Сеанс арттерапии

Я смотрю на рисунок девочки. Она пришла в психологический центр, ее мучает страх, и психолог попросил нарисовать его. Передо мной изображение страха — это черно-серая тень, зловеще струя­щаяся от двери к окну.

Страх - всеобъемлющее понятие. Люшср пишет, что, если человек отрицает какой-то цвет, это страх перед образами, которые этот цвет несет. Он боится будущего, отрицая желтый цвет. Боится энергии — отрицая красный; он боится давления на свою волю, отрицая зеленый; наконец, он боится нарушения своего покоя, отрицая синий цвет.

В начале моей работы произошла первая встреча с человеком, охваченным страхом смерти, который, наверно, основа любого страха.

Это был мальчик-подросток, очень способный, но его развитие и интерес к миру внезапно парализовал страх смерти. Он бесконечно думал об этом и очень страдал.

Такая фаза развития неизбежна для каждого мыслящего существа.

Мы пошли в мир искусства за помощью — слушали прекрасную музыку, которая смягчила остроту страха небытия и позволила подойти к страшной теме философски созерцательно.

Перед нами — поразительная работа Чюрлениса: сначала похо­роны видны близко и траурная группа силуэтами заслоняет солнце. Потом траурная процессия с горящими факелами видна сверху, громадные кипарисы с огромной высоты и круг солнца над зеленым морем деревьев делают трагическую ноту небольшой частью симфо­нии жизни, острое горе растворяется в вечной жизни природы.

Мы слушали алегретто 7-й симфонии Бетховена, где пугающая тема, как у Чюрлениса, растворяется в высоких звучаниях и как буд­то тает.

104

Мы поговорили о том, как воспринимают тему смерти рели­гии — христианство, буддизм, ислам.

Особенно его поразила мысль философа о смерти: — Ты есть — ее нет, она есть — тебя нет. Мы говорили о мужском мужестве — о казаках, которые хо­хочут, когда им угрожает неминуемая смерть на костре, о герое стихотворения Бернса Макферсоне, который весело и отчаянно шел на казнь.

Сильное впечатление произвело на него стихотворение Жака Превера песенка об улитках, которые отправились на похороны (светлая мудрость этого замечательного стихотворения помогала потом многим):

Отправились две улитки Мертвый листок хоронить. Пришлось им одеться в траур, Креп на рога нацепить.

В сумерки вышли улитки, Вышли осенней порой, Когда же добрались до места, В лицо им пахнуло весной. Увядшие мертвые листья Воскресли в лучах весны, И были обе улитки Крайне огорчены.

Но вот их увидело солнце, И солнце им говорит: Присядьте и отдохните, У вас утомленный вид. Выпейте кружку пива, Если вас жажда томит, Или садитесь в автобус, Который в Париж вас умчит.

Он вечером в рейс уходит, Посмотрите вы на страну, Но только оставьте ваш траур ~ Он, право, здесь ни к чему. Цвет черный, как видите сами, Уродлив на фоне весны, А истории эти с гробами Неизящны и очень грустны.

Оставьте ваш траур, улитки, И веселы будьте опять.

105

Это я говорю вам — солнце,

А солнце не может лгать. Естественный цвет — цвет жизни, Примите ж естественный цвет.