Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Сказание об осуждении Карны






 

Глава 138

 

Дхритараштра сказал:

В окружении царевичей и советников, о Санджая, Сокрушитель Мадху, посадив Карну к себе на колесницу, выехал из (нашего города). Что сказал сыну Радхи тот губитель вражеских героев, когда они сидели на колеснице? Какие слова примирения говорил сыну возницы Говинда? Поведай мне, о Санджая, что (за речи) говорил он тогда Карне, мягкие или же суровые? Что же (сказал) Кришна, чей голос подобен рокоту густых облаков в период дождей?

 

Санджая сказал:

Внемли же мне, о потомок Бхараты! (Я буду излагать тебе) по порядку те мягкие и сладостные речи, принятые и согласные с законом, справедливые и благие, те берущие за сердце слова, которые сказал сыну Радхи неизмеримый душою Сокрушитель Мадху.1

 

Васудева сказал:

Ты, о Радхея, прислуживал многим брахманам, искушенным в Ведах. С сосредоточенным вниманием и чувством, свободным от зависти, ты (не раз) вопрошал их об истинной сущности вещей. Ты, поэтому, знаешь, о Карна, вечные речения вед. Ты ведь также хорошо сведущ во всех тонкостях предписаний закона. Существуют (две разновидности) сыновей: рожденный от девушки до ее замужества и зачатый ею во время брака. Их отцом люди, сведущие в гпастрах, называют того, кто стал супругом девушки.

 

Ты, о Карна, рожден именно так. Поэтому ты по закону считаешься сыном Панду! Приди и будешь ты царем согласно предписанию книг законов! Ибо со стороны отца тебе родственны сыновья Притхи, а со стороны матери — все вришни. Знай, что это две ветви твоего родства, о бык среди людей! Меж тем как ты сегодня вместе со мною едешь отсюда, о родимый мой, пусть пандавы узнают тебя как сына Кунти, рожденного раньше Юдхиштхиры. Пятеро братьев пандавов, и пятеро сыновей Драупади, и непобедимый сын Субхадры обнимут стопы твои. Цари все и царевичи, собравшиеся ради дела

 

Пандавы, все андхаки и вришни тоже припадут к стопам твоим. Пусть царственные жены и царевны принесут золотые, серебряные и глиняные сосуды (с водой), а также целебные травы, всевозможные семена, вьющиеся растения и драгоценные камни для твоего посвящения.

 

А на шестой срок Драупади также придет к тебе (как супруга твоя)!

Пусть сегодня тебя, восседающего на тигровой шкуре, помажут на царство дваждырожденные, признающие (непререкаемость) четырех вед, и домашний жрец паидавов. Также пятеро братьев пандавов, те быки среди людей, и пятеро сынов Драупади, также панчалы и чеди все, и я сам поставим тебя царем — властителем земли.

 

И пусть сын Кунти Юдхиштхира будет наследником престола, царствующим под твоим (скипетром). Пусть справедливый душою и твердый в обетах Юдхиштхира, сын Кунти, всходит вслед за тобой на колесницу, держа белое опахало. И когда ты будешь помазан на царство, о Каунтея, другой сын Кунти, могучий Бхимасена, будет держать широкий белый зонт над тобою.

 

Арджуна будет править твоей колесницей, увешанной сотней звенящих колокольцев, покрытой по бокам тигровыми шкурами и запряженной белыми конями. И Абхиманью постоянно будет находиться подле тебя. Затем Накула и Сахадева и те пятеро сынов Драупади, а также панчалы и Шикхандин, могучий воин на колеснице, будут ехать следом за тобою. И я тоже буду следовать за тобою, и все андхаки и вришни! В самом деле, все дашархи и дашарны составят твою свиту, о владыка народов!

 

Наслаждайся владычеством (над землею), о могучерукий, вместе с братьями пандавами, сопровождаемый чтением мантр, жертвенными возлияниями и различными обрядами, сулящими тебе счастье! Пусть впереди тебя шествуют дравиды вместе с кунталами, 6 андхры и талачары, чучупы и венупы. Пусть сказители и певцы восславят тебя сегодня хвалебными гимнами! И пусть возгласят пандавы: «Победа Васушене!». Окруженный партхами, словно месяц — звездами, управляй же царством ты, о Каунтея, радуя также и Кунти! И пусть радуются друзья твои и трепещут враги! Пусть сегодня же установится братский союз между тобой и твоими братьями пандавами!

Так гласит глава сто тридцать восьмая в Удйогапарве великой Махабхараты.

 

Глава 139

 

Карна сказал:

Несомненно, о Кешава, ты сказал (эти слова) из любви и привязанности ко мне, а также из дружбы и желания сделать для меня благо. Я знаю все это. Я — сын Панду по закону, равно и по предписанию книг законов, как и ты, о Кришна, сам считаешь. Еще девой (моя мать) зачала меня в своем чреве от (Бога) Солнца, о Джанардана! И по слову Адитьи9 она покинула меня, как только я родился. Именно так я был рожден, о Кришна! И поэтому я — сын Панду по закону. Однако я был покинут Кунти, ибо иначе не могло быть счастья (для нее).

 

Но меня увидел возница Адхиратха п и тут же принес к себе домой. И с большой сердечностью он передал меня Радхе (супруге своей), о Сокрушитель Мадху! И от ее любви ко мне у Радхи быстро проступило (из грудей) молоко. Она удалила с меня мочу и нечистоты, о Мадхава! Как же может кто-либо, подобный нам, сведущий в долге и всегда находящий удовольствие, слушая предписания законов, лишить ее жертвенной лепешки?

 

И так возница Адхиратха признает меня за сына, и я тоже из сердечной привязанности к нему всегда считаю его своим отцом. Ведь именно он, о Мадхава, с отцовской любовью велел совершить все обряды, связанные с рождением сына, по правилам, предусмотренным в шастрах, о Джанардана!

 

Это он побудил дваждырожденных дать мне имя Васушена (Рожденный с драгоценностями). А когда я вступил в юношеский возраст, он сам женил меня, (избрав мне) жен, о Кешава! От них родились у меня сыновья и внуки, О Джанардана! И к ним же привязано мое сердце, о Кришна, всеми узами любви и страсти! Ни ради всей Земли, ни за груды золота я не посмею, о Говинда, от радости или же из страха сказать неправду. Благодаря поддержке Дурьйодханы из рода Дхрита-раштры, о Кришна, я в течение тринадцати лет наслаждался царством, свободным от терний (на моем пути). Я совершил множество жертвоприношений, и всегда вместе с возницами-сутами. И все мои семейные и брачные обряды совершались совместно с сутами. Опираясь на меня, о Кришна, Дурьйодхана приступил к приготовлениям для вооруженной схватки, о отпрыск рода Вришни, и вызвал вражду с пандавами.

 

Ради этого, о Ачьюта, он, обрадовавшись, избрал меня как достойнейшего соперника Савьясачина, долженствующего выступить против него в поединке на колесницах в (предстоящей) битве. Ни из-за (угрозы) смерти или ввиду родственных уз, ни из страха или корысти, о Дханар-дана, не могу я проявить несправедливость по отношению к мудрому сыну Дхритараштры. Если я не выйду теперь на единоборство с Савья-сачином, то это принесет бесславие нам обоим, о Хришикеша, и мне, и Партхе!

 

Несомненно, о Сокрушитель Мадху, ты должен был мне это сказать ради моего блага. Но также несомненно, что и пандавы, послушные твоей воле, сделают все то, (что ты сказал). Однако ты все же должен хранить пока в тайне эту беседу нашу, о высочайший из людей! Ибо сохранение сейчас этой тайны, я полагаю, было бы для нашей пользы, о радующий всех ядавов! Если справедливый душою царь (Юдхиштхира), твердый в своих обетах, узнает, что я перворожденный сын Кунти, он никогда не примет царства. Но даже обретя это могучее и обширное царство, о Сокрушитель Мадху, я, конечно, передал бы его только Дурьйодхане, о усмиритель врагов! Пусть будет навеки царем справедливый душой Юдхиштхира, у которого предводитель — Хришикеша, а воин — Дхананджая.

 

Земля и царство должны принадлежать тому, у кого есть Бхима, могучий воин на колеснице, Накула и Сахадева и сыны Драупади, о Мадхава! (Они должны принадлежать тому, у кого союзники —) Уттамауджас и Юдхаманью из рода Сомака, преданный правде, правитель страны Чеди и Чекитана и Шикхандин непобедимый; братья кекайи, цветом кожи подобные насекомым индрагопака, и дядя Бхимасены по матери — Кунтибходжа, могучий воин на колеснице, внешностью своей напоминающий радугу, Сенаджит, могучий воин, сражающийся на колеснице, Шанкха, сын Вираты, и ты сам, о Джанар-дана, подобный (неиссякаемому) океану. Велико, о Кришна, это стечение кшатриев, вызванное (Юдхиштхирой)! Это блистательное царство, прославленное среди всех царей земли, (можно считать), уже выиграно (Юдхиштхирой)!

 

Сыну Дхритараштры, о отпрыск рода Вришни, предстоит совершить великое жертвоприношение оружию. При том жертвоприношении ты, о Джанардана, будешь верховным надзирателем. Обязанности жреца-адхварью в том жертвенном обряде также будут принадлежать тебе, о Кришна! А жрецом-хотри там будет Бибхатсу обезьяно-знаменный, облаченный в доспехи.

 

Его лук гандива будет жертвенным ковшом, а топленым маслом (для возлияний) будет доблесть воинов. (Различные) виды оружия айндра, пашупата, брахма и стхунакарна, о Мадхава, применяемые Савьясачином, будут там служить мантрами. Подражающий отцу своему в доблести или даже его превосходящий, сын его от Субхадры будет там усердно исполнять главные хвалебные гимны. А Бхима, чрезвычайно могучий, тот тигр среди мужей, издающий боевой клич в сражении и сокрушающий ряды (вражеских) слонов, будет там жрецом-удгатри и помощником его. А сам царь Юдхиштхира, справедливый душою, постоянно услаждаемый чтением молитв и возлияниями (священному огню), будет исполнять там обязанности жреца-брахмана.

 

Звуки раковин, барабанов и литавр и воинственные львиные рыки, громко раздающиеся вокруг, будут призывами к приглашению (на жертвенную тризну). Накула и Сахадева — те достославные сыны Мадри, оба преисполненные великой отваги, будут ловко убивать там жертвенных животных. Блестящие ряды боевых колесниц с разноцветными стягами, о Говинда, будут служить жертвенными столбами (для животных) в том жертвоприношении, о Джанардана!

 

Колючие, железные стрелы и дротики и стрелы с остриями, подобными телячьему зубу, будут служить жертвенными ложками, (коими разливают сок сомы). Копья же будут сосудами для солы, а луки— очистительными стебельками травы куша. Мечи будут служить глиняными чашами, а (отсеченные) головы — рисовой лепешкой, и кровь (воинов) будет топленым маслом, о Кришна, в том жертвоприношении. Пики и сверкающие булавы будут там поленьями (для поддержания жертвенного огня) и кольями (подпорками этих поленьев). А ученики Дроны и Крипы, сына Шарадвана, будут садасьями, (прислуживающими при жертвоприношении).

 

Стрелы, посылаемые Обладателем лука гандивы и (другими) могучими воинами на колесницах и выпускаемые также Дроной и сыном Дроны, будут служить там ковшом для разливания сомы и прочей утварью. Сатьяки же будет отправлять обязанности главного помощника жреца-адхварью. Там сын Дхритараштры будет посвящен (устроителем жертвоприношения), а обширное войско будет его супругой. Когда ночные жертвенные обряды, о могучерукий, будут закончены, там Гхатоткача могучий будет убивать (обреченные на заклание) жертвы. А доблестный Дхриштадьюмна, который родился из жертвенного огня, когда совершались священные обряды, о Кришна, будет олицетворять собою дары, (щедро раздаваемые) на том жертвоприношении.

 

Из-за тех слов жестоких, о Кришна, которые я сказал раньше панда! вам ради угождения сыну Дхритараштры, из-за того грубого поступка моего я мучаюсь теперь раскаянием! Когда ты увидишь, о Кришна, что я убит Савьясачином, будут начаты дополнительные обряды этого жертвоприношения.

 

Когда (второй) сын Панду будет пить кровь Духшасаны, испускающего страшный вопль, тогда успешно начнется торжественный обряд выжимания сомы. Когда оба царевича Панчалы (Дхриштадьюмна и Шикхандин) повергнут Дрону и Бхишму, тогда жертвоприношение приостановится на время, о Джанардана! Когда могучий Бхимасена убьет Дурьйодхану, тогда, о Мадхава, завершится жертвоприношение сына Дхритараштры.

 

И когда невестки и жены внуков Дхритараштры, потерявшие убитыми супругов своих, детей и покровителей, о Кешава, будут в обществе Гандхари предаваться плачу на (поле брани), заполненном собаками, стервятниками и другими хищными птицами, то это будет заключительным обрядом омовения в этом жертвоприношении, о Джанардана!

 

(Я взываю к тебе), о бык среди каштриев, пусть искушенные в знании, кшатрии эти, преклонные в летах, не погибнут жалкою смертью из-за тебя, о Сокрушитель Мадху! Пусть это обширное воинство кшатриев примет смерть от оружия на Курукшетре, на том священнейшем месте в трех мирах, о Кешава! Исполни там, что задумано тобою, о Лотосоглазый, таким образом, чтобы кшатрии все без исключения достигли неба, о отпрыск рода Вришни! И пока будут стоять горы и течь реки, о Джанардана, до тех пор слава об этом (подвиге) будет звучать вечно! Брахманы будут на сборищах кшатриев рассказывать о великой битве потомков Бхараты, несущей великую славу, о отпрыск рода Вришни! Приведи, о Кешава, сына Кунти (Арджуну) для битвы со мною и сохрани навсегда в тайне беседу нашу, о усмиритель врагов!

Так гласит глава сто тридцать девятая в Удйогапарве великой Махабхараты.

 

Глава 140

 

Санджая сказал:

Выслушав речь Карны, Кешава, губитель вражеских героев, усмехнулся слегка и промолвил с улыбкой такое слово: «Разве тебя, о Карна, не прельщает такое средство, чтобы получить целое царство? Ты, верно, не желаешь править всею землею, мною тебе данной! Победа пандавов ведь совершенно очевидна. В этом нет никакого сомнения! Победное знамя Пандавы со страшным царем обезьян на нем, кажется, уже поднято. Бхауваной придана ему божественная иллюзия, отчего оно вздымается высоко, уподобляясь знамени Индры. Страшные видом дивные существа, наводящие ужас, показываются на нем. Простираясь на целую йоджану ввысь и вширь, то прекрасное знамя Дхананджайи, видом подобное огню, никогда, о Карна, будучи водружено, не задевает за горы или деревья.

 

Когда ты увидишь в битве (Арджуну), мчащегося на белых конях в сопровождении Кришны вместо возницы своего и применяющего оружие айндра и еще два других — агнея и марута, и когда ты услышишь звон лука гандивы, подобно раскатам грома, тогда исчезнут все признаки Крита-, Трета-и Двапараюги.

 

Когда ты увидишь в битве сына Купти Юдхиштхиру, прилежного в чтении молитв и жертвенных возлияниях, защищающего свое собственное войско и сжигающего войско врагов своих, неприступного и блеском подобного солнцу, тогда исчезнут все признаки Крита-, Трета-и Двапараюги. Когда ты увидишь в битве могучего Бхимасену, пляшущего среди сражения, после того как напьется он крови Духшасаны, подобно свирепому, возбужденному течкой слону, убивающему соперника своего, тогда исчезнут все признаки Крита-, Трета-и Двапараюги.

 

Когда ты увидишь в битве обоих сыновей Мадри, могучих воинов на колесницах, способных сокрушать колесницы вражеских воинов и приводящих в трепет, подобно двум слонам, войско сыновей Дхритараштры, едва начнет низвергаться ливень оружия, тогда исчезнут все признаки Крита-, Трета-и Двапараюги. Когда ты увидишь в битве Дрону, сына Шантану (Бхишму) и Джаядрахту, правителя страны Синдху, стремительно рвущихся к схватке и сдерживаемых Савьясачином, тогда исчезнут все признаки Крита-, Трета-и Двапараюги.

 

Возвратившись отсюда (к кауравам), о Карна, скажи Дроне, сыну Шантану и Крипе, что нынешний месяц самый благоприятный. В это время в большом изобилии есть пища и корм для скота, все растения и травы пышно разрослись, деревья изобилуют плодами, и совсем мало мух, (дороги) свободны от грязи, вода приятна на вкус, — в это время не слишком жарко и не слишком холодно, и поэтому оно очень удобное. Через семь дней наступит день новолуния. Сражение следует начать именно в ту пору, ибо день этот, говорят, находится под покровительством Шакры. Скажи также всем царям, которые съехались для битвы.

 

что я исполню для них все, что ими задумано в мыслях: все цари и царевичи, послушные воле Дурьйодханы, приняв смерть от оружияг достигнут высочайшего пути!».

Так гласит глава сто сороковая в Удйогапарве великой Махабхараты.

 

Глава 141

 

Санджая сказал:

Услышав те благие и сулящие удачу слова Кешавы, Карна почтил сперва Кришну, того Сокрушителя Мадху, и промолвил: «Зачем ты, о могучерукий, зная (подлинную суть вещей), хочешь сбить меня с толку? Гибель всей земли уже совсем близка. И причиной тому оказались Шакуни, я сам, Духшасана и царь Дурьйодхана, сын Дхритараштры. Без сомнений, о Кришна, уже совсем приблизилась великая, страшная битва между пандавами и кауравами, которая покроет (землю) кровавым месивом! Все цари и царевичи, послушные воле Дурьйодханы, сожженные в битве огнем оружия, попадут в обиталище Йамы. Ибо являются различные сновидения, о Сокрушитель Мадху, и показываются зловещие знаки и наводящие ужас знамения. Разнообразные, все они заставляют подниматься от страха волоски на теле и предвещают, о отпрыск рода Вришни, поражение сыну Дхритараштры и победу Юдхиштхире.

 

Жаркая планета Шанайшчара, излучающая сильный блеск, теснит созвездие Рохини, сильно огорчая живущих на Земле. Планета Ангарака, поворачиваясь к созвездию Джьештха, о Сокрушитель Мадху, достигает Анурадхи, словно указывая на великое побоище друзей.

 

Несомненно, о Кришна, над кауравами нависла великая опасность, особенно, о отпрыск рода Вришни, если планета Махапата беспокоит созвездие Читра. Пятно на лике луны меняет свое местоположение, а Раху тоже приближается к солнцу. Вот падают с неба метеоры с громким шумом и сотрясением! Протяжно трубят слоны, а кони источают слезы, о Мадхава, и не радуются ни питью, ни корму.

 

Говорят, о могучерукий, что при появлении таких знамений наступает страшное бедствие, обрекающее на истребление все живущее. В то время как здесь, во всех подразделениях войск сына Дхритараштры, употребляется мало пищи, о Кешава, у коней, слонов и воинов наблюдается обильное количество испражнений, о Сокрушитель Мадху! Мудрые утверждают, что это признак полного поражения!

 

Говорят, о Кришна, что верховые и упряжные животные пандавов радостно возбуждены, между тем как все лесные твари обходят их слева направо. А это тоже признак их победы! Эти же звери все обходят войско сына Дхритараштры справа налево, о Кешава, в то время как невидимые голоса слышны постоянно (над головами всех). Это признак их поражения!

 

Павлины, степные петухи, лебеди, журавли и чатаки, а также стаи дживандживаков сопровождают пандавов, тогда как ястребы, вороны, стервятники и коршуны, злые духи и шакалы, а также рои мух следуют за кауравами! В войсках сына Дхритараштры не раздаются звуки барабанов, в то время как боевые барабаны пандавов гремят, хотя никто в них не ударяет. Водоемы в расположении войск сына Дхритараштры исторгают громкий рев, будто это мычат отборнейшие быки.

 

Это также признак поражения. Бог (Парджанья) проливает дождь из мяса и крови (на воинство Дурьйодханы), о Мадхава! А воздушный город гандхарвов с высокими стенами, глубоким рвом и защитными валами, с дивными арками приблизился к солнцу. И черный круг, опоясав солнечный диск, нависает над ним в воздухе. В обе зари — при восходе и заходе солнца — он предвещает великие ужасы. Одна-одинешенька самка шакала протяжно воет. Все это признак поражения! Черношейные ужасные птицы, нависая (над лагерем кауравов), парят в воздухе с наступлением сумерек. Это знак поражения! (Воинство Дурьйодханы) выказывает ненависть прежде всего к брахманам, затем к наставникам, о Сокрушитель Мадху, и потом уже ко всем своим преданным слугам. Это тоже признак поражения!

 

Восточная сторона горизонта (в расположении войск Дурьйодханы) представляется багровой, южная сторона принимает цвет оружия, а западная, о Сокрушитель Мадху, имеет оттенок необожженного сосуда. А все стороны света вокруг лагеря сына Дхритараштры горят ярким пламенем, о Мадхава! По характерным признакам эти знамения предвещают великую опасность!

 

Во сне я видел Юдхиштхиру восходящим вместе с братьями во дворец, поддерживаемый тысячей колонн, о Ачьюта! Все они привиделись мне в белых тюрбанах и в светлых одеждах. И показалось мне, что все они сидели на светлых сидениях. Во сне увидел я также, о Кришна, как залитая кровью Земля обволакивается внутренностями, о Джанардана! А Юдхиштхира, неизмеримый по своей силе, взойдя на груду костей, с восторгом ел из золотой чаши рис, приготовленный на молоке с сахаром и сдобренный топленым маслом.

 

Увидел я далее, как Юдхиштхира пожирает землю, тобою ему поданную. Это явный признак того, что он будет владеть землею. А страшный в своих деяниях Врикодара, тот тигр среди мужей, взобравшись на высокую гору, с палицей в руке, (привидилось мне), будто озирал всю нашу землю. Это указывает явно, что он уничтожит всех нас в великой битве! Известно мне, о Хришикеша, что победа (приходит) туда, где находится справедливость. (Привиделся мне) и Дхананджая, обладатель лука гандивы, восседающий на белом слоне вместе с тобою, о Хришикеша, сияя высочайшей красотою.

 

У меня нет сомнения в том, о Кришна, что вы убьете в той битве всех царей, предводительствуемых Дурьйодханой. (Мне привиделись) также Накула и Сахадева и Сатьяки, могучий воин на колеснице, в ярких браслетах и ожерельях и в белых венках и одеждах. Эти мужи-тигры восседали на превосходнейших носилках, несомых людьми. Все эти трое высочайших мужа были осеняемы белыми зонтами. И еще трое

 

в белых тюрбанах, о Джанардана, привиделись мне среди воинов сына Дхритараштры. Знай же, о Кешава, то были Ашваттхаман, Крипа и Критаварман из рода Сатвата. Все другие цари привиделись мне, о Мадхава, в кроваво-красных тюрбанах. Также (приснилось мне, что) Бхишма и Дрона, о Джанардана, взойдя на повозку, запряженную верблюдами, о могучерукий, вместе со мною и сыном Дхритараштры направлялись, о владыка, в страну света, управляемую Агастьей, о Джанардана! (Это означает, что) в самом скором времени мы попадем в обиталище Йамы. И я, и другие цари, и все скопища кшатриев будем ввергнуты в огонь лука гандивы — в этом нет у меня сомнения!».

 

Кришна сказал:

Теперь Земля эта, наверно, стоит уже на краю гибели, если слова мои, о Карна, не доходят до твоего сердца! Когда, о родимый мой, гибель всех существ совсем уже приблизилась, неверное представление, принимая видимость правильного, не покидает уже сердца.

 

Карна сказал:

Если мы, о могучерукий, выйдем из этой великой битвы, сулящей быть гибельной и истребительной для героев, живыми и невредимыми, то, быть может, о Кришна, увидимся с тобою снова! Или же, о Кришна, нам предстоит несомненно встреча на небесах. (Сдается мне) теперь, что только там мы встретимся с тобою вновь, о безупречный!

 

Санджая сказал:

Промолвив так, Карна обнял крепко Мадхаву и, отпущенный Кешавой, сошел с колесницы. Потом взойдя на свою колесницу, украшенную золотом, сын Радхи, опечаленный сердцем, вернулся назад вместе с нами. И тогда быстрее поехал Кешава вместе с Сатъяки, повторяя все снова вознице слова «поезжай, поезжай!».

Так гласит глава сто сорок первая в Удьйогапарве великой Махабхараты.

 

Глава 142

 

Вайшампаяна сказал:

После того как увещания Кришны (склонить всех к миру) не увенчались успехом и он от кауравов отправился к пандавам, Кшаттри явился к Притхе и сказал ей тихо, опечаленный: «О мать здравствующих сыновей, ты ведь знаешь мою постоянную склонность к миролюбию. И хотя сам я и кричу (без всякого стеснения), Суйодхана не приемлет моих слов. А ведь царь Юдхиштхира, объединившись с чеди, панчалами и кекаями, с Бхимой и Арджуной, с Кришной, Ююдханой а обоими близнецами все еще пребывает в Упаплавье.

 

Из-за сердечной привязанности к родственникам он стремится только к справедливости, будто слабый, хотя и обладает силой. А царь Дхритараштра, хотя и престарелый годами, не склоняется к миру. Опьяненный гордостью по отношению к сыновьям своим, он следует по пути беззакония. Из-за злых побуждений Джаядратхи и Карны, Духшасаны и сына Субалы происходит взаимный раздор (между братьями). Ведь для тех, кто путем беззакония отнял такое столь законное царство, этот же их закон превратный будет, конечно, иметь свои последствия.

 

Когда справедливость насильно попирается кауравами, кто не будет огорчаться этим? Поскольку Кешава уехал, не добившись мира, пандавы несомненно прибегнут к битве. И тогда пагубное поведение кауравов приведет к гибели героев. Размышляя обо всем этом, я не нахожу сна ни днем, ни ночью!».

 

Выслушав его слова, сказанные с намерением сделать добро (ее-сыновьям), Кунти безмолвствовала и, мучимая горем, стала размышлять: «Позором пусть покроется то богатство, из-за которого грозит эта великая гибель от братоубийства! Ибо в грядущей войне поражение грозит именно этим друзьям (моим)! Что может быть прискорбнее, чем если пандавы, чеди, панчалы и ядавы, объединившись вместе, будут сражаться с потомками Бхараты?

 

Я ясно вижу дурную сторону войны, которая несет нам поражение и унижение. (С другой стороны), для неимущего предпочтительнее даже смерть, ибо взаимное истребление нельзя считать победой! Дед (Бхшпма), сын Шантану, наставник (Дрона), предводитель сражений, и Карна усиливают мои опасения относительно сына Дхритараштры. Наставник Дрона никогда не будет охотно сражаться со своими учениками. А деду как не выказать сердечной своей привязанности к пандавам! Один лишь этот нечестивец Карна, с его ложным представлением, постоянно следует заблуждениям злобного сына

 

Дхритараштры и ненавидит пандавов! Всегда упорствующий в том, чтобы причинить большой вред пандавам, Карна к тому же особенно силен. Это и сжигает меня теперь. Отправлюсь я, чтобы умилостивить Карну, и, раскрыв ему правду, я надеюсь сегодня склонить его сердце-к пандавам.

 

(Однажды), когда я жила в чертогах моего отца, ублаженный мною святой Дурвасас дал мне дар: заклинание, наделенное божественной силою. Взлелеянная царем Кунтибходжей во внутренних покоях его дворца, я много раз думала с томящимся сердцем о сильных и слабых сторонах мантр61 и о силе слов брахмана. По женской природе своей и незрелости девических лет я размышляла все снова и снова.

 

Хранимая верной кормилицей и окруженная толпою подруг, я остерегалась тогда греха и оберегала доброе имя отца своего. «Как же мне уберечь добродетель и как остаться мне невинной от проступка?» — так соображая, я наконец вспомнила о том брахмане и поклонилась ему. И получив ту мантру, я из крайнего любопытства и по глупости своей сотворила тогда заклинание и вызвала в период своего девства Бога Солнца. Так почему же тот, кто был возвращен мне как сын в моем девственном чреве,

 

не послушается моих слов, несомненно приемлемых и полезных для братьев его?».

Так рассуждая, Кунти приняла наилучшее решение. И определив себе нужную цель, она отправилась к Бхагиратхи. И вот на берегу Ганги услыхала Притха голос своего сына, милосердного и преданного всецело правде, распевающего гимны вед. Меж тем как он стоял, обратившись лицом на восток и воздев кверху руки, та подвижница, ради успеха своего дела, остановилась позади него, ожидая окончания молитвы.

 

Мучимая солнечным жаром, (царственная) супруга дома кауравов, происходящая из рода Вришни, напоминала собою увядающий венок из лотосов. И она встала в тени, отбрасываемой от верхней одежды Карны. А он, строго блюдящий обеты, читал свои молитвы до тех пор, пока не стала нагреваться (от лучей солнца) спина его. Тогда, обернувшись назад, он увидел Кунти. И приветствовав ее, как подобает, он, лучший из блюстителей закона, горделивый и наделенный великой скрытою мощью, остановился перед ней с почтительно сложенными ладонями.

Так гласит глава сто сорок вторая в Удйогапарве великой Махабхараты.

 

Глава 143

 

Карна сказал:

Я Карна, сын Радхи и Адхиратхи. Я приветствую тебя! Зачем ты i явилась сюда, о госпожа? Скажи, что я должен сделать для тебя?

 

Кунти сказала:

Ты — сын Кунти, не Радхи, и отец твой не Адхиратха! Ты родился не в роду возниц, о Карна! Узнай же, что я скажу тебе. Ты рожден мною, еще когда я была девушкой. Тебя, перворожденного, я носила в чреве своем. Ты чадо Притхи, о сынок мой, рожденное в доме Кунтибходжи. Этот лучезарный Бог солнца, который все освещает, породил тебя, наилучшего из носящих оружие, от меня, о Карна! Ты, о сын мой неотразимый, был мною рожден в доме отца моего как божественное создание, с серьгами, в естественном панцире, одаренное красотою!

 

И то, что ты, не зная своих братьев, должен по заблуждению своему прислуживать сынам Дхритараштры, — то непристойно, особенно для тебя, о сын мой! То, чем бывают довольны отец чей-либо и мать, которая одна лишь выказывает (любовь к своему детищу), — то в определении нравственного долга людей считается наивысшей из всех обязанностей.

 

Достояние Юдхиштхиры, добытое ранее Арджуной, было из жадности отнято нечестивыми. Вырвав обратно от сынов Дхритараштры то достояние, наслаждайся им! Пусть кауравы увидят сегодня союз Карны и Арджуны! Взирая на (вас обоих, соединенных) узами братской любви, пусть нечестивые смиренно преклоняются перед вами! Пусть Карна и Арджуна всегда благоденствуют вместе, как Рама и Джанардана!

 

Если вы оба соединены душевно, то что же может быть (для вас) недостижимым в этом мире? О Карна, в окружении пятерых твоих братьев ты несомненно будешь блистать, как сам Брахма, украшенный (четырьмя) Ведами и Ведангами68 вместо пятой! Одаренный (всеми) достоинствами, ты самый достойнейший и наипервейший среди первейших родственников моих! Пусть не будет у тебя прозвища «Сын возницы». Ты — сын Притхи, наделенный могуществом!

Так гласит глава сто сорок третья в Удйогапарве великой Махабхараты.

 

Глава 144

 

Вайшампаяна сказал:

И тогда услышал Карна идущий от Солнца голос. Раздающийся из непостижимой дали, он звучал из (уст) творца света по-отечески нежно: «Слова, которые сказала Притха, правдивы. О Карна, поступай сообразно словам твоей матери! Для тебя будет великое благо, о тигр среди мужей, если ты во всем последуешь (ее совету)!». Но хотя так говорили ему мать и отец его — само Солнце, мнение Карны не поколебалось вовсе, ибо он твердо был предан правде.

 

Карна сказал:

Я не могу принять на веру, о кшатрийка, сказанное тобою слово, — что повиновение твоим велениям должно служить для меня вратами закона.69 Я был покинут тобою, (лишь только я родился). Этим ты совершила против меня величайший грех, который оказался губителен для успехов моих и славы. Если я на самом деле родился кшатрием, то из-за тебя я не был удостоен обрядов кшатрия. Какой же (другой) враг мог бы причинить мне зло, гораздо горшее?

 

Не выказав ко мне сострадания, в то время как ты должна была сделать это, и лишив меня очистительных обрядов, предписанных (при рождении сына), ты сегодня все же стала понуждать меня (к повиновению словам твоим)! Никогда раньше ты не стремилась сделать для меня благо, как это подобает матери. А теперь ты, однако, обращаешься ко мне, желая блага лишь только себе. Кто не устрашится Дхананджайи, когда он (выступит) совместно с Кришной (в качестве его возницы)? И поэтому, если я пойду теперь на сближение с партхами, кто не подумает, что я пошел на это из страха? Если же в самый канун битвы будет объявлено, что я (брат их), и сам пойду к пандавам, что скажут обо мне все кшатрии?

 

Обладая всеми предметами желаний, всегда глубоко чтимый сынами Дхритараштры, как я могу сделать те почести их бесплодными? Вызвав вражду с другими, они постоянно прислуживают мне и всегда преклоняются передо мной, как (восьмеро) Васу поклоняются Васаве. Они считают, что с помощью моей силы они в состоянии противостоять врагам.

 

Так как же я могу теперь разбить их надежды? При помощи меня, обращенного в лодку, они хотят пересечь непроходимый (океан) сражения. Как же я могу покинуть их, которые жаждут переправиться через этот безбрежный океан? Ибо наступило уже время, когда (нужно приложить усилия) тем, кто живет в зависимости от сыновей Дхритараштры. Я непременно должен отплатить им (добром), даже рискуя самой жизнью. Люди греховные, нетвердые духом, которые получали хорошее довольство и пользовались всеми благами, когда приходит время воздать (за благодеяние), пренебрегают содеянным для них добром и губят его. И в самом деле, для зловредных слуг царя, для тех, кто крадет у своих господ жертвенную лепешку, — для подобных нечестивцев не существует ни этого, ни потустороннего мира!

 

За сынов Дхритараштры я буду сражаться с твоими сыновьями, полагаясь на силу свою и мощь. И отнюдь не говорю я тебе неправды. Однако я должен сохранять добросердечность и поведение, достойное благочестивого человека. Поэтому не могу я сегодня повиноваться твоим словам, хотя и сулящим пользу. Но все же эта попытка твоя (уговорить) меня не будет напрасной. Я не убью, кроме Арджуны, сынов твоих — Юдхиштхиру, Бхиму и обоих близнецов, хотя и могут они в сражении встретить мое противодействие и угрозу быть убитыми. Только с Арджуной из всего войска Юдхиштхиры предстоит мне сразиться. Ибо если я убью Арджуну в этой битве, то достигну добродетельных заслуг, если же Савьясачин убьет меня, то имя мое (вечно) будет покрыто славой. Но пятеро из твоих сыновей, о достославная, никогда не погибнут. (Их всегда будет пятеро), либо без Арджуны, но вместе с Карной, либо с Арджуной, но без Карны убитого!

 

Вайшампаяна сказал:

Услышав такие слова от Карны, Кунти, взволнованная от горя, — обняла сына своего, неколебимого в твердости своей, и молвила Карне: «В самом деле, о Карна, возможно, будет именно так, как ты говоришь, кауравы несомненно пойдут на гибель. Ибо судьба всесильна! Тобою, однако, было дано четырем твоим братьям обещание безопасности, о Сокрушитель врагов! Так пусть ты вспомнишь о данном заверении своем в разгаре битвы, когда будет пущено в ход оружие!». И сказала еще Притха, обратившись к Карне: «Здоровье и счастье Да будут с тобою!». И Карна, обрадованный, промолвил ей то же в ответ. И тогда они разошлись, каждый своим путем.

Так гласит глава сто сорок четвертая в Удйогапарве великой Махабхараты.

 

Глава 145

 

Вайшампаяна сказал:

Возвратившись из Хастинапура в Упаплавью, Кешава, тот усмиритель врагов, рассказал ландавам обо всем, что произошло. И после того как они очень долго беседовали вместе, совещаясь все снова и снова, Шаури отправился на отдых в свое собственное обиталище. Отпустив всех царей с Виратой во главе, пятеро братьев-пандавов, когда зашло солнце, прочли вечерние молитвы. И с сердцами, всецело обращенными к Кришне, они стали думать о нем. И призвав тогда Кришну, отпрыска рода Дашарха, они снова стали держать совет (о том, что следует предпринять).

 

Юдхиштхира сказал:

Приехав в Нагапуру, что сказал ты сыну Дхритараштры в собрании (кауравов), о Лотосоглазый? О том благоволи сообщить нам.

 

Васудева сказал:

в Приехав в Нагапуру, я обратился к сыну Дхритараштры в собрании (кауравов) с благими словами, правдивыми и уместными. Но не принял он их, злонравный.

 

Юдхиштхира сказал:

Когда Дурьйодхана решил вступить на неверный путь, что сказал ему, неистовому, о Хришикеша, престарелый дед кауравов? И что сказал наставник — сын Бхарадваджи, о могучерукий? Что сказал сыну Дхритараштры младший отец наш Кшаттри, лучший из блюстителей закона, всегда мучимый скорбью о (нас, как за) сынов своих? И что сказали цари все, которые восседали в собрании? Расскажи обо всем, о Джанар-дана, как то было в действительности. Ты уже передал нам все слова двух главнейших кауравов, (сказанные Дурьйодхане), обуянному страстью и жадностью, недалекому умом, но мнящему себя мудрым. Неприятные для меня, о Кешава, они не удержались в моей памяти. Я хочу, о Говинда, вновь услышать все их слова, о владыка! Действуй таким образом, о родимый мой, чтобы случай удобный не прошел мимо. Ты ведь, о Кришна, прибежище наше, ты — наш покровитель, ты — наставник наш!

 

Васудева сказал:

Слушай, о царь, какие были сказаны слова царю Суйодхане среди собрания кауравов. Узнай же их от меня, о владыка царей! Как только были произнесены мною эти слова, засмеялся громко сын Дхритараштры. Тогда Бхишма, сильно разгневанный, сказал такую речь: «Внимай, о Дурьйодхана, тому, что говорю я тебе ради (сохранения нашего) рода, и, услышав, сделай то, что благотворно для твоей собственной семьи. Моим отцом, о сын мой, был Шантану, известный во всем мире, о царь! Я был у него одним-единственным сыном, (могущим стать) наилучшим из отцов.

 

И у него родилась мысль: каким образом мог бы быть у него второй сын, ибо мудрецы утверждают, что один-единственный сын не есть еще сын. Да не придет к угасанию мой род! Как может распространиться слава моя? Узнав о таком его желании, я привел к нему (девицу) Кали, 75 чтобы (стала она для меня) матерью. А сам я, дав трудновыполнимый обет ради отца своего и рода нашего, не мог уже быть царем и удержал свое семя, как об этом хорошо тебе известно. И вот живу я, счастливый а довольный, соблюдая тот (данный мною) обет.

 

От нее родился мой младший брат, продолжатель рода Куру, могучерукий и прекрасный Вичитравирья, со справедливой душою, царь земной. Когда же отец мой отправился на небо, я поставил царем Вичитравирью в своем собственном царстве, а сам стал подвластным ему слугою. Затем я добыл ему подходящих жен, о царь царей, победив многих объединившихся вместе царей. Ты об этом тоже много раз слышал. Потом в пылу сражения я вступил в единоборство с Рамой. От страха перед Рамой тот (брат мой) бежал и был покинут своими же горожанами. Он стал чрезмерно привязан к своим женам и приобрел чахотку. Когда же царство оказалось без царя, не стал проливать дождь владыка Богов. И подданные, мучимые страхом голода, прибежали жьмне».

 

Подданные сказали:

Все подданные твои на грани гибели. Будь нашим царем на благо нам! Засуха и другие бедствия (одолевают нас). Устрани их! Благо тебе, о продолжатель рода Шантану! Все твои подданные страдают от тяжелых, ужасных болезней. Только немногие из нас остались в живых. Благоволи же спасти нас, о сын Ганга! Устрани эти лишения, о герой! Охраняй подданных своих по справедливости! Пока ты жив, да не придет царство это к гибели!

 

Бхишма сказал:

Меж тем как подданные причитали так, сердце мое ничуть не потревожилось, ибо, помня о поведении людей добродетельных, я желал сохранить (данный мною) обет. Тогда, о великий царь, горожане все, моя достойнейшая мать Кали, слуги наши, домашний жрец и наставники и много познавшие брахманы, все мучимые сильным горем, стали постоянно уговаривать меня: «Будь царем!».

 

«Вместе с тобою, — говорили они, — убережется и царство, охранявшееся (некогда) Пратипой. Так ради нашего блага будь же царем, о благоразумный!». В ответ на эти слова я сложил почтительно ладони рук своих и, будучи сам преисполнен печали и сильно огорчен, о сын мой, поведал им о моем обете, данном из благоговения к отцу своему.

 

Снова и снова (повторял я), что ради блага рода нашего должен я жить, удерживая свое семя и отрекаясь от царства. Потом, сложив почтительно ладони, я увещевал мать свою: «О досточтимая мать, рожденный (царем) Шантану и продолжающий род Куру, я никогда не сделаю обет свой напрасным!» — так я, о царь, говорил ей все снова и снова. «И особенно ради себя самой, — (сказал я еще), — не возлагай на меня бремя (царства). Я воистину слуга твой и раб, о мать, нежно любящая сына!».

 

Так умолив свою мать и людей, я стал просить тогда великого отшельника Вьясу (произвести потомство) от жен братьев моих. И вместе с матерью, о великий царь, умилостивив того мудреца, я упросил его о потомстве. И он проявил свою милость и произвел тогда трех сыновей, о лучший из рода Бхараты! Отец твой (родился) слепым и, оттого что был лишен зрения, не мог быть царем. И тогда царем сделался благородный Панду, прославленный в мире.

 

А раз он был царем, то сыновья его должны получить наследство отца. Не затевай же ссоры, о сын мой, и отдай половину царства! Пока я жив, кто из людей здесь способен управлять царством? Не пренебрегай моими словами, я всегда желаю только мира между вами! Для меня, о сын мой, не существует различия между ними и тобою, о царь! То, что (сказал я) тебе, — это также а мнение отца твоего, Гандхари и Видуры. И если уж должно слушать старейших, то пе сомневайся в словах моих. И ты тогда не погубишь все, что есть у тебя, и также Землю!

Так гласит глава сто сорок пятая в Удйогапарве великой Махабхараты.

 

Глава 146

 

Васудева сказал:

Когда кончил Бхишма, Дрона, искушенный в речи, обратившись к Дурьйодхане среди царей, промолвил тогда слово, направленное к благу твоему: «Как сын Пратипы Шантану, о сын мой, стремился к благу рода своего, так и Деваврата, (иначе прозванный) Бхишма, был верен интересам своего собственного рода.

 

Потом царем кауравов стал владыка людей Панду, всегда верный данному слову, обуздавший свои чувства, со справедливой душою, строгий в своих обетах и глубоко сосредоточенный. Но тот продолжатель рода Куру передал управление царством своему старшему брату Дхритараштре, наделенному мудростью, и младшему брату Кшаттри. И возведя на трон Дхритараштру, неувядаемого (славой), тот отпрыск рода Куру вместе с обеими своими женами удалился в лес, о царь безупречный!

 

И находясь в подчинении (у Дхритараштры), Видура, тот тигр среди мужей, стал смиренно прислуживать ему, словно слуга, обмахивая его опахалом из буйволовых хвостов. И все подданные тогда, о сын мой, повиновались, как должно, владыке людей Дхритараштре, точно так же как самому Панду, повелителю людей. И передав царство Дхритараштре и Видуре, Панду, тот покоритель вражеских городов, странствовал по всей земле.

 

Всегда преданный правде, Видура заботился о состоянии казны и раздаче даров, наблюдал за царскими слугами и за содержанием всех. А великий в своем могуществе Бхишма, покоритель вражеских городов, был занят вопросами мира и войны и наблюдал за тем, когда необходимо преподносить дары или получать их царю. Меж тем как могучий царь Дхритараштра восседал на троне, великий духом Видура постоянно находился при нем. Рожденный в роду его, как осмеливаешься ты внести разлад в эту же семью?

 

Соединившись вместе со своими братьями, наслаждайся всеми удовольствиями, о повелитель людей! Я говорю тебе это не из трусости и отнюдь не из стремления к богатству. Я довольствуюсь тем, что дано мне Бхишмой, а не тобою, о лучший из царей! Я не желаю (получать) от тебя средства к существованию, о повелитель людей! Где Бхишма, там же и Дрона! Делай же то, что сказал тебе Бхишма! Отдай сыновьям Панду половину царства, о Сокрушитель врагов! Я всегда поступаю одинаково, о сын мой, как твой и их наставник. В самом деле, как для меня Ашваттхаман, так и (Арджуна), мчавшийся на белых конях. Чего же тут много говорить! Где справедливость, там и победа!».

 

И когда, о великий царь, так сказал Дрона, неизмеримый в своем могуществе, тогда произнес речь преданный правде и знающий закон Видура, повернувшись к отцу своему (Бхигпме) и глядя в лицо ему: «О Деваврата, внемли тому слову, что я скажу тебе. Этот род кауравов, который уже угасал, был вновь возрожден тобою! И потому ты остаешься безучастным к моим сетованиям. Кто этот Дурьйодхана в нашем роду, позорящий его? Ты следуешь его наклонностям, хотя он обуян жадностью, неблагороден и неблагодарен и от вожделения лишен рассудка. Он переступает распоряжения отца своего, разумеющего закон и мирскую пользу. Ведь из-за подобных действий Дурьйодханы кауравы несомненно погибнут.

 

Сделай так, о великий царь, чтобы они не погибли! Вызвав сначала к жизни меня и Дхритараштру, ты, о лучезарный, потом не погуби же нас, подобно живописцу, который, создав картину, (после губит ее)! Владыка созданий, сотворив существа, уничтожает их снова. Не поступай же подобно ему! Видя гибель рода своего, о могучерукий, не будь к нему безучастным! Если же сегодня рассудок твой утрачен ввиду приблизившейся уже всеобщей гибели, отправляйся тогда в лес вместе со мною и Дхритараштрой! Или следует связать сегодня же зловредного сына Дхритараштры, которому вместо мудрости служит обман, и пусть тогда этим превосходным царством управляют пандавы. Смилостивись, о тигр среди царей! Уже представляется взору великая битва пандавов и кауравов, равно и (других) царей, неизмеримых в своем могуществе!». И сказав это, умолкнул Видура, с опечаленной душою.

 

И в глубоком размышлении стал он тут вздыхать все снова и снова.

И тогда дочь царя Субалы, опасаясь гибели своего рода, на глазах у царей сказала в гневе сыну своему, коварному и злоумышленному Дурьйодхане, слова, согласные с законом и пользой: «Пусть все цари, которые явились в высокое собрание, и брахманские мудрецы, которые представляют других его участников, услышат, как я буду говорить о вине твоей, о нечестивец, равно и советников твоих. Царством кауравов должно владеть в последовательном порядке. Это есть обычай нашего рода, переходящий по наследству, а ты, о нечестивец, в деяниях своих чрезмерно злобный, обрекаешь на гибель это царство кауравов своею пагубной политикой. Во главе царства стоит мудрый Дхритараштра, а под

его началом (в качестве советника его) — дальновидный Видура. Как же ты, о Дурьйодхана, обойдя этих двух, в заблуждении домогаешься теперь верховной власти?

 

И царь, и Кшаттри, досточтимые оба, пока существует Бхишма, будут ему подчиняться. А этот благороднейший отпрыск реки (Ганги), лучший среди мужей, из-за чувства справедливости не желает верховной власти. Поэтому непобедимое это царство стало принадлежать Панду, а теперь же (владеть им) имеют право его сыновья, но не другие. Таким образом, царство это по праву наследования полностью принадлежит пандавам и (в дальнейшем) должно перейти постепенно к их сыновьям и внукам.

 

Все, что говорит (здесь) благородный и мудрый вождь кауравов Деваврата, твердый в правде, мы должны принять, не нарушая закона и соблюдая обязанности своей касты. И с дозволения (Бхишмы), соблюдающего великий обет, пусть царь этот и также Видура скажут то же самое. Лишь это может быть настоящим делом, которое надлежит выполнить, объединившись вместе, людям доброжелательным. Ставя закон на первое место, пусть Юдхиштхира, сын Дхармы, побуждаемый царем Дхритараштрой и предводительствуемый сыном Шантану, управляет долгие годы этим царством кауравов, перешедшим к нему по закону!».

Так гласит глава сто сорок шестая в Удйогапарве великой Махабхараты.

 

Глава 147

 

Васудева сказал:

И когда сказала это Гандхари, верховный царь Дхритараштра, о повелитель людей, молвил так Дурьйодхане среди (собравшихся) царей: «О Дурьйодхана, внемли тому, что я скажу тебе, о сынок мой! И да будет тебе благо, действуй так, если есть у тебя уважение к отцу! Владыка созданий Сома был первым, кто положил основание рода кауравов. Шестым в поколении, идущем от Сомы, был Яяти, сын Нахуши. У него же было пятеро сыновей — наилучших царственных мудрецов. Среди них властитель Яду, великий в своем могуществе, родился старшим. Самым младшим от него был Пуру, который явился продолжателем нашего рода, — он родился от Шармиштхи, дочери Вришапарвана.

 

А Яду, о лучший из бхаратов, был рожден от Деваяни, о сын мой, и потому был сыном дочери Шукры, (иначе прозванного) Кавья, неизмеримого в своей внутренней мощи. Основатель рода ядавов, могучий и ценимый за отвагу, исполненный гордыни и недалекий умом, он презирал род кшатриев. Опьяненный гордостью от своей силы, он не признавал повелений отца своего. Непобедимый (в бою), он оказывал пренебрежение даже отцу и братьям своим. На этой земле в четырех ее пределах Яду сделался всесильным, и, подчинив царей своей власти, он обосновался в (этом) городе, носящем имя слона. Отец его Яяти, сын Нахуши, сильно на него разгневавшись, проклял своего сына, о сын Гандхари, и даже изгнал его из царства!

 

Разгневанный Яяти проклял также и тех сыновей своих — братьев и Яду, которые были послушны ему, столь возгордившемуся своею силой. И он, лучший из царей, посадил тогда на царство своего младшего сына Пуру, который был покорен его воле и послушен ему. Таким образом, даже старший сын может быть обойден и не получить царства, а младшие сыновья могут благодаря почтительному обращению со старшими обрести это царство.

 

Таким же был знаток всех установлений, дед отца моего Пратипа, хранитель земли, прославленный в трех мирах. И у того льва среди царей, справедливо управлявшего царством, родились три сына, подобные богам и стяжавшие себе славу. Девапи был старшим из них, за ним следовал Бахлика, а третьим, о сын мой, был Шантану, отличавшийся стойкостью, — это был дед мой. Девапи, наделенный великой мощью, был предан долгу, правдоречив и находил радость в послушании отцу своему. Но царь тот, превосходнейший из всех, страдал проказой.

 

Любимый горожанами и сельскими жителями, чтимый людьми добродетельными, Девапи покорял сердца всех детей и стариков. Мудрый, верный данному слову и радующийся благу всех существ, он повиновался наставлениям отца своего, а также брахманов. Он был любимым братом Бахлики и благородного Шантану. Ибо велика была братская любовь между ними, сплотившимися в высоком благородстве своем!

 

И вот с течением времени престарелый (Пратипа), наилучший из царей, велел сделать, согласно предписанию, все приготовления для помазания на царство (Девапи). И повелел также владыка совершить все благоприятные обряды. Однако брахманы и все старцы вместе с горожанами и сельскими жителями воспрепятствовали тому посвящению Девапи. Царь же, услышав о том, что помазание сына его запрещено, с подступившими к горлу слезами стал скорбеть о своем сыне.

 

Таким образом, хотя (Девапи) и был щедр, сведущ в законе, верен правде и любим подданными, но все же из-за проказы (порочившей его), был он отвергнут. Хранителя земли с телесным изъяном не одобряют Божества. Так поразмыслив, быки из дваждырожденных запретили (Пратипе), лучшему из царей, (помазать старшего сына своего). И огорченный до глубины души, исполненный скорби о сыне, он умер (вскоре). Когда же умер он, Девапи нашел пристанище в лесу.

 

А Бахлика, оставив (отцовское) царство, стал жить в семье своего дяди по матери. Покинув отца своего и брата, обрел он процветающий город (деда своего по^матери). И с дозволения Бахлики, о царевич, Шантану, прославленный в мире, после смерти отца стал царем и управлял царством. Точно так же и я, хотя и был старшим, но оттого что имел телесный изъян, о потомок Бхараты, то был я отстранен от управления царством, после долгого раздумья, мудрым Панду. А сам Панду, хотя и был младшим по возрасту, получил царство и стал царем. После его смерти царство это должно перейти к его сыновьям, о усмиритель врагов! Если я не мог владеть царством, как же можешь ты домогаться его?

 

Благородный Юдхиштхира — сын царя. Это царство принадлежит ему по праву наследования. Высокий своими достоинствами, только он — правитель и владыка этого рода Куру! Он верен данному слову, постоянно внимателен, послушен наставлениям друзей и благосклонен, он любим подданными, отзывчив ко всем доброжелателям и обуздан в своих чувствах, он — покровитель людей добродетельных. Прощение, терпение, самообуздание, прямодушие, верность данному обещанию, знание священного писания, внимательность, сострадание к живым существам и способность к справедливому управлению (царством) — все эти достоинства царя ведь есть у Юдхиштхиры!

 

Ты же не сын царя, ты неблагороден в своих поступках, жаден и злоумышлен по отношению к своим родственникам. Как же ты, отличаясь столь дурным поведением, сможешь присвоить это царство, которое по праву наследования принадлежит другим? Рассеяв заблуждения свои, отдай половину царства вместе с верховыми и упряжными животными и другим имуществом. Тогда, быть может, и проживешь ты остаток жизни своей вместе с младшими братьями своими, о владыка людей!».

Так гласит глава сто сорок седьмая в Удьйогапарве великой Махабхараты.

 

Глава 148

 

Васудева сказал:

Хотя и говорили так Бхишма, Дрона и Видура, Гандхари и Дхрита-раштра, но тот глупец 86 не мог все же одуматься. Взбешенный, поднялся он, пренебрегая всеми, и с глазами, покрасневшими от гнева, (покинул собрание). И вслед за ним устремились цари (сторонники его), готовые положить свои жизни. И повелел он тем царям земным, низким в помыслах своих, повторяя все снова и снова: «Отправляйтесь к Курук-шетре (на битву); сегодня луна находится в созвездии Пушья!».

 

И побуждаемые судьбой, те хранители земли вместе со своими войсками радостно выступили тогда в поход, назначив Бхишму своим верховным военачальником. Одиннадцать акшаухини войск сосредоточилось там У царей со всей земли. Во главе их блистает Бхишма, осененный пальмообразным знаменем. Поэтому ввиду случившегося поступай так, как найдешь подходящим, о владыка народов! Все, что произошло в собрании кауравов, о потомок Бхараты, — все, что было сказано Бхшпмой, Дроной и Видурой, Гандхари и Дхритараштрой в присутствии моем, то я рассказал тебе, о царь!

з Вначале, о царь, мною были использованы все возможные средства к примирению исходя из стремления сохранить тесную братскую дружбу (между ними и вами), чтобы не допустить раскола рода Куру и ради преуспеяния всех людей (на земле). Когда же примирение было ими

 

отвергнуто, мною вторично была предпринята попытка — вызвать раскол (среди них), а также упомянуто о (ваших) подвигах, совершенных как в отношении людей, так и Богов. А когда Суйодхана пренебрег моими примирительными речами, (произнесенными в собрании), тогда я, призвав всех царей, пытался внести разлад (между ними).

Необычайные, страшные и грозные знамения нечеловеческие, о потомок Бхараты, были затем мною показаны, о владыка!

 

Но порицая тех царей, ставя Суйодхану (ни во что), будто солому, запугивая сына Радхи и сына Субалы все снова и снова, осуждая опять и опять низость и клевету сынов Дхрита-раштры и пытаясь неоднократно разъединить всех царей при помощи слов и тайных козней, я обратился вновь к примирительным средствам. И во избежание раскола рода Куру и в целях применения особых мер я говорил также о (готовности вашей) предложить им дар.

 

(И я сказал): «Те юные пандавы, отринув гордость, будут жить все в полной зависимости от Дхритараштры, Бхишмы и Видуры! Пусть же они отдадут тебе царство. И пусть они не будут обладать властью! И пусть все будет так, как сказал царь (Дхритараштра), сын Ганги (Бхишма) и Видура. Пусть все царство будет твоим. Предоставь только пять деревень (для пандавов).

 

Они безусловно заслуживают помощи от твоего отца, о лучший из царей!». Хотя и было так сказано ему, но этот нечестивец не захотел отдать (вам даже эти) владения. Я считаю поэтому, что (остается теперь) применить только четвертое (средство политики) — строгое наказание этих злодеев, и ничего другого. Ведь эти повелители людей уже отправились к Курукшетре, на погибель свою! Итак, я рассказал тебе обо всем, что произошло в собрании кауравов. Они не отдадут тебе царства без боя, о Пандава! В то время как смерть уже подстерегает их, они сами стали причиной всеобщей гибели!

Так гласит глава сто сорок восьмая в Удьйогапарве великой Махабхараты.

КОНЕЦ СКАЗАНИЯ ОБ ОСУЖДЕНИИ КАРНЫ

 

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.058 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал