Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






ГЛАВА 4. Есть старая поговорка — утро вечера мудренее






 

Есть старая поговорка — утро вечера мудренее. Мне кажется, того, кто так сказал, никогда не били по лицу.

На следующий день Джэйс проснулся с двумя фингалами и картошкой вместо носа. Мама, профессиональная медсестра, которая удивительным образом купилась на историю про мяч, советовала ему сходить сделать рентген. Джэйс отказал ей гнусавым голосом, сказав, что сломанный нос добавит ему мужественности.

Я ответила, что мало кто считает Оуэна Уилсона[15] сильно мужественным.

Когда мы добрались до школы, оказалось, что все говорят о «вчерашнем махаче». Насчет случившегося ходили дюжины разных слухов.

Драка произошла из-за девушки. Бейсбола. Денег. Наркоты. Однополой любви. Ну, или пираты подрались с ниндзя (этот слух пустила я. Как еще мне было отмазаться от толп любопытных?)

Официальная версия все-таки заключалась в том, что Алекс Коул настолько растерялся в новой школе, что начал флиртовать со Скаут Донован. Некоторые были свято уверены, что это я нанесла первый удар сразу после признания в вечной любви. На уроке английского я стала свидетелем того, как Эшли Джонсон критикует эту теорию.

— Да ладно тебе, — сказала она после того, как одна из ее пластиковых подружек подняла этот вопрос. — Ты вообще его видела, Алекса Коула? Он секси! Прям типа как Джонни Депп, такой секси. То, что он вообще заговорил со Скаут, уже поразительно! Он просто добр к ней, потому что он прям весь такой милый и хороший! Это, знаешь, просто какая благотворительность, ну Программа Помощи Всяким Фрикам.

— А с тобой он значит занимается по Программе Помощи Всяким Шлюхам? — заговорила я с ней впервые в этом году. Называть Эшли шлюхой было как-то не по-христиански с моей стороны, но религиозность — это последнее, что я ощущала, глядя на нее.

Безликие куклы Барби вокруг нее были в шоке, но ведьма лишь сдвинула брови.

— Ты все-таки решила слезть со своего конька, Скаут, и снизошла до разговора с нами? Тогда, может, расскажешь нам, почему твой гоповатый братец приставал к лапочке-новичку?

Лапочке-новичку? Да кто так вообще разговаривает?

— Что? Ты не знала? Это же все из-за тебя! — Вся обида, которую я копила целый год, теперь содержалась в моих словах. — Алекс сказал, что ты ветреная потаскушка, которая трахается с парнями своих бывших подруг. А Джэйс пытался защитить твою честь. Ты ему очень дорога, знаешь ли.

Само собой, Эшли и была такой потаскушкой, вполне способной переспать со всеми парнями ее бывших лучших подруг, и если потребуется — в моей кровати. Джэйс, с другой стороны, был всегда готов оторвать ей руку и избить ее до полусмерти этой же рукой. Эшли знала это, хотя бы потому, что он сам ей об этом сказал.

— Какая же ты высокомерная. Почему ты считаешь себя лучше нас всех?

— Я не лучше всех, — честно ответила я. — Только лучше тебя.

Я спокойно ушла, не дожидаясь ее ответа.

Эйфория от победы над шмарой продлилась ровно 58 минут. Я пыталась сесть так, чтобы избежать прикосновения неизвестной черной субстанции, налипшей на ножки моего стола в кабинете мистера Бека, когда почувствовала что он стоит надо мной.

— Эй, — мягко сказал Алекс. Я увидела несколько пар немигающих любопытных глаз, смотревших в нашу сторону. Джон Дэвис неуклюже развернулся на своем стуле, чтобы посмотреть.

Прекрасно. Выступление перед живой аудиторией. Я четырнадцать месяцев думала над тем, что бы ответить Эшли. Проигрывала эту сцену в голове раз за разом и просто ждала момента. Сейчас все было по-другому. Я не знала, что говорить и должна ли вообще что-то говорить.

— Чего тебе надо?

Класс был маленьким и тесным, из-за чего он стоял так близко ко мне, что казался невыносимо высоким.

— Я просто хотел извиниться.

— Ты не мне нос сломал. — Хоть у меня и был здоровенный синяк на плече, это была по большей части вина Джэйса.

— Да, но я не хочу, чтобы именно ты на меня злилась.

Как ни странно, но я не злилась на Алекса. Это не его вина, что одному брату нужна была серьезная психологическая помощь, а другой слишком сильно опекал свою сестру. Я хотела сказать ему, что ничего страшного не произошло, но вместо этого сделала то, о чем меня просили Чарли и Джэйс.

— Алекс, давай напрямую? Мы с тобой? Мы не друзья, и никогда не будем друзьями. Было бы прекрасно, если бы ты оставил меня в покое.

Похоже, я застала его врасплох. Он думал около минуты.

— Ты сама этого хочешь, или этого хочет твой брат?

— Этого хочу я, — солгала я. — А теперь будь так любезен, сядь обратно за свою парту и представь, что меня не существует, и тогда я заживу прекрасной жизнью! — Ну, или хотя бы нормальной.

— Значит, прости, что потревожил.

Он действительно сел за свою парту и игнорировал меня следующие несколько месяцев.

 

***

 

Рутина и монотонность быстро захватили нас в этом учебном году. Каждый вторник начинался с «внезапного» теста по английскому, а каждую пятницу мы делали лабораторную по химии в неработающей лаборатории. Мистер Бек каждый день давал домашних заданий минимум на два часа работы. Даже занятия в театре шли по одному шаблону — прочитать пьесу, посмотреть фильм, написать доклад.

Каждый день Джэйс обедал со мной и Талли в уголке столовой, а затем шел общаться со своими друзьями. Мы с Талли после этого обычно ускользали в библиотеку, чтобы полдня сидеть над учебниками. Нам обеим казалось, что эти продвинутые классы приносят больше вреда, чем пользы. Каждый день у меня было столько домашней работы, что я просто не находила времени замечать Алекса Коула.

Я не заметила, что он щелкал ручкой, когда действительно пытался сосредоточиться. Не заметила, что у него было всего пять футболок, и каждая из них подчеркивала спортивное тело. Не заметила привычку облизывать губы, прежде чем что-то сказать, и не заметила, что ямочка на его левой щеке была глубже, чем на правой. И я уж точно не заметила то, что он пошел с Эшли на встречу выпускников (и меня это не волновало).

Ну ладно, может, кое-что я и заметила.

К моему раздражению, Талли тоже заметила мои замечания.

— Ты знаешь, это ведь она его пригласила, — сказала Талли, сидя с ведром попкорна на моей кровати. Была ночь встречи выпускников, поэтому мы с Талли устраивали традиционную ночевку-в-день-школьных-танцев. Обычно такие вечера с нами проводила Джой, но сегодня у нее свидание, да и не с кем попало, а с самим Джоном Дэвисом. А мы насладимся фаст-фудом и фильмами для гиков.

— Кто куда кого пригласил? — В фильме в этот момент были только маленькие хоббиты и пожилой мужчина, который почему-то казался симпатичным всем, кроме меня. Никакие девочки никуда никого не приглашали.

— Эшли позвала Алекса на встречу выпускников, — произнесла подруга, будто мы только что про него разговаривали, а не избегали этой темы последние недели. — Тинсли Хенсон сказала Молли Иствик, что она слышала, как Эшли буквально умоляла его пойти с ней.

Талли посмотрела на меня, будто ждала чего-то, а я все пыталась понять, к чему она завела этот разговор.

— Ты же знаешь, Эшли куда хочешь пролезет, чтобы своего добиться. Помнишь, как в шестом классе она неделю питалась только фасолью, чтобы отец купил ей щенка? — Я хрустнула луковыми кольцами. — В этом не было никакого смысла, но Фасолька была прикольной собакой.

— Ух ты. Ты готова вспоминать наше с Эшли прошлое, лишь бы не говорить о своих чувствах к Алексу. Вот это подавление!

Я вздрогнула.

— Нет у меня никаких чувств к Алексу, только раздражение.

— Ну, конечно нет. А то, что ты на него пялишься, когда думаешь, что никто не видит, я выдумала. И я уверена, есть какая-то другая причина, почему ты начинаешь жевать нижнюю губу, когда он подходит ближе, чем на пять метров.

Я провела языком по внутренней стороне губы, на которой осталось очень мало кожи.

Черт.

Я заскочила на кровать и прикрылась Гвидо. Верная обезьянка всегда спрячет меня от неловких ситуаций.

— Ладно, он довольно милый, умный и слегка обаятельный. Если бы Джэйс не был президентом и основателем клуба «Я ненавижу Алекса Коула», а его брат не был бы жутким психопатом, я бы, может, подумала, что совсем чуть-чуть слегка в него втюрилась.

Вместо того чтобы радоваться своей правоте, Талли села необычно прямо и замолчала. Спустя какое-то время она сказала неприятно серьезным для такой ситуации тоном:

— Джэйс не сможет долго сражаться с судьбой.

Я хотела спросить у нее, что это значит, но в тот момент на экране появился Орландо Блум, и мысли Талли покинули ее на всю оставшуюся ночь.

За последние несколько месяцев Алекс и Джэйс практически не контактировали. После того дня Алекс больше не обедал в столовой — либо чтобы не сталкиваться с Джэйсом, либо из-за странного мяса, которое там подавали.

Их пути пересеклись лишь однажды, когда мы повели Энджел в «Dairy Queen»[16]. Мама работала во вторую смену, а у отца было собрание, поэтому мы до самого вечера должны были оставаться с маленьким монстром. Обещаниями детского меню и мороженого нам удалось уговорить ее вести себя более-менее хорошо. Никто не предупредил нас, что в «Dairy Queen» новый сотрудник.

У меня в животе все сжалось, когда мы подходили к кассе, за которой стоял Алекс. Я начала тихо молиться, надеясь, что хотя бы в этот раз все обойдется без сцен.

— Чем могу помочь? — сказал Алекс, не отрывая взгляда от Джэйса. Даже в дурацкой форме продавца он выглядел идеально.

— Номер пять и фанту, — рявкнул Джэйс. — Скаут?

Алекс даже не посмотрел на меня, когда я делала заказ для себя и Энджел, и никак на меня не отреагировал, выдавая наш поднос. Я пыталась игнорировать легкое разочарование так же сильно, как и искорку надежды, вспыхнувшую после слов Энджел о том, что симпатичный мальчик за стойкой смотрит на меня. Раздраженный вздох Джэйса очень помог во втором случае.

В целом в эти осенние месяцы ничего не произошло. Алекс жил своей жизнью, а я — своей. Мы мирно сосуществовали.

А потом вмешалась миссис Соул.

— У меня появилась прекрасная идея! — сказала она, пытаясь умоститься на углу редакторского стола. Миссис Соул 65, и она всего полтора метра ростом, довольно круглая и обладает странной привязанностью к вязаным штанам. Ей в принципе не стоило моститься куда-либо.

— Мы напишем несколько статей, в которых авторы предложат противоположные точки зрения на какие-либо темы.

— Вроде, взвесить все за и против? — спросила я, заинтересовавшись идеей.

— Да, — ответила миссис Соул. — Но вместо двух статей я хочу, чтобы вы написали по одной, например, в формате диалога. — Она наклонила голову, будто хотела открыть какой-то большой секрет. — Я это придумала, когда читала транскрипт моего любимого подкаста[17].

Она знает, что такое подкаст? Эта женщина полна сюрпризов.

— Звучит клево, — сказала я.

— Прекрасно, — ответила она. — Я хочу, чтобы вы с Алексом написали ее.

Свет в комнате на секунду стал слишком ярким, и куда-то исчез весь воздух.

Ладно, у Алекса есть какие-то писательские навыки. Пару недель назад он написал такую статью о проблемах с поддержкой научной команды, что мне даже захотелось сходить на собрание, хотя, будучи в команде, я их терпеть не могла. Понятно, почему она выбрала его, но Мэг была бы гораздо лучшим партнером, чем я — она участвовала в дебатах в том году и писала гораздо лучше.

— Я? — спросила я, стараясь не смотреть на Алекса.

— У вас весьма схожие стили и ритм, вы отлично сработаетесь.

Миссис Соул весьма не грациозно соскользнула со стола.

— Мне нужна статья в тысячу слов о социальной медицине к пятнице. Сами решите, кто будет писать о положительных вещах, а кто об отрицательных.

Она ушла, оставив меня паниковать. Тысяча слов к пятнице?! Но ведь была среда!

А затем моя самая большая проблема подала голос.

— А что ты знаешь о социальной медицине?

— Эмм... ее практикуют в Канаде?

Я посмотрела и увидела, что он впервые снова улыбается мне. Ну, уголок его рта поднимался. Практически улыбка.

— Нас за что-то наказывают, так ведь?

На минуту я об этом задумалась.

— Я слышала, папа заставляет ее уйти на пенсию. Наверное, поэтому она меня невзлюбила. У меня часто возникают проблемы из-за отца.

Это было правдой. Мистер Бек терпеть меня не мог в основном из-за его отношений с отцом.

— А ты как умудрился ее разозлить?

Теперь Алекс по-настоящему улыбался.

— Я врезался в ее машину.

— Быть не может!

Он вздрогнул и опустил глаза.

— У меня не очень хорошие тормоза. Я лишь слегка поцарапал эту огромную махину, но с тех пор она косо на меня смотрит.

— Ты поцарапал Кэдди! — подразнила его я. — Странно, что она тебя сразу не убила.

— Я думаю, миссис Соул больше предпочитает пытки. Если бы она меня убила, было бы некрасиво.

Лично я не думаю, что убийство — это так же некрасиво, как сказать девушке в лицо что время, проведенное с ней, пытка.

Я неохотно планировала встречу с ним после школы. Как я должна работать с человеком, который явно не хочет иметь со мной ничего общего? Я злилась на него за его прямоту, на миссис Соул за то, что поставила меня в такую ситуацию, и, главное, на себя за то, что хотела понравиться ему. Я должна была знать лучше, чем волноваться о том, нравлюсь ли я Алексу Коулу или нет. По дороге в центр города я пыталась вбить себе в голову немного здравого смысла.

Наша публичная библиотека — мое любимое место на планете. Несколько лет назад методистская церковь переехала в другое здание на окраине города, а библиотека заняла ее место в старинной готической постройке на площади. Дерево, камень и витражи создавали магическую атмосферу.

Конечно, моей маленькой сестре было наплевать на архитектуру и на то, что тошнота подступала к моему горлу.

— Может, сначала пойдем в парк, на качельки? Ну пожалуйста! — спросила она, когда мы заехали на маленькую парковку. У Джэйса после обеда были тренировки, поэтому в те дни, когда мама работала, я была нянькой.

— Прости, Бурундук, мне надо сделать домашнюю работу. Но сегодня среда, так что Эмма с тобой поиграет.

Энджел мгновенно оживилась. Эмма была племянницей библиотекарши мисс Нэнси. По понедельникам, средам и четвергам она оставалась в библиотеке, пока ее мать ходила на занятия по аэробике.

Эмма была кумиром Энджел и ходила в третий класс.

Энджел подбежала по старым каменным ступенькам к большой тяжелой двери еще до того, как я успела забрать вещи из машины. Я поспешила за ней, чтобы не дать ей устроить там бардак.

Мисс Нэнси предпочитала, чтобы ее библиотека была такой же тихой и спокойной, как и покинувшая здание церковь.

Я заметила Алекса за столом в отделе справочной литературы, но мне пришлось потрудиться, прежде чем смогла добраться туда. Сначала я остановилась около мистера Джорджа, сварливого старика, который ненавидел все, кроме стада животных, с которыми делил двухкомнатную квартиру. Я починила его «сломанный» компьютер, снова включив монитор. Затем мисс Нэнси отдала мне гору книг, которые я просила, и заняла меня бесконечной беседой о том, как запись в ее блоге вызвала огромные дебаты о значимости Холдена Колфилда[18] в жизни современного общества.

Я уже думала что освободилась, как вдруг из ниоткуда появилась рука, схватила меня за локоть и притянула к шкафу с комиксами.

— Cкаут, смотри, что только что подвезли!

Рука и голос принадлежали Брюсу Паркеру, парню, которому не сильно повезло с внешностью. Он работает ассистентом в видеопрокате, чем сильно гордится. Когда он не просвещает местных о гении Гая Ричи[19], его можно встретить торчащим в библиотеке. Я бы могла посчитать это жалким, если бы сама не терлась здесь гораздо чаще.

— Это новая манга? Никогда не слышала про эту серию.

Я взяла томик и пролистала. Рисовка была не сильно впечатляющей, но у Брюса обычно был хороший вкус относительно комиксов.

— Напоминает стиль Кишимото[20].

— Того парня, который рисует «Наруто»[21]?

— Ага. Он сейчас очень популярен в Японии. Хочешь почитать, когда я закончу?

— Нет, спасибо. Мне больше нравятся вещи вроде «Тетради смерти»[22].

Я уже направилась в тот угол, где меня нетерпеливо ждал Алекс.

— Прости, что заставила ждать, — сказала я, садясь за стол.

— Да ничего. — Он словно сдерживал смех. — У тебя много фанатов, надо всем уделить внимание.

Я почувствовала, как покраснели мои щеки. Я, наверное, выглядела как Королева Ботаников, разговаривая со всеми в библиотеке, пока шла мимо.

— У Джэйса сейчас тренировка. Мы живем довольно далеко, поэтому нет смысла сто раз ездить туда-сюда.

— Нет, я сразу понял, что ты из таких девушек, которые проводят время в библиотеке. Но я удивлен тем, что ты интересуешься мангой. Это, кстати, объясняет всю драму.

— Ты меня раскрыл, — съязвила я. — Я тайная эмо. Не все могут быть солнечно-радостными, как ты.

— Ты думаешь, я солнечно-радостный? — сказал он, улыбнувшись, и продемонстрировал мои слова, осветив темную библиотеку.

— Да, а я маленькая грозовая тучка. Так что давай займемся делом, чтобы я могла быстрее вернуться домой, переодеться в свою пижаму с «My Chemical Romance», и писать стихи маркером на руке.

— Я на шаг впереди тебя, Эми Ли.

Он передал мне несколько справочников.

— Это все, что есть в библиотеке относительно социальной медицины.

Час спустя мы просмотрели все книги, которые нашел Алекс, и несколько статей в интернете. От всей новой информации у меня болела голова.

— Боже, как скучно.

У меня уже глаза слезились от компьютера.

— Я не понимаю, почему это проблема. Зачем позволять какому-то государству решать, какие медицинские услуги ему нужны?

— Думаешь, это лучше оставить страховым компаниям?

— Нет, я думаю, это должны решать доктор и пациент.

— Можно подумать, это так работает. — Судя по его виду, Алекс собрался толкнуть речь, поэтому я сразу начала рыться в сумке.

— Погоди секунду. — Я нашла то, что искала и положила на стол. — Ладно, продолжай.

Алекс с недоумением смотрел на прибор.

— Что это?

— Диктофон.

Это было очевидно.

— Зачем он тебе?

— Мама купила мне его, когда я начала заниматься школьной газетой. Она говорит, что всем журналистам нужен диктофон.

— А сейчас он нам нужен, потому что...?

— Потому что, если мы сейчас будем спорить, я позже все напечатаю, и завтра ты превратишь это в шедевральную статью. Сойдет план?

Алекс ответил, сразу нажав кнопку записи, и начал усиленно обсуждать медицинскую систему. Мы успели обсудить многое, прежде чем нас прервал рев моей младшей сестры.

Я нажала на паузу и потянулась к ней.

— Что такое, Энджел, ты поранилась?

Энджел обхватила меня руками и начала хныкать. Я посадила ее на колени и обняла. Она, конечно, вредная, но она все-таки моя маленькая сестренка, и вид ее заплаканного лица причинял мне чуть ли не физическую боль.

— Эмма сказала, что я маленькая. — Она начала рыдать у меня на плече. — Она больше не хочет со мной играть.

Никогда мне эта Эмма не нравилась.

— Кто-то подумал, что ты маленькая? — Алекс наклонился вперед к Энджел — Сколько тебе, восемь или девять?

Энджел посмотрела на него сквозь ширму моих волос.

— Мне шесть с половиной.

Алекс продемонстрировал актерский талант. По крайней мере, он выглядел по-настоящему удивленным.

— Шесть с половиной?! Надо же, мне ты показалась гораздо старше.

Энджел встала, убирая прилипшие волосы с лица.

— Я очень зрелая для своего возраста.

Я прикусила губу, чтобы не засмеяться. Алекс даже не моргнул.

— Это правда. Зачем тебе играть с всякими детьми. Ты должна проводить время здесь, с нами.

Энджел вытаращила глаза на меня. Обычно она не оставалась с взрослыми ребятами, только если Талли была в особо щедром настроении. Я никогда не видела у нее взгляда, настолько полного надежды.

— Да, нам нужна твоя помощь, — сказала я, вытирая последние слезы. — Сможешь подержать диктофон, пока мы с Алексом спорим?

Энджел кивнула, прежде чем оглянуться на Алекса:

— Ты знаешь, Скаут очень хорошо спорит. Она всегда выигрывает у меня и Джэйса.

— А есть что-нибудь, чего твоя сестра не умеет делать? — Я удивилась, что Энджел задумалась над этим вопросом.

— Когда она поет, ее голос звучит как у кошки, которую тянут за хвост. А когда она готовит, всегда срабатывает пожарная сигнализация, — наконец выпалила она.

Алекс пытался выглядеть серьезно, но ямочки на щеках его выдали.

— Ну, значит, мне не стоит просить ее выступить с концертом или приготовить обед.

К тому времени как мы закончили, Алекс полностью очаровал мою сестренку. Она была беззащитна перед его обаянием и заразительным смехом. К своему ужасу, я начала осознавать, что тоже не настолько невосприимчива, как надеялась.

 

 



Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.02 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал