Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






ОБУЧЕНИЕ ЦЕННОСТЯМ И САМОДИСЦИПЛИНЕ






"Я не обязан"

Однажды в воскресенье мы всей семьей сидели и читали газету. Кристи подошла к матери, схватила газету, скомкала ее и бросила на пол. Мать сказала: "Кристи, это не очень красиво выглядело, подбери газету и верни ее матери. И извинись". "Я не обязана", сказала Кристи. Каждый из нас сказал Кристи то же самое и получил такой же ответ. Тогда я сказал Бетти взять Кристину и отвести ее в спальню. Я улегся на кровать, а Бетти положила ее рядом со мной. Кристи с презрением смотрела на меня. Она начала выкарабкиваться, но я схватил ее за лодыжку. "Отпусти!" - сказала она.

"Я не обязан", ответил я.

Борьба продолжалась четыре часа. Она брыкалась и боролась. Очень скоро ей удалось высвободить одну лодыжку, но я ухватил ее за вторую. Борьба была отчаянной - это было похоже на молчаливую схватку двух гигантов. К концу четвертого часа она поняла, что проиграла и сказала: "Я подберу газету и отдам ее маме",

Вот тогда и настал главный момент. Я сказал: "Ты не обязана". Тогда она, подумав получше, сказала: "Я подберу газету и отдам ее маме. Я извинюсь перед мамой".

"Ты не обязана", вновь сказал я. Ей пришлось основательно задуматься и полностью включиться в понимание. "Я подниму газету, я отдам ее маме, я хочу ее поднять, я хочу попросить прощения". "Хорошо", сказал я.

Десять лет спустя мои две младшие дочери стали кричать на мать. Я подозвал их и сказал: "Постойте-ка в углу. Я не думаю, что это очень здорово - орать на мать. Постойте и подумайте, согласны вы со мной или нет".

"Я могу простоять там хоть всю ночь", заявила Кристи.

Рокси сказала: "Думаю, что неправильно было кричать на маму. Я пойду и извинюсь перед ней".

Я продолжал работать над рукописью. Через час я посмотрел на Кристи. Простоять час, это все равно утомительно. Я отвернулся и продолжал писать еще час. Снова повернулся и сказал: "Кажется, что даже стрелки часов стали двигаться медленнее". Через полчаса я снова повернулся к ней и сказал: "Я думаю, что реплика, которую ты бросила маме, была очень глупой. И еще глупее было кричать на нее".

Она бросилась ко мне в объятия и, заплакав, сказала: "Я тоже так думаю".

Десять лет без наказаний - с двух лет до двенадцати. В пятнадцать лет я еще раз наказал ее. И все. Только три раза.

В своей статье "Поиск состояния безопасности" в сборнике "Семья как процесс", Эриксон писал: "Реальность, чувство безопасности и определение границ дозволенного являются важной составной частью развивающегося сознания ребенка... Когда он еще мал, слаб, но уже понимает, когда он оказывается в мире неопределенностей и эмоциональных изменений, тогда у него возникает желание узнать, что может обеспечить ему реальное чувство безопасности и силы".



Эриксон мог прекратить наказание после того, как Кристи "сдалась", но он продолжал, пока она не сказала "я хочу". Это означало, что нормы социально желательного поведения стали ее внутренними нормами. В этом рассказе Эриксон яснее, чем кто-либо, показывает процесс развития совести или суперэго.

Он также подчеркивает необходимость "определения границ дозволенного" с самого раннего возраста. Благодаря тому, что это "сильное и надежное" дисциплинирующее воздействие, от которого исходило одновременно чувство силы и безопасности, было использовано в раннем возрасте, в дальнейшем понадобилось наказывать Кристи только два раза за пятнадцать лет. Ранний урок был прекрасно выучен.

Мусор

У детей короткая памятью но я отлично запоминаю, что они делали или говорили.

Роберт однажды заявил: "Я достаточно взрослый, большой и сильный, чтобы каждый вечер выносить мусор".

Я выразил сомнение в этом, но он горячо защищал свою точку зрения. Тогда я сказал: "Хорошо, со следующего понедельника мы попробуем".

Он вынес мусор в понедельник, во вторник, но в среду забыл это сделать. В четверг я ему напомнил, и он вынес мусор, но забыл это сделать в пятницу и в субботу. Поэтому в субботу я дал ему возможность как можно больше поиграть в активные игры, которые ему очень понравились, но от которых он устал. И затем, в качестве особого исключения я позволил ему лечь спать так поздно, как он пожелает, В час ночи он сказал: "Пожалуй, я пойду спать".



Я отпустил его спать. По какой-то странной случайности я проснулся в три часа ночи. Я разбудил Роберта и очень извинялся за то, что забыл ему напомнить вынести мусор. Не сделает ли он этого сейчас? И вот, с большой неохотой Роберт оделся. Я еще раз извинился за то, что не напомнил ему и он понес мусор.

Вот он вернулся, разделся, одел пижаму и забрался в кровать. Я был уверен, что он крепко спит. Я снова разбудил его. На этот раз я извинялся еще больше. Я сказал ему, что сам не понимаю, как это мы просмотрели мусор в кухне. Не оденется ли он снова и не вынесет ли этот мусор? Он выбросил его в мусорный ящик у дороги. Он шел обратно глубоко задумавшись и уже дошел до крыльца. Вдруг он рванулся обратно на дорогу к мусорному ящику, чтобы убедиться, что крышка на нем хорошо закрыта.

Войдя в дом, он остановился и окинул взглядом кухню, прежде чем снова лечь в постель. А я все еще продолжал извиняться. Он лег спать и уже больше никогда не забывал выносить мусор.

Фактически, Роберт запомнил этот урок так крепко, что у него вырвался тяжелый вздох, когда я сказал ему, что опишу этот случай в своей книге.



mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2021 год. (0.014 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал