Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Кукольный театр






 

Когда разваливался Советский Союз, большинство не могли даже себе предположить, как далеко зайдет дело. Почему-то все считали, что гибель империи - это лишь пустая формальность; все равно будем жить мы дружно и ладно, как и в старые добрые времена -пусть не в законном, но в гражданском браке уж наверняка; СНГ - это почти СССР, от замены пары букв - принципиально ничего не изменится.

Ладно Прибалтика - ясно, отрезанный ломоть, но гостеприимный и щедрый Кавказ, нищая Средняя Азия; братская Украина с Молдавией, в конце концов, - куда они-то без России денутся. И вообще, искать различие между русскими и украинцами, это такой же точно абсурд, как выбирать, на кого больше похож общий ребенок: на маму или папу.

Жизнь показала, сколь прекраснодушными и утопичными были такие прогнозы.

Хватило всего пары лет, чтобы бывшие наши братья напрочь позабыли о многовековых совместных узах и начали подбирать себе более богатых и удачливых родственников. Тем более сами эти родственники - ни гостинцев, ни розового елея не жалели; умело играя на националистических чувствах, они все больше отрывали недавние советские республики от материнского лона России...

Приснопамятные «цветные революции» возникли не на пустом месте. Эта почва была обильно подготовлена и взрыхлена местными элитами, видевшими в России угрозу для своего личного благополучия. И главным оружием их стал национал-шовинизм - извечная карта, разыгрываемая правителями во все голодные времена; нет лучшего способа объяснить народу собственные невзгоды, нежели свалить их на более удачливого соседа.

На полном серьезе в той же самой Украине вспомнили вдруг, что вовсе не Россия, а она, ридна ненька, есть прародитель славянских народов. С чего пошла славянская государственность? Правильно, с Киевской Руси. А Киев - это что такое? То-то же...

Если полистать учебники, по которым украинские школьники с недавнего времени учат историю, волосы просто дыбом встанут на голове. Один из них - учебник для 7-го класса -так прямо и начинается: «история украинского народа насчитывает 140 тысяч лет». То есть человечества еще не было, жили на планете сплошь неандертальцы, но украинский народ - тут как тут.

А вот учебник другой, для 9-го класса (он охватывает период XIX - начало XX веков). Вчитываться в содержание даже не будем, дабы не травмировать и без того слабую психику. Приведем лишь названия параграфов: «Украина под властью Российской и

Австрийской империй», «Украина в завоевательных планах Наполеона I», «Украинцы в Бородинской битве», «Украинцы в обороне Севастополя», «Громадная оппозиция российскому царизму в Украине», «Крымская война и Украина».

Короче, Украина - родина слонов. Не было ни польского ига, ни униатского гнета, ни добровольного присоединения к России, а была - Великая Украина, которую вероломные русские правители втягивали в различные авантюры, всячески при этом унижая национальное достоинство угнетенных украинцев.

Нет, без цитат все же не обойтись. Послушайте, например, как в упомянутом уже учебнике для 9-го класса трактуются русско-турецкие войны XIX века. (Прежде чем вчитаться, рекомендую взяться за что-нибудь твердое.)

Итак, Украина была «...втянута в русско-турецкие войны 1806 - 1812 и 1828 - 1829 гг. Результаты этих войн были для Украины противоречивы. С одной стороны, войны подрывали экономический потенциал Украины, заставляли украинцев погибать за чуждые им имперские интересы. С другой стороны, в ходе первой из этих двух войн были присоединены к России те украинские земли в устье Дуная, которые еще пребывали в составе Турции. И хотя один вид национального гнета сменялся другим - турецкий русским, - эти войны имели следствие, которого не желала Россия, - сближение украинцев присоединенных территорий с надднепрянскими украинцами, рост общего потенциала украинства (!) в его противостоянии имперской власти».

(Из следующей главы можно также узнать, что «Украина в 1812 году была втянута и в русско-французскую войну».)

Бред сивой кобылы - вот как это называется. Не было в XIX веке никакой самостоятельной земли под названием Украина, имевшей «экономический потенциал» и владевшей какими-то мифическими землями в устье Дуная, которые якобы жестокосердная Россия в угоду своим «имперским интересам», отобрала у Турции. И роста «украинства» тоже никакого быть не могло, ибо «украинец» как национальность вообще официально утвердилась лишь в советские времена; до этого жители Украины повсеместно именовались малороссами.

А ведь на этих учебниках выросло уже целое поколение; те, кто пошел в школу в 1992-м, сегодня сами стали родителями. О Богдане Хмельницком они знают лишь то, что ему установлен памятник в Киеве. Зато твердо убеждены, что «украинский народ -четвертый по численности среди великих европейских народов (после немцев, москалей и британцев)». («Новейшая история Украины». Учебник для 10-го класса.)

Как тут не вспомнить древнюю библейскую мудрость: «чтобы покорить народ, не нужно прибегать к оружию; достаточно получить возможность воспитывать его детей». Именно руками этого, нового поколения украинцев, будет делаться вскоре «оранжевая революция».

Несмотря на все заверения Москвы в вечной дружбе и любви, и первый украинский президент Кравчук, и сменивший его Кучма самым активнейшим образом поддерживали такую дерусификацию. «На Украине русских вообще нет, - заявлял еще в 1994 году Леонид Кравчук, - а 11 миллионов русскоязычных проблемы не составляют».

В свою очередь, Леонид Кучма повсеместно вспоминал об организованном Москвой в 1932 - 1933 годах массовом голоде, называя его не иначе, как «украинский холокост».

Новая власть не только переписывала историю, но и закрывала глаза на любые формы великоукраинского шовинизма, особенно бурно расцветшего в западных областях.

Совершенно легально, при явном потворстве государства, там действовали (и продолжают действовать) откровенно фашистские организации, вроде УНА-УНСО, называющие своими духовными вождями Бандеру и Шухевича.

Процитирую лишь несколько выдержек из программных тезисов УНА-УНСО:

«Задача наших организаций заключается не столько в том, чтобы добыть независимость, сколько в том, чтобы добить Россию в том виде, в каком она существует сейчас». «Крым должен быть украинским или безлюдным».

Вторит УНА-УНСО и Союз украинской молодежи: «В первую очередь необходимо очистить Украину от пяти-шести миллионов московитов, которые являются паразитами»; «Уничтожение России - это предварительное условие сильной Украины».

Все это уже в отечественной истории было. «Народе! Знай! Москва, Польша, Мадяри, Жидва - це Твоі вороги. Нищ іх! Ляхів, жидів, комуншстів знищуй без милосердя!...»

Это - из обращения того самого Степана Бандеры (июнь 1941-го), возносимого ныне на Украине как национального героя и отважного борца за свободу и независимость. С недавних пор Бандере ставят памятники, называют его именем улицы. Как, впрочем, и именем его верного сподвижника, вождя Украинской повстанческой армии и по совместительству командира нацистского батальона «Нахтигаль» Романа Шухевича, погибшего в боях с Советской властью.

Почти сразу после прихода к власти Виктор Ющенко недвусмысленно выразил свое отношение к этим мрачным историческим персонажам, заявив, что они «совершили героический подвиг, отстаивая независимость Украины». Совсем недавно президентским указом Роману Шухевичу посмертно было присвоено звание Героя Украины.

Впрочем, кажется, я забегаю вперед, ибо даже при всех издержках Кучмы с Кравчуком ничего подобного произойти при них не могло; нацистские преступники, возведенные в ранг национальных героев, это уже - результат усилий исключительно новой, демократической власти...

Полагаю, нет даже нужды доказывать, что все недавние «цветные» революции были организованы с ведома и при активнейшем участии Запада. События на Украине, в Грузии, Сербии, Киргизии, Узбекистане - происходили по одному и тому же сценарию, разница лишь - сугубо в именах собственных.

Сначала в этих странах создавалось молодежное подполье, щедро финансируемое за счет неправительственных западных организаций и спецслужб. Параллельно, общими усилиями, внутри страны и на Западе начинала усиленно раскручиваться пропагандистская кампания по дискредитации законного правительства. (Особенно эффектно выглядели обвинения в политических убийствах; дело Гонгадзе - на Украине, сербские лагеря смерти в Триполи и т. п.) А затем, в час «X», на улицы выводились многотысячные, хорошо организованные и подогретые (во всех смыслах) толпы, которые ставили это самое дискредитированное уже правительство перед нелегким выбором: либо открывать стрельбу, навсегда обрекая себя на всемирную изоляцию и славу кровавого, антинародного режима; либо - бесславно уходить в отставку.

В глазах международной общественности все происходящее подавалось и подается как стихийное восстание народа против тирании. В действительности же мы имеем дело с хорошо организованной технологией; театром марионеток, где истинные кукловоды всегда остаются за ширмой.

Технология эта родилась не вчера и не сегодня; за последние 60 лет американцами было организовано более 50 переворотов, путчей и революций. (Получается - почти по революции в год; ударно, ничего не скажешь!) И всякий раз свою причастность к ним Вашингтон тщательно пытался скрывать, что полностью соответствовало уже поминавшейся мной концепции «тайных операций» ЦРУ: «планирование и проведение операций таким образом, чтобы никому, кроме доверенных лиц, не была очевидна какая-либо ответственность за них правительства США и чтобы в случае их раскрытия правительство США могло правдоподобно отрицать какую-либо причастность к ним» -это из директивы СНБ 10/2 от 18 июня 1948 года.

За годы бездарного советского агитпропа нас приучили не верить тому, что доносится с экранов телевизора и печатается на страницах газет. Для поколений, выросших в то время, одно упоминание ЦРУ вызывает чувства, аналогичные запаху рыбьего жира; нечто вроде рвотного рефлекса.

Произнеси при среднестатистическом интеллигенте эту аббревиатуру; сразу скривится, замашет руками: хватит, мол, накушались этой белиберды вдоволь. Даже и слушать ничего не станет, искренне веря, что люоые нападки на американцев - непременно есть свидетельство рецидива «холодной войны» и государственного оболванивания.

Но ведь советская печать - врала далеко не всегда. Многое из того, что говорилось и писалось тогда о ЦРУ, - было, увы, горькой правдой.

Первый переворот, организованный американской разведкой, состоялся еще в 1953 году и проходил под кодовым названием «Аякс». Дело было в Иране, где к власти впервые в истории этой страны пришел тогда демократический правитель Моссадык. Свои реформы Моссадык начал с того, что попытался национализировать нефтяную промышленность; а это, понятно, полностью расходилось с интересами американцев и англичан.

Договориться с Моссадыком не получилось, и тогда его решили без всяких яких свергнуть; эта щекотливая миссия была поручена резиденту ЦРУ на Ближнем и Среднем Востоке Кермиту Рузвельту, приходившемуся родным внуком бывшему президенту США Теодору Рузвельту.

Все-таки гены великая вещь; буквально за несколько лет президентский внук сумел создать в Иране мощную оппозицию Моссадыку; американцы не скупились на покупку агентуры влияния и обработку элиты.

В августе 1953-го вооруженные мятежники вышли на улицы; еще вчера почитавшийся кумиром Моссадык в одночасье очутился в изоляции. Вместе с правительством он был арестован, а к власти мгновенно вернулся прежний шах Реза Пехлеви, который сразу же ненавистную национализацию отменил.

Сегодня - детали этой, равно как и большинства других тайных операций известны хорошо; отчасти еще и потому, что основные участники их начинали по прошествии времени тяготиться безвестностью и хватались за перо.

Тот же Кермит Рузвельт очень подробно описал потом в мемуарах, как восстанавливал он «демократию» в Иране.

Рано или поздно - я абсолютно в этом уверен - нам предстоит познакомиться с аналогичными воспоминаниями нынешних наследников Кермита Рузвельта - человека, первым воплотившим на практике технологию захвата враждебной страны без прямого вторжения.

Впрочем, кое-что известно уже и сегодня. По крайней мере, мы имеем возможность проследить практически всю хронологию таких «цветных» постановок - от начала и до конца...

Если отцом русской режиссуры общепризнанно считается Станиславский, то на роль создателя театра «цветных» революций претендует сразу несколько человек.

Один из них - американский дипломат и бизнесмен Марк Палмер. Впервые о борьбе с тоталитаризмом Пал-мер задумался еще в середине 1970-х, когда, приехав в СССР, близко сошелся с диссидентами и еврейскими отказниками. Знакомство с ними убедило американца в том, что либеральные ценности могут усваиваться людьми любой культуры, даже в условиях тирании; главное только - правильно расставить акценты; или, выражаясь бизнес-терминологией, найти грамотное маркетинговое решение.

В конце 1980-х Палмер, уже посол США в социалистической Венгрии, стал одним из тех, кто готовил здесь «бархатную» революцию, бескровно сместившую коммунистическую власть.

Надо сказать, что подобные «бархатные» (иногда их еще называли «вельветовыми») революции, заполыхавшие тогда по Восточной Европе, - были своего рода предвестниками революций «цветных». Все они произошли в один и тот же год - 1989-й -и тоже по единому сценарию: массовые, непрекращающиеся демонстрации и акции протеста, обильно финансируемые из-за рубежа; и - как следствие - добровольный демонтаж социализма. (Подобный план был прописан еще в секретной директиве Рейгана № 75, где говорилось, в частности, о создании в соцстранах «внутренних оппозиционных сил», на поддержку которых из американского бюджета была выделена немалая сумма -85 миллионов долларов.)

Время их проведения неслучайно совпало с пиком максимальной активности переговоров Москвы и Вашингтона, чей ход окончательно предрешил судьбу СССР.

Что бы там ни воображали себе бывшие наши сателлиты, но все они - Венгрия, Чехословакия, Польша, Румыния, Болгария - были лишь прицепными вагонами к чужому локомотиву; причем в разное время - к разным локомотивам. (Исключение составляет, пожалуй, лишь Польша, помнящая еще времена ясновельможных панов и Марины Мнишек.)

К концу 1980-х - Восточная Европа находилась в хвосте поезда под названием СССР; но стоило лишь ему застопориться, как вагоны эти мгновенно перецепили к другому тягачу;

тем более никто особо этому и не противился.

Горбачеву ничего не стоило вывести из казарм свои танки, чтобы, как в старые добрые времена, по «просьбам трудящихся», подавить любые беспорядки; по всей Восточной Европе стояли тогда наши группы войск (Южная - в Венгрии, Северная - в Польше, Центральная - в Чехословакии, Западная - в ГДР). Однако в момент наивысшего накала страстей ни одна из частей - ладно, не была выведена из казарм; их даже не привели в режим повышенной боевой готовности; последний генсек беспрекословно закрыл глаза на потерю своего владычества. А когда открыл - было уже поздно, и недавние младшие братья стройными рядами зашагали в НАТО и Евросоюз.

Так менее чем за 8 лет американцам удалось реализовать свой секретный план, сформированный в директиве СНБ-32 (ее подписал в марте 1982-го президент Рейган), где черным по белому говорилось: главная тактическая задача Вашингтона -нейтрализация «усилий Советского Союза, предпринимаемых с целью сохранения власти в Восточной Европе».

Единственной социалистической страной, где подобный сценарий провалился, оказался Китай. Попытка свержения законного строя закончилась танками на площади Тяньаньмэнь; о чем, впрочем, сами китайцы вряд ли сегодня особо печалятся...

Вернемся, однако, к интереснейшей фигуре Марка Пал-мера. Уйдя с дипломатической службы, он занялся медиа-бизнесом, и в 1990-е годы через принадлежащую ему компанию Central European Media Enterprises создал первые частные телекомпании в Чехии, Словакии, Словении, Румынии, Украине. Общий объем вложенных Палмером средств оценивается примерно в 600 миллионов долларов, что невольно заставляет призадуматься об их происхождении; Америка - это все-таки не ельцинская Россия, где вчерашние чиновники, выйдя в отставку, мгновенно оборачивались миллиардерами и олигархами.

Запад никогда не скупился на пропаганду; это был важнейший, ключевой элемент ведения психологической войны.

Понимаю, что вновь замахиваюсь на священную корову либералов - иностранные радиоголоса, клеймившиеся советской пропагандой как вражеские и превозносимые отечественной интеллигенцией как глоток свободы - но выхода иного, увы, нет. Надо, в конце концов, сказать когда-нибудь правду.

Те, кто жил в эпоху застоя, хорошо помнят эти прорывавшиеся сквозь помехи позывные - «Голос Америки», «Свобода», «Немецкая волна». Почти в каждой интеллигентной семье транзистор с мощным диапазоном являлся неотъемлемой частью кухонного бытия; это была икона тогдашнего либерала, без которой жизни он себе не представлял.

Во многом взгляды мыслящей части общества формировались под воздействием голосов: и никто почему-то не задавался столь очевидным и простым вопросом; а с какой, собственно, радости, Запад тратит ежегодно десятки миллионов долларов, если у него нет никакой иной цели, кроме заботы об информированности советских радиослушателей.

Я сам начинал когда-то журналистскую карьеру, подрабатывая на радио, и твердо могу сказать: любая радиостанция, как, впрочем, и всякое СМИ, может существовать только в двух измерениях. Либо - за счет государственного или какого-то иного целевого финансирования; но тогда - это не свободная пресса, а орган пропагандистского воздействия. Либо - за счет рекламного вещания.

Последний пример к случаю нашему явно не относится; вся знакомая советскому человеку реклама - ограничивалась аршинными призывами летать самолетами «Аэрофлота» и хранить деньги в сберегательных кассах. (Хотел бы я посмотреть, какая советская организация осмелилась бы разместить рекламу в эфире «Голоса Америки».)

Вопрос: для чего же тогда Запад оплачивал массированное радиовещание на Союз, причем с каждым годом объем его только возрастал. (К середине 1980-х годов он достиг уже 500 часов круглосуточного эфира на 22 языках народов СССР.)

Ответ на вопрос этот в изобилии содержался в бесчисленных пропагандистских брошюрах, выпускаемых «Политиздатом» миллионными тиражами; всякие там «За железной дверью», «Под сенью ЦРУ» и прочее. Вот только книжек этих - никто у нас отродясь не читал; борьбу с Западом советская кондовая пропаганда проигрывала вчистую. (Любую, даже самую здравую мысль, без труда можно опорочить и высмеять.)

Между тем нелишне будет заметить, что столь боготворимую у нас радиостанцию «Свободная Европа» еще в 1949 году учредила, например, отнюдь не группа независимых ди-джеев, а организация вполне конкретная - «Национальный комитет за свободную Европу», в состав которого входили тогда будущие президент Эйзенхауэр и директор ЦРУ Даллес, а также прочие ведущие американские политики, генералы и послы.

На этом фоне очень забавно выглядели попытки официальных властей США сделать вид, оудто никакого отношения к голосам они не имеют.

(С таким же ясным бесхитростным взором советские власти тоже отрицали свою причастность к деятельности в годы войны антифашистского комитета «Свободная Германия» и вещания соответствующей радиостанции на немецком языке; ну а то, что в обмен на сохранение головы возглавил комитет плененный фельдмаршал Паулюс, это, конечно, простое совпадение.)

Извините за столь долгое отступление - но просто наболело. До какой же степени Запад умудрился оболванить наших либералов, что они не хотят признавать очевидных даже вещей; в условиях позиционной войны разложение идеологии противника всегда является ключевым слагаемым успеха.

Марк Палмер - не в пример нам - понимал это хорошо. Созданные им телекомпании в бывших советских колониях и республиках проводили неприкрытую антироссийскую политику. День за днем, час за часом они вдалбливали в головы доверчивой аудитории, что все зло идет от Востока, а свет и добро, значит, обратно от Запада.

В полной мере таланты Палмера развернулись в Сербии. В этой славянской республике, образованной на осколках единой некогда Югославии, он решил вспомнить свою боевую венгерскую молодость.

О сербских событиях сказано и написано немало; причем мнения звучат зачастую прямо противоположные. Одни убеждены, что американцы спасли Сербию от геноцида и кровавого режима Милошевича; другие, наоборот, именуют бывшего президента не иначе, как святым борцом за православную веру.

Истина же, как обычно, лежит где-то посередине.

Надо сказать, что Сербия, в силу геополитического своего расположения, исстари играла особую роль в мировой политике; недаром Балканы называют подбрюшьем Европы. (Достаточно вспомнить, что Первая мировая война началась именно из-за сербов.)

Так случилось, что к середине 1990-х эта маленькая страна вновь оказалась в центре вселенских страстей.

Сербия была последней точкой на карте Восточной Европы, не попавшей под влияние США, а посему ее любыми путями следовало загнать в общее стойло; без этого Балканы никак не вписывались в единую экономическую модель, разработанную Западом. Кроме того, Сербия с Черногорией обладали огромными запасами минеральных ресурсов -золотом, серебром, цинком, углем, которые оценивались более чем в 5 миллиардов долларов; то есть - здесь было за что побороться.

Доподлинно неизвестно, самого ли Палмера осенила гениальная идея «демократического» укрощения Сербии, или же его недавние боссы по Госдепартаменту решили использовать богатый опыт отставного посла.

Сам Палмер, понятно, настаивает на первом варианте. В изданной не так давно книге с претенциозным названием «Сломать Ось Зла» он подробно описывает, как постепенно уверился в мысли, что любую диктатуру можно сокрушить без крови и прямой агрессии, а абсолютно «мирными и ненасильственными» методами.

Для наглядности Палмер перечисляет 25 условий, выполнение которых обеспечивает успешную и «малозатратную» революцию. Если вкратце, блюдо м-ра Палмера готовится по следующему рецепту.

Возьмите местные, либеральные и прозападно настроенные кадры, тщательно их перемешайте, не забыв добавить зелени. На выходе у вас должны получиться неправительственные организации (правозащитные, пацифистские, молодежные, студенческие), а также хорошо подготовленные группы сопротивления, пригодные для проведения уличных «ненасильственных» акций (пикетов, манифестаций, забастовок, блокирования правительственных объектов).

Одновременно, на огне местных и иностранных СМИ, доведите до кипения обстановку в стране, изрядно поперчив и посолив ее обвинениями в тоталитаризме, ущемлении свободы слова и травле инакомыслящих. (Особенно терпкий вкус этому бульону придадут гневные резолюции международных организаций - ООН, Евросоюз, ОБСЕ, ПАСЕ.)

Не забудьте также хорошенько отбить у национальной властной элиты волю к сопротивлению; в качестве молотка и разделочной доски следует использовать СМИ и методы дипломатического и финансового давления.

Теперь - дело осталось за малым. В момент, когда варево максимально дойдет до кипения, блюдо можно подавать к столу, выведя на улицы тысячи своих сторонников (тех самых, сдобренных зеленью), которые поклянутся стоять насмерть, пока власть добровольно не уйдет в отставку...

Скажете, отрава? А вот и нет. Поваренная книга Пал-мера пришлась по вкусу многим политикам самого разного спектра - от либералов до консерваторов, широчайшим образом была популяризирована (ее разослали во все американские университеты и посольства, в ведущие СМИ). С восторженными отзывами на нее выступили лидеры Демократической партии в Конгрессе Нэнси Полоси и Джозеф Байден, директор Вашингтонского офиса правозащитной организации Human Rights Watch Том Малиновски, президент Американского комитета за мир в Чечне (есть, оказывается, и такой) Макс Кампельман, скандально известный миллиардер Джордж Сорос и прочая, прочая.

Откровеннее всех высказался по поводу прочитанного бывший глава ЦРУ, а ныне руководитель правозащитной организации Freedom House Джеймс Вулси (интересно, кстати, было б увидеть реакцию наших либералов, если б какое-нибудь правозащитное общество тоже возглавил экс-директор ФСБ):

«В ходе трех мировых войн (двух «горячих» и одной " холодной") мы и наши союзники освободили большую часть человечества. Марк Палмер показал нам, каким образом нужно довести наше дело до конца».

По-моему, об истинных целях «ненасильственной демократической революции» лучше и не скажешь...

Сербия - стала первой страной, на которой была опробована эта высокая кухня. Считается, что начало тамошней бархатной революции было положено в октябре

1998-го, когда узкая кучка радикально настроенной молодежи, успевшей уже отметиться в организации студенческих забастовок, основали группу сопротивления режиму Милошевича, названную ими - перевода не требуется - «Отпор». Факт этот хорошо известен.

Менее известно, однако, то обстоятельство, что создатели «Отпора» давно и плотно находились под патронажем Марка Палмера, который самолично вышагивал даже во главе уличных студенческих демонстраций.

В кратчайшие сроки во всех мало-мальски крупных городах Сербии были созданы ячейки «Отпора». Его символ - кулак - точно знак Зорро таинственным образом появлялся на стенах и заборах повсюду.

Тем временем на Западе наращивала обороты беспрецедентная пропагандистская кампания, призванная явить планете сатанинскую сущность Милошевича.

Честно говоря, сербский президент на ангела, конечно, совсем не смахивал; грехов и ошибок имелось у него с избытком. Но то, в чем принялись обвинять его, было совсем уж за гранью добра и зла, совершенно в лучших традициях д-ра Геббельса.

Весь цивилизованный мир обошли, например, тогда кадры, сделанные британскими тележурналистами в сербском «лагере смерти», где якобы содержались боснийские мусульмане; эта запись обсуждалась даже на заседании Конгресса США. На пленке хорошо было видно, как изможденные боснийцы тянут сквозь колючую проволоку руки, моля о помощи. И лишь потом выяснилось, что это был вовсе и не концлагерь, а пункт сбора беженцев, и никто силком боснийцев в нем не удерживал; на той же скандальной пленке оказалось заснято, как заключенные преспокойно выходят за ограду и перелезают через забор; но эти кадры в эфир по понятным причинам не пошли.

Не меньшим международным скандалом ознаменовалось и обвинение сербского режима в массовом убийстве в Рачаке (Косово) мирных албанцев. Для наглядности американский дипломат Уильям Уокер даже привез на место казни операторскую группу «Ассошиэйтед Пресс».

Это вскрытое Западом нечеловеческое, чисто людоедское злодеяние стало последней каплей, переполнившей чашу мирового терпения; именно после него НАТО решило объявить Милошевичу войну. Впоследствии, однако, оказалось, что никаких несчастных жертв геноцида в Рачаке не было и в помине. Через 4 года финский патологоанатом Хелена Ранта, изучавшая найденные трупы, во всеуслышание объявит, что принадлежали они албанцам и сербам одновременно; по мнению криминалистов, на этом месте произошел бой между сербской полицией и Косовской армией освобождения, что, согласитесь, совсем не одно и то же.

Как тут не вспомнить аналогичную провокацию, предпринятую Третьим рейхом, дабы найти благозвучный повод для начала войны; знаменитое нападение на немецкую радиостанцию в Глейвице, организованную головорезами Гейдриха, переодетыми в польскую форму. Времена и эпохи меняются, но методы остаются прежними...

С началом натовских бомбардировок Сербии популярность Милошевича в народе резко пошла в гору; а «Отпора» - соответственно, на спад. Однако революционеры не отчаивались.

Обильное финансирование из-за рубежа позволяло им активно наращивать свою деятельность. Уже к началу 2000 года «Отпор» насчитывал 160 мощных, хорошо организованных ячеек.

«Почти уже не оспаривается тот факт, - пишет авторитетный немецкий журнал «Шпигель»; его-то уж точно в связях с Милошевичем не упрекнешь, - что белградцы с 1999 года получили из Вашингтона - от фонда National Endowment for Democracy - около 3 миллионов долларов. То же самое относится и к пожертвованиям в размере неизвестной суммы, поступившим от фонда республиканцев. В общей сложности Америка направила 40 миллионов долларов».

Чем беспощаднее вели себя власти по отношению к «Отпору», тем сильнее лишь возрастала его популярность. Каждый очередной арест, новая волна репрессий мгновенно героизировались, привлекая в ряды сопротивления новых сторонников.

Не в пример правительству «Отпор» очень грамотно строил свою пропагандистскую кампанию, играя на массовой нищете и ухудшении уровня жизни (о том, что кризис в Сербии был вызван экономической блокадой Запада, они, понятно, умалчивали). Лозунги «Отпора», его наглядная агитация и газеты редактировались профессиональными пиарщиками; на оппозицию работали ведущие рекламные агентства страны.

Многие члены «Отпора» с успехом прошли через курсы политтехнологий, проводимые американцами на нейтральных территориях: в Болгарии, Румынии, Венгрии...

Час «X» пробил осенью 2000-го, когда в Сербии состоялись президентские выборы.

Даже не дожидаясь дня голосования, Запад довольно ясно объявил свою позицию: либо выиграет представитель оппозиции Воислав Коштуница, либо выборы будут признаны незаконными и недемократичными. (Коштуницу, как единого демократического кандидата, из числа прочих претендентов отобрали сами же американцы, этакая «фабрика звезд».)

Дальше события развивались так. 24 сентября большинство голосов набрал Коштуница (48%), Милошевич занял второе место (38, 6%). На 8 октября был назначен второй тур выборов, однако оппозиция дожидаться его не стала, несмотря даже на весьма высокие шансы на победу.

Причина тому объяснялась довольно просто: одновременно с выборами президентскими прошли выборы и в сербский парламент, где большинство получила левая коалиция. Даже если бы Коштуница победил, он все равно оказался б связан по рукам и ногам - сербская конституция существенно ограничивала полномочия президента.

Только открытый переворот мог распахнуть перед ним дорогу к реальной власти, на что, собственно, и был сделан расчет.

Оппозиция незамедлительно объявила, что выборы в действительности выиграл Коштуница, но Милошевич-де сфальсифицировал их результаты. Отдельные западные наблюдатели, включая комиссара Евросоюза Хавьера Солану, с готовностью это подтвердили. (Впоследствии, кстати, другие, более честные наблюдатели - скажем, глава греческого МИДа Карлос Папоулис - утверждали прямо обратное, говоря, что «заявления о повсеместном мошенничестве оказались ложными», а сами выборы были проведены «безупречно».)

Лидеры оппозиции призвали своих сторонников выйти на улицы и объявить общенациональную бессрочную забастовку. В Белграде заполыхали многотысячные студенческие митинги, умело организованные «Отпором»; манифестантов подвозили со всей страны. Попытки разогнать их - успехом не увенчались; полиция и армия отказывались применять силу.

Милошевич пытается еще как-то спасти положение; не желая кровопролития, он отменяет результаты выборов, но время уже безвозвратно упущено. Хорошо подогретая толпа берет штурмом парламент и телерадиоцентр, в результате кем-то устроенного пожара телевизионное вещание в стране прекращается.

(«Наши действия были спланированы заранее, - скажет позднее Велимир Илич, мэр города Чачака, руководивший штурмовой операцией, - наша цель была вполне ясна: захватить контроль над главными учреждениями режима».)

Тем же вечером под давлением неоспоримых аргументов избирательная комиссия была вынуждена признать допущенные якобы ошибки при подсчете голосов и объявить безоговорочную победу Коштуницы.

«Сербия отныне снова является частью Европы», - торжествующе воскликнул новый президент, выйдя к многотысячной толпе своих ликующих сторонников. Добровольное отречение от престола не спасет Милошевича: через несколько дней он будет арестован, а вскоре предстанет перед международным судом...

Сорок миллионов долларов, двое убитых и тридцать раненых - ровно в такую цену обошлась Западу сербская революция.

Что, согласитесь, совсем недорого...

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.018 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал