Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 9. Проходили месяцы, но Джесс по-прежнему была в коме, что крайне удручало Пет, хотя все остальное, казалось






 

Проходили месяцы, но Джесс по-прежнему была в коме, что крайне удручало Пет, хотя все остальное, казалось, наладилось.

Люк почти год ездил в Калифорнию, а потом обосновался в Нью-Йорке. За свою компанию он получил почти сто миллионов долларов. Эти деньги и те, что достались ему в наследство, он вложил в фонд, финансирующий различные проекты, начиная от спасения амазонских лесов до строительства больниц в странах Африки. Люк часто путешествовал, но, возвращаясь домой, проводил все время с Пет.

«Тезори – Нью-Йорк» процветал. Пет была все так же увлечена работой, но Люк больше не осуждал ее за то, что она служит привилегированному меньшинству. Чтобы предотвратить размолвки, Пет помещала большую часть своего жалованья в различные благотворительные фонды.

Когда прибыль стала расти, Пет предложила расширить американский филиал «Тезори», но этому неожиданно воспротивился Антонио Скаппа.

– Ты и так слишком занята, – сказал он ей по телефону и категорически отказался открывать новые магазины в Чикаго, Беверли-Хиллз или Нью-Йорке.

Это очень удивило Пет, поскольку в Европе сеть «Тезори» расширялась и сам Скаппа не раз говорил ей, что хочет стать первым в своем деле. «Дай мне волю, – думала Пет, – и я уничтожила бы конкурентов по эту сторону Атлантики». Со временем ее недоумение сменилось гневом. Достигнув успеха, она считала, что заслужила право определять стратегию развития филиала. Несколько раз Пет звонила в Женеву и предлагала Скаппе встретиться, но он ссылался на занятость. Этот человек явно избегал ее.

Пет была разочарована и неудачными поисками драгоценностей Ла Коломбы. Вначале, правда, все выглядело не так удручающе. Пет поручила частному детективу отыскать следы Фармера. Проштудировав тюремные записи, детектив обнаружил, что одним из свидетелей по делу Джеральда Фармера выступал его сын Джон. Это же имя значилось в списках посетителей тюрьмы. После смерти отца Джон забрал останки и собирался перевезти их на родину, в Амстердам.

Узнав об этом, Пет поехала к деду в надежде, что он вспомнит таинственного мистера Фармера.

– Он изготовил половину бутылочки, дед, и сделал это блестяще. Должно быть, этот человек отличался недюжинным талантом и был известен в своем деле.

Но Джозеф покачал головой:

– Прости меня, Пет, но я не помню никого с такой фамилией, по крайней мере в Роттердаме.

– Фармер родом из Амстердама. Перед войной было немного таких, как он. Наверняка коллеги помнят его… – Восьмидесятилетний Джозеф не жаловался на здоровье, но вот память стала слабеть. – Подумай. Может, один из твоих друзей…

– Бесполезно, Пет. Ты сама сказала, что имя, возможно, вымышленное. Джеральд Фармер – не голландское имя. Твой лорд мог не расслышать, или это была английская версия голландской фамилии, например, Фермер, Фроммер, Ферне… – таких имен дюжины в Голландии.

Пет сразу же послала детектива в Голландию, но тот ничего не нашел.

Фернандо де Моратина судили зимой. Обвинение было построено на свидетельствах о том, что муж Джесс втайне закупал инсулин. Кроме того, он сообщил дюжине своих беспутных собутыльников, что скоро унаследует деньги жены. И Пет, и Люк выступали свидетелями обвинения. Люк сообщил о словах Фернандо в день свадьбы, а Пет рассказала, что Джесс узнала о беременности всего за несколько недель до покушения на убийство. По мнению прокурора, Фернандо испугался, что ребенок уменьшит его шансы на получение денег. Фернандо осудили на восемь лет.

Вернувшись домой после суда, Пет подошла к небольшому сейфу в стене.

Люк сидел в гостиной, когда она положила на стол свою половинку флакона. Он впервые увидел эту реликвию.

– Так вот эта маленькая часть головоломки, которая заставляет тебя столько лет надеяться и искать! Красивая.

– Красивая, но незаконченная. Как и моя жизнь сейчас. – Пет села рядом с Люком.

– Такова жизнь. Не все заканчивается как в сказках. Тебе придется привыкнуть к этому.

– Не могу. Думая о недостающей половинке и вспоминая, что ее украли у меня… у моего отца, я понимаю, что вместе с ней у меня похитили покой и веру. Справедливость не восторжествует, пока я не найду виновного и не заставлю его вернуть то, что он взял.

– Это было так давно, Пет. Скорее всего твой дядя Витторио мертв, а драгоценности разошлись по рукам.

– Нет. Я знаю, что это не так.

– Знаешь? – удивился Люк. – Откуда?

– Я чувствую это. – Пет прижала руку к сердцу.

– Пет… пока есть возможность найти след, надо пытаться. Но это слишком похоже на наваждение. Однако навязчивые мысли очень опасны.

Пет улыбнулась.

– Не волнуйся. Сегодня меня осенила блестящая идея. Я подманю синьора д'Анжели, как бы далеко он ни находился. – Пет взяла половинку флакона. – Я перестану прятаться. Завтра принесу эту вещь в магазин и выставлю на самом видном месте… – Охваченная возбуждением, Пет встала и начала ходить по комнате. – Я представлю историю моей семьи как часть экспозиции и предложу вознаграждение за информацию – миллион долларов или даже два. Поднимется шум, его подхватят газеты во всем мире. А ведь рассказ о Ла Коломбе вполне соответствует общей идее моего магазина. Это история о поисках сокровищ. – Она взглянула на Люка. – А как ты думаешь?

– Ты права, шумиха вдвое увеличит приток клиентов. Но боюсь, ты не справишься с наваждением. – Он поднялся и взял Пет за руку. – Мы должны пожениться. Пет, и завести детей. Для меня это и есть истинное сокровище.

– Если это предложение руки и сердца, я согласна.

– Я рад. Но боюсь, как бы ты не бросила меня у алтаря, внезапно решив проследить еще один путь к радуге.

– Но ведь перед свадьбой мы объявим о помолвке, поэтому у меня останется немного времени до нашей встречи у алтаря. Если я не найду свой «горшочек с золотом», то навсегда откажусь от поисков.

– Я не люблю, когда помолвки затягиваются, – заметил Люк.

– Мы уже и так ждали слишком долго. Как насчет… трех месяцев?

– Идет.

Люк поцеловал ее, и через мгновение они забыли обо всем на свете.

Утром Пет взяла флакон для духов на работу.

Она собрала дизайнеров по интерьерам и оформителей витрин, помогавших ей создать знаменитую атмосферу «Тезори». Когда они расселись за столом, Пет сказала:

– Мне нужна самая сногсшибательная идея, которая подчеркнет значимость уникального сокровища, не похожего на то, что мы раньше видели.

– И что же это? – Все с любопытством поглядывали на вельветовый мешочек, лежащий перед Пет.

Она показала собравшимся верхнюю половинку флакона. Фил Ростон, старший дизайнер, сказал:

– Вещица восхитительна, Пет, но для чего она использовалась? Это… заколка… медальон?

– На данный момент ее нельзя использовать, – ответила Пет, – потому что отсутствует другая половинка.

– Трудно продать незаконченную вещь, – заметил один из художников.

– На этот раз я не продаю, а покупаю, – улыбнулась Пет.

Она рассказала им о сокровище и своих надеждах на то, что оно привлечет в магазин новых покупателей. – Мне нужна самая лучшая экспозиция, – закончила Пет. – Я хочу, чтобы как можно больше людей увидели флакон и узнали его историю. Их нужно уведомить и о том, что они получат небольшое состояние, если сообщат мне необходимую информацию.

– Почему бы вам не отдать эту историю в газеты? – спросила Пет молодая помощница.

– Это не должно стать сенсацией-однодневкой. Пусть моя половина флакона находится там, где постоянно толпятся люди. Тогда об этом напишут во всем мире.

– Трудное задание, Пет.

– Помните о вознаграждении. Я дам два миллиона долларов любому, кто сообщит мне сведения о второй половинке и позволит выйти на след Витторио д'Анжели. Подготовьте витрину к следующей неделе.

Вернувшись в свой офис, Пет положила половинку флакона в сейф.

– Тебе звонил дедушка, – сообщила Лотти. – Похоже, что-то срочное.

– Джозеф не заболел? – встревожилась Пет.

– Не думаю. Он просто был очень возбужден. Я сказала, что ты на совещании, а он ответил, что выезжает немедленно.

Это удивило Пет. Джозеф жил так же неторопливо, как обрабатывал камни. Он проводил утро за чтением газет, а день – в голландском клубе.

Пет вдруг подумала, что он нашел след Фармера, узнал что-то от друзей.

– Пусть сразу пройдет ко мне, – попросила она. Лотти холодно известила Пет, что второй звонок был от миссис Иверес.

– Тебе придется когда-нибудь простить Андреа, Лотти. Она очень изменилась с тех пор, как была твоей начальницей.

– Она никогда не была моей начальницей, – сухо возразила Лотти.

Пет позвонила Андреа:

– Мне хотелось бы встретиться, Пет, и обсудить одно деловое предложение.

Андреа сказала, что заглянет к Пет в конце недели.

Не успела Пет повесить трубку, как в офис вошел Джозеф. Он был явно взволнован: его голубые глаза горели, а щеки покрывал неровный румянец.

– Что случилось, дед? Я очень встревожилась, услышав, что ты хочешь немедленно увидеться со мной.

– К кому же еще мне обратиться в случае необходимости?

– Необходимости?

– Я должен срочно купить кольцо с бриллиантом.

Это не имело отношения к Фармеру. Но зачем Джозефу кольцо?

– Дед, разве бриллианты покупают в спешке? Сядь, отдышись и объясни, что случилось.

– Я не хочу сидеть. В моем возрасте нельзя терять ни минуты, когда хочешь жениться.

– Жениться? Ты шутишь?

– Ничуть! Неужели я похож на шутника?

– Сядь, – попросила Пет. – Я должна прийти в себя. Джозеф устроился в кресле.

– Все очень просто, – сказал он так терпеливо, что Пет снова почувствовала себя шестилетним ребенком. – Я познакомился с одной женщиной, вдовой по имени Мэри Стоун. После смерти ее мужа мы проводили много времени вместе, а вчера вечером я попросил ее выйти за меня замуж. Утром она согласилась. И вот я здесь… чтобы купить кольцо.

– Дед… ты серьезно? Ну ведь это важный шаг… Джозеф рассмеялся:

– Конечно. Полагаешь, мне стоит подождать и подумать?

Пет развела руками:

– Но… мы с этой женщиной никогда не встречались…

– Я не спрашиваю твоего разрешения, Пет. И Мэри не станет просить у тебя моей руки.

– Нет, я имела в виду…

– Вы обязательно познакомитесь, – заверил внучку Джозеф. – Но она собирается на неделю в гости к сестре, в Огайо. Подумав об этом, я понял, как сильно ее люблю. И решил купить кольцо до ее отъезда, потому что Мэри будет приятно показать его своим родным.

Пет покачала головой.

– Ты знаешь, я всю жизнь был таким рассудительным. – Джозеф пожал плечами. – Может, стоило меньше думать. Поможешь мне, малышка? Я хочу купить своей невесте самое красивое кольцо в мире, но нужна скидка…

– Ты получишь самую большую, дед. Выбери, что тебе нравится, и заплати мне доллар – просто на счастье.

Джозеф начал было спорить, но Пет настояла на своем.

– Ты такая хитрая лиса, – заметила она. – Все это время я думала, что ты ходишь в голландский клуб…

– Но так оно и было! Там мы и встретились с миссис Стоун. Она и ее покойный муж часто туда заходили. Они голландцы.

– Мэри Стоун – не голландское имя.

– На самом деле ее зовут Марика ван Стин. Но когда они с мужем приехали сюда, им приходилось заполнять множество документов, а американцы не могли выговорить правильно Марика или Джуп. Поэтому они стали Мэри и Джо. А так как они хотели начать новую жизнь, то и фамилию сделали американской. Стин по-голландски означает «камень», а Стоун – по-английски. Ладно, пойду поищу кольцо.

Пет вдруг подскочила как ошпаренная и выбежала из комнаты.

Джозеф склонился над витриной со скромными двухкаратными камнями, когда к нему подбежала внучка.

– А что будет с Фармером, дед? Он удивленно посмотрел на нее.

– Ты сказал Стин стал Стоуном, – объяснила она. – А что с Фармером? Если голландец в Англии стал «фермером», то как его звали в Голландии?

Подумав, Джозеф дал ответ.

Они прибыли в Амстердам на следующий день.

Вначале Джозеф был категорически против этой поездки. По его мнению, глупо лететь через океан, чтобы искать новый ключ к загадке. Кроме того, слову «фермер» могли соответствовать несколько имен – Ландман, Берман, Кеутербер, Фоккер, Патчер или что-то в этом роде. Невозможно проверить всех.

– Мне будет намного легче, если ты поможешь с переводом, – сказала Пет. – Мы уедем на несколько дней, так что ты вернешься домой еще до того, как Мэри приедет из Огайо. Неужели тебе не хочется побывать на родине перед тем, как остепениться?

Джозеф уже почти согласился, но последнее замечание все испортило. Ему было тяжело вернуться туда, где он так много потерял.

Но Пет знала, что дед постоянно читает голландские газеты, посещает голландский клуб и, похоже, скучает по родине. В конце концов ей удалось уговорить его.

Как только они оказались в Голландии, Джозеф почувствовал себя дома. Он отказался снимать номер в большом трехзвездочном отеле, а выбрал маленький домик на одном из grachten – концентрических каналов, благодаря которым Амстердам называли «Северной Венецией». Как только они распаковали вещи, Джозеф сразу же потянул Пет в город. И хотя она сгорала от желания поскорее начать поиски, но все же уступила.

– Я ведь родился здесь, ты знаешь, – сказал Джозеф, когда они шли мимо королевского дворца на Дэме, – а переехал в Роттердам только после женитьбы на твоей бабке. Она хотела быть поближе к своей семье.

Он показал дом, где жил, свою школу и мастерскую, где впервые научился обрабатывать алмазы. Они послушали шарманку на углу, бросили несколько монет в банку шарманщика, а потом проехались на лодке по каналам.

– А сейчас, – сказал Джозеф, когда они причалили, – прежде чем мы отправимся искать мистера Фармера, ты должна поесть poffertjes.

Он завел ее в весело раскрашенное здание, и вскоре перед ними появились тарелки с маленькими оладьями, пропитанными расплавленным сахаром и посыпанными сахарной пудрой.

Джозеф с удовлетворенным вздохом отставил пустую тарелку.

– Если ты закончила, то приступим к тому, ради чего приехали сюда.

Джозеф составил список слов, означающих «фермер». Имя сына фальшивомонетчика по-английски звучало как Джон, значит, в Голландии он Ян или Иоханнес.

Через час центральная телефонная станция сообщила им номера.

Пет уже обзвонила человек тридцать, прежде чем набрала номер Яна Берсмы, владельца картинной галереи.

– Да, я говорю по-английски, – сказал он, когда Пет представилась. Она объяснила причину своего звонка. Последовала короткая пауза, а потом Берсма признался, что Джеральд Фармер – его отец, и согласился встретиться с Джозефом и Пет.

Галерея Берсмы занимала первый этаж огромного старого здания, выходящего на Херенграхт – один из самых красивых каналов. Владелец, невысокий лысеющий мужчина пятидесяти лет, открыл дверь и провел приезжих в заднюю часть треугольного помещения, где висели абстрактные работы молодых неизвестных голландских художников.

– Менхер Берсма, я знаю, что ваш отец был прекрасным мастером, – проговорила Пет.

– Лучшим. Не было камня, который он не мог обработать. Мой отец знал все об искусстве ювелира. Но, занявшись подделкой денег, потерпел неудачу. – Берсма покачал головой. – Он не был искусным гравером.

Пет вытащила из сумки вельветовый мешочек и показала Берсме половинку флакона Ла Коломбы.

– Мог ли он сделать нечто подобное?

– Это его работа, – сказал голландец, – или по крайней мере он сделал точную копию этой вещи.

– Вы уверены? – спросил Джозеф.

– Разумеется. – Оглядев половинку флакона, Берсма вернул ее Пет. – Такую вещь нельзя забыть. Мне было одиннадцать, когда он начал работу, а всего он корпел над ней почти два года.

– Пожалуйста, это крайне важно. – Пет подалась вперед. – Вы помните человека, который заказал ему эту подделку?

– Да. Он был здесь несколько раз. Этот человек мне не нравился – очень грубый, с плохим характером. Но отец тогда не мог найти другой работы.

– Een collaborateur, – с презрением сказал Джозеф.

– Да, он был коллаборационистом, – согласился Берсма, – но искренне верил, что нацисты несут Голландии добро. А потом ему пришлось работать на того человека.

– Как его звали? – быстро спросила Пет. Берсма задумался.

Я никогда не слышал его имени. Мой отец называл его «итальянец».

Пет уже не сомневалась, что это был Витторио.

– Пожалуйста, подумайте как следует, менхер.

Берсма покачал головой:

– Извините.

– А куда он отвез флакончик? – осведомился Джозеф.

– Он был доставлен в Лугано, в Швейцарии. Я помню, потому что мне пришлось ехать на поезде вместе с отцом. В те дни это было довольно опасно. А из Лугано мы отправились в Женеву, в банк. Потом вернулись домой и через месяц уехали в Англию.

Больше Ян Берсма ничего не знал.

Уже стемнело, когда они вышли из галереи и Джозеф отвел Пет на ужин в кафе «Амстердам», где в свое время известная шпионка Мата Хари праздновала свою свадьбу. Но Пет было не до веселья.

– Это конец, дед. – Она с силой сжала бокал. – Он слишком хорошо замел следы. Я могу поехать в Лугано, но ничего там не найду.

– Хотел бы я сказать, что ты ошибаешься, но увы…

Когда Пет приступила к десерту, Джозеф сказал, что ему надо позвонить, и отсутствовал довольно долго. Пет подумала, что он звонит Мэри, так неожиданно скрасившей его жизнь.

Джозеф вернулся, широко улыбаясь.

– Завтра мы будем дома, дед, если ты так скучаешь по своей невесте. Нет причин оставаться здесь.

– Для тебя нет, – возразил Джозеф. – Я отвезу тебя в аэропорт.

– Меня?..

– Пет, я не поеду в Нью-Йорк. Сейчас, вернувшись на родину, я понял, как скучал по ней.

– А как же Мэри?

– Я позвонил ей. Она завтра же летит сюда. – Джозеф просиял. – Я хочу быть рядом с ней, когда она поймет, что мы принадлежим этой стране.

– Принадлежите? Ты хочешь остаться здесь?

– Да. Ведь хорошо жить там, где знают, как правильно произнести имя моей жены – Марика. Тебе не кажется, что это намного поэтичнее, чем Мэри?

Пет расхохоталась:

– Ты замечательный человек, дед!

– Я весьма романтичен, не так ли? Не случайно говорят, что жизнь начинается в восемьдесят.

Вернувшись в Нью-Йорк, Пет поняла, что драгоценности Ла Коломбы впервые не кажутся ей такими важными.

«Возможно, – подумала она, – стоит сказать Люку, что можно сократить срок помолвки».

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.017 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал