Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Общественные кружки 30-40-х годов в Сибири






Одним из важных итогов пребывания декабристов в Сибири было создание программы подъема ее производительных сил и культурного уровня. Заслуживает внимания деятельность декабристов по воплощению этой программы. Следует отметить, что ее создание началось несколько лет спустя после значительного в истории Сибири события - проведение реформы М.М. Сперанского (1812-1822).

Помимо экономических и социальных последствий, реформа дала толчок к развитию общественного сознания сибиряков, одним из проявления которого, было в частности создание кружка красноярской интеллигенции, сложившегося вокруг первого енисейского губернатора А.П. Степанова (1823-1831).

А.П. Степанов известен как человек, проводивший в жизнь реформы М.М. Сперанского. Он стремился к распространению просвещения в крае, был близок с рядом декабристов, поселенных в Сибири, выступал как писатель, краевед. С ним на службу в новый губернский город прибыли чиновники из Европейской России и из сибирских городов.

В 1823 году было создано общество " Беседы о Енисейском крае", ставившее задачи исторического, географического, этнографического и экономического изучения края. Переписка с учреждениями Министерства народного просвещения, а также выявленный круг краеведческих произведений красноярцев, посвященных Сибири, позволяет считать, что общество " Беседы о Енисейском крае" действовало на протяжении нескольких лет. К наиболее крупным произведениям красноярцев, хорошо известным историкам, этнографам и литературоведам, принадлежат " Письма о Восточной Сибири" А.И. Мартоса (М., 1827), " Записки о Енисейской губернии Восточной Сибири 1831 г." И. Пестова (М., 1833), " Енисейская губерния" А.П. Степанова (СПб., 1835).

Имеются некоторые отрывочные сведения о том, что декабристы читали произведения красноярских писателей. Так Ф.П. Шаховской, будучи в ссылке в Туруханске, просил жену выслать ему " Письма о Восточной Сибири" Мартоса, с такой же просьбой обращался к жене А.Е. Розен. На сочинения И. Пестова ссылается декабрист А.Е. Розен в письме к М.А Фонвизину, сравнивая климат Нерчинска и Енисейска. " Описание Енисейской губернии" значится в числе книг, полученных в 1836 году братьями Крюковыми в Енисейске и Муравьевыми в Урике. Приведенные данные свидетельствуют об интересе декабристов к краеведческим работам сибиряков.

Члены красноярского кружка поддерживали отношения с декабристами, сосланными в Сибирь. В круг общих интересов, связывавших их, входили вопросы изучения и развития производительных сил края. Так, декабрист Ф.П. Шаховской, сосланный на поселение в Туруханск, а затем в Енисейск, занимался различного рода сельскохозяйственными экспериментами и наблюдениями над способами ведения сельского хозяйства сибирскими крестьянами. Губернатор А.П. Степанов был в курсе его работы. Ф.П. Шаховской подробно излагал меры по улучшению хлебопашества в Енисейском округе, для их осуществления он считал необходимым " основать опытную ферму или хутор для введения всех усовершенствований землепашества, образцов строений и разных заведений экономических". Представление губернатора о помощи декабристу начинается с фразы, прямо заимствованной из письма: " … От 17 октября преступник Шаховской отвечал, что не отчаивается заведением хлебопашества по новой системе севооборотов и травосеяния подать полезные примеры жителям, у которых хлебопашество находится еще в большом младенчестве".

Письмо декабриста С.И. Кривцова, поселенного в Минусинском округе, губернатору А.П. Степанову - один из документов, отражающих складывание декабристской программы развития производительных сил Сибири. Письмо было написано в ответ на просьбу губернатора провести анализ почв Минусинского округа. Оно свидетельствует о том, что губернатор был знаком с кругом декабристских идей по развитию производительных сил Сибири и стремился использовать знания декабристов для изучения края. Кривцов писал: " Придет время, когда с народонаселением проникнет и в сии теперь безлюдные, но богатые пустыни все согревающий луч просвещения. Тогда климат, теперь суровый, смягчится, пустыни превратятся в плодородные нивы, и там, где дикий татарин на столь же диком коне своем мчится за сохатым, на том самом месте, образованный и довольный селянин будет плугом раздирать плодотворные перси всеобщей наши матери. Тогда сей край, богатый плодоносными полями, тучными пожитиями, прекрасными лесами, судоходными и рыбными реками, станет на ряду с благословеннейшими в мире".

С.И. Кривцов считал необходимым увеличение народонаселения в Сибири как условие развития промышленности в крае, однако не оговаривал времени и способа заселения. Увеличение народонаселения развитие промышленности он рассматривал как предпосылки для развития производительных сил в сельском хозяйстве. Эти мысли сходны с точкой зрения А.П. Степанова, высказанной им в " Енисейской губернии".

Если письмо С.И. Кривцова в самой общей форме выражало некоторые черты декабристской программы, то Ф.П. Шаховской пытался предпринять конкретные шаги по ее осуществлению. Переписка А.П. Степанова с декабристами свидетельствует о том, что среди сибиряков были люди, которых интересовали как конкретные хозяйственные опыты, так и теоретическое осмысление проблем социального и экономического развития Сибири.

Декабристы знакомились с сибирскими проблемами. В том числе и на основании изучения литературы о Сибири, создаваемой сибиряками. В свою очередь сибиряки проявляли активный интерес к развитию декабристской мысли. Результатом такого обмена можно считать наличие общих черт во взглядах сибиряков на особенности социального и экономического развития Сибири.

В 30-х годах в Нерчинске был уже вполне сложившийся кружок передовой молодежи. Его составляли учителя И.И. Голубцов, В.И. Седаков, Н.Н. Попов, В.П. Паршин, А.А. Мордвинов, сын чиновника Н.И. Бобылев, преподаватели духовного училища Стуков и Боголюбский, молодой купец М.А. Зензинов и другие. Они интересовались историей края, работали в местном архиве, записывали предания стариков, образцы устного творчества бурят, собирали разнообразные естественно-научные коллекции, устраивая с этой целью дальние экскурсии и даже своего рода экспедиции.

Результатом этих занятий были " литературные опыты" на местные этнографические и бытовые темы, а также статьи и заметки о природе и истории края. К сожалению, биографические сведения о перечисленных деятелях культуры, особенно первой половины XIX, несмотря на тщательные и длительные разыскания, страдают отрывочностью и неполнотой.

В 30-40-х годах во многих культурных начинаниях нерчинцев нельзя не заметить известного влияния, а иногда прямого воздействия сосланных в Забайкалье декабристов. Местная молодежь чутко прислушивалась к их словам.

И.И. Голубцов родился в 1794 году, образование получил в Иркутской гимназии и некоторое время работал помощником губернского землемера А.С. Лосева - автора краеведческих сочинений о Восточной Сибири. С 1816 года Голубцов состоял учителем в Нерчинском уездном училище. Рано начал заниматься литературной работой, в частности переводами с немецкого; Голубцов принимал деятельное участие в литературных беседах и вечерах при училище.

В опубликованным им по приезде в Нерчинск (из Иркутска) " Описании некоторых мест Нерчинского уезда" Голубцов довольно мрачно охарактеризовал быт местных жителей. Однако он находил и похвальные качества: гостеприимство, сострадательность, трудолюбие и бережливость; на ряду с " несносными пороками: хвастовством, непостоянством, желанием блистать чем-нибудь наружным, закоренелой любовью к старине и отвращением ко всему новому…".

В конце 30-х годов Голубцов состоял смотрителем училища в Иркутске. Здесь он примыкал к кружку передовых людей, связанных с декабристами. Его привлекали в 1841 году последствия о распространении сочинения декабриста М.С. Лунина " Взгляд на тайное общество". Дальнейшая судьба Голубцова неизвестна. Сын его Константин был нерчинским учителем в конце 40-х годов.

Видным нерчинским краеведом 30-х годов был К.К. Стуков (1800-1883) - преподаватель древних языков в духовном училище. Он отличался " крепкой независимостью характера, бунтарством" и среди преподавателей училища выдавался своими нравственными и умственными качествами.

Декабристы были его главными воспитателями; с их помощью ему удалось овладеть польским, немецким, французским языками. В Нерчинске Стуков прожил почти десять лет, занимаясь, кроме преподавания, этнографией бурят и другими вопросами краеведения. Он сотрудничал также в столичных и сибирских изданиях, публикуя интересные заметки по Забайкалью.

В Нерчинском уездном училище историю и географию преподавал А.А. Мордвинов (1813-1869). Вскоре после окончания Иркутской гимназии Мордвинов приехал в родной город и прожил здесь до 1846 года, успешно занимаясь историей края, этнографией бурят и тунгусов, и литературным творчеством.

Мордвинов переписывался с некоторыми из декабристов и пересылал им книги. А собрания художественной литературы, принадлежавшие Мордвинову, мало уступала тому, что было в известной тогда декабристам здешней библиотеке Юренских.

С 1841 года у Мордвинова завязалась дружеская переписка с декабристом В.К. Кюхельбекером, жившем в Акше. Поводом для начала переписки послужил интерес Кюхельбекера к новым журналам и книгам. Мордвинов обращался нему вполне по-дружески. Кюхельбекер с большой теплотой относился к своему нерчинскому другу и посвятил ему послание.

Мордвинов переписывался также с Д.И. Завалишиным. В одном из писем этот декабрист " увещевал молодых людей не поддаваться пустой и разгульной жизни, обычной тогда в Сибири, и в особенности в Нерчинске".

После Нерчинска Мордвинов служил в Енисейске и Иркутске, а 1862 года в Чите в должности вице-губернатора. В сентябре 1869 года он покончил жизнь самоубийством. Причиной этому были обнаруженные ревизией " послабления", которые Мордвинов оказывал ссыльным.

В Нерчинске и Иркутске Мордвинов пользовался большим авторитетом как знаток Восточной Сибири и широко образованный человек. Статьи по этнографии бурят и тунгусов, по истории Забайкалья публиковались Мордвиновым в " Отечественных записках", " Современнике", " Москвитянине" и других.

С середины 30-х годов разностороннюю литературно-краеведческую работу в Нерчинске начал М.А. Зензинов - один из выдающихся знатоков и исследователей Забайкалья.

Основные его интересы сосредоточились на ботанике и медицине. Не получив достаточной школьной подготовки, Зензинов страстно стремился к знаниям, книгам. Всю жизнь его особенно угнетало слабое знание грамматики.

Развитию Зензинова в немалой степени способствовали дружеские связи с Мордвиновым, Н. Поповым и другими членами нерчинского кружка. Во время поездки в " сибирский Гамбург" - Кяхту Зензинов встречался там с А.И. Орловым - другом декабристов, с известным знатоком Китая Н.Я. Бичуриным и другими.Ему неоднократно приходилось встречаться и с декабристами (в Селенгинске, по пути в Кяхту - с братьями Бестужевыми, в Чите - с Д.И. Завалишиным, в Петровском Заводе - с М.А. Бестужевым и И.И. Горбачевским).

Библиотека Зензинова, на которую он тратил последние деньги, была весьма богата научными сочинениями; среди них были книги полученные от декабристов. Он много хлопотал о разрешении приобрести библиотеку умершего декабрист М.С. Лунина и очень сожалел, когда в этом было отказано. Интересуясь ботаникой, Зензинов переписывался с виднейшими естествоиспытателями России, собирал разнообразные коллекции, вел агрономические опыты, сажал в Нерчинске волжские дубы, занимался изучением народной медицины и даже лечебной практикой. Зензинов свободно владел бурятской и тунгусской речью и некоторыми туземными диалектами, и поэтому у него было немало знакомых среди разноплеменного населения Даурии. Почти все свои публикации он посвящал Сибири.

К началу 50-х годов Зензинов стал одним из самых авторитетных краеведов Забайкалья.

Дневник М.А. Зензинова за 1851 год полон тревожными записями о судьбах Нерчинска. Вопрос тогда шел о том, где быть центру края: в старом городе Нерчинске или волостном селе Чита. Удар Нерчинску был нанесен в октябре 1851 года, когда Читу назвали городом и сделали центром новой Забайкальской области. Все хорошо знали, что это решение правительства, принято по представлению Н.Н. Муравьева, подсказано было Муравьеву декабристом Д.И. Завалишиным, жившим на поселении в Чите. Неудивительно, что многие нерчинцы стали считать Завалишина своим врагом. Они даже злорадствовали, когда Муравьев сменил милость на гнев и выслал Завалишина из Читы в Казань.

Зензинов хорошо знал край, его ресурсы. Еще в 60-е годы он утверждал, что в Забайкалье есть уголь. Дети Зензинова в конце 60-х годов жили в Москве. Сын его М.М. Зензинов издал известный сборник " Декабристы, 86 портретов".

Вопрос о непосредственном влиянии декабристов на их ближайшее окружение в годы сибирской ссылки рассматривался многими исследователями. Однако влияние декабристов на сибирское общество не ограничивалось только периодам пребывания их в Сибири. Те из сибиряков, которые восприняли основные идеи декабристов, продолжали активную общественную деятельность, начатую " лучшими из дворян". В этом плане представляется важным выявить контакты декабристов с их сибирскими друзьями и воспитанниками после отъезда ссыльных из Сибири, изучить роль их воспитанников в общественной жизни края.

В конце 50-х годов XIX века в Иркутске образовался кружок передовой молодежи, в который входили и ученики декабристов братья Белоголовые. Его участники были близки остававшимся в Сибири декабристам В.Ф. Раевскому, Д.И. Завалишину и политическим ссыльным следующего поколения - петрашевцам. Исследователи, занимающиеся проблемами политической ссылки в Сибири (С.Ф. Коваль, В.Г. Карцов, А.В. Дулов), рассматривали в своих работах деятельность этого кружка.

Нравственное и идейное влияние декабристов во многом определило жизненные позиции братьев Белоголовых. Об этом свидетельствует и их деятельность в кружке передовой молодежи Иркутска, образовавшемся в конце 1850-х годов.

Анализ эпистолярного наследия Н.А. Белоголового позволяет по-новому взглянуть на этот кружок, поскольку, как выяснилось, он имел организационное оформление, а возможно, и определенную программу.

Н.А. Белоголовый неоднократно называет кружок " Обществом Зеленых нолей" или " 0ЗП", придавая слову " зеленый" символический смысл (зеленый цвет - цвет надежды, молодости).

Членами " ОЗП", по-видимому, были купцы А.А. Белоголовый, И.И. Пиленков, публицист М.В. Загоскин, учителя Ф.К. Геек, П.И. Полынцев, Н.П. Косыгин, А.А. Никонов, И.О. Катаев, чиновники А.П. Юрьев, В.П. Калинин, Д.А. Макаров.

Более сложен вопрос о характере и направлении деятельности кружка. Известно то огромное внимание, которое уделяли декабристы в сибирский период просвещению народа, видя в этом средство приобщения его к сознательной революционной борьбе. Мы не можем утверждать, что и кружок Белоголовых ставил такие же цели, но четкая просветительская линия в его деятельности прослеживается. Вслед за декабристами кружок вел борьбу за развитие просвещения в Сибири, против произвола администрации, за подъем благосостояния народных масс. В действиях членов кружка мы видим попытки создать общественное мнение, влиять на сибирскую общественность - и в этом они тоже идут по пути, проложенному декабристами.

Члены ОЗП совместно с остававшимися в Сибири декабристами, ссыльными петрашевцами и другими общественными деятелями Иркутска были инициаторами и участниками многих прогрессивных начинаний. Именно в кружке впервые (еще в 1857 г.) родилась мысль об издании частной газеты в Иркутске. Впоследствии М.В. Загоскин (редактор " Амура"), А.А. Белоголовый и И.И. Пиленков (его издатели) вместе с петрашевцами осуществили эту идею. В " Амуре" и " Иркутских губернских ведомостях" печатались статьи участников кружка М.В. Загоскина, А.П. Юрьева и др.

Члены кружка вели борьбу за создание женской гимназии и Сибирского университета, открытие воскресных школ. Так, Балаганский земский исправник В.П. Калинин способствовал открытию воскресных школ и приходских училищ в уезде. Учителя Ф.К. Геек, Н.П. Косыгин и П.И. Полынцев открыли в Иркутске частный пансион, в котором, как некогда в знаменитой казематской школе декабристов в Петровском Заводе, кроме общеобразовательных предметов обучали и ремеслам.

Иркутский кружок был связан с лондонским революционным центром через воспитанника декабристов Н.А. Белоголового. Хотя эти контакты хранились в тайне, о них стало известно администрации, на II.А. Белоголового как на корреспондента А. И. Герцена из Иркутска был отправлен донос в Третье отделение, в результате чего над ним был установлен надзор. К числу подозрительных лиц был причислен и А.А. Белоголовый.

Несмотря на свою " неблагонадежность" в глазах властей, Белоголовым и членам их кружка удалось добиться многого в сплочении передовых сил сибирской общественности. Сам Н.А. Белоголовый был одним из организаторов и активных участников создания Общества врачей Восточной Сибири. Его друзья Ф.К. Геек, Н.П. Косыгин и П.И. Полынцев выступают с инициативой объединения учителей города и даже организуют в своем пансионе учительские собрания, на которых обсуждают проблемы " священного дела воспитания и образования".

С этой же целью была использована и подготовка к проведению городской реформы. В 1862 году Н.А. Белоголовый пишет из-за границы: " По всем городам начнутся теперь совещания о переделке градских дум... наступило время действовать... Мне кажется, теперь надо, прежде всего, формироваться в дружную большую партию, осмыслить хорошенько свои желания и для этого - сбираться почаще кружком - и затем выступить на общем совещании дружно и массой с самой широкой программой о полной самостоятельности думы и ограничении власти центральной".

Именно такие требования были выдвинуты членами кружка А.А. Белоголовым и М.В. Загоскиным, избранными депутатами Иркутской Комиссии по подготовке нового городского уложения. Однако провести через комиссию свое предложение по вопросу о реформе городских учреждений им не удалось, поэтому А.А. Белоголовый и М. В, Загоскин выступили с особым мнением, в котором доказывали, что по предлагаемой правительством и одобренной большинством Комиссии программе вся власть в городе и в Думе окажется в руках группы влиятельных лиц, которые и будут бесконтрольно распоряжаться делами города. " Какое же средство имеет общество остановить действия этих лиц, когда они примут характер вредный для общества? Никакого. У нас нет для этого ни достаточно развитого общественного мнения, ни печатной гласности. Остается один путь административный, как показывает опыт, путь малонадежный". А.А. Белоголовый и М.В. Загоскин предложили заменить городскую Думу общим собранием граждан города, в котором решающую роль играло бы мнение наиболее многочисленного сословия - мещан и цеховых, что, как они считали, было бы более справедливо, чем выборы равного числа гласных от каждого сословия.

По другим поставленным ими вопросам удалось добиться большего. Иркутская Комиссия потребовала самостоятельности городской Думы и независимости ее от администрации, резко высказавшись против существовавшей системы мелочной опеки над городским обществом, выступила против имущественного ценза и заявила, что " основанием для выбора... должны быть умственные и нравственные качества избираемых.", а также предложила оплачивать службу по выборам необеспеченных чиновников и мещан.

На примере деятельности иркутского кружка Белоголовых, таким образом, мы видим отдаленные результаты влияния декабристов, живую связь поколений. Участие воспитанников декабристов в общественной жизни Сибири еще раз подтверждает то, что дело декабристов не пропало. И в далекой Сибири, в ссылке и изгнании они продолжали свою борьбу, способствуя пробуждению разночинцев, формированию оппозиционных элементов русского общества.


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.01 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал