Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Информация - способ борьбы






 

Для того, чтобы человек сознательно совершил что бы то ни было, в его представлениях должно произойти то, что именно к этому свершению ведет. Поэтому борьба между людьми протекает чаще всего в области знаний, суждений, решений - в сфере сознания. Это - борьба специфически че­ловеческая. «Животное, - писал И.М. Сеченов, - всю жизнь остается самым узким практиком-утилитаристом, а человек уже в детстве начинает быть теоретиком» (126, стр. 496).

Для того чтобы в сознании партнера что-то произошло, нужно дать ему соответствующую информацию. Наиболее совершенным, гибким и доступным средством дать ее яв­ляется звучащее слово. Оно «сигнализирует о действитель­ности», по выражению И.П. Павлова. «Если ты хочешь употреблять слова, - говорил он, - то каждую минуту за своими словами разумей действительность» (ill, стр. 529).

Но слово всегда обобщает. Поэтому о конкретной дей­ствительности слово дает лишь относительно верные пред­ставления - в разных случаях более пли менее точные. Кроме того, оно дает большую или меньшую информацию в зависимости от того, в каком контексте, в каких обстоя­тельствах, как именно оно произносится, и от состояния воспринимающего в данный момент - от того, как он прединформирован.

Так как последнее не во власти воздействующего, то продуктивность его речи зависит от того, насколько верно он учитывает эту прединформированность, от точности ее формулировок и от того, насколько успешно он обогащает и уточняет их характером произнесения. Чем менее точна словесная формулировка, тем более нуждается она в выра­зительном произнесении.

Когда речь идет об абстрактных категориях и общих понятиях, то решающую роль играет содержание и точность формулировок. К характеру произнесения предъявляются минимальные требования, и цветы красноречия, в сущно­сти, не играют роли. Но как только борьба переходит из области отвлеченных понятий к живой конкретной действи­тельности, так партнера информирует иногда даже больше то, как фраза произносится, чем то, из каких слов она сформулирована; да и содержательность самих формулиро­вок определяется уже не только логикой их построения, но и их образностью, метафоричностью. То и другое служит преодолению неизбежной абстрактности слова.

Все люди в какой-то мере информированы об окру­жающем мире, о других людях и каждый о себе самом, но одни информированы лучше, другие хуже. Поэтому в борьбе каждый пользуется своей осведомленностью, по его собственным представлениям, более полной, чем та, кото­рой располагает партнер. Борющийся выдает новую, как он думает, для партнера информацию, чтобы произошли нужные ему сдвиги в сознании партнера, а чтобы знать, что они действительно произошли, он добывает информа­цию. Поэтому всякую борьбу, осуществляемую речью, можно рассматривать как обмен информацией.

Сопротивляясь, партнер всегда дает информацию в воз­ражениях, в бессловесной реакции или даже в отсутствии какой бы то ни было реакции. Всякое сопротивление партнера говорит о том, что полученная им информация оказалась не­достаточно эффективна. Тогда, чтобы продолжать борьбу, нужно опять выдать информацию - более значительную, чем выданная ранее, чтобы добыть в обмен информацию о том, что выданная достигла цели. Это выражается в приведении новой, более веской аргументации и в использовании тех спо­собов наступления, которые были рассмотрены выше на «пер­вом измерении» борьбы и которые можно рассматривать как средства передачи информации звучащей речью. Наступаю­щий выдает все новую и новую информацию.

Так обнаруживается, какой информацией он обладает и что считает наиболее значительным в своей осведомленно­сти и в неосведомленности партнера. Нередко выдаваемая информация оказывается либо недостаточно новой, либо не­достаточно значительной для партнера потому, что важное для одного не представляет той же ценности для другого. При этом проявляется так же и умение каждого учитывать интересы и прединформированность партнера - умение вы­давать информацию, которая в данной ситуации наиболее эффективна. Так Ипполит в пьесе «Не все коту масленица» играет на интересах Ахова, демонстрируя свою готовность к самоубийству, а Горецкий в «Волках и овцах» - на трусли­вости Чугунова, угрожая сжечь усадьбу Мурзавецкой.

Иногда в произнесении фразы выдача и добывание ин­формации слиты в одно, и в нем содержится некое «не правда ли?». Человек выдает и одновременно добывает; он информирует о том, какой именно информации он ждет. Это - проверка уже известного более или менее. Но и в самой проверке больше либо добывания, либо выдачи, а поэтому в обмене информацией она служит тому или другому.

Каждый случай обмена информацией своеобразен, но, поскольку участвующие в нем и выдают и добывают - ждут, требуют и получают информацию, - характер обмена зависит от того, добывание или выдача преобладает. Если же в поочередном произнесении слов нет обмена инфор­мацией, то нет ни борьбы, ни взаимодействия. Впрочем, так бывает только на сцене...

Поясним простейшим примером. Профессор читает курс лекций. На каждой он выдает информацию. Если он заинте­ресован в усвоении слушателями излагаемого им материала, то время от времени он требует ответной информации: все ли им достаточно ясно? Значит, происходит обмен. Но лек­тор преимущественно дает информацию. На экзамене ха­рактер обмена меняется. Экзаменатор преимущественно добывает информацию, а экзаменующийся преимущественно выдает ее. А если такая логика обмена нарушается, то лек­цию и экзамен уже нет оснований называть этими словами.

Выступающий на собрании чаще всего преимущественно дает, хотя и ему нужно получить определенное решение большинства или хотя бы одобрение своих единомышленни­ков. Допрашивающий преимущественно добывает, но и ему приходится давать. Такова грубая схема. И лектор, и экзаме­нующийся, и следователь в разных случаях в бесконечно раз­нообразных степенях отклоняются от нее. Но как сама схема, так и отклонения от нее могут служить способом характери­стики любого конкретного процесса борьбы.

«Цель аплодисментов в театре, в сущности, состоит в том, чтобы напомнить исполнителю о наличии двусторон­ней связи» (Н. Винер.- 25, стр. 6о).

Преобладание одного над другим (добывать или да­вать) может быть самым разнообразным по степени; по­этому между ярко выраженными крайностями существуют промежуточные случаи, когда не сразу ясно, кто из борю­щихся больше добывает и кто больше выдает. Это - обмен в наиболее прямом смысле.

Некто проводит совещание. Но ему нужно только полу­чить единодушное, краткое и всеобщее одобрение, и он пре­имущественно добывает. Это - не совещание в настоящем смысле слова. В подлинном совещании люди советуются. Тогда выдача и добывание информации в поведении каж­дого максимально уравновешены. Каждый, предлагая свою, в равной мере и сам нуждается в предложениях других - ждет и добывает информацию от них. Когда люди тор­гуются (в узком, конкретном смысле) - это опять наиболее уравновешенный обмен, но другого характера по соотноше­нию интересов. Каждый выдает информации не больше, чем необходимо, чтобы добыть, но и не так мало, чтобы полу­чить в обмен на ту, которой он добивается.

Казалось бы, в диалоге в моменты молчания человек занят получением информации, а когда он говорит, он дает ее. И действительно, паузы в логически стройном, разум­ном диалоге бывают заполнены ожиданием, получением и подготовкой информации для последующей выдачи ее партнеру. Но можно с очевидно преобладающим стремле­нием добыть информацию произнести самую длинную и сложную фразу, которая объективно дает много информа­ции. Так может быть произнесена и не одна фраза, а под­ряд две, три и более, лишь с самыми малыми паузами между ними, обнаруживающими эту их общую цель - до­быть нужную информацию. Одна и та же фраза может быть произнесена и для того, чтобы преимущественно дать, и для того, чтобы получить информацию, и, в сущности, любая фраза любого диалога произносится либо для того, либо для другого. Поэтому и во всяком словесном воздей­ствии, каким бы сложным оно ни было и какой бы фразой ни осуществлялось, всегда содержится более или менее ясное «узнавание», либо «утверждение».

Если главное - добыть информацию, и с этой целью произносится длинная фраза или несколько фраз, которые выдают много информации, то это значит, что она, эта по­путно выдаваемая информация, всего лишь направляет партнера, подталкивает его и помогает ему выдать нужную информацию определенного содержания. В своем грамма­тическом построении такая речь может вовсе не выглядеть вопросительной. Добывая информацию, можно много гово­рить, а выдавая ее, можно говорить мало. Относительно ко­роткая речь, заканчивающаяся даже вопросительным знаком, может быть преимущественно выдачей информации - утверждением факта, выводом, суждением. Тогда к вопро­сительному знаку произносящий как бы добавляет более сильный знак - восклицательный. Здесь все зависит только от произнесения слова, фразы, ряда фраз, а оно продикто­вано ходом обмена, к которому вынудило стремление к цели в данных обстоятельствах. Преимущественно выдавать - это значит на данном этапе борьбы восполнять неосведомлен­ность партнера; преимущественно добывать - восполнять свою неосведомленность. Но, разумеется, отдельные утвер­дительные фразы могут входить в речь того, кто преимуще­ственно добывает информацию, а в высказывании, которое в целом есть выдача информации, могут найти себе место слова и фразы, произносимые с целью добыть ее.

Преобладает ли на каждом данном этапе или звене диалога у данного участника добывание информации или выдача ее - это обнаруживается не только в том, как про­износятся слова (в примененных способах словесного воз­действия), но и в характере его пристроек, и в положении его тела в моменты, завершающие произнесение каждой фразы и непосредственно следующие за пристройками.

Тело человека, преимущественно добывающего инфор­мацию, как бы разворачивается, раскрывается к партнеру. В процессе самого словесного воздействия, пока длинная фраза, например, произносится, положение тела обычно не­сколько изменяется - добывающему приходится, вопреки его главному желанию, также и выдавать информацию. Но в моменты, завершающие каждое высказывание, тот, кто добывает информацию, замирает в полной неподвижности в том положении, в каком застал его ударный слог послед­него произнесенного им слова фразы; он вполне готов к восприятию; он весь - внимание и ожидание. Само поло­жение его тела дает понять, что он все сказал партнеру, он ждет, он готов, но дело не завершено, итога нет, поло­жение неустойчиво, ненормально - дело за партнером; для завершения партнер должен дать информацию. В случае самого краткого промедления партнера добывающий до­строится и произнесет следующую фразу. За ней опять последует ожидание в полной готовности для получения. Промедление партнера опять может потребовать достройки и новой фразы и так далее, - пока главное: добыть опре­деленную информацию от партнера, а тот не дает ее.

Добывающий вынуждает трудиться партнера. Выдаю­щий сам трудится. Чем сложнее предмет, о котором нужно информировать, тем труднее и предстоящая работа - к ней приходится готовиться сначала в мобилизации, потом в пристройках. Когда идет сама выдача, внимание занято не только партнером, но и подбором фактов, соображений и формулировок, достаточно ясных и убедительных для парт­нера. Выдав информацию, человек может позволить себе несколько демобилизоваться (на время, пока партнер ос­воит выданное). Поэтому выдающий в последний момент высказывания как бы «отпускает» партнера. Добывающий не может себе этого позволить ни на одно мгновение.

В пристройке выдающий сосредоточивает свое внима­ние на партнере, поэтому и телесно, физически скорее за­крывается, чем раскрывается. В процессе высказывания ему иногда приходится раскрываться и расширять круг внима­ния в поисках слов и выражений или проверяя восприятие партнером своей аргументации. Обычно его глаза заняты партнером, а тело - тем, о чем он выдает информацию. Выданная, она сама должна дать нужный ему эффект. Но для того чтобы облегчить партнеру ее усвоение, рисуемая словами картина должна быть ясно, отчетливо завершена. Поэтому дающий информацию склонен завершать выска­зывания не только интонацией голоса, но и «ставить точку» всем своим телом, в противоположность добываю­щему, который требует завершения от партнера, и по­этому ни речью, ни телом «точки» не ставит.

Дающего информацию можно уподобить человеку, ко­торый принес и положил нечто перед партнером, предо­ставляя ему самому оценить принесенное по достоинству и принять в обмен. Если партнер не удовлетворен, он при­несет еще и еще. И опять положит («поставит точку») и будет ждать, как будто бы он беспристрастно работает по доставке - предлагаемые предметы говорят сами за себя достаточно красноречиво... Добывающий информацию по­добен кредитору, пришедшему получить просроченный долг. Он демонстрирует расписку - долговое обязательство - уклоняющемуся, но знающему свои обязательства парт­неру. («Точкой» теперь может быть только выполнение партнером этих обязательств.)

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.008 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал