Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Пока ждет автомобиль




Как только начало смеркаться, в этот тихий уголок тихого маленькогопарка опять пришла девушка в сером платье. Она села на скамью и открылакнигу, так как еще с полчаса можно было читать при дневном свете. Повторяем: она была в простом сером платье - простом ровно настолько, чтобы не бросалась в глаза безупречность его покроя и стиля. Негустая вуальспускалась с шляпки в виде тюрбана на лицо, сиявшее спокойной, строгойкрасотой. Девушка приходила сюда в это же самое время и вчера и позавчера, ибыл некто, кто знал об этом. Молодой человек, знавший об этом, бродил неподалеку, возлагая жертвы наалтарь Случая, в надежде на милость этого великого идола. Его благочестиебыло вознаграждено, - девушка перевернула страницу, книга выскользнула у нееиз рук и упала, отлетев от скамьи на целых два шага. Не теряя ни секунды, молодой человек алчно ринулся к яркому томику иподал его девушке, строго придерживаясь того стиля, который укоренился внаших парках и других общественных местах и представляет собою смесьгалантности с надеждой, умеряемых почтением к постовому полисмену на углу.Приятным голосом он рискнул отпустить незначительное замечание относительнопогоды - обычная вступительная тема, ответственная за многие несчастья наземле, - и замер на месте, ожидая своей участи. Девушка не спеша окинула взглядом его скромный аккуратный костюм илицо, не отличавшееся особой выразительностью. - Можете сесть, если хотите, - сказала она глубоким, неторопливымконтральто. - Право, мне даже хочется, чтобы вы сели. Все равно уже темно: ичитать трудно. Я предпочитаю поболтать. Раб Случая с готовностью опустился на скамью. - Известно ли вам, - начал он, изрекая формулу, которой обычнооткрывают митинг ораторы и парке, - что вы самая что ни на есть потрясающаядевушка, какую я когда-либо видел? Я вчера не спускал с вас глаз. Или вы, деточка, даже не заметили, что кое-кто совсем одурел от ваших прелестныхглазенок? - Кто бы ни были вы, - произнесла девушка ледяным тоном, - прошу незабывать, что я - леди. Я прощаю вам слова, с которыми вы только чтообратились ко мне, - заблуждение ваше, несомненно, вполне естественно длячеловека вашего круга. Я предложила вам сесть; если мое приглашениепозволяет вам называть меня " деточкой", я беру его назад. - Ради бога, простите, - взмолился молодой человек. Самодовольство, написанное на его лице, сменилось выражением смирения и раскаяния. - Яошибся; понимаете, я хочу сказать, что обычно девушки в парке... вы этого, конечно, не знаете, но.... - Оставим эту тему. Я, конечно, это знаю. Лучше расскажите мне обо всехэтих людях, которые проходят мимо нас, каждый своим путем. Куда идут они? Почему так спешат? Счастливы, ли они? Молодой человек мгновенно утратил игривый вид. Он ответил ни сразу, -трудно было понять, какая собственно роль ему предназначена, - Да, очень интересно наблюдать за ними, - промямлил он, решив, наконец, что постиг настроение своей собеседницы. - Чудесная загадкажизни... Одни идут ужинать, другие... гм... в другие места. Хотелось быузнать, как они живут. - Мне - нет, - сказала девушка. - Я не настолько любознательна. Яприхожу сюда посидеть только за тем, чтобы хоть ненадолго стать ближе квеликому, трепещущему сердцу человечества. Моя жизнь проходит так далеко отнего, что я никогда не слышу его биения. Скажите, догадываетесь ли вы, почему я так говорю с вами, мистер... - Паркенстэкер, - подсказал молодой человек и взглянул вопросительно ис надеждой. - Нет, - сказала девушка, подняв тонкий пальчики слегка улыбнувшись. -Она слишком хорошо известна. Нет никакой возможности помешать газетампечатать некоторые фамилии. И даже портреты. Эта вуалетка и шляпа моейгорничной делают меня " инкогнито". Если бы вы знали, как смотрит на меняшофер всякий раз, как думает, что я не замечаю его взглядов. Скажуоткровенно: существует всего пять или шесть фамилий, принадлежащих к святаясвятых; и моя, по случайности рождения, входит в их число. Я говорю все этовам, мистер Стекенпот. - Паркенстэкер, - скромно поправил молодой человек. - Мистер Паркенстэкер, потому что мне хотелось хоть раз в жизнипоговорить с естественным человеком - с человеком, не испорченным презреннымблеском богатства и так называемым " высоким общественным положением". Ах, выне поверите, как я устала от денег - вечно деньги, деньги! И от всех, ктоокружает меня, - все пляшут, как марионетки, и все на один лад. Я простобольна от развлечений, бриллиантов, выездов, общества, от роскоши всякогорода. - А я всегда был склонен думать, - осмелился нерешительно заметитьмолодой человек, - что деньги, должно быть, все-таки недурная вещь. - Достаток в средствах, конечно, желателен. Но когда у вас столькомиллионов, что... - она заключила фразу жестом отчаяния. - Однообразие, рутина, - продолжала она, - вот что нагоняет тоску. Выезды, обеды, театры, балы, ужины - и на всем позолота бьющего через край богатства. Порою дажехруст льдинки в моем бокале с шампанским способен свести меня с ума. Мистер Паркенстэкер, казалось, слушал ее с неподдельным интересом. - Мне всегда нравилось, - проговорил он, - читать и слушать о жизнибогачей и великосветского общества. Должно быть, я немножко сноб. Но я люблюобо всем иметь точные сведения. У меня составилось представление, чтошампанское замораживают в бутылках, а не кладут лед прямо в бокалы. Девушка рассмеялась мелодичным смехом, - его замечание, видно, позабавило ее от души. - Да будет вам известно, - объяснила она снисходительным тоном, - чтомы, люди праздного сословия, часто развлекаемся именно тем, что нарушаемустановленные традиции. Как раз последнее время модно класть лед вшампанское. Эта причуда вошла в обычай с обеда в Уолдорфе, который давали вчесть приезда татарского князя. Но скоро эта прихоть сменится другой. Неделютому назад на званом обеде на Мэдисон-авеню возле каждого прибора былаположена зеленая лайковая перчатка, которую полагалось надеть, кушаямаслины. - Да, - признался молодой человек смиренно, - все эти тонкости, все этизабавы интимных кругов высшего света остаются неизвестными широкой публике. - Иногда, - продолжала девушка, принимая его признание в невежествелегким кивком головы, - иногда я думаю, что если б я могла полюбить, тотолько человека из низшего класса. Какого-нибудь труженика, а не трутня. Нобезусловно требования богатства и знатности окажутся сильней моихсклонностей. Сейчас, например, меня осаждают двое. Один из них герцогнемецкого княжества. Я подозреваю, что у него есть или была жена, которую ондовел до сумасшествия своей необузданностью и жестокостью. Другой претендент- английский маркиз, такой чопорный и расчетливый, что я, пожалуй, предпочтусвирепость герцога. Но что побуждает меня говорить все это вам, мистерПокенстэкер? - Паркенстэкер, - едва слышно пролепетал молодой человек. - Честноеслово, вы не можете себе представить, как я ценю ваше доверие. Девушка окинула его спокойным, безразличным взглядом, подчеркнувшимразницу их общественного положения. - Какая у вас профессия, мистер Паркенстэкер? - спросила она. - Очень скромная. Но я рассчитываю кое-чего добиться в жизни. Вы этосерьезно сказали, что можете полюбить человека из низшего класса? - Да, конечно. Но я сказала: " могла бы". Не забудьте про герцога имаркиза. Да, ни одна профессия не показалась бы мне слишком низкой, лишь бысам человек мне нравился. - Я работаю, - объявил мистер Паркенстэкер, - в одном ресторане. Девушка слегка вздрогнула, - Но не в качестве официанта? - спросила она почти умоляюще. - Всякийтруд благороден, но... личное обслуживание, вы понимаете, лакеи и... - Нет, я не официант. Я кассир в... - Напротив, на улице, идущей вдольпарка, сияли электрические буквы вывески " Ресторан". - Я служу кассиром вонв том ресторане. Девушка взглянула на крохотные часики на браслетке тонкой работы ипоспешно встала. Она сунула книгу в изящную сумочку, висевшую у пояса, вкоторой книга едва помещалась. - Почему вы не на работе? - спросила девушка. - Я сегодня в ночной смене, - сказал молодой человек. - В моемраспоряжении еще целый час. Но ведь это не последняя наша встреча? Могу янадеяться?.. - Не знаю. Возможно. А впрочем, может, мой каприз больше не повторится.Я должна спешить. Меня ждет званый обед, а потом ложа в театре - опять, увы, все тот же неразрывный круг. Вы, вероятно, когда шли сюда, заметилиавтомобиль на углу возле парка? Весь белый. - И с красными колесами? - спросил молодой человек, задумчиво сдвинувброви. - Да. Я всегда приезжаю сюда в этом авто. Пьер ждет меня у входа. Онуверен, что я провожу время в магазине на площади, по ту сторону парка.Представляете вы себе путы жизни, в которой мы вынуждены обманывать дажесобственных шоферов? До свиданья. - Но уже совсем стемнело, - сказал мистер Паркенстэкер, - а в паркестолько всяких грубиянов. Разрешите мне проводить... - Если вы хоть сколько-нибудь считаетесь с моими желаниями, -решительно ответила девушка, - вы останетесь на этой скамье еще десять минутпосле того, как я уйду. Я вовсе не ставлю вам это в вину, но вы, по всейвероятности, осведомлены о том, что обычно на автомобилях стоят монограммыих владельцев. Еще раз до свиданья. Быстро и с достоинством удалилась она в темноту аллеи. Молодой человекглядел вслед ее стройной фигуре, пока она не вышла из парка, направляясь куглу, где стоял автомобиль. Затем, не колеблясь, он стал предательскикрасться следом за ней, прячась за деревьями и кустами, все время идяпараллельно пути, по которому шла девушка, ни на секунду не теряя ее извиду. Дойдя до угла, девушка повернула голову в сторону белого автомобиля, мельком взглянула на него, прошла мимо и стала переходить улицу. Подприкрытием стоявшего возле парка кэба молодой человек следил взглядом закаждым ее движением. Ступив на противоположный тротуару девушка толкнуладверь ресторана с сияющей вывеской. Ресторан был из числа тех, где всесверкает, все выкрашено в белую краску, всюду стекло и где можно пообедатьдешево и шикарно. Девушка прошла через весь ресторан, скрылась куда-то вглубине его и тут же вынырнула вновь, но уже без шляпы и вуалетки. Сразу за входной стеклянной дверью находилась касса. Рыжеволосаядевушка, сидевшая за ней, решительно взглянула на часы и стала слезать стабурета. Девушка в сером платье заняла ее место. Молодой человек сунул руки в карманы и медленно пошел назад. На углу онспоткнулся о маленький томик в бумажной обертке, валявшийся на земле. Пояркой обложке он узнал книгу, которую читала девушка. Он небрежно поднял ееи прочел заголовок. " Новые сказки Шехерезады"; имя автора было Стивенсон.Молодой человек уронил книгу в траву и с минуту стоял в нерешительности.Потом открыл дверцу белого автомобиля, сел, откинувшись на подушки, и сказалшоферу три слова: - В клуб, Анри.

 


Данная страница нарушает авторские права?


mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.007 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал