Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Джей­ме






По­ля у стен Дар­ри вновь бы­ли об­ра­бота­ны. Сож­женный уро­жай был за­пахан в зем­лю, и раз­ведчи­ки си­ра Ад­да­ма со­об­щи­ли, что ви­дели жен­щин, про­палы­вав­ших сор­ня­ки, и нес­коль­ко во­ловь­их уп­ря­жек, па­хав­ших це­лину на краю ле­са. На стра­же ра­ботав­ших кресть­ян сто­яла дю­жина бо­рода­тых му­жиков с то­пора­ми.

К то­му вре­мени, ког­да Джей­ме с ко­лон­ной доб­рался до зам­ка, все уже скры­лись за его сте­нами. Он об­на­ружил во­рота зак­ры­тыми точ­но так же, как в Хар­ренхо­ле до это­го.

— Тру­би в рог. — Ско­ман­до­вал он. Сир Кен­нос из Кай­са от­це­пил Рог Хер­ро­ка и ду­нул в не­го. Ожи­дая от­ве­та из зам­ка, Джей­ме за­метил ко­рич­не­во-алое зна­мя над бар­ба­каном[6] зам­ка ку­зена. По­хоже, Лан­сель раз­де­лил лан­нисте­ров­ско­го ль­ва с па­харем Дар­ри. В этом он от­четли­во уви­дел ру­ку сво­его дя­ди, как и в вы­боре не­вес­ты для Лан­се­ля. Род Дар­ри пра­вил эти­ми зем­ля­ми со вре­мен по­беды Ан­да­лов над Пер­вы­ми Людь­ми. Без сом­не­ния, сир Ки­ван пред­ви­дел, что его сы­ну бу­дет лег­че, ес­ли его кресть­яне уви­дят, что он про­дол­жа­тель древ­них тра­диций, вла­де­ющий эти­ми зем­ля­ми по пра­ву бра­ка, а не по ко­ролев­ско­му ука­зу. — «Ки­ван дол­жен был стать Дес­ни­цей Том­ме­на, а не Ха­рис Свифт. Тот прос­то жа­ба, а моя сес­трич­ка нас­то­ящая ду­ра, ес­ли счи­та­ет ина­че».

Во­рота зам­ка мед­ленно от­кры­лись.

— У мо­его ку­зена не дос­та­точ­но мес­та, что­бы при­нять ты­сячу лю­дей. — Об­ра­тил­ся Джей­ме к Мо­гуче­му Веп­рю. — Мы вста­нем ла­герем у за­пад­ной сте­ны. Я хо­чу, что­бы вы ук­ре­пили пе­риметр рвом и коль­ями. В этих мес­тах все еще пол­но бан­ди­тов.

— Нуж­но быть пол­ностью свих­нувшим­ся, что­бы ата­ковать та­кой силь­ный от­ряд, как наш.

— Или свих­нувшим­ся или очень го­лод­ным. — До тех пор, по­ка он не уз­на­ет по­луч­ше о си­лах и на­мере­ни­ях этих раз­бой­ни­ков, Джей­ме не хо­тел рис­ко­вать собс­твен­ной бе­зопас­ностью.

— Ров и колья. — Пов­то­рил он, по­том приш­по­рил Честь к во­ротам. Сир Дер­монт пос­ле­довал за ним с ко­ролев­ским стя­гом, на ко­тором бы­ли изоб­ра­жены олень и лев, за ним сир Хь­юго Ванс с бе­лым зна­менем Ко­ролев­ской Гвар­дии. Джей­ме от­пра­вил Ры­жего Рон­не­та дос­та­вить Ви­лиса Ман­дерли в Де­вичий Пруд, по­это­му са­мому ему за ним впредь прис­матри­вать не приш­лось.

Пия еха­ла с его ору­женос­ца­ми на ме­рине, ко­торо­го для нее на­шел Пек.

— Этот за­мок по­хож на иг­ру­шеч­ный. — Ус­лы­шал Джей­ме ее го­лос. — «Она не ви­дела ни­чего, кро­ме Хар­ренхо­ла», — дош­ло до не­го. — «Те­перь ей каж­дый за­мок в ко­ролевс­тве по­кажет­ся ма­лень­ким, мо­жет кро­ме Уте­са».

Джос­мин Пик­лдон как раз объ­яс­нял ей то­же са­мое:

— Не нуж­но су­дить по Хар­ренхо­лу. Чер­ный Хар­рен пос­тро­ил слиш­ком боль­шой за­мок. — Пия слу­шала с от­кры­тым ртом, слов­но пя­тилет­няя де­воч­ка на уро­ке сво­ей сеп­ты. — «В этом вся она, ма­лень­кая де­воч­ка в те­ле взрос­лой жен­щи­ны, из­би­той и ис­пу­ган­ной». — Хо­тя, Пек ею ув­лекся. Джей­ме по­доз­ре­вал, что маль­чиш­ка еще не поз­нал жен­щи­ну, а Пия бы­ла все еще до­воль­но сим­па­тич­ной, по край­ней ме­ре, по­ка дер­жа­ла рот зак­ры­тым. — «По­лагаю, ни­чего страш­но­го в том, что он с ней пе­рес­пит, ес­ли она за­хочет».

В Хар­ренхо­ле один из лю­дей Го­ры пы­тал­ся дев­чонку из­на­сило­вать и был ис­крен­не удив­лен, ког­да Джей­ме при­казал Или­ну Пей­ну от­ру­бить ему го­лову.

— Я же тра­хал ее рань­ше… сот­ню раз, — пов­то­рял он, ког­да его зас­тавля­ли встать на ко­лени. — Сот­ню раз, м’лорд. Да не я один, все мы. — Ког­да сир Илин по­казал Пийе его го­лову, она ши­роко улыб­ну­лась, по­казав ос­татки зу­бов.

Во вре­мя вой­ны Дар­ри пе­рехо­дил из рук в ру­ки нес­коль­ко раз. Один раз за­мок го­рел, и, по край­ней ме­ре, дваж­ды раз­граб­лен, но Лан­сель не те­рял вре­мени да­ром, при­водя его в по­рядок. Во­рота бы­ли но­вень­ки­ми, гру­бые ду­бовые дос­ки бы­ли ук­репле­ны же­лез­ны­ми по­лоса­ми. На мес­те ста­рой, сго­рев­шей, ко­нюш­ни уже под­ни­малась но­вая. Сту­пени лес­тни­цы, ве­дущей в твер­ды­ню бы­ли за­мене­ны, и на мно­гих ок­нах кра­сова­лись но­вые став­ни. Те­перь толь­ко по­чер­невшие от са­жи кам­ни на­поми­нали о бу­шевав­шем ог­не, но дождь и вре­мя сот­рут и эти сле­ды.

Внут­ри по до­зор­ным га­лере­ям про­хажи­вались ар­ба­лет­чи­ки. Не­кото­рые бы­ли в алых пла­щах и ль­ви­ных шле­мах, дру­гие — в се­ро-го­лубых цве­тах Фре­ев. Из-под ко­пыт Чес­ти в раз­ные сто­роны сы­пану­ли цып­ля­та, заб­ле­яли ов­цы и на Джей­ме от­сутс­тву­ющим взгля­дом ус­та­вились ка­кие-то кресть­яне. — «И кресть­яне во­ору­жен­ные», — не мог не от­ме­тить он. У не­кото­рых из них бы­ли пе­реде­лан­ные ко­сы, у дру­гих дре­колья, у ко­го-то в ру­ках бы­ли ужас­но ос­трые мо­тыги. В до­бавок у не­кото­рых бы­ли то­поры, и он за­метил нес­коль­ко бо­рода­чей с крас­ной се­мико­неч­ной звез­дой, на­шитой на зап­ла­тан­ных, гряз­ных ту­никах. — «И здесь прок­ля­тые во­робьи. От­ку­да они все толь­ко бе­рут­ся?»

Он не за­метил ни­каких приз­на­ков сво­его дя­ди Ки­вана. А так же Лан­се­ля. Встре­чать его вы­шел один толь­ко мей­стер в се­рой хла­миде, обер­нувшей­ся вок­руг его то­щих ног.

— Лорд Ко­ман­ду­ющий. Дар­ри рад чес­ти это­му… неж­данно­му ви­зиту. Прос­ти­те нас за не­под­го­тов­ленность. Нам да­ли по­нять, что вы нап­равля­етесь в Ри­вер­ран.

— Дар­ри ока­зал­ся по пу­ти. — Сол­гал Джей­ме. — «Ри­вер­ран по­дож­дет». — И ес­ли по­везет, оса­да за­кон­чится до то­го, как он до­берет­ся до зам­ка, так что ему не при­дет­ся под­ни­мать ру­ку про­тив Тал­ли.

Спе­шив­шись, он пе­редал Честь ко­нюшон­ку.

— Мо­гу я уви­деть сво­его дя­дю? — Он не стал упо­минать имя. У не­го ос­тался единс­твен­ный дя­дя — сир Ки­ван, пос­ледний сын Ти­тоса Лан­нисте­ра.

— Нет, ми­лорд. Сир Ки­ван у­ехал сра­зу пос­ле свадь­бы. — Мей­стер поп­ра­вил свою цепь, слов­но она вне­зап­но ста­ла жать. — Нас­коль­ко мне из­вес­тно, лорд Лан­сель бу­дет рад ви­деть вас и… ва­ших доб­лес­тных ры­царей. Хо­тя я с го­речью вы­нуж­ден приз­нать, что Дар­ри не в си­лах про­кор­мить та­кое ко­личес­тво.

— У нас есть собс­твен­ная про­визия. А вы…?

— Мей­стер От­то­мор, ес­ли угод­но ми­лор­ду. Ле­ди Ама­рея же­лала поп­ри­ветс­тво­вать вас лич­но, но сей­час прис­матри­ва­ет за при­готов­ле­ни­ями пи­ра в ва­шу честь. Она на­де­ет­ся, что вы и ва­ши стар­шие ры­цари и ка­пита­ны раз­де­лите с на­ми стол.

— Го­рячая еда бы­ла бы очень к ста­ти. Пос­ле­ние дни бы­ли очень про­моз­глы­ми и сы­рыми. — Джей­ме ог­ля­дел двор и бо­рода­тые ли­ца во­робь­ев. — «Слиш­ком мно­го. И слиш­ком мно­го Фре­ев». — А где мне най­ти Хард­сто­на?

— Нам со­об­щи­ли о раз­бой­ни­ках у Тре­зуб­ца. Сир Хар­вин с пятью ры­царя­ми и двад­цатью стрел­ка­ми от­пра­вил­ся их ло­вить.

— А лор­да Лан­се­ля?

— Он сей­час мо­лит­ся. Его ми­лость при­казал нам ни­ког­да не пре­рывать его мо­литв.

«Они с си­ром Бо­нифе­ром два са­пога па­ра!»

— Что ж, от­лично. — Поз­же то­же най­дет­ся вре­мя по­бол­тать с ку­зеном. — Про­води­те ме­ня в мою ком­на­ту и рас­по­ряди­тесь при­гото­вить ван­ну.

— Ес­ли ми­лор­ду угод­но, мы раз­местим вас в Твер­ды­не Па­харя. Я вас про­вожу.

— Я знаю до­рогу. — Джей­ме уже не в пер­вый раз на­вещал этот за­мок. Ра­нее они с Сер­се­ей уже дваж­ды здесь гос­ти­ли, один раз с Ро­бер­том на пу­ти в Вин­терфелл, и по­том еще раз на об­ратном пу­ти в Ко­ролев­скую Га­вань. Нес­мотря на то, что за­мок был не­боль­шим, он был круп­нее гос­ти­ницы, а вдоль ре­ки бы­ли прек­расные мес­та для охо­ты. Ро­берт Ба­рате­он ни­ког­да не от­ка­зывал се­бе в удо­воль­ствии поп­ро­сить хо­зя­ев се­бя при­ютить.

Твер­ды­ня бы­ла точ­но та­кой, как он ее за­пом­нил.

— Сте­ны все еще го­лые. — Ска­зал Джей­ме в слух, идя вслед за мей­сте­ром по га­лерее.

— Лорд Лан­сель на­де­ет­ся ког­да-ни­будь это ис­пра­вить. — От­клик­нулся От­то­мор. — По­весить ка­кие-ни­будь сце­ны мо­ления и бла­гочес­тия.

«Мо­ления и бла­гочес­тия». — Он с тру­дом не рас­хо­хотал­ся. В пер­вое их по­сеще­ние зам­ка эти сте­ны то­же бы­ли го­лыми. Ти­ри­он за­метил нес­коль­ко свет­лых квад­ра­тов на по­тем­невших ка­мен­ных сте­нах, где ког­да-то ви­сели го­беле­ны. Сир Рэй­мон мог уб­рать го­беле­ны, но не мог из­ба­вить­ся от от­ме­тин. Поз­днее Бес за нес­коль­ко оле­ней по­лучил от од­но­го из слуг ключ от под­ва­ла, где на­ходи­лись про­пав­шие го­беле­ны. До­воль­ный со­бой, он по­казал их Джей­ме при све­те све­чи, на них бы­ли выт­ка­ны пор­тре­ты Тар­га­ри­енов, на­чиная с пер­во­го Эй­его­на, за­кан­чи­вая Эй­ери­сом Вто­рым.

— Ес­ли я рас­ска­жу об этом Ро­бер­ту, то, воз­можно, он сде­ла­ет ме­ня лор­дом Дар­ри, — хи­хикая, ска­зал тог­да кар­лик.

Мей­стер От­то­мор про­вел Джей­ме на са­мый верх баш­ни.

— На­де­юсь, здесь вам бу­дет удоб­но, ми­лорд. Там на­ходит­ся убор­ная, ес­ли бу­дет не­об­хо­димо спра­вить нуж­ду. Ва­ши ок­на вы­ходят пря­мо на бо­горо­щу. Спаль­ня при­мыка­ет к спаль­не ле­ди, на сте­не есть ко­локоль­чик для слуг.

— Это ведь лич­ные апар­та­мен­ты лор­да Дар­ри.

— Это вер­но, ми­лорд.

— Мой ку­зен слиш­ком добр. Я не со­бира­юсь вы­селять Лан­се­ля из собс­твен­ной кро­вати.

— Лорд Лан­сель всег­да спит в сеп­те.

«Спит с Ма­терью и Де­вой, ког­да собс­твен­ная теп­лая же­нуш­ка на­ходит­ся пря­мо за дверью?» — Джей­ме не знал — пла­кать или сме­ять­ся. — «Мо­жет, он мо­лит ук­ре­пить его член». — В Ко­ролев­ской Га­вани хо­дили слу­хи, что ра­нение сде­лало Лан­се­ля не­де­ес­по­соб­ным. — «Од­на­ко, у не­го дол­жно бы­ло хва­тить ума хо­тя бы поп­ро­бовать». — По­ложе­ние его ку­зена в этих зем­лях не бу­дет проч­ным, по­ка он не об­за­ведет­ся нас­ледни­ком от сво­ей же­ны, ко­торая на­поло­вину Дар­ри. Джей­ме на­чал уже со­жалеть о по­рыве, под­тол­кнув­шем его нап­ра­вить­ся сю­да. Он поб­ла­года­рил От­то­мора, на­пом­нил ему о ван­ной, и от­пра­вил Пе­ка его про­водить.

Хо­зяй­ская спаль­ня из­ме­нилась с его пос­ледне­го ви­зита, и не в луч­шую сто­рону. На мес­те прек­расно­го ми­рий­ско­го ков­ра на по­лу ле­жала ста­рая пот­ре­пан­ная трос­тни­ковая ци­нов­ка, и вся ме­бель бы­ла но­вой и гру­бо сде­лан­ной. Кро­вать си­ра Рэй­мо­на Дар­ри бы­ла дос­та­точ­но ши­рокой для шес­те­рых. У нее был ко­рич­не­вый бар­хатный бал­да­хин и рез­ные ду­бовые ко­лон­ны с ви­ног­радны­ми гроздь­ями и лис­твой. У Лан­се­ля ока­зал­ся ком­ко­ватый мат­рац, на­битый со­ломой, бро­шен­ный пря­мо на пол у ок­на, где его, ко­неч­но же, мог­ли раз­бу­дить пер­вые лу­чи све­та. Ста­рая кро­вать бы­ла, без сом­не­ния, ли­бо сож­же­на, ли­бо раз­би­та, ли­бо ук­ра­дена, но все же…

Ког­да при­нес­ли кад­ку, Ма­лыш Лью ста­щил с Джей­ме са­поги и по­мог снять зо­лотую ру­ку. По­ка Пек с Гар­реттом на­пол­ня­ли кад­ку во­дой, Пия по­дыс­ка­ла для не­го чис­тое белье. Сни­мая с не­го дуб­лет, де­вуш­ка зас­тенчи­во ко­силась на не­го. Джей­ме бы­ло не­удоб­но ви­деть из­ги­бы ее гру­дей и бе­дер под гру­бым ко­рич­не­вым плать­ем. Он об­на­ружил, что вспо­мина­ет то, что Пия на­шеп­ты­вала ему на ухо в Хар­ренхо­ле, в ту ночь, ког­да Кви­берн от­пра­вил ее к не­му в пос­тель. — «Иног­да, бы­вая с муж­чи­ной, я зак­ры­ваю гла­за и прит­во­ря­юсь, буд­то это вы», — шеп­та­ла она.

Он был рад, что кад­ка ока­залась дос­та­точ­но глу­бокой, что­бы скрыть его воз­бужде­ние. Ед­ва он пог­ру­зил­ся в пок­рывшу­юся па­ром во­ду, как при­пом­нил дру­гую ван­ну, ко­торую ког­да-то раз­де­лил с Бри­ен­ной. Он был нез­до­ров и слаб от по­тери кро­ви, и от жа­ры у не­го пош­ла кру­гом го­лова так, что он на­чал го­ворить вся­кие глу­пос­ти, ко­торые луч­ше бы ос­та­вить не­выс­ка­зан­ны­ми. На этот раз у не­го не бы­ло ни­каких оп­равда­ний. — «Вспом­ни свои клят­вы. Пия ско­рее под­хо­дит для спаль­ни Ти­ри­она, чем тво­ей».

— По­дай мы­ло и мо­чал­ку, — При­казал он Пе­ку. — Пия, ты мо­жешь ид­ти.

— Да, ми­лорд. Спа­сибо, ми­лорд. — Про­из­но­ся сло­ва, она прик­ры­вала рот ру­кой, что­бы спря­тать вы­битые зу­бы.

— Ты ее хо­чешь? — Спро­сил Джей­ме Пе­ка, ког­да она уш­ла.

Ору­жено­сец стал ма­лино­вым от сму­щения.

— Ес­ли она те­бе нра­вит­ся, бе­ри ее. Она на­учит те­бя не­кото­рым ве­щам, ко­торые, не сом­не­ва­юсь, те­бе при­годят­ся на брач­ном ло­же, и от нее ты вряд ли за­ведешь бас­тарда. — Пия раз­дви­гала но­ги пе­ред по­лови­ной ар­мии его от­ца и ни ра­зу не за­лете­ла, ско­рее все­го дев­чонка бес­плод­на. — Ес­ли пе­рес­пишь с ней, будь с ней добр.

— Добр, ми­лорд? Как… как мне… как я…?

— Теп­лые сло­ва. Мяг­кие при­кос­но­вения. Те­бе на ней не же­нить­ся, но как толь­ко ока­жешь­ся с ней в пос­те­ли, ве­ди се­бя буд­то это твоя не­вес­та.

Па­ренек кив­нул.

— Ми­лорд, я… а где мне с ней? Здесь ниг­де нет мес­та что­бы… что­бы…

— …ос­тать­ся на­еди­не? — Улыб­нулся Джей­ме. — Мы про­будем на ужи­не нес­коль­ко ча­сов. Мат­рац выг­ля­дит ужас­но, но, тем не ме­нее, впол­не сой­дет.

Гла­за Пе­ка вы­лез­ли на лоб.

— На пос­те­ли ва­шей ми­лос­ти?

— Ес­ли Пия зна­ет свое де­ло, по­том по­чувс­тву­ешь се­бя лор­дом. — «Кто-то же дол­жен, на­конец, вос­поль­зо­вать­ся этим нес­час­тным мат­ра­цем».

Ког­да поз­же Джей­ме Лан­нистер при­шел на ве­чер­ний пир, на нем был крас­ный бар­хатный дуб­лет, с пар­чо­выми встав­ка­ми, и зо­лотая цепь с чер­ны­ми бриль­ян­та­ми. Он на­цепил свою зо­лотую ру­ку, от­по­лиро­ван­ную до нес­терпи­мого блес­ка. В этом мес­те не прис­та­ло по­яв­лять­ся в бе­лом. Его долг по­дож­дет его в Ри­вер­ра­не, а сю­да его при­вела чер­ная нуж­да.

Боль­шой зал Дар­ри был наз­ван боль­шим толь­ко из веж­ли­вос­ти. Сто­леш­ни­цы, пос­тавлен­ные на коз­лы, бы­ли рас­став­ле­ны от сте­ны до сте­ны, а по­толоч­ные стро­пила бы­ли чер­ны от ко­поти. Джей­ме уса­дили на воз­вы­шение по пра­вую ру­ку от пус­ту­юще­го крес­ла Лан­се­ля.

— А что мой ку­зен, не при­дет ужи­нать? — Спро­сил он, уса­жива­ясь.

— Ми­лорд пред­по­чита­ет пос­тить­ся. — От­ве­тила же­на Лан­се­ля, ле­ди Ама­рея. — Он го­рю­ет по нес­час­тно­му Вер­ховно­му Сеп­то­ну. — Она бы­ла длин­но­ногой, пол­ногру­дой, под­тя­нутой де­вицей око­ло во­сем­надца­ти лет. С ви­ду впол­не здо­ровая жен­щи­на, хо­тя ее уз­кое, ли­шен­ное под­бо­род­ка ли­цо на­пом­ни­ло Джей­ме о бед­ня­ге его ку­зене Кле­осе, ко­торый всег­да был чем-то по­хож на лас­ку.

«Пос­тится? Так он ку­да боль­ший иди­от, чем я пред­по­лагал». — Вмес­то то­го что­бы мо­рить се­бя го­лодом, его ку­зен дол­жен был во всю ста­рать­ся, за­водя собс­твен­но­го по­хоже­го на лас­ку нас­леднич­ка. Ему ста­ло ин­те­рес­но, как сир Ки­ван от­несся к но­вой при­чуде сво­его сы­на? Мо­жет, имен­но по­это­му дя­дя у­ехал так быс­тро?

За та­рел­кой го­рохо­вой пох­лебки с бе­коном ле­ди Ама­рея по­веда­ла Джей­ме, как ее пер­во­го суп­ру­га за­рубил сир Гре­гор Кли­ган, ког­да Фреи еще сра­жались за Роб­ба Стар­ка.

— Я умо­ляла его не ухо­дить, но мой Пэт был та­ким храб­рым, и пок­лялся, что имен­но он по­бедит это чу­дови­ще. Он так хо­тел прос­ла­вить­ся.

«Как и все мы».

— Ког­да я был ору­женос­цем, я пок­лялся сам се­бе, что имен­но я за­руб­лю Улыб­чи­вого Ры­царя.

— Улыб­чи­вого Ры­царя? — Рас­те­рялась она. — А кто это?

«Ска­чущая Го­ра мо­ей юнос­ти. Он был вдвое мень­ше, за­то и вдвое бе­зум­нее».

— Был та­кой раз­бой­ник. Он уже дав­но мертв. В об­щем, ник­то. Не тот, о ком нуж­но бес­по­ко­ить­ся ва­шей ми­лос­ти.

Гу­бы Ама­реи зад­ро­жали. Из ка­рих глаз ручь­ем по­бежа­ли сле­зы.

— Прос­ти­те мою дочь, — ска­зала си­дев­шая ря­дом по­жилая жен­щи­на. Ле­ди Ама­рея при­тащи­ла с со­бой це­лую дю­жину Фре­ев: сес­тру, дя­дю, дво­юрод­но­го дя­дю, раз­ных ку­зенов… и ма­машу, ко­торая бы­ла урож­денной Дар­ри. — Она все еще пе­чалит­ся по сво­ему от­цу.

