Sturmmesser M1917

До этого штурмовые подразделения вооружались различными траншейными ножами, в т.ч. была налажена массовая фабричная переделка штыка обр. 1895 г. к винтовке Mannliher и австрийского экспортного штыка к винтовке Mauser, состоявшая в удалении узлов крепления к оружию.

Последний французский уставной нож периода до 1-й Мировой войны датируется 1833 годом, это был морской абордажный нож. Начиная с этого времени на вооружение не было принято никакого короткоклинкового оружия, за исключением кортиков кандидатов к производству в морские офицеры и морских офицеров, вплоть до 1-й Мировой войны. С ее началом, когда фронт стабилизировался, для специальных разведывательных операций, патрулирования, захвата пленных, атак на наблюдательные пункты противника были созданы дозорные взводы, солдаты которых первыми осознают необходимость ножа. В отличие от немцев, у которых были с собой баварские никкеры и достаточно короткие штыки к Маузеру, французы имели либо складные ножики, либо длинные штыки к карабину Манлихер-Бертье и игольчатые к винтовке Лебеля.

С того момента, как война перешла в позиционную и стороны создали глубоко-эшелонированную оборону, в функцию некоторых штурмовых групп, т.н. «чистильщиков траншей», входила зачистка завоеванных окопов, накрытых атакующей цепью, которая прокатывалась дальше, оставляя в тылу раненных или спрятавшихся солдат противника. Чистильщикам окопов приходилось действовать в крайне тяжелых условиях и в очень сжатые сроки на участках, испещренных проходами, глубокими траншеями, полузасыпанными блиндажами, воронками от снарядов, им надо было устранить все островки сопротивления, взять в плен выживших и отобрать тех, кто может дать полезные сведения. Зачастую, на деле, зачистка превращалась в бойню, когда озверевшие солдаты просто добивали раненных и убивали пленных.

Поэтому во французской армии такая миссия, как правило, не доверялась кому попало, отбирались определенные солдаты, спокойные, эффективные, которые чаще всего выбирались командирами подразделений и групп прямо перед атакой. Запрещалось брать на это дело добровольцев по вполне понятным соображениям. Иногда командиры приносили связку ножей прямо перед выполнением задания и вручали их отобранным солдатам. В германской армии чистильщики вооружались зачастую палицами с шипами или сельскохозяйственными серпами. Австрийцы и немцы иногда использовали в качестве набалдашника такой дубинки корпуса немецких тёрочных гранат-лимонок. Всеми сторонами использовались также заточенные саперные лопаты.

Первое, что начали делать солдаты, естественно, это укорачивать сломанные или трофейные штыки и переделывать их в траншейные ножи и стилеты. В ход пошла арматура для натягивания колючей проволоки, из нее в походных кузницах начали делать т.н. «французские гвозди» - примитивные стилеты. Со складов были изъяты запасы абордажных ножей обр. 1833 г. и пущены в дело. Причем надо иметь в виду, что они также представляли собой переделку некондиционных трехгранных штыков. Вообще, практически все французские окопные кинжалы были изготовлены из игольчатых штыков, кустарным или фабричным способом.

Два французских предприятия - Бургад и Астье-Продон по заказу румынского правительства изготавливали для румынской армии кинжалы пешей артиллерии модели 1892 г., штыкового типа. До начала войны эти кинжалы изготавливались в Германии и Австрии, однако с ее началом, поскольку Румыния была союзником Франции, производство переместилось во Францию. Большую партию румынских кинжалов, которую не успели отправить в окруженную Румынию через Мурманск, также отправили в окопы. Любопытно, что в 1940 г. немцы захватили партию таких кинжалов в Шательро, поскольку на складах оставались кинжалы из последней партии на момент перемирия, поэтому эти кинжалы встречались в качестве окопных ножей у немцев во 2-ю Мировую войну.

Интенданты начали массовые закупки ножей мясников для снабжения армии, а частные мастерские быстро организовали выпуск разнообразных ножей и кинжалов, типа знаменитого «чистильщика траншей» Анри Ко. Фабрика Анри Ко-Диона специализировалась на волочении проволоки и малой металлургии, в цехах производились изделия из стальной и железной проволоки: мышеловки и крысоловки, корзинки для мяса и для салатов, пружины для матрацев и т.д. Предприятие Анри Ко, которому помогали его племянники, срочно возвращенные с фронта, расположенное вблизи от линии фронта, было срочно переориентировано на производство товаров для кавалерии: подков, стремян, деталей сбруи, шпор и поставки, в кратчайшие сроки, сначала весьма примитивного окопного кинжала, известного как «гвоздь», а затем окопных кинжалов оригинального дизайна с рукоятью скелетного типа.

Из армии по требованию интендантских служб, столкнувшихся с проблемой нехватки квалифицированных кадров на предприятиях, занятых производством оружия, в т.ч. ножей для действующей армии, были демобилизованы оставшиеся в живых работники. Согласно реестру предприятий региона Тьер к концу войны среди владельцев мастерских значительно увеличилось количество вдов.

И только в августе 1915 г. арсеналы, в т.ч. в Шательро, с участием ножевых мастерских наладили выпуск стандартных кинжалов для армии, которые, впрочем, тоже переделывались из штыков. Подполковник Кутро, председатель Комиссии по приемке пулеметов на мануфактуре Шательро, в 1915 г. предложил использовать бракованные клинки от штыков образца 1886 года к винтовке Lebel и клинки кавалерийских сабель образца 1854 и 1896 годов для производства траншейных кинжалов. Из каждого клинка штыка получались два кинжала – один из основания, другой из конца. В течение 1915-1917 гг. были выпущены десятки тысяч таких кинжалов.