Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Нелогичный электрон






Первый вопрос:

Ошо, свободы можно добиться, а любви нет. Пожалуйста, прокомментируй.

АНАНД АКАМ, свободы можно добиться, потому что это твое собственное решение — оставаться в тюрьме. Это твоя собственная ответственность. Ты пожелал своего рабства, ты решил оставаться рабом, поэтому ты раб. Измени решение, и рабство исчезает.

Вы многое вложили в свою несвободу. Каждое мгновение вы видите цель, вы можете отбросить несвободу. Она может быть отброшена мгновенно. Никто не принудил вас к несвободе, это ваш выбор. Вы можете выбрать быть свободными, вы можете выбрать быть несвободными: вы так свободны, что вы можете выбрать любое. Это часть вашей внутренней свободы; не выбирать — это часть вашей свободы. Поэтому этого можно добиться.

Но любовь не может быть завоевана. Любовь — это побочный продукт свободы, это переполняющая радость свободы, это аромат свободы. Первой должна быть свобода, тогда следует любовь. Если вы пытаетесь заставить любить, вы создадите только что-то искусственное, произвольное. Завоеванная любовь не будет истинной любовью, это будет подделка.

А вот это и делают люди. Любовь не может быть завоевана, а они продолжают желать ее. А то, что может быть достигнуто, свободу, они продолжают игнорировать. Они продолжают думать, что кто-то другой ответствен за их рабство и за их жизнь в рабстве. Это вывернутое наизнанку представление о вашей собственной жизни. Вы стоите на голове.

Измените точку зрения: добейтесь свободы, и любовь придет сама собой. А когда любовь приходит сама собой, только тогда она прекрасна, потому что только тогда она естественна, спонтанна.

Завоеванная любовь будет видом действия. Вы будете притворяться — что еще вы можете сделать? Вы будете двигаться через пустые жесты, движения — что еще возможно? Вы не можете приказать кому-то полюбить, вы не можете приказать себе полюбить кого-то. Если этого нет, этого нет; если это происходит, это происходит. Это за пределами вашей воли. Фактически, это прямая противоположность воле: это сдача.

Когда человек полностью растворен в свободе и когда он действительно свободен, эго исчезает. Эго — ваше рабство, эго — ваша тюрьма. В полной свободе не найти эго. Случается сдача; вы начинаете чувствовать единство с существованием. И это единство приносит любовь.

Второй вопрос:

Ошо, многие рассматривают работу, которая продолжается вокруг тебя, как модель для целостного подхода к жизни. Пожалуйста, расскажи об этом.

КРИШНА ПРЕМ, старый человек умирает. И то, что старый человек на смертном ложе — хорошая новость, потому что новое может родиться, только когда старое ушло, совершенно ушло. Старое должно прекратиться. А старое существует долго, и старый человек стал проклятием, потому что он был укоренен в самых глупых представлениях о жизни.

Старый человек основывался на предрассудках. Самым большим изъяном в представлении старого человека было совершенство; он хотел быть совершенным — а самая идея совершенства делает людей чокнутыми. Человек, исповедующий совершенство, обречен быть невротичным; он не может наслаждаться жизнью до того, как он станет совершенным. А совершенство так никогда и не случается, оно не в природе вещей. Тотальность возможна, совершенство не возможно.

И это основное в целостном подходе. И есть громадное отличие между тотальностью и совершенством. Совершенство — это цель где-то в будущем, тотальность — это переживание здесь-сейчас. Тотальность — не цель, она стиль жизни. Если вы можете вложить в любое действие всю вашу душу, вы полны. А тотальность приносит целостность, тотальность приносит здоровье, тотальность приносит святость.

Человек, исповедующий совершенство, совершенно забывает о тотальности. У него есть некая идея о том, каким он должен быть, и, очевидно, нужно время, чтобы достичь этой идеи. Это не может произойти сейчас — завтра, послезавтра, эта жизнь, может быть, следующая жизнь. Итак, жизнь должна быть отложена.

Вот что старый человек делает до сих пор — откладывает, откладывает. Человек в прошлом в действительности не живет; его жизнь не что иное, как последовательность откладываний.

Я учу вас жить здесь-сейчас, вообще без идеи будущего. Будущее рождается из вашего живого настоящего. Если настоящее проживается тотально, будущее будет иметь даже большую наполненность. Из тотальности рождается большая тотальность.

Но если у вас есть идея о будущем, сегодня вы проживете очень ограниченно, поскольку вашей главной привязанностью стало будущее. Ваши глаза стали сфокусированы на будущем, вы теряете контакт с реальностью и с настоящим. А завтра рождается из реальности, с которой вы больше не в контакте. Завтра придет из сегодня, а сегодня не было живым.

Английское слово «дьявол» очень прекрасно. Если вы читаете его наоборот, оно становится «живым» (игра слов: «devil» — дьявол; «lived» живой — прим. перев.). Тот, кто живет, становится божественным, а тот, кто не живет, становится дьяволом. Только живое трансформируется в божественное; неживое превращается в отравленное. А сегодня вы откладываете, и все, что вы откладываете, останется висеть на вас, как бремя. Если вы прожили это, то смогли освободиться от этого. Это не смогло привязаться к вам, это не смогло истязать вас.

Но человек до настоящего времени учился не жить, но надеяться — надеяться, что завтра вещи будут такими, что вы сможете жить, надеяться, что завтра вы будете достойны жить, надеяться, что завтра вы будете Иисусом Христом или Гаутамой Буддой.

Вы никогда не станете Иисусом Христом или Гаутамой Буддой, вы просто станете самими собой. Вы не переводная картинка с кого-то другого. Было бы безобразно быть другим Христом или другим Буддой; это было бы великим оскорблением вашей человечности. У человека есть достоинство, потому что у человека есть оригинальность.

Старая концепция была — жить согласно определенному образцу — буддистскому образцу, христианскому образцу, индуистскому образцу. У старого индивид был не в почете, в почете был определенный образец. Этот образец создает рабство.

Я учу индивидуальности, я учу уникальной индивидуальности. Уважайте себя, любите себя, потому что никогда не было человека, подобного вам, и никогда не будет снова. Бог никогда не повторяется. Вы предельно уникальны, несравнимо уникальны. Вам не нужно быть похожим на кого-то другого, вам не нужно быть имитатором, вы должны быть подлинно самими собой, вашим собственным существом. Вы должны делать свое собственное дело.

В момент, когда вы начинаете признавать и уважать самих себя, вы начинаете становиться целыми. Тогда нет ничего, чтобы разделить вас, нет ничего, чтобы создать раскол.

До сих пор человек был шизофреничным. И я не говорю, что некоторые люди были шизофреничными: все человечество было шизофреничным. Оставьте несколько исключений — Кришна, Лао Цзы — вы можете пересчитать их по пальцам. Они не составляют человечество, они исключения, а исключения только подтверждают правило. Но подавляющая часть человечества живет шизофреничной жизнью, раздельной жизнью, отрывочно.

А почему человек стал так сильно расколот? Первое: вы не принимаемы такими, какие вы есть. Итак, отбросьте себя. Прежде чем уважать себя, отбросьте себя; прежде чем уважать себя, уважайте некую идею, воображаемую идею, какими вы должны быть. Не живите реальным, попытайтесь жить «должно быть», и вы расколоты, вы стали двумя. Вы то, что вы есть, но «то» вы отбрасываете, подавляете. И вы хотите быть тем, чем вы не являетесь, и то, чем вы не являетесь, вы любите, вы уважаете, и вы почитаете. Вы стали двумя.

Вы не только раскололись надвое, вы сделали больше — потому что вы узнали, что тело ваш враг, что вы должны бежать от тела. Вы научились тому, что многие вещи в вас должны быть отсечены, что вы не такие, какими вы должны быть, что великие изменения должны быть сделаны.

Естественно, вы начинаете отбрасывать секс, вы начинаете отбрасывать ваши желания, вы начинаете отбрасывать гнев. А все эти отброшенные части — энергии, которые должны быть преобразованы. Они не враги, они — друзья под масками.

Преобразованный гнев становится состраданием, преобразованный секс становится молитвой, преобразованная жадность становится щедростью. Но в прошлом это говорилось снова и снова, повторялось веками, что вы должны отбросить то, отбросить это. Если вы послушаете старые учения, вы будете удивлены, что вы отбросили почти девяносто девять процентов. Только один процент признается в вас, некая воображаемая душа, которую вы вообще не осознаете. А все то, что вы осознаете — отброшено.

Эти фрагменты не позволяют вам стать одним целым. А пока вы не стали одним целым, никакой мир невозможен. Пока вы не единство, не объединенность, не кристаллизованы, вы не узнаете, что есть Бог — потому что Бог говорит только с теми, кто реален, Бог говорит только с теми, кто не толпа, не шумит.

Когда в вас много, вы толпа, а толпа шумна. Когда вы становитесь одним, происходит молчание. Только будучи одним, вы достигнете молчания. И в этом молчании вы можете услышать голос Бога, в этом молчании вы можете чувствовать присутствие божественного. И когда вы один, вы будете способны общаться с целым. Будучи целыми сами, вы становитесь способны вступить в общение с целым.

Человек живет очень ограниченно — в осколках, в вине, в страхе. Нужен новый человек, безмерно нужен. Довольно: скажите старому человеку «прощай». Он создал только войны, насилие. Он создал садистов, мазохистов, он создал очень безобразное человеческое существо. Он сделал людей патологичными; он не позволял родиться естественному, здоровому, здравому человечеству.

Только вчера кто-то спросил: «Кто такой мазохист и кто такой садист?»

Мазохист — это человек, который любит холодный душ, но вместо него принимает теплый. А садист — это человек, который на просьбу мазохиста: «Пожалуйста, пожалуйста, ударь меня посильнее!» скажет: «Нет!»

Люди мучают себя и других всеми возможными способами. Под именем религии, под именем морали, под именем национальности люди мучают друг друга, убивают друг друга. Прекрасные имена найдены для самых патологичных, безумных вещей. Безумие называется «национальностями», безумие называется «моралью» — прекрасные метки на самых безобразных вещах.

Но пришло время освободиться от всего этого. И если мы не освободимся от всего этого достаточно скоро, тогда чаша переполнится. Человек умрет, если новое не возникнет. Старое не может выжить. Для старого нет возможности выжить, оно дошло до точки. Оно прожило дольше, чем ожидалось.

Я учу вас новому человеку, новому человечеству, которое не будет думать о будущем и которое не будет жить с «должен» и «обязан» и которое не откажется ни от одного естественного инстинкта, которое признает свое тело, которое признает все, данное Богом, с глубокой благодарностью.

Ваше тело — ваш храм, оно священно. Ваше тело не ваш враг. Это не нерелигиозно — любить тело, заботиться о теле — это религиозно. Нерелигиозно мучить ваше тело и разрушать его. Религиозный человек полюбит свое тело, потому что оно — храм, где живет Бог.

Вы и ваше тело в действительности на два, а выражение одного. Ваша душа это ваше невидимое тело, а ваша тело — это ваша видимая душа. Я учу этому единству, и в этом человек становится целым. А я учу вас радости, не печали. Я учу вас игре, не серьезности. Я учу вас любви и смеху, потому что по мне нет ничего более священного, чем любовь и смех, и нет ничего более молитвенного, чем игривость.

Я не учу вас отказу, как этому учили веками. Я учу вас: Радуйтесь, радуйтесь, радуйтесь снова! Радость должна быть насущным ядром моих санньясинов.

Да, Кришна Прем, мой подход к жизни целостен, потому что, по-моему, быть целостным значит быть святым.

Третий вопрос:

Ошо, правильно ли я понимаю тебя, что если ты и твой возлюбленный могут перевести свою сексуальную энергию в духовность, то эти отношения также не будут удовлетворять? Твои видимо противоречивые взгляды на любовь смущают меня.

НЕЛЛИ, смущение — мой способ работать над тобой. Я так смущаю чтобы чистота стала возможной. Люди очень жестко определены, они думают, что они уже знают. И из-за этой определенности они закрыты. Если вы уже знаете, тогда не нужно искать и исследовать. Для чего? Если вы уже знаете, вы можете держать свои двери и окна закрытыми.

Люди так жестко определены, и это великая проблема. Они должны быть сделаны неопределенными снова. Они должны быть встряхнутыми в их определенности; их догмы и кредо должны быть отобраны. Поэтому появляется смущение. Что такое смущение? Когда вы начинаете терять хватку вашей старой определенности. Вы чувствовали, что вы знаете, и вдруг вы начинаете чувствовать, что вы не знаете. Вы думали, что у вас есть ответ, и вдруг вы стали осознавать, что вопрос остается, а ответ был только навязанным.

Это происходит здесь с каждым новым учеником — а Нелли новый саньясин; только на днях она стала саньясином. За несколько дней вы становитесь все более и более смущенными. Это хороший знак, это значит, что вы слушаете меня.

Есть некоторые люди, которые продолжают слушать меня и никогда не смущаются. Это просто означает, что они не услышали; их уши полны воска, они глухие. Есть люди, которые не только не становятся смущенными — слушая меня, они становятся даже более определенными. Это означает, что они услышали что-то другое, чего не было сказано.

Два грузчика боролись с огромным ящиком, застрявшим в дверном проеме. Они толкали и тянули до изнеможения, но он не сдвинулся с места.

В конце концов один из них, стоящий снаружи, сказал: «Давай лучше вынесем его, нам никогда не втащить его внутрь».

Второй парень закричал изнутри: «Что значит втащить? Я думал, что мы пытались вытащить его из комнаты!»

Если вы становитесь смущенными, слушая меня, это значит, что вы услышали меня. Чем вы разумнее, тем смущеннее вы станете. А я использую противоречие как технику. Я продолжаю противоречить сам себе.

Почему я противоречу сам себе? Я не учу здесь философии. Философ должен быть очень последовательным, без изъянов, логичным, рациональным, всегда готовым спорить и доказывать свои положения. Я не философ. Я не даю вам последовательной догмы, за которую вы можете цепляться. Вся моя задача — дать вам не-ум.

Будьте совершенно уверены в этом. Моя задача не в том, чтобы укрепить определенный ум, моя задача прямо противоположна этому: дать вам состояние не-ума — состояние, в котором нет знания, состояние, которое действует из не­знания, состояние невинности.

Я использую противоречие как средство. Я говорю одно; по старой привычке вы цепляетесь к этому: на следующий день я говорю противоположное. Когда я говорю противоположное, вы должны отбросить это. Но вы можете начать цепляться к новой вещи, сказанной мной: я должен буду противоречить ей снова.

Это будет продолжаться. Вы будете продолжать цепляться к тому, к этому. Однажды внезапно вы станете осознавать, что происходит. Я не позволяю вам никакой определенности, ничего, за что можно было бы цепляться. И если я противоречу, какой вообще толк цепляться? Тогда почему бы не подождать? Я буду противоречить, и тогда вы должны будете оставить это, а это болезненно. Если вы цепляетесь к чему-то, а потом вы должны оставить это болезненно, это создает беспокойство.

Итак, те, кто слушают меня долго, просто слушают. Они просто слушают: они не цепляются. Они знают совершенно ясно, теперь они осознают игру, они знают, что завтра я скажу нечто противоположное. Итак, зачем двадцать четыре часа тащить это, беспокоиться о тяжести, бремени, а затем беспокоиться об отбрасывании этого? Мало-помалу это проясняется в вашем сознании; нет необходимости цепляться; этот человек сам себе противоречит. Этот человек последовательно непоследователен.

Раз вы поняли это, вы слушаете меня, как слушают музыку. Вы слушаете меня, как слушают ветер, колышущий сосны, вы слушаете меня, как слушают птиц, поющих утром. Вы не говорите кукушке: «Вчера твоя песня была другой», вы не идете к цветку розы и не говорите: «В прошлом сезоне цветки были больше (или меньше). Почему ты противоречишь себе?». Вы не спрашиваете поэта: «В одном из своих стихотворений ты сказал это, а в следующем стихотворении ты сказал что-то другое». Вы не ожидаете, что поэт будет последовательным, и вы не спрашиваете. Поэзия — не теория; она не умозаключение, она — песня.

Я не философ. Всегда помните, что я поэт, не философ. Помните всегда, что я не миссионер... музыкант играющий на арфе вашего сердца. Песни будут все время меняться. Вам не нужно ни к чему цепляться, тогда никакого смущения не будет. Люди, которые всегда страстно желают последовательности, могут никогда не войти в тайну жизни. Последовательность есть что-то рукотворное; она навязана. Существование непоследовательно. И сейчас даже физики соглашаются с поэтами и мистиками.

Вы, наверное, знаете, что современная физика верит в теорию неопределенности, и современная физика верит в нелогичное поведение атомов. Поведением электронов стало непредсказуемым. Это было так шокирующе для современных физиков, потому что они всегда верили, что материя ведет себя последовательно.

Все основание науки сотряслось; эти двадцать лет, они были таким шоком. Люди еще не осознают этого, потому что теории так сложны и так неуловимы, что они никогда не станут частью общего знания. И они так выпадают из общего ощущения; они выглядят как сказки о феях, истории, написанные для детей.

Электроны прыгают из одного положения в другое, а между ними двумя они не существуют. Можно ли в это поверить? Электрон прыгает из пункта А в пункт В, а между ними двумя его нет? И я использую слово «его» (англ. «he» применимо к только одушевленному предмету) сознательно, преднамеренно, потому что вы больше не можете говорить «его» (англ. " it" применимо к только неодушевленному предмету - прим, перев.). Великая тайна... это называется «квантовым скачком». Изобретено специальное слово «квант» — потому что между двумя пунктами его не существует.

Это как если бы вы из Нью-Йорка вы ехали в Пуну, но в пространстве между ними двумя вас не было. Вы просто исчезаете из Нью-Йорка и появляетесь в Пуне. Это возможно каждый день... Правда, сейчас это научная фантастика, но имеется возможность, что однажды это может произойти, что не будет необходимости совершать долгие путешествия, терять время. Время ограничено.

Например, если вы хотите слетать на соседнюю звезду, это займет четыре года — соседняя звезда! И это, только если вы движетесь со скоростью света. А она огромна, скорость света: сто восемьдесят шесть тысяч миль в секунду. Если вы двигаетесь с этой скоростью, которая кажется почти невозможной, тогда потребуется четыре года, чтобы достичь ближайшей звезды.

И потом, есть звезды, до которых сто лет, двести, тысяча, две тысячи, миллион, два миллиона лет. Есть звезды, такие далекие, что мы не можем их еще обнаружить.

Как же сделать возможными путешествия к звездам? Единственная возможность — если однажды мы научимся делать то, что уже умеет электрон: машина, в которую вы входите здесь и вы исчезаете, и другая машина на звезде, в миллионе лет отсюда, и вы появляетесь здесь. Между ними двумя для путешественника время утрачивается: вы просто дематериализуетесь здесь, и вы материализуетесь где-то еще. Это возможно. Если электрон может делать это, почему не может человек? А человек ни что иное, как миллионы и миллионы электронов, так что возможность имеется.

Но даже думать об этом... кажется, надо быть чокнутым. Но современные физики говорят, что электроны ведут себя мистическим образом — нелогично, непредсказуемо, смущающе.

Я не философ, который пытается создать систему мышления. Я мистик, пытающийся передать тайну, которая открылась мне. Я буду смущать вас.

Подобное случилось с моим другом, у которого были дьявольски изысканные головоломки. Однажды его дети играли с головоломками и положили головоломку «Мэрилин Монро» в одну коробку с «Революционной войной».

Я спросил его, как он поступил с вещами, где все так перепутано.

«О, это пустяки», — сказал он, — «я все разобрал. Но я никогда не замечал, что у Джорджа Вашингтона такие сексуальные ноги».

Жизнь — это очень запутанная головоломка. Все, что вы можете сделать с ней, будет произвольно; вы не можете разгадать реальность. И я убеждаю моих саньясинов забыть все о разгадывании. Лучше живите ее; лучше радуйтесь ей. Не анализируйте, празднуйте ее.

Итак, Нелли, ты должна будешь примириться со мной, ты должна будешь терпеть мои противоречия. Они кажутся противоречиями только для тебя. С моей стороны, я просто разговариваю о тайнах, а тайны обречены быть нелогичными. Но твой вопрос относится к делу и значителен.

Ты спрашиваешь: Правильно ли я понимаю тебя, что если ты и твой возлюбленный могут перевести свою сексуальную энергию в духовность, то эта связь также не будет удовлетворять?

Да, эта связь также не будет удовлетворять. Несомненно, она создаст в вас величайшее недовольство, которое вы когда-либо что чувствовали, потому что она заставит вас осознать, сколь многое возможно. Она заставит вас осознать поразительный момент этого оргазмического единства, этого духовного превращения. Но он останется с вами только на мгновение. Ничто внешнее не может стать постоянным. А когда мгновение уйдет, чем выше был пик, тем глубже будет пропасть, и вы упадете глубоко вниз, во тьму.

Но это заставит вас осознать одну вещь: если мужская и женская энергии могут встретиться вне времени, тогда произойдет предельное удовлетворение.

Как добиться этого? Из этого вопроса родилась целая наука Тантры. Как сделать это? Это может быть сделано. Это не может быть сделано с возлюбленным извне; это не может быть сделано без возлюбленного извне, помните и это тоже, потому что первый проблеск приходит через возлюбленного извне. Хотя это только проблеск, но с ним приходит и новее видение, что глубоко внутри самих себя присутствуют обе энергии — мужская и женская.

Человек бисексуален — каждый мужчина, каждая женщина. Половина в вас мужчина и половина в вас — женщина. Если вы женщина, тогда женская часть наверху, а мужская часть скрыта позади, и наоборот. Если вы стали осознавать это, тогда начинается новая работа: ваша внутренняя женщина и внутренний мужчина могут встретиться, и эта встреча может остаться абсолютной. Нет необходимости возвращаться с вершины. Но первое видение приходит извне.

Поэтому Тантра использует внешнюю женщину, внешнего мужчину как часть внутренней работы. Раз вы стали осознавать, что у вас есть женщина или мужчина внутри вас, тогда работа приобретает совершенно новое качество, она становится движением в новое измерение. Теперь встреча должна произойти внутри; вы должны позволить вашей женщине и мужчине встретиться.

В Индии эта концепция существует по меньшей мере пять тысяч лет. Вы могли не видеть статуй Шивы как ардханаришвара: наполовину мужчины, наполовину женщины. Это изображение каждого существа, внутреннего существа. Вы, наверное, видели шивалингу: он символизирует мужчину. Но шивалинга находится в женском сексуальном органе, он не одинок; они вместе. Это снова показывает внутреннюю двойственность, внутреннюю полярность. Но полярность может встретиться и слиться.

С внешним, слияние возможно только на мгновение. И тогда великое разочарование и великое страдание... и чем выше мгновение, тем глубже будет тьма, что следует за ним. Но встреча может произойти внутри.

Сначала узнайте, что пик возможен, и тогда почувствуйте благодарность женщине, давшей вам этот пик, почувствуйте благодарность к мужчине. Тантра почитает женщину как богиню и мужчину как бога. Всякая женщина, которая помогает вам достичь этого видения — богиня, всякий мужчина, который помогает вам достичь этого видения — бог. Любовь становится священной, потому что она дает вам первые проблески божественного. Тогда внутренняя начинается работа. Вы поработали вовне, теперь вы должны работать внутри.

У Тантры две фазы, две стадии: внешняя, экстравертная Тантра, и внутренняя, интровертная. Начинать надо всегда с внешнего; потому что мы уже здесь и должны начинать отсюда, а потом двигаться внутрь.

Когда внутренние мужчина и женщина встретились и растворились, и когда вы больше не разделены внутри, вы стали одним — интегрированными, кристаллизованными, одним — вы достигли. Это — просветление.

Правда, сейчас все перевернуто. Вы полностью забыли внутреннее; внешнее стало всей вашей жизнью. Это подобно тому, как если бы кто-то стоит на голове и полностью забыл, как встать на ноги снова. На голове ваша жизнь будет действительно трудной. Если вы хотите куда-то идти, если вы хотите что-то делать, все станет очень-очень трудным, почти невозможным.

И именно это происходит. Люди стоят на голове, потому что внешнее стало важнее, чем внутреннее. Внешнее стало наиважнейшим, а внутреннее полностью забыто.

Настоящее сокровище — внутри. Извне вы можете получить только намеки на внутреннее сокровище; извне — только указатели-стрелки к самому внутреннему в вашем существе, извне — только километровые столбы. Но не цепляйтесь к километровым столбам, не думайте, что это цель, и что вы достигли.

Помните, что обычный человек живет очень ненормальной жизнью, поскольку его ценности перевернуты. Деньги важнее, чем медитация, логика важнее, чем любовь, ум важнее, чем сердце. Власть над другими важнее, чем власть над своим собственным существом. Земные вещи важнее, чем поиск неких сокровищ, которые смерть не может разрушить.

Ларри пошел в итальянский ресторан, и как только официант подошел к нему, он бухнул целую миску макарон в руки Ларри.

Рассердился ли Ларри? Встревожился ли он?

Он только поднял глаза и с большим достоинством сказал: «Официант... Я уверен, что в моей мухе суп».

Все перевернуто вверх тормашками. Не муха в супе, суп в мухе. И вот почему так много несчастья. И все, кажется, просто бегут за тенями, зная совершенно ясно, что ничего не происходит, ничего не произойдет, но что еще делать? Стоять на обочине дороги, когда все мчатся, выглядит глупо. Лучше продолжать мчаться с толпой.

Пусть это проникнет глубоко в ваше сердце: пока внутреннее не станет важнее внешнего, вы живете очень ненормальной жизнью. Нормальный человек это тот, чье внутреннее есть источник всего, что он делает. Внешнее — только способ, внутреннее — конец.

Любовная связь с мужчиной или женщиной это способ достичь предела. В конце концов происходит любовная связь с вашей внутренней женщиной или внутренним мужчиной. Внешнее должно быть использовано, как обучающая ситуация; это великая возможность.

Я не против внешней любовной связи, я полностью за нее, потому что без нее вы никогда не станете осознавать внутреннее. Но помните: никогда не вовлекайтесь во внешнее.

Четвертый вопрос:

Ошо, почему есть такое выражение, как «грязный старик»?

Я достиг старости и я подозреваю, что люди начинают думать обо мне точно такими же словами.

ЭТО выражение существует потому, что общество долгое время было репрессивным. Грязный старик существует из-за ваших святых, ваших священников, ваших пуритан.

Если люди позволяют своей сексуальной жизни быть радостной, ко времени, когда им около сорока двух — помните, я говорю «сорок два», не «восемьдесят четыре» — просто, кода им около сорока двух, секс начнет утрачивать свою власть над ними. Точно так, как секс приходит и становится очень сильным к возрасту около четырнадцати, таким же самым образом к сорока двум годам он начинает исчезать. Это естественный процесс. А когда секс исчезает, у старого человека остается любовь, сострадание совершенно другого качества. В его любви нет вожделения, нет желания, он ничего не хочет получить от нее. Его любовь обладает чистотой, невинностью; его любовь — радость.

Секс дает вам удовольствие. И он дает вам удовольствие, только когда вы вошли в секс. Тогда удовольствие — конечный результат. Если секс стал неуместным, нет подавления, но так как вы ощутили его так глубоко, то это не имеет больше никакого значения. Вы узнали его, а знание всегда приносит свободу. Вы узнали его полностью, а поскольку вы узнали его, тайна закончилась, нечего больше исследовать.

В этом знании вся энергия, сексуальная энергия, преобразуется в любовь, сострадание. Человек отдает из радости. Тогда старый человек — самый прекрасный человек в мире, чистейший человек в мире. Ни в одном языке нет выражения «чистый старик». Я никогда не слышал.

Но выражение «грязный старик» существует почти во всех языках. И причина в том, что тело становится старым, тело становится усталым, тело хочет убежать от сексуальности — но ум, из-за подавленных желаний, все еще сопротивляется.

А когда тело не способно, а ум постоянно принуждает его к тому, что оно не может сделать, старый человек действительно в беспорядке. Его глаза сексуальны, похотливы; его тело мертво и скучно. А его ум продолжает подстрекать его. Он начинает грязно выглядеть, у него грязное лицо; в нем начинает появляться что-то безобразное.

Это напоминает мне историю человека, нечаянно подслушавшего спор свое жены и ее сестры о его частых деловых поездках из города.

Сестра была убеждена, что жена должна беспокоиться о своем муже, оставленном без присмотра в этих шикарных отелях для приезжих, где так много привлекательных потаскух.

«Мне беспокоиться? — сказала жена. — Зачем? Он никогда не обманывал меня. Он слишком честен, слишком порядочен... слишком стар».

Тело рано или поздно становится старым; оно обречено стать старым. Но если вы не изжили ваши желания, они будут шуметь вокруг вас, они обязательно создадут в вас что-то безобразное. Или старый человек становится самым прекрасным человеком в мире, потому что он достигает невинности ребенка, или даже намного глубже, чем невинность ребенка... он становится мудрецом. Но если желания все еще здесь, бегущие как подводное течение, тогда он застрял в беспорядке.

Один старик был арестован по обвинению в попытке изнасилования молодой девушки. Посмотрев на этого человека — ему было восемьдесят четыре года — в суд признал его виновным не в изнасиловании, а в нападении с неисправным оружием.

Если вы становитесь старыми, помните, что старость — это кульминация жизни. Помните, что старость может быть самым прекрасным переживанием — потому что ребенок надеется на будущее, он живет в будущем, великие желания сделать это, сделать то. И каждый ребенок думает, что он будет кем-то особенным Александром Великим, Иосифом Сталиным, Мао Цзе Дуном; кем-то он собирается быть — он живет в желаниях и в будущем. Юноша так сильно связан своими инстинктами, все инстинкты взрываются в нем. Секс здесь...

Сейчас современные исследования говорят, что каждый мужчина думает о сексе по крайней мере раз в три секунды. Женщины немножко лучше, они думают о сексе раз в шесть секунд. Это огромная разница, почти в два раза; она может быть причиной многих расколов между мужьями и женами.

Каждые три секунды секс как-то вспыхивает в уме. Юноша связан такими огромными естественными силами, что он не может быть свободен. А он честолюбив, время бежит быстро, а он должен сделать что-то, а он должен быть кем-то. Все эти надежды, желания, фантазии детства должны быть исполнены; он в страшной спешке.

Старый человек узнал, что те детские желания были действительно детскими. Старый человек узнал, что все эти дни юности, все эти тревоги прошли. Старый человек находится в состоянии, когда шторм стих и преобладает молчание. Это молчание может обладать огромной красотой, глубиной, богатством.

Если старый человек действительно зрелый, а такой случай очень редок, тогда он будет прекрасен. Но люди с годами только растут, они не вырастают. Отсюда проблема.

Вырастайте, становитесь все более зрелыми, все более бдительными и осознающими. А старость — это последний удобный случай, дающийся вам: перед тем, как придет смерть, приготовьтесь. А как готовиться к смерти? Становиться более медитативным.

Если какие-то затаенные желания еще здесь, а тело становится старым и неспособно исполнить те желания, не беспокойтесь. Медитируйте на эти желания, наблюдайте, будьте осознающими. А только через осознанность, наблюдательность и бдительность эти желания и содержащаяся в них энергия могут быть преобразованы. Но перед приходом смерти будьте свободными от всех желаний.

А когда я говорю «быть свободными от всех желаний», я просто имею в виду «быть свободными от всех объектов желаний». Тогда имеется чистое стремление. Это чистое стремление — божественно, это чистое стремление — Бог. Это чистое творчество без объекта, без адреса, без направления, без назначения — просто читая энергия, бассейн энергии, идущей ниоткуда. Вот что такое состояние Будды. Атиша называет это бодхичитта: осознание Будды.

Пятый вопрос:

Ошо, почему Индия так бедна?

ОТВЕТСТВЕННЫ так называемые святые. Веками Индия жила с неправильной философией — философией, которая учит другому миру, философией, которая учит, что мир — иллюзия и только другой мир истинен. Вы не видели другого мира, истинного мира, вы должны верить. А мир, который вы видели и видите каждый день и ощущаете, переживаете каждый день — иллюзорен, это майя.

Эта глупая философия — основная причина индийской нищеты. Если мир иллюзорен, тогда зачем заботиться о науке, зачем заботиться о технологии? Какой смысл? Если мир иллюзорен, нищета — тоже иллюзия, нищий на улице — тоже иллюзия, голодающий человек — тоже иллюзия.

Запад жил и живет с идеей, что только этот мир и реален. Поэтому он стал богат, по крайней мере, наружно богат.

Запад отверг другой мир: Бог умер. Запад начал становиться богаче, только когда он отбросил идею другого мира; тогда вся энергия была сфокусирована на этом мире. Он стал богат материально, но он стал беден духовно.

Другой мир также реален, реален на высшем плаче. Восток стал беден материально. Другой мир реален, но другой мир может быть основан только на реальности этого мира. Этот мир действует как фундамент.

Итак, может быть, изредка, человек в Индии был способен стать внутренне богатым. Но миллионы, массы, остаются бедными наружно. И, поскольку нет основания, они остаются бедными внутренне. Оба этих подхода являются двумя половинками целого.

Новый человек, о котором я говорю, и новое человечество не будет западным или восточным. Оно не будет верить только в этот мир или только в другой мир, оно будет верить в тотальность человека. Оно будет верить в тело человека, оно будет верить в душу человека: оно будет верить в материальное, оно будет верить в духовное. Фактически, новое человечество будет думать о духовности и материальности, как о двух аспектах одного явления. Тогда мир будет богат и в том, ив другом, внутри и снаружи.

Индия должна освободиться от своей привязанности к другому миру. Она должна научиться любить и этот мир, она должна узнать, что этот мир тоже реален. В это самое мгновение произойдет великое изменение индийской жизни.

Но святые, так называемые святые, все еще продолжают учить, что этот мир нереален. И бедные люди утешаются этим, так как они продолжают цепляться за философию. Если это нереально, это утешает, так как не о чем беспокоиться. Это только вопрос нескольких лет, тогда вы войдете в реальный мир. Так зачем беспокоиться?

Восточный ум остается ненаучным из-за этой в корне неверной философии. Наука может быть создана, только если мир признается реальным. А если существует наука, существует и технология, а технология — единственный способ создать богатства.

Ответственны так называемые святые. И так называемые лидеры, политики ответственны, потому что политики продолжают учить страну антинаучному отношению. Философия Ганди антинаучна. Вы удивитесь, узнав, что он был против железных дорог, почты, телеграфа, современной медицины. Он был против основных технологий, которые могли бы помочь стране. А он все еще остается отцом-основателем, он все еще доминирует в индийском уме, особенно в индийском политическом уме.

Индия должна освободиться от Ганди, иначе она не сможет стать богатой. Но Ганди тоже утешает, потому что он восхваляет бедняка. Он называет бедняка даридра нарайан: он говорит, что в бедняке — Бог, бедный человек божествен. Его учение таково, что будто богатый человек — это что-то неправильное, а бедный человек — это что-то правильное. Согласно ему, нищета имеет в себе нечто божественное.

А если вы восхваляете бедность как духовность, естественно, эго бедного человека благодарно. Поэтому бедные люди в Индии продолжают почитать Ганди; в каждом городке есть его статуя. Бедному человеку не остается ничего, кроме как чувствовать благодарность. Эта идея дает ему великое удовлетворение, что в нем есть что-то духовное, что его нищета духовна.

В нищете нет ничего духовного. Нищета безобразна, бездуховна, нерелигиозна. Бедный человек — причина всего, что неправильно в мире, потому что из нищеты возникают все виды грехов и преступлений. Бедный человек не должен быть удовлетворяем, его надо заставить осознать, что: «Делай что-нибудь и вылезай из своей нищеты».

Если вы продолжаете восхвалять бедняка, он будет становиться все беднее и беднее, становиться все духовней и духовней. Чем беднее он, тем божественнее.

Сельский рабочий получил телеграмму из дома. Она извещала, что его жена только что родила пятерых близнецов. Он решил, что самое время поискать хорошо оплачиваемую работу.

«Скажите мне, — сказал агент по найму в фирме, куда он обратился, — есть ли у вас какие-то способности к торговле? Можете ли вы печатать, работать на компьютере или водить грузовик?»

Тот ответил печально: «Нет».

Интервьюер спросил: «Тогда что вы можете делать?» Он полез в свой карман, вытащил телеграмму и сказал: «Вот, прочитайте это».

Все индийское творчество состоит в том, чтобы приносить в мир все больше и больше детей. Нет причины удивляться индийской нищете. Каждый день рождаются тысячи. Медицина помогает людям жить долго, медицина помогает людям умирать все меньше и меньше. Смертность претерпела громадное изменение: только тридцать лет назад из десяти детей, родившихся в Индии, девять умирали до года. Теперь живут девять, умирает только один. Смертность изменилась, но рождаемость остается той же самой.

Теперь есть только две возможности: или уменьшить рождаемость, или повысить смертность. Есть только две возможности: каждая убивает людей тем или иным способом... И вот что происходит снова и снова: стихийные бедствия убивают людей, великие эпидемии распространяются и убивают людей, войны приходят и убивают людей. Но все они отстает от современной медицины; они не справляются с ней.

Пока рождаемость не уменьшится, для Индии нет возможности увидеть лучшие дни; это почти невозможно. Но индийцы приучены иметь все больше и больше детей. Это очень человеческое, это мысль о великом благословении Божьем: чем больше у вас детей, тем вы благословенней.

Эти глупые идеи должны быть изменены; их изменить очень трудно. Поскольку я против всех этих идей, индийские массы против меня. Они хотят быть поддержаны. Их святые продолжают говорить им, что ребенок — дар Бога; их святые продолжают благословлять их.

Сейчас каждый ребенок приносит новое проклятие; он больше не благословение.

Политики боятся, что если они введут контроль над рождаемостью в стране, люди не проголосуют за них, так они не могут ввести контроль над рождаемостью. Они продолжают проповедовать брахмачарью, безбрачие. Они сами не холостяки, а они продолжают учить людей безбрачию. А люди любят эти идеи, это идеи, полюбившиеся им за столетия, так что они чувствуют очень хорошо: это их культура, их культура прославляется. Это правильный способ контролировать население — безбрачие.

А сколько людей собираются сделать это? В этом нет смысла вообще. Культурная идея, возвышаемая столетиями, ощущается очень удовлетворяющей эго.

Безбрачие не поможет. Должен быть введен контроль рождаемости. Если люди добровольно примут его, хорошо. Если люди не примут его добровольно, тогда он должен быть навязан. Людям нельзя позволить разрушить всю страну. Но если вы говорите о насильственном контроле рождаемости, тогда они говорят, что вы против демократии.

Вы насильно останавливаете людей во многих областях: ворам не разрешается воровать — это недемократично? Ворам должно быть разрешено, дана свобода, демократия означает свободу. Убийства не разрешаются. А рожать так много детей — намного большее преступление, чем воровство; несомненно, это намного большее преступление, чем убийство.

Вещи изменились, ситуации изменились. Теперь принесение в мир ненужных детей — намного большее преступление, чем убийство человека. Это не вопрос демократии, это вопрос выживания. Демократия хороша, но демократия может существовать, только если страна может выжить. Страна умирает, голодает. Пока не введен насильственный контроль рождаемости, эта страна не может быть богатой.

Мое отношение очень ясно, мой подход абсолютно ясен, но старый ум страны не готов слушать. Люди приходят ко мне и говорят: «Что вы предпринимаете для индийской нищеты? Почему вы не открываете больницы, и почему не распространяете бесплатную еду в ашраме?»

Это делалось по крайней мере в течение десяти тысяч лет. Ашрамы распространяют бесплатную еду в течение десяти тысяч лет: это не помогло. Как это поможет, если еще один ашрам продолжит распространять бесплатную еду? Есть так много больниц: это не помогло. Как это поможет, если мы откроем еще несколько больниц?

Это не мой подход. Я хочу отсечь самый корень проблемы, я не интересуюсь обрезанием листьев. Но люди обманываются и оболваниваются святыми, лидерами, моралистами.

Карл Маркс, кажется, прав, по крайней мере, в определенном смысле, что религия использовалась как опиум для обманывания людей и затупления их разума. Настоящая религия — не опиум, но настоящая религия — редкость. Она существует, только когда есть живой Мастер. Иначе священники продолжают притворяться, что у них есть ключи религии. У них нет никаких ключей, все, что они делают — это служат политикам.

Это негласный сговор между организованной религией и государством; между церковью и государством, заговор. Вместе они властвуют над людьми, вместе они приводят людей в рабство. А если люди бедны, им легче навязать рабство; если люди бедны, легче дать им верования, предрассудки. Если люди бедны, они всегда боятся ада и всегда жадны до небес. Священник может преобладать над ними и политик может преобладать над ними, потому что они так бедны.

В нищете люди теряют разумность. Разумность нуждается в определенном питании. Теперь это хорошо известный научный факт, что если определенные витамины отсутствую в вашей еде, вы не будете разумными. И я действительно беспокоюсь, потому что есть витамины, отсутствующие в индийской пище. Индийская пища очень бедна — поэтому вы видите, что разумность на очень низком уровне.

Даже так называемая интеллигенция Индии не выглядит очень разумной. Разум нужен, чтобы преобразовать эту страну, ее нищету.

И вот что такое моя работа: создавать большую разумность через медитацию, создавать большую разумность, создавать более разумных людей посредством разрушения их предрассудков, верований, создавать более внимательных людей, так как они могут быть более ответственными за реальную ситуацию, существующую в стране и в мире.

Только этим способом мы можем отсечь самый корень проблемы.

Последний вопрос:

Ошо, почему я здесь?

ЭТО очень философский вопрос, Киртан.

Эта история о двух игроках в американский футбол, сидящих в классе философии на своем последнем экзамене. Экзаменационным вопросом было всего одно слово: «Почему?»

Все студенты начали писать как сумасшедшие, наполняя одну тетрадь за другой. Два футбольных игрока взглянули друг на друга и пожали плечами. Первый написал на своем листке: «Почему бы и нет?» и покинул комнату. Второй парень написал одно слово: «Потому» и ушел со своим другом.

Не зная, что делать, профессор поставил первому парню оценку А, а второму парню — оценку А с минусом.

Это действительно философский вопрос: Почему я здесь?

Я не знаю. Почему бы и нет? Или — потому.

Три новопреставленных кандидата на небеса сидят в приемной конторы святого Петра. В конце концов святой Петр возвращается с ланча и говорит секретарше позвать первого кандидата.

«Как вы умерли и почему вы думаете, что вы желанны на небесах?» — спрашивает святой Петр.

«Видите ли, — говорит человек, — в течение некоторого времени я подозревал, что жена изменяла мне. Сегодня утром меня окликнул сосед и подтвердил ужасную правду. Он рассказал мне, что какой-то парень вошел в мою квартиру полчаса назад и не вышел. В ярости я прибежал домой, ворвался в квартиру и нашел свою жену лежащей голой на кровати. Я начал обыскивать квартиру в припадке ревности. Я осмотрел всю квартиру — под кроватью, в туалетах, за занавесками, везде.

Я не нашел никого. В конце концов, из чистого разочарования и слепой ярости, я поднял холодильник, вынес его на задний балкон и швырнул на задворки тремя этажами ниже. Напряжение и возбуждение, наверное, было для меня слишком сильным. Я, наверное, умер прямо тогда и там от сердечного приступа.

«Ну, — сказал святой Петр, — это очень необычная смерть, но в целом нравственная. Впустить. Позовите следующего кандидата».

Второй кандидат рассказал даже более удивительную историю. «Святой Петр, сказал он. — Если ты простишь это выражение, то клянусь Богом, я был осмотрителен. Я дремал в гамаке на заднем дворе. Я услышал шум и посмотрел вверх как раз вовремя, чтобы увидеть громадный холодильник, падающий на меня с третьего этажа».

«Х-м-м-м, — сказал святой Петр. — Случай трагичный и самый невинный. Однако, снова, в целом приличный и нравственный. Впустить этого человека и позвать следующего кандидата».

«Святой Петр, — сказал третий кандидат, — я знаю, что ты не поверишь ни одному сказанному мною слову, я точно знаю это! Я был вызван в квартиру этой леди починить холодильник. Я работал над ним, когда совершенно внезапно она завопила: «Сюда идет мой муж! Бога ради, прячься скорее!» Так помоги мне, святой Петр. Последнее, что я помню — как забираюсь в холодильник и закрывается дверь».

Потому!

Киртан, я не знаю, почему ты здесь. Почему бы и нет?

ГЛАВА 11


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.033 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал