невеличке, очень даже идёт, да и сама Анечка считала, что Кружевножка Лентобантичная ей очень идёт.

— Она пахнет, как сундук со свадебными нарядами, — сказала Анечка.

Тут Кружевножка Лентобантичная начала раскручиваться, пока не раскрутилась совсем, и Анечка пошла с Соломенным Губертом любоваться другими цветами.

Каких тут только не было!

Была Зеватка Снежнонежная, которая только и делала, что широко раскрывала рот, словно бы зевая. Пахла она горьким миндалём.

Был Укусус Блошиный, весь в волосках, словно крапива, но кожу Укусус не обжигал, она только слегка чесалась, и при этом пахло свечечкой.

Была ещё Булочка Одышливая, похожая на булку, намоченную в кофе и непрерывно дышавшую, причём пахло жареными пончиками.

Был Табакур Чубучный. Этот особенно понравился Соломенному Губерту. Табакур и впрямь был похож на курительную трубку, а когда Соломенный Губерт покурил из него, над цветком появился дымок и долго потом висел в воздухе.

Между тем Самый Младший Брат показал Анечке-Невеличке и Соломенному Губерту Волшебное Растение Конёк Фигурный, пахнувшее, как шоколадная конфета. Едва Соломенный Губерт поставил ногу на Конёк Фигурный, тот пришёл в движение и стал выписывать красивые круги и восьмёрки, так что Соломенный Губерт покатался, словно на катке. Анечка тоже покаталась, словно на катке, и хотела было узнать про другие


Волшебные Растения, например про Бочарник Завзятый или про Безза-ботку Плешивую, но не успела. Соломенный Губерт ловко её опередил и спросил Самого Старшего Брата:

— Выходит, вы дипломированные цветоводы?

— Нет, — ответил Самый Старший Брат, — мы скалолазы дипломированные!

— Это я заметил, — сказал Соломенный Губерт. — Но всё-таки я удивлён, что вы не
охотитесь на китов и диких зверей, не занимаетесь рыболовством и не воюете.

Самый Старший Брат даже присвистнул от удивления. Самый Младший Брат тоже присвистнул, он тоже очень удивился. А когда оба присвистнули, Самый Старший Брат сказал:

— Этим занимались наши предки. А нам эти дела ни к чему!

— Откуда вы знаете, что этим занимались ваши предки?

— Как же нам не знать! В хижине хранится Летопись нашего Праотца, в которой про всё
написано.

— Очень было бы интересно познакомиться с вашей Летописью!

— Прекрасно! Я вам что-нибудь прочту из неё, — сказал Самый Старший Брат.

Один из Младших Братьев сбегал за Летописью, и Самый Старший Брат стал читать вслух.

Прочёл он следующее:

Глава двадцать седьмая,

в которой Самый

Старший

Брат

читает

Летопись




 



 

 



 




А ЧТО делать нам, если дикий зверь? - спросили те, которых растерзал дикий зверь.

 


 


 

Колдун ответил:

Если вас завоевали, ничего поделать нельзя. Можно только научиться летать и от неприятеля улететь.

-Как же это - ведь мы не птицы?

- А вы постройте воздушный шар, - посоветовал колдун-пустынник.

- Эх и дураки мы, даже и не подумали пор воздушный шар!

 

Наловили они пузырей в луже и стали на них летать, как на воздушном шаре.

Полетали, полетали и решили, что лучше летать на воздушном шаре, сем вести войны, и тут же заключили со всеми

мир. А когда заключили мир, все пошло прекрасно.

 

я эти слова большим гусиным пером,


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.036 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал