Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Развитие энергии






Когда мы вышли за ворота монастыря, я заметил коричневый, прослуживший уже лет десять джип с крытымверхом, стоявший у обочины дороги. Подойдя поближе, мы обнаружили, что он буквально ломится от каких-то ящиков, коробок с сухой провизией, спальных мешков и тяжелых курток. Над задним бампером красовалось несколько запасных бензобаков.

— Откуда же все эти припасы? — удивленно спросил я.

Инь обернулся ко мне:

— Мы очень давно готовились к этой поездке.

От монастыря ламы Ридждэна Инь повернул на север, но уже через несколько миль джип свернул с широкой, мощенной гравием дороги на узкую тропинку, едва заметную между камнями. Мы проехали еще несколько миль, не проронив ни слова.

Правду сказать, я толком и не знал, о чем говорить Я согласился отправиться в эту поездку исключительно из-за слов ламы и в знак благодарности за все, что когда-то сделал для меня Уил. Но теперь во мне начал просыпаться страх. Я попытался отбросить опасения и сосредоточить все свое внимание на том, о чем говорил со мной лама Ридждэн. Что он имел в виду, говоря об умении управлять энергией своих надежд?

Я перевел взгляд на Иня. Он, как нарочно, неотрывно смотрел вперед, на дорогу.

— Куда же мы едем? — наконец спросил я. Даже не взглянув в мою сторону, Инь отвечал:

— Это самый короткий путь на шоссе Дружбы. Нам надо держать курс на юго-восток, к Тенгри, что неподалеку от Эвереста. Дорога туда займет, пожалуй, весь день. Нам придется миновать перевалы.

— А там не опасно? Инь посмотрел на меня:

— Мы будем очень осторожны. Нам нужно встретиться с мистером Ханем.

— А кто это?

— Ему известно очень многое о Первой ступени развития молитвенной энергии, которую вам предстоит освоить. Родом он из Таиланда, человек весьма образованный.

Я кивнул и оглянулся.

— Я не вполне понимаю, что означают эти ступени развития. Что это такое?

— Вам известно, что у вас есть энергетическое поле, верно? Точнее, поле молитвы, постоянно излучаемое вами.

— Ну, допустим.

— А знаете ли вы, что это поле оказывает влияние «а окружающий мир и на все происходящее в нем? Вы, наверное, знаете, что такое поле бывает либо небольшим и слабым, либо обширным и сильным.

— Да, догадываюсь.

— Так вот, существуют надежные и проверенные способы совершенствования энергетического поля, позволяющие человеку развивать свои творческие и прочие потенции. Легенды утверждают, что со временем все люди научатся управлять своей энергетикой. Но вы должны научиться этому уже сейчас, если, конечно, хотите попасть в Шамбалу и встретиться с Уилом.

— А ты уже сумел развить их? — спросил я. Инь вздрогнул.

— Я бы не сказал.

Я смерил его взглядом. Да, ничего не скажешь. Так как же я могу рассчитывать овладеть этой практикой, если даже Иню это оказалось не по силам?

Мы проехали еще несколько часов, не проронив ни слова и подкрепившись на ходу орехами и овощами. Останавливались мы всего раз, чтобы заправить джип бензином. Когда уже совсем стемнело, мы проехали через перевал Тенгри.

— Мы должны здесь быть особенно осторожными, — произнес Инь. — Мы находимся недалеко от монастыря Ронгпху и лагеря у подножия Эвереста, и здесь могут дежурить китайские солдаты, обыскивающие туристов и альпинистов. Зато мы сможем полюбоваться сказочной панорамой северной стороны Эвереста.

Через несколько поворотов джип доставил нас в квартал старых деревянных домиков. Среди них был и невзрачный дом из необожженного кирпича.

Двор перед жилищем Ханя был на удивление чистым; его украшали клумбы и небольшой сад камней. Как только мы подъехали, на крыльцо вышел высокий мужчина в красочном, украшенном ручной вышивкой одеянии. На вид ему, пожалуй, было уже за шестьдесят, но двигался он на удивление легко и быстро. Голова у него была обрита наголо.

Когда он обернулся в нашу сторону, Инь помахал ему рукой. Узнав Иня, мужчина так и расплылся в улыбке и направился к нам. Мы тем временем вышли из джипа.

Хозяин перекинулся с Инем парой слов по-тибетски. Затем Инь, указав на меня, произнес:

— Это наш американский друг.

Я назвал Ханю свое имя; в ответ он слегка поклонился и пожал мою руку.

— Добро пожаловать, — произнес он. — Милости прошу в дом.

Повернувшись, Хань вошел в дом, а Инь тем временем вернулся к джипу и достал свой пакет.

— Я захвачу и вашу сумку, — сказал он.

Внутреннее убранства дома оказалось скромным. Выделялись лишь красочные тибетские картины и ковры. Мы прошли в небольшую гостиную, из которой было видно большинство остальных комнат. Слева от меня находились крохотная кухня и спальня, справа была еще одна комната, напоминающая своего рода кабинет. В центре этой комнаты стоял несколько необычный массажный стол, а вдоль стены — шкафы и комоды. В углу виднелась раковина.

Инь сказал Ханю еще несколько слов по-тибетски, и я услышал, как он упоминает мое имя. Хань с живостью поклонился. Затем он посмотрел на меня и глубоко вздохнул.

— Вас мучает страх, — проговорил Хань, пристально глядя на меня.

— Только без насмешек, — возразил я. Хань пропустил мой сарказм мимо ушей.

— Нам надо что-то с этим делать, если, конечно, вы хотите продолжить свое путешествие.

Он обошел вокруг меня, внимательно изучая мое тело.

— Обитатели Шамбалы, — начал он, — живут совершенно по-иному, чем большинство обычных людей. Они достигли всего. На протяжении тысячелетий между уровнем энергетики простых смертных и энергетикой обитателей Шамбалы зияла пропасть. Однако в последнее время благодаря эволюции человечества и развитию его сознания пропасть между ними заметно уменьшилась, но она еще достаточно велика.

Пока Хань говорил это, я посмотрел на Иня. Казалось, он нервничал не меньше меня. Тем временем Хань тоже заметил это.

— Инь так же боится, как и вы, — проговорил он. — Но он сознает, что этот страх необходимо преодолеть. А вот относительно вас я не могу сказать, что вы сознаете это. Вам необходимо начать действовать и мыслить так, как поступают обитатели Шамбалы. Вы должны сначала развивать, а затем стабилизировать свою энергетику.

Хань замолк и сосредоточил все внимание на осмотре моего тела. Затем он улыбнулся.

— Вы бывали в разных переделках, — сказал он. — По-видимому, вы человек сильный.

— Может быть, я не вполне верно понимаю сущность энергии, — возразил я.

— Да нет, прекрасно понимаете. — Хань широко улыбнулся. — Просто вам не хочется менять привычный образ жизни. Вас увлекают всевозможные мысли и идеи, и вы бессознательно следуете по более или менее знакомому пути.

Наша беседа явно клонилась совсем не туда, куда мне хотелось, и страх во мне уступил место раздражению.

Я по-прежнему стоял, а Хань обошел вокруг меня еще несколько раз, с прежним вниманием изучая каждый дюйм моего тела.

— На что это вы так долго смотрите? — спросил я наконец.

— Если я хочу оценить чей-нибудь уровень энергетики, я прежде всего смотрю на его осанку, — важным тоном произнес Хань. — Ваша, кстати, в этом смысле совсем не плоха, но вам пришлось немало поработать над ней, не так ли?

Его вопрос попал в самую точку. В юности я очень вырос за один год и, как следствие этого, ужасно сутулился. Моя спина всегда была скрюченной и усталой. Мне удалось немного поправить положение, когда я начал заниматься по утрам гимнастикой йогов, принимая некоторые основные асанны.

— И все же энергия до сих пор распределяется в вашем теле недостаточно равномерно, — продолжал Хань.

— И вы определили это, всего лишь осмотрев меня? — спросил я.

— И осмотрев вас, и ощутив ваше поле. Мощь и уровень вашей энергетики оцениваются по степени вашего присутствия в комнате. Вам явно приходилось встречаться с человеком, привносящим с собой сильно выраженную харизму.

— Да, разумеется, — отвечал я, вспомнив черноволосого человека у бассейна в отеле в Катманду.

— Чем выше энергетика человека, тем ощутимее для других его присутствие. Часто эта энергия проявляется через посредство личности, эго; поначалу она кажется очень мощной, но затем быстро рассеивается. Но у некоторых наблюдается устойчивый, постоянно высокий уровень энергетики.

Я кивнул.

— Ваша открытость явно приносит вам пользу, — продолжал Хань. — Вы ведь уже испытывали прежде мистическую открытость, ощущали прилив Божественной энергии, не правда ли?

— Да, конечно, — отвечал я, вспомнив опыт состояния, испытанного мной на вершине в Перу. Он сразу же возник в моей памяти. Я едва держался на конце каната, меня чудом не убили перуанские солдаты, и тем не менее я вдруг почувствовал необычайное спокойствие, даже эйфорию и странную легкость. Тогда я впервые испытал то, что мистики различных религий называли состоянием преображения, просветления и т.п.

— Каким же образом энергия наполнила вас? — спросил Хань. — Как конкретно это произошло?

— Это было как волна умиротворенности, и все мои страхи куда-то исчезли.

— А как она двигалась?

Об этом я и сам, по правде сказать, никогда не задумывался, но теперь вдруг быстро вспомнил...

— Она поднялась по позвоночнику вверх и вышла из меня через макушку, оставив в теле ощущение легкости. Мне казалось, что я плыву. Затем возникло ощущение, будто кто-то тянет меня вверх за тонкую нить, идущую из моей макушки.

Хань понимающе кивнул, а затем посмотрел мне в глаза:

— И как долго это продолжалось?

— Очень недолго, ~ отвечал я. — Но я научился как бы дышать красотой, разлитой вокруг меня, чтобы заново испытать это чувство.

— Вашей технике, — проговорил Хань, — недостает умения вдыхать энергию и осознанно поддерживать ее на высоком уровне. Это и есть первая ступень, которой вам необходимо овладеть. Вы должны значительно расширить идущий через вас поток энергии. Делать это надо осторожно, следя за тем, чтобы прочие ваши действия и поступки не причинили вреда вашему энергетическому полю, когда вам удастся развить его.

На мгновение Хань сделал паузу.

— Вы меня понимаете? Всю оставшуюся жизнь вы будете обязаны поддерживать собственную энергетику на высоком уровне. Вы должны проявлять осмотрительность. — Он многозначительно поглядел на меня. — Вы должны жить как мудрец. А теперь давайте поедим.

Он исчез в кухне и вскоре вернулся с блюдом овощей, приправленных каким-то особым соусом. Он пригласил нас с Инем к столу, и разложил овощи в три небольшие мисочки. Вскоре мы поняли, что пища тоже была составной частью информации, которую Хань хотел передать нам.

Мы принялись за еду, а он тем временем продолжал:

— Но поддержание собственной энергетики на высоком уровне невозможно, если мы подкрепляемся лишь мертвой материей, например пищей.

Я только посмотрел на него и отвернулся. Если нам предстоит выслушать нечто вроде лекции о диете, то это мне скоро надоест.

Мое поведение ужасно рассердило Ханя.

— Вы что, с ума сошли? — почти закричал он. — Да ведь от этих знаний зависит сама ваша жизнь, а вы не желаете хоть немного познакомиться с ними. Вы что думаете? Неужели вы считаете, что можно жить как попало и при этом совершать великие деяния?

Немного успокоившись, он как-то искоса взглянул на меня. Я понял, что его гнев был вполне искренним и в то же время являл собой одно из звеньев его учения. У меня сложилось впечатление, что он стремится дать мне информацию одновременно на нескольких уровнях. Взглянув на него, я не смог сдержать улыбки. Хань явно был мне симпатичен.

В ответ он тоже улыбнулся мне и коснулся моего плеча.

— Большинство людей, — продолжал он, — в юности преисполнены энергии и энтузиазма, но в зрелом возрасте начинают медленно соскальзывать вниз, делая вид, будто не замечают этого. С годами их друзья также замедляют темп жизни, уступая активную роль детям, а сами проводят все больше времени в покое, поглощая всевозможную вкусную пищу.

Постепенно у них начинают развиваться всевозможные недуги и хронические болезни, например, заболевания желудка или экземы и сыпи, которые они любят списывать на возраст. И вот однажды возникает серьезная болезнь, которая не проходит сама собой. Тогда они обращаются к врачу, но он уже не может предотвратить стресс, и они начинают принимать всевозможные лекарства, которые иногда помогают, а чаще — нет. А через несколько лет у них возникает недуг, который быстро прогрессирует, и они с ужасом понимают, что умирают. Им остается лишь одно утешение — мысль о том, что умирают все и что это неизбежно.

Самое страшное, что такой распад энергетического поля происходит даже с людьми, достигшими высокой духовности. — Хань слегка наклонился ко мне и обвел глазами комнату, словно проверяя, не подслушивает ли нас кто-нибудь. — Это относится даже к некоторым нашим особо уважаемым ламам...

Я хотел было засмеяться, но не посмел.

— Если мы стремимся достичь высокой энергии и в то же время поглощаем пищу, которая лишает нас этой энергии, — продолжал Хань, — мы ничего не добьемся. Мы должны строго оценивать любые энергии, которые впускаем в свое энергетическое поле, в особенности пищу. Надо отбирать лишь самое лучшее, помогающее укреплять наше поле. — Он опять наклонился ко мне. — Для большинства людей достичь этого очень трудно, так как мы привыкаем к нашей обычной пище, а она по большей части чрезвычайно ядовита.

Я отвернулся.

— Я понимаю, что информация, вызывающая наибольшие споры, связана именно с пищей, — продолжал он. — Но истина есть истина, и с ней ничего не поделаешь. Каждый из нас должен убедиться в этом, представив себе такую картину. Мы — существа духовного плана, пришедшие в этот мир для того, чтобы повысить свою энергетику. Однако большинство вещей, которые мы встречаем здесь, направлены на получение чисто чувственного удовольствия и наслаждения; они поглощают нашу энергию и толкают на путь физического распада. И если мы действительно признаем, что являемся существами духовного плана, мы должны идти узким путем, минуя все эти искушения.

Если вы посмотрите вспять на процесс эволюции, пройденной человечеством, вы увидите, что людям с самого начала приходилось знакомиться с пищей методом проб и ошибок, и все это затем, чтобы выяснить, какие виды пищи для нас полезны, а какие — смертельно опасны. Те, кто употреблял в пищу только что-то одно, выжили; те же, кто ел все без разбора, умирали. На том этапе истории человек понял, что для него пагубно, но лишь сегодня мы начинаем сознавать, какие именно виды пищи способствуют нашему долголетию и повышению энергетики, а какие вызывают преждевременное старение.

Хань сделал небольшую паузу, словно пытаясь выяснить, понимаю ли я его.

— Обитатели Шамбалы могут созерцать эту величественную картину, — продолжал он. — Они понимают, какова наша истинная сущность. Да, мы выглядим как сгусток материи, создания из плоти и крови, но на самом деле мы — атомы! Энергия в чистом виде! Кстати, этот факт подтверждает и ваша наука. Заглянув в недра атома, мы сначала видим частицы, а затем, еще глубже, частицы исчезают, и остается только поле чистой энергии, вибрирующей на определенном уровне. Если мы посмотрим с этой точки зрения на нашу пищу, мы убедимся, что все, чем мы наполняем желудки, влияет на уровень наших собственных вибраций. Одни виды пищи повышают нашу энергетику и уровень вибраций, другие заметно понижают. Простая истина, не правда ли?

Любые болезни — это результат снижения вибрационной энергетики. Когда наша энергетика падает до определенного уровня, силы природы, действующие в этом мире, начинают разрушать наши тела.

Он посмотрел на меня так, словно сообщил мне нечто потрясающее.

— Вы имеете в виду физическое разрушение? — спросил я.

— Именно. Представим себе такую картину. Когда кто-то умирает — все равно, собака, сбитая машиной, или человек, измученный долгой болезнью, — клетки его тела мгновенно перестают вибрировать и становятся активно кислотными по химическому составу. Кислотность эта служит для всевозможных микробов, бактерий, вирусов и грибков сигналом, что настало время уничтожить эти мертвые ткани. Такова их роль в материальной Вселенной. Они должны вернуть плоть земле.

Я уже говорил, — продолжал он, — что когда энергетика нашего тела снижается под воздействием вредной пищи, это делает нас уязвимыми для болезней. Вот как это происходит. Когда мы съедаем пищу, она участвует в обмене веществ и оставляет в нашем организме вредные отходы. Эти отходы по природе своей либо кислотные, либо щелочные, в зависимости от пищи. Если они щелочные, они быстро выводятся из организма, унося минимум энергии. Напротив, если эти отходы кислотные, кровеносной и лимфатической системам очень трудно избавиться от них, и они хранятся в органах и. тканях нашего тела как твердые вещества в форме кристаллов с низким уровнем вибрации, которые блокируют или даже подавляют ее на клеточном уровне. Чем больше в организме кислотных отходов и шлаков, тем выше кислотность, тканей, и происходит... Вам ясно? — Хань выразительно посмотрел на меня. — Появляются микробы того или иного вида, чувствуют кислоту и говорят: «О да, это тело уже готово к распаду!»

Понимаете? Дело в том, что когда какой-то организм умирает, его тело быстро превращается в кислотно-активную среду, и микробы быстро уничтожают его. Если в нашем теле образуются очаги кислотности, то есть отмирания, мы подвергаемся настоящей атаке со стороны микробов. Все наши болезни — следствия такой атаки.

Слова Ханя были исполнены особого смысла. Правда, несколько лет назад мне уже встречалась в Интернете любопытная информация о кислотно-щелочном балансе нашего тела. Более того, мне казалось, что на интуитивном уровне я уже знаю это.

— Вы хотите сказать, что пища, которую мы едим, — прямой путь к болезни? — спросил я.

— Именно. Вредная пища снижает у нас уровень вибраций до величины, при которой природные силы начинают возвращать наше тело земле.

— А как же быть с болезнями, которые вызваны отнюдь не микробами?

— Ошибаетесь. Все без исключения болезни — результат деятельности микробов. Это подтверждают и исследования ваших западных ученых. Как установлено, разнообразные микробы являются причиной поражения артерий при сердечно-сосудистых заболеваниях, а также источником образования метастазов при раке. Но помните, что микробы — всего лишь послушные исполнители. А истинной причиной недугов является пища, создающая кислотную среду. — Хань сделал небольшую паузу и продолжал: — Постарайтесь понять мои слова. В организме человека преобладают либо щелочи (и тогда наша энергетика высока), либо кислоты, служащие для микробов, живущих в нас или поблизости, сигналом о том, что наше тело пора разрушать. Болезнь, в сущности, это загнивание части нашего тела, ибо микробы при ее появлении получают сигнал о том, что мы уже мертвы.

Он опять многозначительно поглядел на меня.

— Извините, если я был излишне резок, — проговорил Хань. — Но дело в том, что у нас очень мало времени. Пища, которую мы едим, главным образом и обуславливает преобладание в нашем организме щелочей или кислот. Как правило, пища, оставляющая в нашем организме кислотные шлаки, — это тяжелая, переваренная и пережаренная пища, всевозможные сладости, например, мясо, мучное, макароны, спиртное, кофе и сладкие фрукты. Щелочная пища — более живая, зеленая и полезная, например, сырые овощи и соки из них, листовая зелень, побеги, а также такие плоды, как авокадо, помидоры, грейпфруты и лимоны. Она предельно проста. Мы — существа духовного плана, живущие в мире энергии и духа. Вы на Западе с детства привыкли считать, что жареное мясо и тушеная пища очень полезны. Но мы знаем, что именно они и создают среду для медленного разрушения организма и его преждевременной смерти.

Все смертельные болезни, бич рода человеческого, такие как артериосклероз, инсульт, артриты, СПИД и особенно рак, возникают в результате того, что мы сами отравляем свой организм, и это сигнализирует микробам, обитающим в нас, что мы готовы к распаду, утрате энергетики, наконец, смерти. Мы всегда удивляемся, почему это люди, сталкивающиеся с такими же микробами, никогда не болеют. Все дело в том, что в их организме образуется иная среда. Хорошо еще, что даже если вследствие повышенной кислотности наше тело начинает распадаться на клеточном уровне, мы можем исправить ситуацию, перейдя на щелочную пищу, повышающую нашу энергетику.

Хань замахал руками, а его глаза едва не вылезали из орбит.

— Да, что касается понимания принципов вибрации и высокой энергетики тела, надо признать, что мы живем в темные времена. Человек способен прожить лет сто пятьдесят и даже больше. Но мы питаемся пищей, очень быстро разрушающей наш организм. На каждом шагу мы встречаем людей, буквально разваливающихся у нас на глазах. Но это больше не должно продолжаться! — Он опять сделал небольшую паузу, чтобы перевести дух. — Это не тот путь, который приведет в Шамбалу.

Через некоторое время Хань опять огляделся и пристально посмотрел на меня.

— А вы должны попасть туда, — заключил он. — Легенды гласят, что человечество прежде осознает истинную ценность пищи и правила питания. Тогда, говорится в легендах, мы сможем обрести полную открытость для внутренних источников энергии, еще более усиливающих наши вибрации. — Он откинулся на спинку стула и испытующе посмотрел на меня. — Вы очень хорошо адаптировались к условиям тибетского высокогорья, но мне кажется, вам необходимо отдохнуть.

— Да, это было бы неплохо, — отвечал я. — Я порядком устал.

— Я тоже, — согласился Инь. — У нас был долгий и трудный день.

— Знайте, что вам предстоит увидеть сон, — сказал Хань, провожая меня в спальню.

— Увидеть сон? Хань обернулся:

— Да-да. На самом деле сил у вас куда больше, чем вы думаете.

В ответ я рассмеялся.

Внезапно проснувшись, я увидел, что солнце поднялось уже довольно высоко. А обещанного сна я так и не увидел. Надев ботинки, я вышел в соседнюю комнату.

Хань и Инь сидели за столом и о чем-то разговаривали.

— Ну, как вам спалось? — спросил Хань.

— Нормально, — отвечал я, присаживаясь на один из стульев. — Но никакого сна я что-то не помню.

— Это потому, что вы еще не обрели достаточно энергии, — отвечал он с легким раздражением. Затем он вновь пристально оглядел мое тело. Я понял, что он наблюдает за тем, как я сижу.

— Что это вы высматриваете? — спросил я.

— Что вы делали сегодня утром, как только проснулись? — вопросом на вопрос отвечал Хань.

Я поднялся со стула.

— А что, разве что-то не в порядке?

— Проснувшись, человек должен подняться и, прежде чем приниматься за что-либо, начать воспринимать энергию. — Хань встал, пошире раздвинув ноги и опустив руки на бедра. Затем он медленно сдвинул ноги и поднял руки. Его тело заметно вытянулось, и, поднявшись на цыпочки, он плотно прижал ладони к макушке.

Я прищурился. В его телодвижениях и жестах было что-то необычное, но я никак не мог понять — что именно. Казалось, он стремится скорее воспарить, чем напрячь свои мускулы Когда я опять сосредоточился, на лице появилась широкая улыбка. А через миг его фигура быстро и плавно направилась в мою сторону.

