Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание”.

Если материальную сторону, внешние условия, бытие и другие подобные явления мы назовем содержанием, тогда идеальную сторону, сознание и другие подобные явления мы можем назвать формой. Отсюда возникло известное материалистическое положение: в процессе развития содержание предшествует форме, форма отстает от содержания.

И так как, по мнению Маркса, экономическое развитое является “материальной основой” общественной жизни, ее содержанием, а юридически - политическое и религиозно-философское развитие является “идеологической формой” этого содержания, его “надстройкой”, - то Маркс делает вывод: “С изменением экономической основы более или менее быстро происходит переворот во всей громадной надстройке”.

Конечно, это вовсе не означает, будто, по мнению Маркса, возможно содержание без формы, как это померещилось Ш. Г, (см. “Нобати” № 1. “Критика монизма”). Содержание без формы невозможно, но дело в том, что та или иной форма, ввиду ее отставания от своего содержания, никогда полностью не соответствует этому содержанию, и, таким образом, новое содержание “вынуждено” временно облечься в старую форму, что вызывает конфликт между ними. В настоящее время, например, общественному содержанию производства не соответствует форма присвоения продуктов производства, которая имеет частный характер, и именно на этой почве происходит современный социальный “конфликт”,

С другой стороны, та мысль, что сознание является формой бытия, вовсе не означает, будто сознание по своей природе есть та же материя. Так думали только вульгарные материалисты (например, Бюхнер и Молешотт), теории которых в корне противоречат материализму Маркса и которых справедливо высмеивал Энгельс в своем “Людвиге Фейербахе”, Согласно материализму Маркса, сознание и бытие, идея и материя - это две различные формы одного и того же явления, которое, вообще говоря) называется природой или обществом. Стало быть, они и не отрицают друг друга и в то же время не представляют собой одного и того же явления. Дело лишь в том, что в развитии природы и общества сознанию, т.е. тому, что совершается в нашей голове, предшествует соответствующее материальное изменение, т. е. то, что совершается вне нас, - за тем или иным материальным изменением рано или поздно неизбежно последует соответствующее идеальное изменение.

Прекрасно, скажут нам, может быть это и правильно в отношении истории природы и общества. Но каким образом рождаются в нашей голове в настоящее время различные представления и идеи? Существуют ли в действительности так называемые внешние условия, или же существуют только наши представления об этих внешних условиях? И если существуют внешние условия, то в какой мере возможно их восприятие и познание?

По этому поводу материалистическая теория говорит, что наши представления, наше “я” существует лишь постольку, поскольку существуют внешние условия, вызывающие впечатления в нашем “я”. Тот, кто необдуманно говорит, что не существует ничего, кроме наших представлений, вынужден отрицать какие бы то ни было внешние условия и, стало быть, отрицать существование остальных людей, допуская существование лишь своего “я”, что абсурдно и в корне противоречит основам науки.

Очевидно, что внешние условия действительно существуют, эти условия существовали до нас и будут существовать после нас, причем их' восприятие и познание возможно тем легче, чем чаще и сильнее они будут воздействовать на наше сознание.

Что касается того, каким образом рождаются в настоящее время в нашей голове различные представления и идеи, то мы должны заметить, что здесь вкратце повторяется то же, что происходит в истории природы и общества. И в данном случае предмет, находящийся вне нас, предшествовал нашему представлению об этом предмете, и в данном случае наше представление, форма, отстает от предмета - от своего содержания, Если я смотрю на дерево и вижу его, - это означает лишь то, что еще до того, как в моей голове родилось представление о дереве, существовало само дерево, которое вызвало у меня соответствующее представление...

Таково вкратце содержание материалистической теории Маркса.

Нетрудно понять, какое значение должна иметь материалистическая теория для практической деятельности людей.

Если сначала изменяются экономические условия, а затем соответственно изменяется сознание людей, то ясно, что обоснование того или иного идеала мы должны искать не в мозгу людей, не в их фантазии, а в развитии их экономических условий. Хорош и приемлем только тот идеал, который создан на основании изучения экономических условий. Негодны и неприемлемы все те идеалы, которые не считаются с экономическими условиями, не опираются на их развитие.

Таков первый практический вывод материалистической теории.

Если сознание людей, их нравы и обычаи определяются внешними условиями, если негодность юридических и политических форм зиждется на экономическом содержании, то ясно, что мы должны способствовать коренному переустройству экономических отношений, чтобы вместе с ними в корне изменились нравы и обычаи народа и его политические порядки.

Вот что говорит об этом Карл Маркс:

“Не требуется большого остроумия, чтобы усмотреть связь между учением материализма... и социализмом. Если человек черпает все свои знания, ощущения и проч. из чувственного мира... то надо, стало быть, так устроить окружающий мир, чтобы человек познавал в нем истинно-человеческое, чтобы он привыкал в нем воспитывать в себе человеческие свойства... Если человек несвободен в материалистическом смысле, т. е. если он свободен не вследствие отрицательной силы избегать того или другого, а вследствие положительной силы проявлять свою истинную индивидуальность, то должно не наказывать преступления отдельных лиц, а уничтожить антисоциальные источники преступления... Если характер человека создается обстоятельствами, то надо, стало быть, сделать обстоятельства человечными” (см. “Людвиг Фейербах”, приложение “К. Маркс о французском материализме XVIII века”).

Таков второй практический вывод материалистической теории.

***

Как смотрят анархисты на материалистическую теорию Маркса и Энгельса?

Если диалектический метод берет свое начало от Гегеля, то материалистическая теория является развитием материализма Фейербаха, Это хорошо известно анархистам, и они пытаются использовать недостатки Гегеля и Фейербаха для того, чтобы очернить диалектический материализм Маркса и Энгельса. В отношении Гегеля и диалектического метода мы уже указывали, что такие уловки анархистов не могут доказать ничего, кроме их собственного невежества. То же самое надо сказать я в отношении их нападок на Фейербаха и на материалистическую теорию.

Вот, например, анархисты с большим апломбом говорят нам, что “Фейербах был пантеистом...”, что он “обожествил человека. (См. “Нобати” № 7. Д. Деленди), что, “по мнению Фейербаха, человек есть то, что он ест...”, что отсюда Маркс якобы сделал такой вывод: “Следовательно, самым главным и самым первым является экономическое положение...” (см. “Нобати” № 6. Ш. Г.).

Правда, в пантеизме Фейербаха, в обожествлении им человека и в других подобных его ошибках никто не сомневается. Наоборот, Маркс и Энгельс первые вскрыли ошибки Фейербаха. Но анархисты, тем не менее, считают нужным снова “разоблачить” уже разоблаченные ошибки. Почему? Вероятно, потому, что, браня Фейербаха, косвенно хотят очернить материалистическую теорию Маркса и Энгельса. Конечно, если мы беспристрастно посмотрим на дело, то, наверное, найдем, что у Фейербаха наряду с неправильными мыслями были и правильные, точно так же, как это случалось в истории со многими учеными. Но анархисты все же продолжают “разоблачать”...

Еще раз заявляем, что подобными уловками они не докажут ничего, кроме своего собственного невежества.

Интересно, что (как мы это увидим ниже) анархисты вздумали критиковать материалистическую теорию понаслышке, без всякого знакомства с нею. Вследствие этого они часто противоречат друг другу и опровергают друг друга, что, конечно, ставит наших “критиков” в смешное положение. Вот, например, если послушать г-на Черкезишвили, то оказывается, что Маркс и Энгельс ненавидели монистический материализм, что их материализм был вульгарным, а не монистическим:

“Та великая наука натуралистов с ее системой эволюции, трансформизмом и монистическим материализмом, которую так сильно ненавидит Энгельс... избегала диалектики” и т. д. (см. “Нобати” № 4. В. Черкезишвили).

Выходит, что естественнонаучный материализм, который одобряет Черкезишвили и который “ненавидел” Энгельс, был монистическим материализмом, и, следовательно, он заслуживает одобрения, а материализм Маркса и Энгельса не является монистическим и, понятно, не заслуживает признания.

Другой же анархист говорит, что материализм Маркса и Энгельса является монистическим, а потому и заслуживает быть отвергнутым.

“Историческая концепция Маркса является атавизмом Гегеля. Монистический материализм абсолютного объективизма вообще и экономический монизм Маркса в частности невозможны в природе и ошибочны в теории... Монистический материализм является плохо прикрытым дуализмом и компромиссом между метафизикой и наукой...” (см. “Нобати” № 6. Ш. Г.).

Выходит, что монистический материализм неприемлем, Маркс и Энгельс не ненавидят его, а, напротив, сами являются монистическими материалистами, - вследствие чего монистический материализм необходимо отвергнуть.

Кто в лес, кто по дрова! Поди разберись, кто говорит правду: первый или второй! Сами еще не столковались между собой о достоинствах или недостатках материализма Маркса, сами еще не поняли, является ли он монистическим или нет, сами еще не разобрались в том, что более приемлемо: вульгарный или монистический материализм, - а уже оглушают нас своим бахвальством: мы разгромили, мол, марксизма

Да, да, если у гг. анархистов и впредь один будет так усердно громить взгляды другого, то, нечего и говорить, будущее будет принадлежать анархистам...

Не менее смехотворен и тот факт, что некоторые “знаменитые” анархисты, несмотря на свою “знаменитость”, еще не ознакомились с различными направлениями в науке. Они, оказывается, не знают, что в науке есть разные виды материализма, что между ними имеются большие различия: есть, например, вульгарный материализм, отрицающий значение идеальной стороны и ее воздействие на материальную сторону, но есть и так называемый монистический материализм - материалистическая теория Маркса, - который научно рассматривает взаимоотношение идеальной и материальной сторон. А анархисты смешивают эти разные виды материализма, не видят даже явных различий между ними и в то же время с большим апломбом заявляют: мы возрождаем науку!

Вот, например, Л. Кропоткин в своих “философских” работах самоуверенно заявляет, что коммунистический анархизм опирается на “современную материалистическую философию”, однако он ни одним словом не поясняет, на какую же “материалистическую философию” опирается коммунистический анархизм: на вульгарную, монистическую, или какую-либо другую. Он очевидно не знает, что между различными течениями материализма существует коренное противоречие, он не понимает, что смешивать друг с другом эти течения - значит не “возрождать науку”, а проявлять прямое невежество (см. Кропоткин, “Наука и анархизм”, а также “Анархия и ее философия”).

То же самое нужно сказать и о грузинских учениках Кропоткина. Послушайте:

“По мнению Энгельса, а также и по мнению Каутского, Маркс оказал человечеству большую услугу тем, что он...”, между прочим, открыл “материалистическую концепцию. Верно ли это? Не думаем, ибо внаем... что все историки, ученые и философы, которые придерживаются того взгляда, будто общественный механизм приводится в движение географическими, климатически-теллурическим и, космическим и, антропологическими и биологическими условиями, - все они являются материалистами” (см. “Набата” № 2).

Выходит, что между “материализмом” Аристотеля и Гольбаха или между “материализмом” Маркса и Молешотта нет никакого различия! Вот так критика!

И вот люди, обладающие такими познаниями, задумали обновить науку 1 Недаром говорят: “Беда, коль пироги начнет печь сапожник!..”

Далее. Наши “знаменитые” анархисты где-то прослышали, что материализм Маркса - это “теория желудка”, и упрекают нас, марксистов:

“По мнению Фейербаха, человек есть то, что он ест. Эта формула магически подействовала на Маркса и Энгельса”, вследствие чего Маркс сделал тот вывод, что “самым главным и самым первым является экономическое положение, производственные отношения...” Затем анархисты философически нас поучают: “Сказать, что единственным средством для этой цели (общественной жизни) является еда и экономическое производство, было бы ошибкой... Если бы главным образом, монистически, едой и экономическим положением определялась идеология, - то некоторые обжоры были бы гениями” (см. “Нобати” № 6. Ш. Г.).

Вот как легко, оказывается, опровергнуть материализм Маркса и Энгельса. Достаточно услышать от какой-нибудь институтки уличные сплетни по адресу Маркса и Энгельса, достаточно эти уличные сплетни с философским апломбом повторить на страницах - какой-то “Нобати”, чтобы сразу заслужить славу “критика” марксизма!

Но скажите, господа: где, когда, на какой планете и какой Маркс сказал, что “ еда определяет идеологию”? Почему вы не привели ни единой фразы, ни единого слова из сочинений Маркса в подтверждение вашего заявления? Правда, Маркс говорил, что экономическое положение людей определяет их сознание, их идеологию, но кто вам сказал, что еда и экономическое положение - одно и то же? Неужели вы не знаете, что физиологическое явление, каким является, например, еда, в корне отличается от социологического явления, каким является, например, экономическое положение людей? Смешивать между собой эти два различных явления простительно, скажем, какой-нибудь институтке, но как могло случиться, что вы, “сокрушители социал-демократии”, “возродители науки”, так беззаботно повторяете ошибку институток?

Да и как это еда может определять общественную идеологию? А ну-ка вдумайтесь в свои же слова: еда, форма еды не изменяется, и в старину люди так же ели, разжевывали и переваривали пищу, как и теперь, а идеология все время изменяется. Античная, феодальная, буржуазная, пролетарская - вот, между прочим, какие формы имеет идеология. Мыслимо ли, чтобы то, что не изменяется, определяло собой то, что все время изменяется?

Пойдем дальше. По мнению анархистов, материализм Маркса “есть тот же параллелизм...” Или еще: “монистический материализм является плохо прикрытым дуализмом и компромиссом между метафизикой и наукой...” “Маркс впадает в дуализм потому, что он изображает производственные отношения как материальное, а человеческие стремления и волю - как иллюзию и утопию, которая не имеет значения, хотя и существует” (см. “Нобати” № 6. Ш. Г.).

Во-первых, монистический материализм Маркса не имеет ничего общего с бестолковым параллелизмом. С точки зрения этого материализма, материальная сторона, содержание, необходимо предшествует идеальной стороне, форме. Параллелизм же отвергает этот взгляд и решительно заявляет, что ни материальная, ни идеальная сторона не предшествует одна другой, что обе они развиваются вместе, параллельно.

Во-вторых, хотя бы даже на самом деле “Маркс изображал производственные отношения как материальное, а человеческие стремления и волю как иллюзию и утопию, не имеющую значения”, - разве это означает, что Маркс - дуалист? Дуалист, как известно, приписывает равное значение идеальной и материальной сторонам как двум противоположным принципам. Но если, по вашим словам, Маркс ставит выше материальную сторону и, наоборот, не придает значения идеальной стороне как “утопии”, то тогда откуда же вы выудили, г-да “критики”, дуализм Маркса?

В-третьих, какая может быть связь между материалистическим монизмом и дуализмом, когда и ребенок знает, что монизм исходит из одного принципа - природы или бытия, имеющего материальную и идеальную формы, тогда как дуализм исходит из двух принципов - материального и идеального, которые, согласно дуализму, отрицают друг друга?

В-четвертых, когда это Маркс “изображал человеческие стремления и волю как утопию и иллюзию”? Правда, Маркс объяснял “человеческие стремления и волю” экономическим развитием, и когда стремления некоторых кабинетных людей не соответствовали экономической обстановке, он называл их утопическими. Но разве это означает, что, по мнению Маркса, человеческие стремления вообще являются утопическими? Неужели и это требует пояснений? Неужели вы не читали слов Маркса: “Человечество ставит себе всегда только такие задачи, которые оно может разрешить” (см. предисловие к “К критике политической экономии”), т.е., вообще говоря, человечество не преследует утопических целей. Ясно, что наш “критик” либо не понимает того, о чем он говорит, либо умышленно искажает факты.

В-пятых, кто вам сказал, будто, по мнению Маркса и Энгельса, “человеческие стремления и воля не имеют значения”? Почему вы не указываете, где они об этом говорят? Разве в “Восемнадцатом брюмера Луи Бонапарта”, в “Классовой борьбе во Франции”, в “Гражданской войне во Франции” и в других подобных брошюрах Маркс не говорит о значении “стремлений и воли”? Почему же тогда Маркс старался в социалистическом духе развить “волю и стремления” пролетариев, для чего он вел пропаганду среди них, если он не придавал значения “стремлениям и воле”? Или, о чем говорит Энгельс в своих известных статьях за 1891-94 годы, как не о “значении воли и стремлений”? Правда, по мнению Маркса, “воля и стремления” людей черпают свое содержание из экономического положения, но разве это значит, что сами они не оказывают никакого влияния на развитие экономических отношений? Неужели анархистам так трудно понять столь простую мысль?

Еще одно “обвинение” гг. анархистов: “нельзя представить форму без содержания...”, поэтому нельзя сказать, что “форма следует за содержанием (отстает от содержания. К.)...они “сосуществуют”... В противном случае монизм является абсурдом” (см. “Нобати” № 1. Ш. Г.).

Опять наш “ученый” запутался малость. Что содержание немыслимо без формы)- это правильно. Но правильно также и то, что существующая форма никогда полностью не соответствует существующему содержанию: первая отстает от второго, новое содержание в известной мере всегда облечено в старую форму, вследствие чего между старой формой и новым содержанием всегда существует конфликт. Именно на этой почве происходят революции) и в этом выражается, между прочим, революционный дух материализма Маркса. “Знаменитые” же анархисты этого не поняли, в чем, разумеется, повинны они сами, а не материалистическая теория.

Таковы взгляды анархистов на материалистическую теорию Маркса и Энгельса, если только их вообще можно назвать взглядами.