Йог-Сотот

Воображение подсказывало ему очертания легендарного Йог-Сотота - то была

лишь груда радужных шаров, но она всегда поражала посетителей музея своей

зловещей многозначительностью.

– Г.Ф. Лавкрафт, «Ужас в музее»

Йог-Сотот является Богом Извне, который существует вне времени и пространства, однако он заперт снаружи Вселенной, в которой мы живем. О его космическом, неземном происхождении мы может сделать выводы из этого отрывка рассказа «Врата Серебряного Ключа», написанного в 1934 году Лавкрафтом и Эдгаром Хоффманом Прайсом:

«Безграничное Бытие воплощало Все-в-Одном и Одно-во-Всем, о котором ему поведали волны. Оно заключало в себе не только время и пространство, но и весь универсум с его безмерным размахом, не знающим пределов, и превосходящим любые фантазии и расчеты математиков и астрономов. Возможно, в древности жрецы тайных культов называли его Йог-Сототом и шепотом передавали из уст в уста это имя, а похожим на раков инопланетянам с Юггота он был известен как Находящийся-за-Краем»

Йог-Сотот знает все и видит все. Для того, чтобы «угодить» этому божеству, необходимо обладать огромными знаниями о нем и его предпочтениях. Тем не менее, как большинство подобных существ в мифах, Йог-Сотот может жестоко наказать того, который будет знать или видеть слишком много. Некоторые авторы утверждают, что расположения этого бога можно добиться лишь принося человеческие жертвы или обрекая себя на вечное служение ему.

Предположительно имя Йог-Сотота – это грубая транслитерация арабской фразы «йаджи аш сутах», что означает «за этими вратами нет мира» («мир» в данном случае противопоставление войне).

«Йог-Сотхотх знает ворота. Иог-Сотхотх и есть ворота. Йог-Сотхотх это и страж ворот и ключ к ним. Прошлое, настоящее и будущее слились воедино в нем. Он знает, где Старейшины совершили прорыв в прошлом, и где Они сделают это вновь. Он знает, где Они ступали по Земле, и где Они все еще ступают, и почему никто не может увидеть Их там. Люди могут иногда догадаться об Их близости по Их запахам, но об Их внешности никто из людей не может знать».

Г.Ф. Лавкрафт, «Ужас в Данвиче».

Йог-Сотот имеет некоторую связь с таинственными Древними, которые упоминаются в «Ужасе в Данвиче» (1929 год), но конкретно ни об этих отношениях, ни о количестве или каких-то характеристиках Древних в рассказе не говорится. Очевидно лишь, что это своего рода альянс или союз, так как Уилбур Уотли, получеловек, сын Йог-Сотота, пытался вызвать Древних, чтобы они помогли ему подчинить близнеца Уилбура.

В «Деле Чарльза Декстера Варда» имя Йог-Сотота присутствует в одном из заклинаний, которое служит для оживления мертвых:

ИАИНГНГАХ

ЙОГ-СОТОТ

ХЬЕЕ-ЛЬГЕБ

ФЬАИ-ТРХОДОГ

УААААХ

Азатот

Первое письменное упоминание Азатота было в записке Лавкрафта, сделанной им еще в 1919 году. Это была его рабочая записка, в которой была лишь одна фраза: «Азатот – отвратительное имя». Редактор Роберт М. Прайс, который работал с «Мифологией Ктулху», утверждает, что Лавкрафт, скорее всего, скомбинировал название библейского города Анатот (родной город Иеремии) и имя Азазель (демон пустынь, которому в качестве жертвы приносят козлов, упоминался Лавкрафтом в «Ужасе Данвича»). Прайс также указывает на алхимический термин «Azoth», который используется в названии одной из книг Артура Эдварда Уэйта, ставшего прототипом мастера Ефраима Уэйта в рассказе Лавкрафта «Нечто на пороге».

Чуть позже, но в том же 1919 году Лавкрафт делал для себя другую пометку, которая касается идеи для рассказа: «Страшное паломничество в поисках мрачного трона демона-султана Азатота». В письме Фрэнку Белкнапу Лонгу Лавкрафт связывает это имя с «Ватнеком» – романом Уильяма Бекфорда о сверхъестественном халифе. Впрочем, попытки Лавкрафта проработать эту идею и создать полноценный роман провалились. У автора получился лишь фрагмент длиной в пятьсот слов, опубликованный под названием «Азатот» в журнале «Листья» в 1938 году. Однако лавкрафтовед и ученый Уилл Мюррей предполагает, что идея все-таки использована Лавкрафтом в романе «Сомнамбулический поиск неведомого Кадата», написанном в 1926 году.

Прайс указывает и на другое обстоятельство, вдохновившее Лавкрафта на создание образа Азатота. Это Мана-Йод-Сушаи из произведения Лорда Дансэни «Боги Пеганы». В этом произведении данное божество было «богом-творцом, который создал других богов и ушел на покой». В концепции Дансэни Мана-Йод-Сушаи пребывает в вечном сне, убаюканный музыкой меньшего божества, которое должно вечно бить в барабан. И если он прекратит барабанить, усыпляя Мана-Йод-Сушаи, тот проснется, и все боги и миры, которые являются его снами, исчезнут. Прайс говорит, что именно этот бог-творец, спящий под сверхъестественную музыку Меньших Существ, и есть прототип Азатота.

«Сомнамбулический поиск» фактически стал первым романом, в котором Лавкрафт упоминает Азатота:

«…внешняя упорядоченная вселенная – это аморфная хаотическая система, которая бурлит и кипит на самых нижних уровнях Сущего, и здесь пребывает бескрайний демон-султан Азатот, имя которого ни одни губы не осмеливаются говорить вслух. В вечном голоде он постоянно щелкает зубами во сне, и пробудиться ему не дает мерзкий звук барабанной дроби и тонкий, однообразный визг проклятых флейт».

В следующий раз Лавкрафт упоминает Азатота в «Заклинателе во Тьме» (1931 год), где главный персонаж рассказывает об «омерезении, испытываемом при упоминании о чудовищном ядерном хаосе, что лежит за пределами углового пространства и в Некрономиконе называется Азатотом». Здесь слово «ядерный», очевидно, относится к центральному расположению Азатота в той системе, а не к ядерной энергии, которая при жизни Лавкрафта была даже неизвестна науке.

В «Снах в доме ведьм» (1932 год) протагонист Уолтер Гилман видит сон, в котором ведьма по имени Кезия Мэйсон говорит с ним и передает ему следующее: «Когда ты повстречаешь Черного Человека – он поведет тебя к трону Азатота, что обитает в самом ядре бесконечного хаоса… Там ты должен будешь поставить собственной кровью свою подпись в книге Азатота, после чего ты получишь новое тайное имя…». Гилмана что-то удержало от совершения этого ритуала, но он отчетливо помнил, что имя Азатот упоминалось в Некрономиконе, где эта сущность описывается как «самое ужасное, что только может существовать».

В другом своем сне Гилман слышит «тонкий и однообразный писк флейты» и решает, что он «достиг того, что описано в Некрономиконе – пристанище беспощадного и жестокого Азатота, который восседает на своем троне в самом сердце хаоса, где времени и пространства не существует». Позже герой видит себя «в спирали черных вихрей, что является Конечной пустотой Хаоса, в котором правит демон-султан Азатот»,

Поэт Эдвард Пикман Дерби, главный герой лавкрафтовского «Нечто на пороге», в своей коллекции «Стихов из ночных кошмаров» имеет серию произведений, озаглавленных как «Азатот и прочие ужасы.

И наконец последнее крупное упоминание в творчестве Лавкрафта Азатота относится к 1935 году в «Охотнике Тьмы». В этом произведении рассказывается о «…древних легендах о Конечном Хаосе, в центре которого раскинулся слепой и бессмысленный бог Азатот, Господь всех вещей. Его окружают невидимые бесплотные сущности, которые убаюкивают бога игрой на своих инструментах, что издают демонические и отвратительные звуки».