— Его уби­ли раз­бой­ни­ки. — Заш­мы­гав но­сом, по­яс­ни­ла ле­ди Ама­рея. — Отец все­го лишь ехал уп­ла­тить вы­куп за Пе­тира Пры­ща. Он при­вез им зо­лото, ко­торое они тре­бова­ли, но они все рав­но его вы­веси­ли.

— По­веси­ли, Ами. Твой отец не го­белен. — Ле­ди Ма­рийя сно­ва по­вер­ну­лась к Джей­ме. — По­лагаю, вы бы­ли с ним зна­комы.

— Мы вмес­те бы­ли ору­женос­ца­ми в Кра­кехол­ле. — Он бы не стал за­ходить нас­толь­ко да­леко, что­бы объ­явить их друзь­ями. Ког­да Джей­ме толь­ко при­был, Мер­ретт Фрей слыл в Кра­кехол­ле за­би­якой, вер­хо­водя ос­таль­ны­ми маль­чиш­ка­ми. — «По­том он по­пытал­ся за­дирать­ся со мной». — Он был… очень силь­ным. — Это бы­ла единс­твен­ная пох­ва­ла, ко­торая приш­ла ему в го­лову. Мер­рет был мед­ли­тель­ным, не­ук­лю­жим и ту­пым, но он дей­стви­тель­но был силь­ным.

— Вы вмес­те сра­жались про­тив Лес­но­го Братс­тва. — Всхлип­ну­ла ле­ди Ама­рея. — Отец час­то рас­ска­зывал мне раз­ные ис­то­рии.

«Ты име­ешь в ви­ду, что твой отец час­то хвас­тал и лгал».

— Да, это так. — На­иболь­шим вкла­дом Фрея в ту кам­па­нию бы­ла ве­селая бо­лезнь, ко­торую он под­хва­тил у ка­кой-то ла­гер­ной шлю­хи, и еще он дал се­бя пой­мать Бе­лой Ла­ни. Ко­роле­ва раз­бой­ни­ков выж­гла свое клей­мо на фре­ев­ской зад­ни­це преж­де, чем его ус­пе­ли вы­купить и вер­нуть Сам­не­ру Кра­кехол­лу. Мер­рет це­лую не­делю не мог си­деть, хо­тя Джей­ме силь­но сом­не­вал­ся, что рас­ка­лен­ное же­лезо бы­ло ху­же, чем ко­тел дерь­ма, ко­торым его то­вари­щи ору­женос­цы на­кор­ми­ли Фрея по воз­вра­щении. — «Маль­чиш­ки са­мые бес­по­щад­ные су­щес­тва на све­те». — Он про­сунул нож­ку куб­ка в зо­лотую ру­ку и под­нял его.

— За Мер­ре­та. — Про­из­нес он. Луч­ше вы­пить в па­мять о че­лове­ке, чем о нем рас­ска­зывать.

Пос­ле тос­та ле­ди Ама­рея пе­рес­та­ла пла­кать и зас­толь­ные раз­го­воры вер­ну­лись к вол­кам, хо­дящим на че­тырех ла­пах. Сир Дан­велл Фрей за­явил, что их рас­пло­дилось го­раз­до боль­ше, чем мог при­пом­нить его дед.

— Они сов­сем по­теря­ли страх пе­ред че­лове­ком. У Тре­зуб­ца стаи на­пада­ют да­же на на­ши обо­зы. На­шим луч­ни­кам приш­лось убить це­лую дю­жину преж­де, чем они уб­ра­лись прочь. — Сир Ад­дам Мар­бранд под­твер­дил, что их от­ряд встре­тил­ся с той же проб­ле­мой по до­роге из Ко­ролев­ской Га­вани.

Джей­ме сос­ре­дото­чил­ся на сто­яв­шем пе­ред ним блю­де, от­ры­вая ку­соч­ки хле­ба ле­вой ру­кой, и за­пивая еду ви­ном из куб­ка в пра­вой. Он за­метил, как Ад­дам Мар­бранд оча­ровы­ва­ет си­дящую ря­дом де­вуш­ку, и как Стеф­фон Свифт с по­мощью ку­соч­ков хле­ба, оре­хов и мор­ко­ви де­монс­три­ру­ет бит­ву у Ко­ролев­ской Га­вани. Сир Кен­нос по­садил на ко­лено слу­жан­ку, шеп­ча ей, что­бы она пот­ру­била в его рог, а сир Дер­монт раз­вле­кал сквай­ров ис­то­ри­ями о ры­цар­ских странс­тви­ях в Ле­су Дож­дей. Даль­ше за сто­лом си­дел с зак­ры­тыми гла­зами Хь­юго Ванс. — «За­думал­ся о тай­нах ми­роз­да­ния», — по­думал Джей­ме. — «Или прос­то спит меж­ду сме­нами блюд». — Он по­вер­нулся об­ратно к ле­ди Ма­рийи. — Те раз­бой­ни­ки, что уби­ли ва­шего му­жа, это бы­ла бан­да лор­да Бе­рика?

— Мы так ду­мали. Сна­чала. — Нес­мотря на то, что во­лосы ле­ди Ма­рийи бы­ли по­дер­ну­ты се­диной, она все еще бы­ла прив­ле­катель­ной жен­щи­ной. — По­кинув Ста­рые Кам­ни, убий­цы рас­се­ялись. Лорд Вай­прен выс­ле­дил од­ну из банд у Яр­ма­роч­но­го по­ля, но по­том по­терял их след. У­ол­дер Чер­ный от­пра­вил­ся с со­бака­ми и охот­ни­ками по сле­дам дру­гой на Ведь­ми­но Бо­лото. Кресть­яне от­ка­зыва­лись рас­ска­зывать, что их ви­дели, но ког­да спра­шивать ста­ли усер­днее, они за­пели по-дру­гому. Они рас­ска­зали об од­ногла­зом че­лове­ке и вто­ром, в жел­том пла­ще… и о жен­щи­не, в пла­ще и под ка­пюшо­ном.

— Жен­щи­на? — Он ду­мал, что Бе­лая Лань нав­сегда оту­чила Мер­ре­та приб­ли­жать­ся к раз­бой­ни­цам. — В Братс­тве Ко­ролев­ско­го Ле­са то­же бы­ла жен­щи­на.

— Да, я знаю. — А как же ина­че, слов­но го­ворил ее тон, ес­ли она ос­та­вила клей­мо на мо­ем му­же? — Го­ворят, Бе­лая Лань бы­ла мо­лодой и кра­сивой. Эта жен­щи­на под ка­пюшо­ном ни то, ни дру­гое. Ес­ли мож­но ве­рить рас­ска­зу кресть­ян, ее ли­цо из­ра­нено и ужас­но, и ес­ли заг­ля­нуть ей в гла­за, ста­новит­ся жут­ко. Го­ворят, она воз­глав­ля­ет раз­бой­ни­ков.

— Воз­глав­ля­ет? — Джей­ме бы­ло труд­но в это по­верить. — Бе­рик Дон­да­ри­он и Крас­ный жрец…

— … их не ви­дели. — Го­лос ле­ди Ма­рийи был ка­тего­ричен.

— Дон­да­ри­он мертв. — За­явил Мо­гучий Вепрь. — Го­ра вот­кнул ему в глаз­ни­цу кин­жал, у нас есть сви­дете­ли, ко­торые ви­дели это лич­но.

— Это од­на из вер­сий. — Ска­зал Ад­дам Мар­бранд. — Дру­гие го­ворят, что лор­да Бе­рика убить не­воз­можно.

— Сир Хар­вин уве­ря­ет, что все эти слу­хи ложь. — Ле­ди Ама­рея на­мота­ла ко­су на па­лец. — Он обе­щал мне при­вез­ти го­лову лор­да Бе­рика. Он та­кой га­лан­тный. — За­литое сле­зами ли­цо пок­расне­ло.

Джей­ме вспом­нил о дру­гой го­лове. Той, ко­торую он от­дал Пийе. Он поч­ти ус­лы­шал за спи­ной сме­шок сво­его ма­лень­ко­го брат­ца. — «Что же ста­ло с ми­лым обы­ча­ем — да­рить да­мам цве­ты?» — Мог спро­сить в этом слу­чае Ти­ри­он. Кро­ме то­го, в его сло­варе для Хар­ви­на Плюм­ма то­же бы­ло ма­ло слов, но сло­ва «га­лан­тный» в нем точ­но не бы­ло. Братья Плюм­мы бы­ли здо­ровы­ми, туч­ны­ми пар­ня­ми с тол­сты­ми ше­ями, крас­ны­ми ро­жами, гром­кие и креп­кие, очень смеш­ли­вые, быс­тро вы­ходя­щие из се­бя и так же быс­тро ос­ты­ва­ющие. Хар­вин был из дру­гого тес­та. Хму­рый мол­чун, ни­чего не за­быва­ющий… и смер­тель­но опас­ный, ес­ли в его ру­ках бо­евой мо­лот. От­личный кан­ди­дат в ко­мен­данты гар­ни­зона, но ни­как не го­дит­ся в лю­бов­ни­ки. Хо­тя… Джей­ме прис­мотрел­ся к ле­ди Ама­рее.

Слу­ги внес­ли рыб­ное блю­до: реч­ную щу­ку, за­жарен­ную с ко­роч­кой из зе­лени и тол­че­ных оре­хов. Же­на Лан­се­ля от­ве­дала ее пер­вой, одоб­ри­ла и при­каза­ла по­ложить пер­вый ку­сочек на та­рел­ку Джей­ме. Ког­да пе­ред ним пос­та­вили ры­бу, она по­тяну­лась че­рез пус­ту­ющее крес­ло сво­его му­жа и при­кос­ну­лась к его зо­лотой ру­ке.

— Вы мо­жете по­кон­чить с лор­дом Бе­риком, сир Джей­ме. Вы уби­ли Улыб­чи­вого Ры­царя. По­жалуй­ста, ми­лорд, умо­ляю вас! Ос­тань­тесь и по­моги­те нам с лор­дом Бе­риком и Псом. — Ее блед­ные паль­чи­ки впи­лись в зо­лотую пя­тер­ню.

«Она счи­та­ет, я мо­гу что-то ею чувс­тво­вать?»

— Улыб­чи­вого Ры­царя по­бедил Меч За­ри, ми­леди. Сир Эр­тур Дейн, ко­торый был ку­да луч­шим ры­царем, чем яв­ля­юсь я. — Джей­ме ос­во­бодил свою зо­лотую ру­ку и сно­ва по­вер­нулся к ле­ди Ма­рийе. — Как да­леко У­ол­дер Чер­ный су­мел прос­ле­дить эту жен­щи­ну с ее бан­дой.

— Его со­баки взя­ли след на се­вер от Ведь­ми­ного Бо­лота, — от­ве­тила жен­щи­на. — Он кля­нет­ся, что дер­жался все­го в по­лови­не дня пу­ти от них, ког­да они ис­чезли на Пе­решей­ке.

— Ну и пусть сгни­ют там, — улы­ба­ясь, до­бавил сир Кен­нос. — Мо­жет, по­падут в зы­бучие пес­ки или на ужин к ль­во­яще­ру, ес­ли бу­дет угод­но бо­гам.

— Или к ля­гушат­ни­кам. — Вста­вил сир Дан­велл Фрей. — Я бы не стал спус­кать ос­тро­витя­нам ук­ры­ватель­ство раз­бой­ни­ков.

— Ес­ли б так пос­ту­пали толь­ко они. — От­ве­тила ле­ди Ма­рийя. — Не­кото­рые реч­ные лор­ды то­же за­од­но с лор­дом Бе­риком.

— И прос­то­люди­ны то­же. — Всхлип­ну­ла ее дочь. — Сир Хар­вин го­ворит, что они пря­чут их, кор­мят, и лгут на все расс­про­сы об их мес­те на­хож­де­ния. Лгут собс­твен­ным гос­по­дам!

— Нуж­но рвать за это язы­ки. — Пред­ло­жил Мо­гучий Вепрь.

— Дож­дешь­ся тог­да от них от­ве­та. — Ска­зал Джей­ме. — Ес­ли хо­тите до­бить­ся от них по­мощи, нуж­но сде­лать так, что­бы вас по­люби­ли. Имен­но так пос­ту­пил Эр­тур Дейн, ког­да мы выс­ту­пили про­тив Лес­но­го Братс­тва. Он пла­тил прос­то­люди­нам за на­шу еду, пе­реда­вал их жа­лобы ко­ролю Эй­ери­су, рас­ши­рил пас­тбищ­ные зем­ли вок­руг их де­ревень, да­же до­бил­ся для них при­виле­гии вы­рубать еже­год­но не­кото­рое ко­личес­тво де­ревь­ев и охо­тить­ся осенью на ко­ролев­ских оле­ней. Лес­ной на­род ду­мал, что Тойн их за­щища­ет, но сир Эр­тур сде­лал для них го­раз­до боль­ше, чем ког­да-ли­бо на­де­ялось осу­щес­твить Лес­ное Братс­тво, и этим он прив­лек их на свою сто­рону. Пос­ле это­го, ос­таль­ное бы­ло лег­ко.

— Лорд Ко­ман­ду­ющий рас­сужда­ет очень муд­ро, — ска­зала ле­ди Ма­рийя. — Мы ни­ког­да не спра­вим­ся с эти­ми раз­бой­ни­ками, по­ка прос­то­люди­ны не по­любят Лан­се­ля, как ког­да-то лю­били мо­его от­ца и де­да.

Джей­ме по­косил­ся на пус­ту­ющее мес­то сво­его ку­зена. — «Вот толь­ко мо­лит­ва­ми Лан­сель вряд ли ког­да-то за­во­юет их лю­бовь».

Ле­ди Ама­рей на­дула губ­ки. — Сир Джей­ме, умо­ляю, не бро­сай­те нас. Мой суп­руг так в вас нуж­да­ет­ся, и я то­же. Сей­час нас­та­ли та­кие ужас­ные вре­мена. По­рой но­чами я ед­ва мо­гу зас­нуть от стра­ха.

— Мое мес­то под­ле ко­роля, ми­леди.

— Я вер­нусь. — По­обе­щал Мо­гучий Вепрь. — Ког­да мы за­кон­чим де­ла в Ри­вер­ра­не, мне неп­ре­мен­но за­хочет­ся сно­ва под­рать­ся. Вот толь­ко Бе­рик Дон­да­ри­он вряд ли су­ме­ет обес­пе­чить мне дос­той­ное ве­селье. Я хо­рошо его пом­ню по прош­лым тур­ни­рам. Он был сим­па­тич­ным па­рень­ком в яр­ком пла­ще, ху­доща­вый и не­опыт­ный.

— Так бы­ло, по­ка он не умер. — От­ве­тил юный сир Ар­вуд Фрей. — Кресть­яне го­ворят, пос­ле смер­ти он из­ме­нил­ся. Вы мо­жете его убить, но он не дол­го бу­дет мертв. Как мож­но сра­жать­ся с по­доб­ны­ми людь­ми? И есть еще Пес. В Со­левар­нях он за­рубил два де­сят­ка че­ловек.

Мо­гучий Вепрь за­хохо­тал.

— Мо­жет, двад­цать тол­стых трак­тирщи­ков? Или два де­сят­ка ссы­кунов? Два де­сят­ка ни­щих с круж­ка­ми. Яс­но, что не двад­цать ры­царей. Не та­ких, как я.

— В Со­левар­нях был ры­царь. — Не уни­мал­ся сир Ар­вуд. — Но он спря­тал­ся за сте­нами зам­ка, по­ка Кли­ган со сво­ими бе­шен­ны­ми пса­ми буй­ство­вал в го­роде. Вам не до­велось ви­деть, что он нат­во­рил, а я ви­дел сво­ими гла­зами. Ког­да до Близ­не­цов дош­ли до­несе­ния, я вмес­те с Ха­рисом Хэй­гом, его бра­том Дон­не­лом и по­лусот­ней сол­дат и луч­ни­ков от­пра­вил­ся ту­да. Спер­ва мы ду­мали, что это ра­бота лор­да Бе­рика, и на­де­ялись на­пасть на его след. Все, что ос­та­лось от Со­лева­рен — это за­мок, а ста­рик сир Ку­ин­си был так на­пуган, что да­же нам не стал от­кры­вать во­рота, толь­ко пе­рек­ри­кивал­ся с на­ми со стен ук­репле­ний. Весь го­род — толь­ко кос­ти и пе­пел. Пес сжег все до­ма, пре­дал жи­телей ме­чу и ум­чался, хо­хоча во все гор­ло. А жен­щин… вы не по­вери­те, что он сот­во­рил с не­кото­рыми из них. Я не мо­гу рас­ска­зывать по­доб­ное за сто­лом. Но от од­но­го взгля­да ме­ня за­мути­ло.

— Я пла­кала, ког­да об этом ус­лы­шала. — До­бави­ла ле­ди Ама­рея.

Джей­ме от­хлеб­нул ви­на.

— По­чему вы уве­рены, что это был Пес? — То, что они опи­сыва­ют ско­рее по­хоже на ра­боту стар­ше­го Кли­гана — Гре­гора, а не Сан­до­ра. Тот был жес­тким и без­жа­лос­тным, но нас­то­ящим чу­дови­щем в их ро­ду был имен­но стар­ший из брать­ев.

— Его ви­дели, — от­ве­тил сир Ар­вуд. — Та­кой шлем, как у не­го, труд­но не за­метить. И ни­ког­да не за­будешь. Есть нес­коль­ко вы­жив­ших, ко­торые смог­ли по­ведать нам все под­робнос­ти. Из­на­сило­ван­ная де­воч­ка, нес­коль­ко маль­чи­шек, ко­торые су­мели спря­тать­ся, жен­щи­на, ко­торую об­на­ружи­ли за­жатой под обуг­ленной бал­кой, и ры­баки, наб­лю­дав­шие за мя­соруб­кой из ло­док.

— Не на­зывай это мя­соруб­кой. — Мяг­ко поп­ро­сила ле­ди Ма­рийя. — Это ос­кор­бле­ние для чес­тных мяс­ни­ков. То, что про­изош­ло в Со­левар­нях де­ло рук ка­кого-то чу­дови­ща в че­лове­чес­ком об­личье.

«Сей­час под­хо­дящее вре­мя для раз­ных чу­довищ», — про­мель­кну­ло в го­лове Джей­ме. — «Для ль­вов, вол­ков, злых псов, чер­ных во­ронов и во­рон».

— Гнус­ные де­яния, — Мо­гучий Вепрь вновь на­пол­нил свой ку­бок. — Ле­ди Ма­рийя, ле­ди Ама­рея, ва­ше го­ре тро­нуло мое сер­дце. Даю сло­во, как толь­ко Ри­вер­ран па­дет, я вер­нусь ра­ди вас, пой­маю Пса и убью. Псы ме­ня не пу­га­ют.

«Этот мо­жет».

Они с Мо­гучим Веп­рем оба бы­ли круп­ны­ми и силь­ны­ми, но Сан­дор Кли­ган был быс­трее, и сра­жал­ся с та­кой сви­репостью, ко­торую не был спо­собен вы­дер­жать Лайл Кре­кехолл.

Ле­ди Ама­рея, тем не ме­нее, вся зат­ре­пета­ла:

— Вы ис­тинный ры­царь, сир Лайл, го­товы по­мочь да­ме в бе­де.

«По край­ней ме­ре, она не зо­вет се­бя ‘де­вой’». — Джей­ме по­тянул­ся за сво­им куб­ком, но не­ча­ян­но его оп­ро­кинул. Ль­ня­ная ска­терть мо­мен­таль­но на­мок­ла. Ког­да крас­ное пят­но ста­ло рас­ползать­ся, все ок­ру­жа­ющие пос­та­рались сде­лать вид, что ни­чего не за­мети­ли. — «Уч­ти­вость к по­чет­ным гос­тям», — по­думал он про се­бя, но проз­ву­чало горь­ко. Он рез­ко под­нялся. — Ми­леди, про­шу ме­ня из­ви­нить.

Ле­ди Ама­рея выг­ля­дела оша­рашен­ной.

— Вы нас по­кида­ете? Но еще дол­жны по­дать оле­нину, и фар­ши­рован­ных лу­ком и гри­бами кап­лу­нов.

— Они, без сом­не­ния, ве­лико­леп­ны, но я не мо­гу впих­нуть в се­бя боль­ше ни ку­соч­ка. Мне нуж­но по­видать­ся с ку­зеном. — Пок­ло­нив­шись, Джей­ме ос­та­вил их нас­лаждать­ся ужи­ном.

Во дво­ре то­же ужи­нали. Во­робьи соб­ра­лись вок­руг дю­жины кос­тров, грея ру­ки пос­ле нас­ту­пив­ше­го с су­мер­ка­ми хо­лода, и под­жа­ривая жир­ные кол­баски, ко­торые пле­вались и ши­пели на ог­не. Во­робь­ев наб­ра­лось око­ло сот­ни. — «Бес­по­лез­ные едо­ки». — Джей­ме ста­ло лю­бопыт­но, сколь­ко кол­ба­сок ежед­невно его ку­зен от­да­ет во­робь­ям, и чем он со­бира­ет­ся кор­мить лю­дей, ког­да они уй­дут. — «Ес­ли они не со­берут еще один уро­жай, ско­ро они при­мут­ся за крыс». — Столь поз­дней осенью шан­сы на еще один уро­жай бы­ли не вы­соки.

Он отыс­кал сеп­ту за пре­дела­ми внут­ренне­го дво­ра зам­ка. Это бы­ло стро­ение с семью сте­нами, без окон, на­поло­вину сло­жен­ное из бре­вен, на­поло­вину из кам­ня, с рез­ной двой­ной дверью и че­репич­ной кры­шей. На сту­пенях, ве­дущих к две­рям, си­дели трое во­робь­ев. За­видев иду­щего к ним Джей­ме, они под­ня­лись на но­ги.

— Ку­да нап­равля­ем­ся, м”лорд? — спро­сил один из них. Он был са­мый ма­лень­кий из всех тро­их, но с са­мой длин­ной бо­родой.

— Внутрь.

— Внут­ри его ми­лость, он мо­лит­ся.

— Его ми­лость — мой ку­зен.

— Что ж, тог­да от­лично, м’лорд, — вста­вил дру­гой во­робей — круп­ный лы­сый муж­чи­на с на­рисо­ван­ной се­мико­неч­ной звез­дой над од­ним из глаз. — Вы же не ста­нете ме­шать собс­твен­но­му родс­твен­ни­ку мо­лить­ся.

— Лорд Лан­сель про­сит Не­бес­но­го От­ца о нас­тавле­нии. — До­бавил тре­тий во­робей, ко­торый был без бо­роды. Маль­чиш­ка, — спер­ва ре­шил Джей­ме, но го­лос вы­дал в нем де­вуш­ку, оде­тую в бес­формен­ное тряпье и ржа­вую коль­чу­гу. — Он мо­лит­ся о ду­ше Вер­ховно­го Сеп­то­на и о ду­шах всех по­гиб­ших.

— Зав­тра ут­ром они по-преж­не­му ос­та­нут­ся мер­твы. — От­ве­тил им Джей­ме. — А в рас­по­ряже­нии Не­бес­но­го От­ца ку­да боль­ше вре­мени, чем у ме­ня. Вы зна­ете, кто я?

— Ка­кой-то лорд, — ска­зал здо­ровяк со звез­дой.

— Ка­кой-то ка­лека, — ска­зал тот, что был мень­ше всех с дли­ной бо­родой.

— Ца­ре­убий­ца, — ска­зала жен­щи­на. — Но здесь нет ко­ролей, од­ни толь­ко Бед­ные Ре­бята, и вы не вой­де­те, по­ка не поз­во­лит его ми­лость. — Она по­кача­ла в ру­ке суч­ко­ватую ду­бин­ку, а ма­лыш под­нял то­пор.

Две­ри по­зади них от­во­рились:

— Пусть мой ку­зен вой­дет с ми­ром, друзья. — Ти­хо про­из­нес Лан­сель. — Я его ждал.

Во­робьи мол­ча рас­сту­пились.

Лан­сель выг­ля­дел да­же тонь­ше, чем в Ко­ролев­ской Га­вани. Он был бос и одет в прос­тую, гру­бую ту­нику из нек­ра­шеной шер­сти, в ко­торой он был боль­ше по­хож на бро­дягу, чем на лор­да. Его ма­куш­ка бы­ла глад­ко выб­ри­та, а бо­рода нем­но­го от­росла. На­зывать ее даль­ше пер­си­ковым пуш­ком бы­ло бы смер­тель­ным ос­кор­бле­ни­ем пер­си­ков. Она чуд­но пе­рехо­дила в бе­лые во­лосы вок­руг ушей.

— Ку­зен, — ска­зал Джей­ме, ког­да они ос­та­лись на­еди­не в сеп­те. — Ты сов­сем рас­те­рял свои прок­ля­тые моз­ги?

— Я бы ска­зал, об­рел ве­ру.

— Где твой отец?

— Ушел. Мы пос­со­рились. — Лан­сель прек­ло­нил ко­лени у ал­та­ря дру­гого От­ца. — По­молишь­ся вмес­те со мной, Джей­ме?

— Ес­ли я ста­ну усер­дно мо­лить­ся, Отец даст мне но­вую ру­ку?

— Нет. Но Во­ин при­даст те­бе сме­лос­ти, Куз­нец даст сил, а Ста­рица — муд­рости.

— А мне нуж­на ру­ка. — Се­меро Бо­гов смот­ре­ли на не­го со сво­их ал­та­рей, тем­ное де­рево мер­ца­ло в пла­мени све­чей. В воз­ду­хе ви­сел лег­кий дух ла­дана. — Ты тут же и спишь?

— Каж­дую ночь я сплю под дру­гим ал­та­рем, и Се­меро по­сыла­ют мне свои ви­дения.

Бей­елор Бла­гос­ла­вен­ный то­же как-то уз­рел ви­дение. — «Осо­бен­но пос­ле дли­тель­но­го пос­та». — Как дав­но ты в пос­ледний раз ел?

— Мне не нуж­но иной пи­щи, кро­ме ве­ры.

— Ве­ра она как ов­сянка. Луч­ше за­едать ее ме­дом с мо­локом.

— Я меч­тал о том дне, ког­да ты при­дешь. В мо­их снах ты знал, что я со­вер­шил. Как я наг­ре­шил. И за это ты ме­ня убил.

— Ско­рее ты сам се­бя убь­ешь го­лода­ни­ем. Раз­ве те­бя не на­учил при­мер Бей­ело­ра Бла­гос­ло­вен­но­го, ко­торый до­пос­тился до смер­ти?

— В Се­милу­чевой Звез­де ска­зано: на­ша жизнь все­го лишь све­ча. Лю­бое слу­чай­ное ду­нове­ние вет­ра спо­соб­но ее за­дуть. Смерть в этом ми­ре всег­да хо­дит где-то поб­ли­зос­ти, и греш­ни­ков, не от­мо­лив­ших свои гре­хи, ждут семь кру­гов ада. По­молишь­ся со мной, Джей­ме?

— Ес­ли да, ты съ­ешь та­рел­ку ов­сянки? — Ког­да ку­зен не от­ве­тил, Джей­ме вздох­нул. — Те­бе нуж­но спать в об­нимку с же­ной, а не с Де­вой. Те­бе ну­жен нас­ледник от Дар­ри, ес­ли хо­чешь удер­жать за со­бой за­мок.

— Это все­го лишь гру­да сты­лых кам­ней. Я ни­ког­да не же­лал ею вла­деть. Все, что я хо­тел… — Лан­сель зат­рясся. — Спа­сите ме­ня Се­меро, я хо­тел стать то­бой.

Джей­ме рас­хо­хотал­ся.

— Уж луч­ше мной, чем Свя­тым Бей­ело­ром. Ку­зен, Дар­ри ну­жен лев. Как и тво­ей ма­лют­ке-Фрейю. Да у нее ста­новит­ся сы­ро меж­ду ног ед­ва кто-то поб­ли­зос­ти упо­мянет Хард­сто­на. Ес­ли она еще с ним не пе­рес­па­ла, то ско­ро это слу­чит­ся.

— Ес­ли она его лю­бит, я же­лаю им вза­им­но­го удов­летво­рения.

— Ль­вы не дол­жны об­за­водить­ся ро­гами, ку­зен. Ты взял эту де­вицу в же­ны.

— Я го­ворил ка­кие-то сло­ва и дал ей алый плащ, но все бла­года­ря мо­ему от­цу. Же­нить­ба тре­бу­ет бли­зос­ти. Ко­роль Бей­елор был вы­нуж­ден же­нить­ся на сво­ей сес­тре Дай­ене, но они ни­ког­да не жи­ли как муж и же­на, и ед­ва ко­роно­вав­шись, он уда­лил ее прочь от се­бя.

— Для ко­ролевс­тва бы­ло бы луч­ше, ес­ли б он зак­рыл гла­за и хо­рошень­ко ее от­тра­хал. Я дос­та­точ­но ос­ве­дом­лен о той ис­то­рии, что­бы об этом су­дить. Все рав­но, те­бя нель­зя срав­ни­вать с Бей­ело­ром.

— Нет, — сог­ла­сил­ся Лан­сель. — В нем был ред­кой си­лы дух, чис­тый, от­важный и не­вин­ный, нет­ро­нутый злом на­шего ми­ра. А я — греш­ник, ко­торо­му нуж­но за­мали­вать мно­жес­тво гре­хов.

Джей­ме по­ложил ру­ку ему на пле­чо.

— Что те­бе из­вес­тно о гре­хах, брат? Я убил сво­его ко­роля.

— Храб­рые лю­ди уби­ва­ют ме­чом, а тру­сы — ме­хом с ви­ном. Мы оба ца­ре­убий­цы, сир.

— Ро­берт не был ис­тинным ко­ролем. Не­кото­рые да­же го­ворят, что олень — ис­конная до­быча ль­ва. — Джей­ме чувс­тво­вал вы­пира­ющие кос­ти под плотью ку­зена… и кое-что еще. Под ту­никой Лан­сель но­сил вла­сяни­цу. — Что же еще ты нат­во­рил, что тре­бу­ет столь ярос­тно­го за­мали­вания? Рас­ска­жи.

Ку­зен скло­нил го­лову, по ще­кам по­кати­лись круп­ные сле­зы.

Эти сле­зы для Джей­ме бы­ли ку­да крас­но­речи­вее от­ве­та.

— Ты убил ко­роля, — Про­из­нес он. — А по­том ты трах­нул ко­роле­ву.

— Я ни­ког­да…

— … не ло­жил­ся с мо­ей до­рогой сес­трич­кой? — «Ну, ска­жи, ска­жи!»

— Ни­ког­да не из­ли­вал свое се­мя в… в ее…

— Щель? — Под­ска­зал Джей­ме.

— … ло­но. — За­кон­чил Лан­сель. — Ес­ли акт не за­вер­шен, то и из­ме­ны нет. Я уте­шил ее пос­ле смер­ти ко­роля. Ты был в пле­ну, твой отец сра­жал­ся, а твой брат… она его бо­ялась, и име­ла на то ос­но­вания. Он зас­та­вил ме­ня ее пре­дать.

— Прав­да? — «Лан­сель, сир Ос­мунд. Сколь­ко еще? Та часть про Лу­нати­ка — бы­ла все­го лишь из­девка?»

— Ты ее при­нуж­дал?

— Нет! Я лю­бил ее. Я хо­тел ее за­щитить.

«Ты хо­тел стать мной». — От­рублен­ные паль­цы вновь за­чеса­лись. В тот день, ког­да она при­ходи­ла в Баш­ню Бе­лого Ме­ча, умо­ляя его от­речь­ся от клятв, она рас­сме­ялась пос­ле то­го, как он ей от­ка­зал, и пох­васта­лась, что лга­ла ему ты­сячу раз. В тот раз он при­нял это за не­лов­кую по­пыт­ку сде­лать ему боль­но в от­вет на при­чинен­ную им боль. — «Но это мог­ло быть единс­твен­ным сло­вом прав­ды, ко­торое я от нее ус­лы­шал за мно­го лет».

— Не ду­май дур­но о ко­роле­ве, — взмо­лил­ся Лан­сель. — Плоть сла­ба, Джей­ме. От на­шего гре­ха не бы­ло ни­како­го вре­да. И… и бас­тардов.

— Да. Бас­тарды ред­ко за­водят­ся НА жи­воте. — Ему ста­ло лю­бопыт­но, что бы ска­зал его ку­зен, ес­ли б он по­ка­ял­ся в сво­их гре­хах, в трех, ко­торых Сер­сея наз­ва­ла Джоф­фри, Том­мен и Мир­целла.

— Пос­ле бит­вы я был зол на ее ве­личес­тво, но Вер­ховный Сеп­тон уве­рил ме­ня, что я дол­жен ее прос­тить.

— И по­ка­ял­ся в сво­их гре­хах Его Свя­тей­шес­тву, не так ли?

— Он мо­лил­ся обо мне, ког­да я ле­жал ра­неный. Он был доб­рым че­лове­ком.

«А те­перь, он мер­твый че­ловек. По нем зво­нят ко­локо­ла». — Он за­дал­ся воп­ро­сом, до­гады­ва­ет­ся ли ку­зен, ка­кой плод по­роди­ли его сло­ва.

— Лан­сель, ты — трек­ля­тый ту­пица.

— Ты не так уж не прав. — От­ве­тил Лан­сель. — Но мои глу­пос­ти ос­та­лись по­зади. Я поп­ро­сил Не­бес­но­го От­ца нас­та­вить ме­ня на путь, и он мне по­мог. Я от­ка­зыва­юсь от ти­тула и же­ны. Хард­стон, ес­ли хо­чет, мо­жет за­бирать и то и дру­гое. Зав­тра я воз­вра­ща­юсь в Ко­ролев­скую Га­вань и пос­вя­щу свой меч но­вому Вер­ховно­му Сеп­то­ну и Се­мерым. Я хо­чу при­нес­ти клят­вы и при­со­еди­нить­ся к Сы­новь­ям Во­ина.

Па­рень сов­сем сбрен­дил.

— Сы­новья Во­ина бы­ли ра­зог­на­ны три сот­ни лет то­му на­зад.

— Но­вый Вер­ховный Сеп­тон воз­ро­дил ор­ден. Он ра­зос­лал при­зыв всем дос­той­ным ры­царям пос­вя­тить свои жиз­ни и ме­чи слу­жению Се­мерым. Бед­ные Ре­бята то­же вос­ста­нов­ле­ны.

— С ка­кой ста­ти Же­лез­ный Трон до­пус­тил по­доб­ное? — Джей­ме пом­нил, что пер­вые Тар­га­ри­ены го­дами сра­жались с эти­ми дву­мя во­ен­ны­ми ор­де­нами, хо­тя он не мог вспом­нить ка­кие ко­роли имен­но. Воз­можно, Мей­егор или пер­вый из Джа­ха­ери­сов. — «Вот Ти­ри­он, тот точ­но вспом­нил бы».

— Его Свя­тей­шес­тво на­писал, что ко­роль Том­мен дал свое поз­во­ление. Ес­ли хо­чешь, я по­кажу те­бе пись­мо.

— Да­же ес­ли это прав­да… ты лев с Уте­са, лорд. У те­бя есть же­на, за­мок, и зем­ли и лю­ди, ко­торых нуж­но за­щищать. Ес­ли бо­ги бу­дут ми­лос­ти­вы, у те­бя бу­дут сы­новья тво­ей кро­ви, ко­торые ста­нут про­дол­жа­теля­ми тво­его де­ла. По­чему ты хо­чешь от­бро­сить все это прочь ра­ди… ра­ди ка­ких-то клятв?

— А по­чему так пос­ту­пил ты? — Ти­хо спро­сил Лан­сель.

«Ра­ди чес­ти», — мог от­ве­тить Джей­ме. — «Ра­ди сла­вы». Но это бы­ла бы ложь. Честь и сла­ва то­же сыг­ра­ли свою роль, но ос­новная при­чина зва­лась — Сер­сея. С его губ сор­вался смех. — Ты бе­жишь в объ­ятья Вер­ховно­го Сеп­то­на или мо­ей ми­лой сес­три­цы? По­молись об этом, и мо­лись усер­дно, брат.

— Так ты по­молишь­ся со мной, Джей­ме?

Он ог­ля­дел сеп­ту, бо­гов. Ма­терь, пол­ную сос­тра­дания. От­ца, бес­по­щад­но­го в сво­ей спра­вед­ли­вос­ти. Во­ина с ме­чом в ру­ке. Не­ведо­мого, чье по­луче­лове­чес­кое ли­цо выг­ля­дыва­ло из те­ни опу­щен­но­го ка­пюшо­на. — «Я ду­мал, что я Во­ин, а Сер­сея — Де­ва, но она все вре­мя бы­ла Не­ведо­мым, скры­вав­шим свое ли­цо от мо­их глаз».

— По­молись за ме­ня, ес­ли же­ла­ешь. — От­ве­тил он ку­зену. — Я за­был все сло­ва.

Ког­да Джей­ме вы­шел в ночь, во­робьи по-преж­не­му си­дели на сту­пенях.

— Спа­сибо, — об­ра­тил­ся он к ним. — Те­перь я чувс­твую се­бя го­раз­до свя­тее.

По­ис­кав, он об­на­ружил си­ра Или­на с па­рой ме­чей.

Двор зам­ка был по­лон глаз и ушей. Что­бы из­ба­вить­ся от них, они от­пра­вились в бо­горо­щу Дар­ри. Тут во­робь­ев не бы­ло, толь­ко го­лые за­дум­чи­вые де­ревья. Их чер­ные го­лые вет­ки вце­пились в не­бо. Под но­гами шур­шал тол­стый ко­вер пав­ших листь­ев.

— Ви­дите это ок­но, сир? — Джей­ме вос­поль­зо­вал­ся ме­чом как указ­кой. — Это быв­шая спаль­ня Рай­му­на Дар­ри. Там спал ко­роль Ро­берт по воз­вра­щению из Вин­терфел­ла. Ты пом­нишь, дочь Не­да Стар­ка сбе­жала пос­ле то­го, как ее волк уку­сил Джоф­фа. Моя сес­тра хо­тела, что­бы дев­чонке от­ру­били ру­ку. Это древ­нее на­каза­ние, за по­куше­ние на осо­бу ко­ролев­ской кро­ви. Ро­берт от­ве­тил, что она чу­дови­ще и су­мас­шедшая. Они ру­гались пол­но­чи… прав­да, сра­жалась од­на Сер­сея, а Ро­берт на­пивал­ся. Уже за пол­ночь ко­роле­ва поз­ва­ла ме­ня внутрь. Ко­роль вов­сю хра­пел на ми­рий­ском ков­ре на по­лу. Я спро­сил свою сес­тру, не же­ла­ет ли она, что­бы я уло­жил его в кро­вать. Она от­ве­тила, что­бы я уло­жил в кро­вать ее и сор­вал с нее платье. Я ов­ла­дел ею на пос­те­ли Рай­му­на Дар­ри, пе­рес­ту­пив че­рез спя­щего Ро­бер­та. Ес­ли б Его Ве­личес­тво прос­нулся, я бы убил его — там и тог­да. И он стал бы не пер­вым ко­ролем, пав­шим от мо­его ме­ча… но ты зна­ешь эту ис­то­рию не ху­же ме­ня, не так ли? — Он ру­банул по вет­ке де­рева, раз­ру­бив ее до по­лови­ны. — Ког­да я тра­хал Сер­сею, она кри­чала: «Хо­чу!». Я ду­мал, что она име­ет в ви­ду ме­ня, но она хо­тела изу­родо­вать или убить дев­чонку Стар­ков. — «Все, что я де­лаю, я де­лаю ра­ди люб­ви». — Толь­ко бла­года­ря слу­чай­нос­ти ме­ня опе­реди­ли лю­ди Стар­ка, и са­ми наш­ли дев­чонку. Ес­ли б я на­шел ее пер­вым…

В све­те фа­кела ос­пи­ны на ли­це си­ра Или­на ка­зались чер­ны­ми ды­рами, поч­ти как ду­ша Джей­ме. Он из­дал кло­кочу­щий звук.

«Да он сме­ет­ся на­до мной!» — По­нял Джей­ме Лан­нистер. — Из то­го, что я знаю, ты то­же тра­хал мою сес­тру, ты — урод­ли­вый уб­лю­док! — Он сплю­нул. — Что ж, зат­кнись и поп­ро­буй ме­ня убить, ес­ли смо­жешь.


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.036 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал