Главная страница Случайная страница
КАТЕГОРИИ:
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника
Парад темпераментов
|
|
Мир меланхолика — мир синего цвета. Перед нами созер-Цотель, погруженный в себя. Синий цвет по Гете — чарующее ничто.
236
Меланхолик (Бараташвили, синий цвет): — Цвет небесный, синий цвет, Полюбил я с ранних лет. В детстве он мне означал Синеву других начал, Но теперь, когда достиг Я вершины дней своих, В жертву всем другим цветам Голубого не отдам. Он прекрасен без прикрас — Этот цвет любимых глаз, Этот взгляд небесный твой, Напоенный синевой. В этот голубой раствор Погружен земной простор. Этот синий, голубой Иней над моей плитой, Этот сизый, сизый дым Мглы над именем моим.
237
— Надо увидеть небо в чашечке цветка (печально) — из чашки цветка выползает пчела, — О, с какой неохотой!
(Музыкант играет «Идиллию» — 2-ю часть 5-го концерта Бетховена для фортепиано.)
Люшер: — Выбравший синий цвет говорит медленно и тихо. На стене у него дома знаки сердца, например цветы.
А вот флегматик — Жан-Жак Руссо идет по зеленой аллее парка. Недаром он выбрал зеленый цвет. Это мир мудрости - мир учителя — мудреца. Здесь живут Бах и Шопенгауэр.
Флегматик: — Две самые удивительные вещи в мире — это звездное небо над нами и нравственный закон внутри нас (после паузы, значительно) Кант! (читает Киплинга)
Наполни смыслом каждое мгновенье часов и дней неумолимый бег. Тогда весь мир ты примешь во владенье, тогда, мой сын, ты будешь человек. (Музыкант играет Шуберта - музыку леса и ручья.)
Люшер (в сторону): — На стене у него висят дипломы. Он говорит отчетливо!
А вот идет сангвиник — он взял желтый цвет.
Ведущий: — Это мир Вакха, друга, комедии. Здесь живут раргантюа и Швейк, это радостный мир Моцарта и Пушкина, здесь проживают анекдот и оперетта, смеющаяся музыка джаза.
Радость — чудный отблеск рая, Дочь, любимая богам. Мы вступаем, неземная, Огнехмельная, в твой храм. Кто изведал жребий ясный, Радость — двигатель всесущий Нескончаемых веков, Радость — маятник, ведущий Ход космических часов.
Люшер: — У взявшего желтый цвет на стене висят виды городов, где он был или хочет побывать. Выбравший желтый цвет говорит быстро.
Сангвиник (действительно говорит быстро и пылко), (читает Шиллера)
(Музыкант играет искрящуюся радостью музыку: «Тарантелла» Россини, «Турецкий марш» Моцарта, тему Армстронга.)
Ведущий: — Мир сангвиника сменяет неистовый мир холерика- это выбор красного цвета.
Перед нами мир страсти — Ван Гога и Бетховена. Люшер: — Выбор красного цвета соответствует быстрому темпу, музыке Листа и рок-н-ролла.
(Указывает на холерика.) — Человек красного цветовыбора говорит громко.
Холерик: — (громко)
Если гневается песня — Это гнев святого боя. Перед волей человека Ад бежит, от страха воя. Багрицкий:
— Чтоб звездами падала кровь человечья, Чтоб выстрелом рваться Вселенной навстречу, 238
Чтоб волн запевал оголтелый народ,
Чтоб злобная песня коверкала рот,
Чтоб петь, задыхаясь на страшном просторе:
— Ах Черное море, хорошее море! Берне:
— Так весело, отчаянно шел к виселице он,
В последний час в последний пляс пустился Макфесон Привет вам, тюрьмы короля, аде жизнь влачат рабы. Меня сегодня ждет петля и гладкие столбы. В полях войны среди мечей встречал я смерть не раз. Но не дрожал я перед ней, не дроту и сейчас.
Люшер (указав на холерика):
— Дома у него висят картины с эротическим сюжетом и спортивные кубки.
Музыкант играет «Кампанеллу» Паганини.
противостояние тем.перам.ентов
Ведущий: — Рациональный флегматик и пылкий неистовый холерик могут не понять друг друга. Они мечут стрелы иронии.
Послушаем, как отзываются друг о друге поэты и мудрые реалисты.
Флегматик (философ): — поэзия это дар быть умным без ума.
Поэт Блэйк отвечает:
— Философия хромая; Рот кривит, не понимая, Как ей с мерой муравьиной, Сочетать полет орлиный.
Бетховен: — Музыка — откровение выше философии! Омар Хайям:
— Но прежде разуму, назойливому Старцу, чтоб опьянить его,
В глаза вином плесну. Флегматик (принимает вызов, читает Сашу Черного):
— С добродушием ведьмы Встречаю поэта в передней. Сегодня собрат именинник
И просит взаймы взять полтинник.
239
Блок (гневно):
— Так жили поэты. Читатель и друг, Ты думаешь, может быть, хуже Твоих ежедневных бессильных потуг, Твоей обывательской лужи. Пускай я умру под забором, как пес, Пусть жизнь меня в землю втоптала, — Я знаю — то Бог меня снегом занес, То вьюга меня целовала. Маяковский:
— Вот Вы, мужчина, у вас в усах Капуста вчерашних недожеванных щей. Вот Вы, женщина, на Вас белила густо. Вы смотрите устрицей из раковины вещей. Все вы на бабочку поэтиного сердца Взгромоздитесь, грязные, в галошах и без галош... (огорченно машет рукой). Флегматик — музыкантам (читает Сашу Черного):
Кургузый добросовест}1ый флейтист, Закрыв глаза, поплевывает в дудку. Впиваясь в скрипку, тоненький как глист, Визжит скрипач, прижав пюпитр к желудку. Девица-страус, сжав виолончель И бесконечную наяривая трель, Все локтем ерзает по кремовому лифу...
Флегматик (и О' Генри): — Я никогда не страдал пониманием музыки.
Флегматик превращается в императора Франца Иосифа: - Моцарт, здесь слишком много нот!
Моцарт: — Ровно столько, сколько надо, ваше императорское величество.
(В сторону) — Я написал музыку. Знатокам нравится. А длинноухие и музыкальные идиоты тоже будут довольны, не понимая почему.
Толстой: — Опера Вагнера ужасна. Эти люди в трико, которые ходят приседая и разводят белыми нерабочими руками.
240
(О «Крейцеровой сонате» Бетховена) Какое право музыкант гипнотизировать людей, мучая и волнуя, и эт насилие происходит средь бела дня среди декольтированных дам.
Звучит 5-я симфония Бетховена.
Гете: — это невозможно. Если это играть, то может рухнуть потолок.
Встреча Гете и Бетховена
Гете склонился перед сиятельными особами. Бетховен прошел через толпу принцев крови, заложив руки за спину, как болид (метеор), сопровождаемый почтительными приветствиями.
Потом он отчитал олимпийца Гете: — Вы должны знать себе цену. Родиться принцем или герцогом — это игра случая. Гете и Бетховен — единственные.
Гете (письмо): — Я никогда не встречал такой могучей художественной воли в сочетании с детски неукротимой натурой. Бетховен прав, находя мир отвратительным, но ничего не делает, чтобы можно было спокойно его переносить.
Врубель: ~ Я приехал к Толстому, под волчий, тоскливый взгляд хозяина Скучной поляны.
Ведущий: — Язвительность Врубеля связана с. проповедью Толстого о ненужности красивости для народа.
Врубель: — Толстой своей проповедью полезности искусства для народа украл у меня публику. Кому нужен мой ПАН или сирень, когда народ голодает!
Толстой: — Если почитать газеты, можно подумать, что самые важные события — это смерть Врубеля и Комиссаржевской. На самом деле самое главное событие этого года — это недород в Тульской губернии.
Власть и художник.
Люшер: — Сочетание зеленого и красного говорит о силе и энергии. Эти цвета имеют источник внутри человека, и направлены во внешний мир.