— Большинство людей просыпаются очень медленно, — проговорил Хань, — и, переваливаясь с ноги на ногу, плетутся выпить чашку кофе или чаю. По пути на работу они продолжают плестись нога за ногу, так что нагрузка падает на какую-то одну группу мышц. Это входит в привычку и, как я уже говорил, блокирует свободную циркуляцию энергии в нашем теле.

Вы должны следить за тем, чтобы каждая клеточка вашего тела была открыта для восприятия энергии отовсюду. Для этого каждое утро вы должны выполнять разминку для мышц, начиная от центра. — Хань указал на точку чуть ниже пупка. — Если вы научитесь концентрироваться на движении из этой точки, ваши мышцы будут чувствовать полную свободу и смогут достичь максимальной скоординированности. Это основной принцип всех боевых искусств, а также танцев. Вы можете придумать свои собственные, индивидуальные движения.

С этими словами он исполнил целую серию движений, которых я никогда прежде не видел. В общем они напоминали перемещение груза и вращения, характерные для тай-цзи. Но Хань явно выполнял свою собственную версию классических движений.

— Ваше тело, — продолжал, он, — должно научиться избавляться от преград, мешающих циркуляции энергии.

Он встал на одну ногу и, наклонившись, вытянул руку, словно нанося удар невидимой теннисной ракеткой, а его рука, пока он выполнял это упражнение, почти коснулась пола. Затем он повернулся на месте и встал на другую ногу. Мне опять не удалось заметить, как Хань перемещает центр тяжести, а он тем временем, казалось, витал над полом.

Я тряхнул головой и попытался сосредоточиться, но Хань внезапно остановился, словно фотограф запечатлел его движения на стоп-кадре. Это казалось совершенно невозможным. Затем он столь же внезапно направился ко мне.

— Как вы смогли это исполнить? — спросил я. Он отвечал:

— Я начал в медленном темпе, помня основной принцип. Если вы начнете движение из Центра, ожидая, что поток энергии хлынет в вас, ваши движения будут все более и более легкими. Разумеется, для того чтобы достичь совершенства, вам необходимо быть открытым для всех проявлений Божественной энергии, присутствующей в вас самих. — Он на мгновение остановился и взглянул на меня. — Кстати, а насколько ясно вы помните свое мистическое преображение?

Я опять вспомнил о Перу и том удивительном состоянии, испытанном мной на вершине горы.

— Мне кажется, очень хорошо.

— Прекрасно, — отозвался он. — Тогда пойдем. Инь как-то странно улыбнулся, и мы с ним вслед за Ханем вышли в небольшой садик и, поднявшись на несколько ступеней, оказались на площадке, поросшей бурой травой, среди которой виднелись большие валуны. Камни тут и там были изрезаны живописным» прожилками красных и коричневых слоев. Здесь Хань предложил мне повторить некоторые из тех упражнений, которые я только что наблюдал в его исполнении, а затем велел сесть прямо на землю и сам уселся справа от меня. Инь тоже сел позади нас. Утреннее солнце заливало вершины дальних гор теплым золотистым светом. Я как завороженный любовался этой дивной красотой.

— Наши легенды гласят, — начал Хань, — что открытость для более высоких уровней энергии представляет собой способность, которую со временем обретут все. Она начинается с осознания того, что такое состояние в принципе возможно. Затем мы переходим к пониманию всех факторов, влияющих на развитие и сохранение высокого уровня энергетики. — Он сделал небольшую паузу и вновь обратил на меня взгляд. — Итак, вы уже знакомы с основной техникой, но вам необходимо теперь раскрыть чувства. Как утверждают легенды, для начала вы должны успокоить сознание и как бы заново посмотреть на свое окружение. Большинство из нас редко обращают внимание на происходящее вокруг нас. Такие вещи служат нашему сознанию своего рода фоном, на котором оно раскрывается. Однако мы должны помнить, что все во Вселенной живет только благодаря духовной энергии и во всем присутствует частица Божественного. Поэтому мы должны сознательно стремиться к соединению с искрой Божественного, заложенной в нас самих.

Как вам известно, критерием нашей связи с этой энергией является наше чувство прекрасного. Всегда задавайте самому себе вопрос: «Красиво ли, прекрасно ли это?» Независимо от первого впечатления мы всегда сможем отыскать прекрасное во всем, если только захотим. Чем более прекрасным видится нам то или иное явление, тем больше Божественной энергии мы сможем получить от него.

Хань умолк, давая мне возможность внимательно окинуть взглядом окружающий пейзаж.

— Когда мы начнем укреплять эту связь, — продолжал он, — и ощутим в себе самих источник Божественной энергии, наше восприятие неизмеримо расширится. Мы как бы заново увидим окружающий мир, научимся любоваться его уникальными цветами и формами. Достигнув такого уровня восприятия, мы сможем вдыхать гораздо больше энергии.

Видите ли, на самом деле энергия, конечно, не исходит в -таких громадных количествах от окружающих вещей, хотя мы и можем получать ее непосредственно от растений или религиозных святынь. Сакральная энергия возникает в результате нашего соединения с Божественным началом, заложенным в нас. Буквально все вокруг нас, будь то творения природы или рук человеческих — цветы, камни, травы, горы, произведения искусства, — исполнено сказочной красоты и выходит за пределы восприятия обычного человека. Открываясь для этой Божественной энергии, мы тем самым повышаем уровень своих вибраций и способность восприятия, благодаря чему можем созерцать мир таким, каков он на самом деле. Вы меня понимаете? Человечество живет в мире сказочно прекрасных форм и красок. Небо, в сущности, уже снизошло на землю. Чтобы осознать и увидеть это, нам недостает лишь открытости для внутренней энергии.

Я с увлечением слушал Ханя. Теперь мне многое стало гораздо яснее, чем когда-либо прежде.

— Сконцентрируйтесь на красоте, — наставлял Хань, — и старайтесь дышать энергией, заложенной в вас самих.

Я сделал глубокий вдох.

— А теперь поглядите, насколько более прекрасным стал окружающий мир, — тоном наставника произнес Хань.

Я опять устремил взор на скалы и горы и, к величайшему моему изумлению, увидел далеко-далеко величественные очертания вершины. Да, это был Эверест. Почему же прежде я не замечал и не узнавал его?

— Да, да, посмотрите на Эверест, — сказал Хань.

Взглянув на великую гору, я заметил, что заснеженные уступы на ее склоне образуют как бы некие ступени, ведущие к вершине, напоминающей корону. Этот вид странно изменил мое восприятие, и высочайшая вершина мира внезапно показалась мне совсем близкой, почти частью меня. Казалось, стоит мне протянуть руку — и я прикоснусь к ней.

— Задержите дыхание, — произнес Хань. — От этого ваши вибрации и способность восприятия достигнут еще более высокого уровня. Все вдруг станет сияющим, словно начнет светиться изнутри.

Я опять сделал глубокий вдох и ощутил легкость. Моя спина как-то странно выпрямилась. Сам тому не веря, я ощутил точно такое же состояние, как тогда, на вершине горы в Перу.

Хань кивнул:

— Ваша способность воспринимать прекрасное — важнейший показатель того, что Божественная энергия втекает в вас. Важнейший, но не единственный, ибо существуют и другие.

У вас появится ощущение легкости, — продолжал Хань. — Энергия, которой вы переполнены, приподнимет вас, словно канат, тянувшийся вверх из вашей макушки, о котором вы упоминали. Вы сможете проявлять больше мудрости в оценках себя самого и своего предназначения. Вы будете получать интуитивные прозрения и сны о том, каким станет ваш следующий шаг.

Сделав некоторую паузу, Хань оценивающе оглядел мое тело. Я сидел теперь с какой-то странной легкостью.

— А теперь мы переходим к наиболее важной составляющей, — сказал он. — Вы должны научиться воспринимать энергию и привлекать ее поток к себе. Для этого вам следует воспользоваться силой своих ожиданий, силой молитвенной энергии.

Здесь опять прозвучало слово «ожидания». Но я никогда прежде не слышал его в таком контексте.

— Ожидания? Что же» должен делать? — спросил я, испытывая смущение, и сразу же ощутил отток энергии. Цвета и краски вокруг померкли.

Хань выпучил глаза и громко расхохотался. Несколько раз он пытался побороть смех, но упал на землю и начал кататься по ней, умирая со смеху. Он уже совсем было перестал, но, взглянув на меня, опять и опять начинал хохотать. Я услышал, что и Инь посмеивается за моей спиной.

Наконец Хань сделал несколько глубоких вдохов и немного успокоился.

— Прошу извинить меня, — едва выговорил он. — Но ваш вопрос был таким смешным. Вы действительно не верите, что обладаете недюжинной силой, не так ли?

— Не совсем так, — запротестовал я. — Я просто не вполне понимаю, что вы имеете в виду под словом «ожидания».

Хань только улыбнулся.

— Вы подумали, что это ожидания каких-то событий в жизни, не правда ли? Например, ожидание восхода солнца. Ожидание биения крови в жилах. Верно?

— Разумеется.

— Ну вот, а я просил вас всего лишь перевести эти ожидания в сознательный план. Это единственный способ сохранить и повысить уровень энергетики, которого выуже достигли. Вы должны научиться ожидать в своей жизни выхода на этот уровень энергетики, делая это добровольно и вполне осознанно. Это единственная возможность расширить молитвенное поле. Почему бы вам не попытаться еще раз?

Вместо ответа я слегка улыбнулся, и мы посвятили минут пять дыханию и поглощению энергии И когда мир опять предстал предо мной во всей своей красе, я кивнул Ханю.

— А теперь, — произнес он, — вы должны активно ожидать притока энергии, которая наполнит вас и начнет изливаться во всех направлениях. Представьте себе, как это происходит.

Как Хань и просил меня, я попытался сосредоточиться на собственной энергии.

— Энергия начнет изливаться? А как я узнаю, что это действительно происходит?

— Вы сразу же почувствуете это. А пока просто представьте себе этот поток.

Сделав глубокий вдох, я зримо представил себе поток энергии, втекающий в меня и изливающийся в окружающий мир во всех направлениях.

— Я все еще не уверен, насколько реально все происходящее, — проговорил я.

Хань в упор посмотрел на меня, и в его взгляде я заметил легкое беспокойство.

— Вы узнаете, что энергия изливается из вас. Вы же видите, что ваша энергетика высока, цвета и краски все так же ярки, и не можете не ощущать, что энергия заполняет вас, а затем изливается во все стороны.

— А как я почувствую это? — спросил я. Хань недоверчиво покосился на меня:

— Да вы сами прекрасно знаете ответ.

Вновь устремив взор на горные вершины, я наглядно представил себе поток энергии, изливающийся от меня к ним. Горы были все так же прекрасны и даже казались мне еще живописнее. Меня захлестнула волна глубоких эмоций, и я сразу вспомнил ощущения, пережитые мной в Перу.

Хань кивнул.

— Да, правда! — воскликнул я. — Главное мерило этого потока энергии — чувство любви.

На лице Ханя появилась широкая улыбка.

— Да, верно, любовь— то самое фоновое чувство, не покидающее вас, пока ваша молитвенная энергия изливается в мир, Вы должны сохранять это чувство любви ко всем и вся.

— Для обычных людей все это похоже на жуткий идеализм, — проговорил я.

Хань кашлянул.

— А я и не собирался учить вас тому, что составляет жизнь обычного человека. Я говорил вам, как достичь вершины эволюции. Я учил вас, как стать героем. А пока просто не забывайте о том, что вы должны активно ожидать, что поток Божественной энергии на более высокой ступени заполнит вас, словно чашу, и, перелившись через края, изольется обратно в мир. Утратив связь с источником энергии, вспомните это чувство любви. Попытайтесь сознательно вернуться к этому состоянию. — Его глаза вновь засверкали. — Ваши ожидания — ключ к достижению этого опыта. Вы должны представить себе, как это происходит, и уверить себя в том, что этот процесс будет доступен для вас в любых ситуациях. Это ожидание необходимо развивать и укреплять ежедневно.

Я понимающе кивнул.

— А теперь, — произнес Хань, — скажите мне, поняли ли вы суть процессов, о которых я рассказывал вам? — И прежде чем я успел ответить, он сказал: — Ключ к успеху — то, как вы просыпаетесь утром. Вот почему я отправил вас спать, чтобы узнать, как вы просыпаетесь поутру. Здесь необходима строгая дисциплина. Проснувшись, сразу же обратите свое тело к потоку энергии, как я уже показывал вам. Движения начинайте из центра, ощущая приток энергии. Ожидайте ее пополнения.

Питайтесь только живой пищей. Помимо всего прочего, это поможет воспринимать всем вашим существом внутреннюю Божественную энергию, присутствующую в вас. Каждый день выбирайте время, чтобы подпитаться этой энергией, а просыпаясь, сделайте движение навстречу ей. Представьте, что поток энергии заполняет вас, и почувствуйте, как он переливается через край и изливается в мир. Выполняя эти упражнения, вы проникнетесь учением Первой ступени. Вы сможете не просто произвольно воспринимать энергию, но сознательно развивать и поддерживать ее на высоком уровне.

Хань низко поклонился и, не говоря более ни слова, направился к своему дому. Мы с Инем последовали за ним. Войдя в дом, Хань стал собирать продукты и укладывать их в большую корзину.

— А как же насчет ворот? — спросил я Ханя Он внимательно посмотрел на меня.

— Да ведь их много, — отвечал он.

— Я хотел сказать, не знаете ли вы ворота, ведущие прямо в Шамбалу?

Лицо Ханя приняло строгое выражение:

— Вы познакомились лишь с Первой ступенью развития молитвенной энергии. Теперь вам надо научиться управлять энергией, исходящей от вас. А вы, к сожалению, очень своевольны и к тому же не избавились от страха и гнева. Вам необходимо преодолеть в себе эти наклонности, и лишь после этого вы сможете приблизиться к Шамбале.

Сказав это, Хань кивнул Иню и передал ему корзину, а затем вышел в другую комнату.

 

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.03 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал