![]() Главная страница Случайная страница КАТЕГОРИИ: АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника |
Политические учения эпохи Просвещения. Вольтер.
Он вошел в историю как обличитель католической церкви, религиозного фанатизма и мракобесия. Вольтер не оставил после себя специальных политико-юридических трудов, но его взгляды на право и правосудие можно почерпнуть из его многочисленных произведений. Вольтер считал, что свобода состоит в том, чтобы зависеть только от законов. Этим высказыванием он положил начало ставшей позднее популярной идее «господства права». Равенство людей Вольтер понимал в строго политико-юридическом смысле: как обретение всеми людьми одинакового статуса гражданина, одинаковую зависимость всех граждан от закона и одинаковую защиту их законом. Правовое равенство содержательно и социально эффективно. В имущественном равенстве и общности имуществ никакого смысла Вольтер не видел. Отвергал философ социальное и политическое равенство, считая, что «в нашем несчастном мире не может быть, чтобы люди, живя в обществе, не разделились бы на два класса: один класс богатых, которые приказывают, другой — бедных, которые служат». В то же время многое в современном ему феодальном обществе вызывало неприятие и протест, поэтому выход философ видел в проведении ряда реформ. Он предлагал уничтожить сословные привилегии, упразднить церковные суды, сменить аристократию, занявшую почти все ключевые должности в системе управления государством, бюрократией, устранить партикуляризм действующего законодательства, добиться справедливого судопроизводства с широким участием адвокатов в процессе, отменить пытки и т. п. Вольтер верил, что разум должен победить невежество и на смену деспотическому правлению обязательно придет царство разума и свободы, в котором каждому человеку будут предоставлены естественные права — право на личную неприкосновенность, право частной собственности, свобода печати, свобода совести и др., то есть то, что принято называть гражданскими свободами. Политический идеал государственной формы Вольтер видел в республике, но в практическом смысле считал его малоприменимым. Наибольший интерес у него вызывал более применимый образец — парламентские учреждения в Англии. К концу жизни Вольтер вплотную подошел к идее разделения властей.
9. Политическое учение Ш.-Л. де Монтескьё. Шарль Луи Монтескье (1689–1755) – один из ярких представителей французского Просвещения, выдающийся юрист и политический мыслитель. Наряду с юриспруденцией и политикой в поле его внимания и творчества находились проблемы философии, этики, истории, социологии, религии, политической экономии, естественных наук, искусства и литературы. Тремя основными его произведениями являются «Персидские письма» (1721), «Размышления о причинах величия и падения римлян» (1734) и «О духе законов» (1748). Главная тема всей политико-правовой теории Монтескье и основная ценность, отстаиваемая в ней, – политическая свобода. К числу необходимых условий обеспечения этой свободы относятся справедливые законы и надлежащая организация государственности. Применительно к человеку законы природы (естественные законы) трактуются Монтескье как законы, которые «вытекают единственно из устройства нашего существа». К естественным законам, по которым человек жил в естественном (дообщественном) состоянии, он относит следующие свойства человеческой природы: стремление к миру, к добыванию себе пищи, к отношению с людьми на основе взаимной просьбы, желание жить в обществе. Монтескье специально отмечал неправоту Гоббса, приписывавшего людям изначальную агрессивность и желание властвовать друг над другом. Напротив, человек, по Монтескье, вначале слаб, крайне боязлив и стремится к равенству и миру с другими. Кроме того, идея власти и господства настолько сложна и зависит от такого множества других идей, что не может быть первой во времени идеей человека. Но как только люди соединяются в обществе, они утрачивают знание своей слабости. Исчезает существовавшее между ними равенство, начинаются войны двоякого рода – между отдельными лицами и между народами. Монтескье применительно к демократии отмечает, что здесь народ является государем только в силу голосований, которыми он изъявляет свою волю. Поэтому основными для демократии он считает законы, определяющие право голосования. Народ, утверждает он, способен контролировать деятельность других лиц, но не способен вести дела сам. В соответствии с этим законы в условиях демократии должны предусматривать право народа избирать своих уполномоченных и контролировать их деятельность. Одним из основных законов демократии является закон, в силу которого законодательная власть принадлежит только народу. Но, кроме постоянных законов, подчеркивает Монтескье, необходимы и постановления сената, которые относятся им к актам временного действия. Он отмечает, что подобные акты полезны и в том отношении, что появляется возможность в течение определенного срока проверить их действие, прежде чем установить окончательно. В монархии, где источником всякой политической и гражданской власти является сам государь, к основным Монтескье относит законы, которые определяют «существование посредствующих каналов, по которым движется власть», т. е. наличие «посредствующих, подчиненных и зависимых» властей, их правомочий. Главной из них является власть дворянства, так что без дворянства монарх становится деспотом. Природе каждого вида правления соответствует и свой принцип, приводящий в движение механизм человеческих страстей, особый для данного политического строя. В республике (и особенно в демократии) таким принципом является добродетель, в монархии – честь, в деспотии – страх. Разделение и взаимное сдерживание властей являются, согласно Монтескье, главным условием для обеспечения политической свободы в ее отношениях к государственному устройству. Монтескье при этом подчеркивает, что политическая свобода состоит не в том, чтобы делать то, что хочется.
|