Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Положение учеников и подмастерьев, их борьба с мастерами.






В положение угнетаемых со временем попали также ученики и подмастерья. Первоначально это было связано с тем, что обуче­ние средневековому ремеслу, которое происходило путем прямой передачи навыков, оставалось длительным. В разных ремеслах этот срок колебался от 2 до 7 лет, а в отдельных цехах достигал 10—12 лет. В этих условиях мастер мог долго и с выгодой пользо­ваться бесплатным трудом своего уже достаточно квалифициро­ванного ученика.

Цеховые мастера все сильнее эксплуатировали и подмастерьев. А продолжительность их рабочего дня была обычно очень вели­ка — 14-16, а иногда и 18 часов. Судил подмастерьев цеховой суд, т.е. опять-таки мастера. Цехи контролировали быт подмастерьев и учеников, их времяпрепровождение, траты, знакомства. В XIV—XV вв., когда в передовых странах начался упадок и разло­жение цехового ремесла, эксплуатация учеников и подмастерьев приобрела постоянный характер. В начальный период существо­вания цеховой системы ученик, пройдя стаж ученичества и став подмастерьем, а затем проработав некоторое время у мастера и накопив небольшую сумму денег, мог стать мастером. Теперь же доступ ученикам и подмастерьям к этому статусу фактически за­крывается. Началось так называемое замыкание цехов. Чтобы получить звание мастера, кроме свидетельств об обучении и от­личной характеристики требовалось уплатить крупный вступитель­ный взнос в кассу цеха, выполнить образцовую работу («шедевр»), устроить богатое угощение для членов цеха и т.д. Лишь близкие родственники мастера могли беспрепятственно вступить в цех. Большинство же подмастерьев превращались в «вечных», т.е., по сути дела, в наемных рабочих.

Для защиты своих интересов они создавали особые организа­ции — братства, компаньонажи, которые являлись союзами взаи­мопомощи и борьбы с мастерами. Подмастерья выдвигали эконо­мические требования: повышения заработной платы, уменьше­ния рабочего дня; они прибегали к таким острым формам борьбы, как забастовка и бойкот наиболее ненавистных мастеров.

Ученики и подмастерья составляли самую организованную и ква­лифицированную часть довольно широкого в городах XIV—XV вв. слоя наемных работников. В его состав входили также внецеховые поденщики и работники, ряды которых постоянно пополня­лись приходившими в города крестьянами, потерявшими землю, а также обедневшими ремесленниками, все еще сохранявшими свои мастерские. Этот слой составил уже элемент предпролетариата, который полностью сформировался позднее, в период ши­рокого и повсеместного развития мануфактуры.

По мере обострения социальных противоречий внутри средне­векового города эксплуатируемые слои городского населения на­чали открыто выступать против стоявшей у власти городской вер­хушки, в которую теперь во многих городах входила наряду с пат­рициатом и цеховая верхушка. В эту борьбу включалось и городское плебейство — самый низший и бесправный слой городского на­селения, лишенные определенных занятий и постоянного мес­тожительства деклассированные элементы, находившиеся вне феодально-сословной структуры.

В XIV—XV вв. низшие слои городского населения поднимают восстания против городской олигархии и цеховой верхушки в ряде городов Западной Европы: во Флоренции, Перудже, Сиене, Кёльне и др. В этих восстаниях, отражавших наиболее острые социаль­ные противоречия внутри средневекового города, значительную роль играли наемные работники.

Таким образом, в социальной борьбе, развернувшейся в средне­вековых городах Западной Европы, можно различить три основ­ных этапа. Сначала вся масса горожан боролась против феодаль­ных сеньоров за освобождение городов от их власти. Затем цехи повели борьбу с городским патрициатом. Позднее же разверну­лась борьба городских низов против богатых городских мастеров и купцов, городской олигархии.

Развитие торговли и кредитного дела в Западной Европе. Рост городов в Западной Европе способствовал в XI -ХУ вв. значи­тельному развитию внутренней и внешней торговли. Города, в том числе и небольшие, прежде всего формировали местный ры­нок, где осуществлялся обмен с сельской округой.

Но в период развитого феодализма более крупную роль — если не по объему, то по стоимости продаваемой продукции, по пре­стижу в обществе — продолжала играть дальняя, транзитная тор­говля. В XI—XV вв. такая межрегиональная торговля в Европе со­средоточивалась в основном вокруг двух торговых «перекрестков». Одним из них являлось Средиземноморье, служившее связующим звеном в торговле западноевропейских стран — Испании, Юж­ной и Центральной Франции, Италии — между собой, а также с Византией, Черноморьем и странами Востока. С ХII - ХIII вв., особенно в связи с крестовыми походами, первенство в этой тор­говле от византийцев и арабов перешло к купцам Генуи и Венеции, Марселя и Барселоны. Главными объектами торговли здесь были вывозимые с Востока предметы роскоши, пряности, квасцы, вино, отчасти зерно. С Запада на Восток шли сукна и другие виды тка­ней, золото, серебро, оружие. Помимо прочих товаров в этой тор­говле фигурировало много рабов. Другой район европейской торговли охватывал Балтийское и Северное моря. В ней прини­мали участие северо-западные области Руси (особенно Нарва, Новгород, Псков и Полоцк), Польша и Восточная Балтика — Рига, Ревель (Таллин), Данциг (Гданьск), Северная Германия, Скандинавские страны, Фландрия, Брабант и Северные Нидерланды, Северная Франция и Англия. В этом районе торговали преиму­щественно товарами более широкого потребления: рыбой, солью, мехами, шерстью и сукном, льном, пенькой, воском, смолой и лесом (особенно корабельным), а с XV в. — хлебом.

Связи между обоими районами международной торговли осу­ществлялись по торговому пути, который шел через альпийские перевалы, а затем по Рейну, где было много крупных городов, втянутых в транзитный обмен, а также вдоль Атлантического по­бережья Европы. Большую роль в торговле, в том числе междуна­родной, играли ярмарки, широко распространившиеся во Фран­ции, Италии, Германии, Англии уже в XI—XII вв. Здесь велась оптовая торговля товарами повышенного спроса: тканями, кожей, мехом, сукнами, металлами и изделиями из них, зерном, вином и маслом. На ярмарках во французском графстве Шампань, длив­шихся почти круглый год, в XII—XIII вв. встречались купцы из многих стран Европы. Венецианцы и генуэзцы доставляли туда дорогие восточные товары. Фламандские и флорентийские купцы привозили сукна, купцы из Германии — льняные ткани, чешские купцы — сукна, кожи и изделия из металла. Из Англии доставля­ли шерсть, олово, свинец и железо. В XIV—XV вв. главным цент­ром европейской ярмарочной торговли стал Брюгге (Фландрия).

Масштабы тогдашней торговли нб следует преувеличивать: она ограничивалась низкой производительностью труда, господством в деревне натурального хозяйства, а также беззакониями феода­лов и феодальной раздробленностью. Пошлины и всякого рода поборы взимались с купцов при переезде из владений одного се­ньора в земли другого, при переправе через мосты и даже речные броды, при проезде по реке, протекавшей во владениях того или иного сеньора. Знатнейшие рыцари и даже короли не останавливались перед разбойными нападениями на купеческие караваны.

Тем не менее, постепенный рост товарно-денежных отношений создавал возможность накопления денежных капиталов в руках отдельных горожан, прежде всего купцов и ростовщиков. Накоп­лению денежных средств также содействовали операции по обмену денег, необходимые в средние века вследствие бесконечного раз­нообразия монетных систем и монетных единиц, поскольку деньги чеканили не только государи, но и все сколько-нибудь видные сеньоры и епископы, а также крупные города.

Для обмена одних денег на другие и установления эквивалент­ной стоимости той или иной монеты выделилась особая профессия менял. Менялы занимались не только разменом монеты, но и пере­водом денежных сумм, из чего возникли кредитные операции.

С этим было обычно связано и ростовщичество. Разменные опе­рации и операции по кредиту вели к созданию специальных бан­ковских контор. Первые такие конторы возникли в городах Се­верной Италии — в Ломбардии. Поэтому слово «ломбардец» в средние века стало синонимом банкира и ростовщика и сохрани­лось позднее в наименовании ломбардов.

Самые большие кредитные и ростовщические операции осущест­вляла римская курия, в которую стекались громадные денежные средства из всех европейских стран.

Городские торговцы. Купеческие объединения. Торговля наряду с ремеслом составляла экономическую основу средневековых горо­дов. Для значительной части их населения торговля являлась основ­ным занятием. В среде профессиональных торговцев преоблада­ли мелкие лавочники и разносчики, близкие к ремесленной сре­де. Элиту составляли собственно купцы, т.е. богатые торговцы, преимущественно занимавшиеся дальним транзитом и оптовыми сделками, разъезжавшие по разным городам и странам (отсюда другое их название — «торговые гости»), имевшие там конторы и агентов. Нередко именно они становились одновременно банкирами и крупными ростовщиками. Наиболее богатыми и влиятель­ными были купцы из столичных и портовых городов: Константи­нополя, Лондона, Марселя, Венеции, Генуи, Любека. Во многих странах в течение длительного времени купеческую верхушку со­ставляли иноземцы.

Уже в конце раннего средневековья появились и затем широко распространились объединения купцов одного города — гильдии. Подобно ремесленным цехам, они обычно объединяли купцов по профессиональным интересам, например, путешествующих в одно место или с одинаковыми товарами, так что в больших городах было по нескольку гильдий. Торговые гильдии обеспечивали сво­им членам монопольные или привилегированные условия в тор­говле и правовую защиту, оказывали взаимопомощь, были рели­гиозными и военными организациями. Купеческая среда каждого города, как и ремесленная, была объединена родственными и корпоративными связями, к ней подключались и купцы из других городов. Обычными стали так называемые «торговые дома» — се­мейные купеческие компании. В средние века расцвела и такая форма торгового сотрудничества, как различные паевые товари­щества (складничество, компаньонаж, комменда). Уже в XIII в. возник институт торговых консулов: для защиты интересов и личности купцов города посылали своих консулов в другие города и страны. К концу XV в. появилась биржа, где заключались коммерческие контракты.

Купцы разных городов иногда также ассоциировались. Самым значительным таким объединением стала знаменитая Ганза — торгово-политический союз купцов многих германских и запад­нославянских городов, который имел несколько филиалов и дер­жал в руках североевропейскую торговлю до начала XVI в.

Купцы играли большую роль в общественной жизни и жизни города. Именно они управляли в муниципалитетах, представляли города на общегосударственных форумах. Они оказывали влия­ние и на государственную политику, участвовали в феодальных захватах и колонизации новых земель.

Зачатки капиталистических отношений в ремесленной среде. Успе­хи развития внутренней и внешней торговли к концу XIV—XV вв. привели к росту торгового капитала, который накапливался в ру­ках купеческой верхушки. Торговый, или купеческий (как и рос­товщический), капитал представляет собой древнейшую свобод­ную форму капитала. Он действовал в сфере обращения, обслу­живая обмен товаров и в рабовладельческом, и в феодальном, и в капиталистических обществах. Но на определенном уровне раз­вития товарного производства при феодализме, в условиях разло­жения средневекового ремесла торговый капитал начал постепенно проникать в сферу производства. Обычно это выражалось в том, что купец закупал оптом сырье и перепродавал его ремесленни­кам, а затем скупал у них готовые изделия для дальнейшей про­дажи. Малообеспеченный ремесленник попадал в зависимое от купца положение. Он отрывался от рынка сырья и сбыта и был вынужден продолжать работу на торговца-скупщика, но уже не как самостоятельный товаропроизводитель, а в качестве факти­чески наемного рабочего (хотя нередко и продолжал работать в своей мастерской). Проникновение в производство торгово-ростовщического капитала послужило одним из источников капита­листической мануфактуры, которая зарождалась в недрах разлага­ющегося средневекового ремесла. Другим источником зарожде­ния раннекапиталистического производства в городах было отмеченное выше превращение учеников и подмастерьев в по­стоянных наемных рабочих, не имеющих перспективы выбиться в мастера.

Однако значение элементов капиталистических отношений в городах XI—XV вв. не следует преувеличивать. Их возникновение происходило лишь спорадически, в немногих наиболее крупных центрах (преимущественно в Италии) и в наиболее развитых от­раслях производства, в основном в сукноделии (реже в горно­металлургическом деле и некоторых других производствах). Раз­витие этих новых явлений раньше и быстрее происходило в тех странах и в тех отраслях ремесла, где имелся по тем временам широкий внешний рынок сбыта, побуждавший к расширению производства, вложению в него значительных капиталов. Но все это еще не означало формирования капиталистического уклада. Характерно, что даже в крупных городах Западной Европы зна­чительная часть капиталов, накопленных в торговле и ростовщи­честве, вкладывалась не в расширение промышленного производ­ства, а в приобретение земли и титулов: владельцы эти капиталов стремились войти в состав господствующего слоя феодалов.

Развитие товарно-денежных отношений и перемены в социально-экономической жизни феодального общества. Города как основ­ные центры товарного производства и обмена оказывали все воз­раставшее и многостороннее влияние на феодальную деревню. Крестьяне все чаще стали обращаться к городскому рынку для приобретения предметов повседневного потребления: одежды, обуви, металлических изделий, утвари и недорогих украшений, а также для сбыта изделий своего хозяйства. Вовлечение в торго­вый оборот продукции пашенного земледелия (хлеба) происхо­дило несравненно медленнее, чем изделий городских ремеслен­ников, и медленнее, чем продукции технических и специализи­рованных отраслей сельского хозяйства (лен-сырец, красители, вино, сыр, сырые шерсть и кожа и т. п.), а также изделий сель­ских ремесел и промыслов (особенно пряжи, льняных домотка­ных материй, грубых сукон и др.). Эти виды производства посте­пенно превращались в товарные отрасли деревенского хозяйства. Возникало и развивалось все больше местных рынков, что рас­ширяло сферу воздействия городских торжищ и стимулировало образование внутреннего рынка, связывающего различные облас­ти каждой страны более или менее прочными экономическими отношениями, что было основой централизации.

Расширявшееся участие крестьянского хозяйства в рыночных связях усилило рост в деревне имущественного неравенства и со­циального расслоения. Из крестьян выделяется, с одной стороны, зажиточная верхушка, а с другой — многочисленные деревенские бедняки, иногда вовсе безземельные, живущие каким-либо ре­меслом или работой по найму, в качестве батраков у феодала или у богатых крестьян. Часть этой бедноты, подвергавшейся эксплу­атации со стороны не только феодалов, но и своих более зажи­точных односельчан, постоянно уходила в города в надежде об­рести более сносные условия существования. Там она вливалась в среду городского плебейства. Иногда в города переселялись и зажиточные крестьяне, стремившиеся накопленные средства ис­пользовать в торгово-промышленной сфере.

В товарно-денежные отношения втягивалось не только крес­тьянское, но и господское хозяйство, что вело к значительным изменениям отношений между ними, а также в структуре сеньо­риального землевладения. Наиболее характерным для большин­ства стран Западной Европы был путь, при котором развивался процесс коммутации ренты: замена отработочной и большей час­ти продуктовой рент денежными платежами. При этом феодалы фактически перелагали на крестьян все заботы не только по про­изводству, но и по сбыту сельскохозяйственных продуктов, обыч­но на ближнем, местном рынке. Такой путь развития постепенно приводил в XIII—XV вв. к ликвидации домена и раздаче всей зем­ли феодала в держание или аренду полуфеодального типа. С лик­видацией домена и коммутацией ренты было связано и освобож­дение основной массы крестьян от личной зависимости, которое завершилось в большинстве стран Западной Европы в XV в. Ком­мутация ренты и личное освобождение в принципе были выгод­ны для крестьянства, обретающего большую хозяйственную и лич­но-правовую самостоятельность. Однако нередко в этих условиях экономическая эксплуатация крестьян возрастала или принимала обременительные формы — из-за повышения их платежей в пользу феодалов и увеличения различных государственных повинностей.

В некоторых областях, где складывался широкий внешний ры­нок для сельскохозяйственных продуктов, связь с которым была под силу только сеньорам, развитие шло другим путем: здесь фе­одалы, напротив, расширяли домениальное хозяйство, что вело к увеличению барщины крестьян и к попыткам укрепить их лич­ную зависимость (Юго-Восточная Англия, Центральная и Вос­точная Германия, ряд областей Северной Европы и др.).

При возросшем общественном весе крестьянства и бюргерства усиливалось сопротивление крестьян феодальному гнету, обостри­лась социальная борьба во всех сферах общества. В XIV—XV вв. в ряде стран произошли крупнейшие в истории западноевропей­ского средневековья крестьянские восстания, поддержанные го­рожанами и отразившиеся на развитии этих стран. К началу XV в. в странах Западной Европы классическая вотчинная система пре­терпела упадок и центр сельскохозяйственного производства и его связей с рынком переместился из хозяйства феодала в мелкое крес­тьянское хозяйство, которое становилось все более товарным. Кризис вотчинной организации четко обозначил, что пик рас­цвета феодальной системы (рубеж XIII—XIV вв.) в целом в Запад­ной Европе был пройден. Но это отнюдь не означало общего кри­зиса феодализма, его конца. Феодальная система, напротив, в ос­новном удачно приспособилась к изменившимся условиям, когда относительно высокий уровень товарно-денежных отношений, развитие простого товарного уклада стали подрывать натурально-хозяйственную экономику. Такая перестройка аграрной эконо­мики, организации жизни деревни была сопряжена с рядом труд­ностей, особенно для феодалов; нехваткой рабочих рук (в том числе держателей), запустением части пашенных земель, падением до­ходности многих владений.

Если эти явления и можно расценивать как «аграрный кризис» (В. Абель), то только имея в виду аграрный строй классического феодализма — старую вотчинную систему. Сложно видеть в этих явлениях общую «хозяйственную депрессию» (М. Постан) и тем более вообще «кризис феодализма» (Р. Хилтон и др.). Нельзя со­гласиться и с тем, что причиной кризиса были лишь «естествен­ные» факторы (хотя они и сыграли важную роль): убыль населе­ния в результате эпидемии чумы, прокатившейся по Европе в се­редине XIV в., оскудение почв, ухудшение климата. Во-первых, явления упадка в аграрном хозяйстве не были повсеместными, их не было в Нидерландах, в странах Пиренейского полуострова; в ряде других областей Европы они были выражены слабо. Во-вто­рых, эти явления во многих странах сосуществовали с заметными успехами крестьянского хозяйства, не говоря о городском про­изводстве и торговле, особенно в XV в.

Изменения, происходившие в деревне Западной Европы XIV-XV вв., представляли собой дальнейшую ступень эволюции фео­дального строя в условиях и под воздействием возросшей роли товарного хозяйства. Действительный кризис феодализма как со­циальной системы в целом даже в наиболее передовых странах Европы наступил много позднее — в XVI или даже XVII вв.

Таким образом, города, горожане не только держали ведущие позиции в области средневековой торговли и ремесел, морепла­вания, создания многообразных связей и общностей нового типа. Они оказывали повсеместно большое, хотя очень различное в раз­ных странах, влияние на аграрный строй, на положение крестьян и феодалов, на развитие феодального государства. Велика была роль городов, городского сословия также в развитии средневеко­вой культуры, прогрессу которой в X—XV вв. они значительно способствовали.

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.008 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал