Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Пять лет, вы должны испытывать соблазн возобновить торговлю. Как вы решаете эту проблему? Как это видится вам в долгосрочной перс­пективе?






Я сам не торгую по двум причинам. Первую вы назвали — желание быть объективным с клиентами. Если я помогаю кому-то торговать и при этом зани­маю противоположные позиции, то я могу не слишком объективно оценить действия других. Однако не менее важна и вторая причина: я весьма ответ­ственно отношусь к своему делу. Мне нравится помогать кому-то, писать, вы­ступать с докладами и так далее. Я получаю от этого огромное удовлетворение. К тому же теперь моя рабочая неделя составляет шестьдесят часов. Если бы я начал сейчас торговать, то вынужден был бы уделять этому почти столько же времени, по крайней мере поначалу. Так зачем мне это начинать, отказываясь от того, что я уже умею и люблю делать? В большинстве видов спорта играю­щие тренеры обычно не очень сильны ни в игре, ни в тренинге.

Судя по вашему вопросу, вы считаете, что я хочу торговать и поэтому ис­пытываю некий внутренний конфликт. На самом деле мне все меньше и меньше хочется торговать самому, так как все больше нравится способствовать успе­ху других. Теперь я инвестирую в самого себя и в свой бизнес. Я постоянно работаю над совершенствованием своих навыков и знаний, и этот труд хорошо окупается. Какой же смысл мне распыляться? Возможно, что когда-нибудь я решу, что сделал все, что мог, или захочу сменить род занятий, или же мне просто понадобится перерыв. Например, не исключено, что через три-четыре года я буду работать с пятьюдесятью лучшими трейдерами или еще больше того. В таком случае я, возможно, и сам стану торговать, но в ближайшем будущем мне это едва ли грозит.


Сделка

Из личного опыта

В ходе бесед с трейдерами я постепенно понял, что одним из главных сти­мулов всего этого предприятия является мое стремление к самоосознанию. Хотя из года в год я заканчивал с чистой прибылью (и даже значительно увели­чил свой небольшой исходный капитал в двух отдельных случаях), меня не оставляло отчетливое ощущение своей неудачливости в торговле. С моим опы­том, знанием рынков и торговли, многократно подтвержденными точным пред­видением крупных движений цены, я должен был бы добиться гораздо большего, по сравнению с чем все мои победы — это просто пустяк.

Во время одной из поездок, связанных с работой над книгой, я встретился с доктором Ван Тарпом. В тот вечер не я, а он долго расспрашивал меня о моей торговле. А буквально на следующий вечер моим экзаменатором стал прони­цательнейший Эд Сейкота. Благодаря этим взаимным интервью я стал усилен­но работать над своими недостатками, которые не позволили мне реализовать того трейдерского потенциала, который я чувствовал в себе.

В результате такого самоанализа я осознал, что одна из моих главных оши­бок состояла в том, что мне не удавалось воспользоваться крупными ценовы­ми движениями, которые я верно предугадывал. Вдобавок моя исходная позиция неизменно оказывалась слишком мелкой по сравнению с возможностями, ко­торые я видел в подобных сделках. Кроме того, я слишком рано ликвидировал и эту позицию. Как правило, я снимал прибыль на первом этапе ценового дви-


438 Сделка

жения в расчете вновь открыться при коррекции. Но обычно эти коррекции не дотягивали до намеченных мной уровней следующих вхождений в рынок, и я, отказавшись от преследования рынка, оставался сторонним наблюдателем развертывающегося движения цены. «В следующий раз я уж постараюсь вы­жать из сделки весь ее потенциал», — поклялся я себе.

Случай не заставил себя ждать. Полмесяца спустя, сидя в самолете, летя­щем в Чикаго, где меня ждали очередные интервью, я размышлял о результа­тах своего вчерашнего анализа ценовых графиков. Меня не оставляло ощущение, что рынок цветных металлов готов к подъему, а рынки мировых валют, наоборот, чреваты дальнейшим спадом. Внезапно меня словно озари­ло: -я понял, какой должна быть нужная мне сделка. Обобщив свои оценки, я пришел к выводу, что особенно привлекательной была бы длинная позиция по драгоценным металлам и короткая по валютам. (Поскольку эти рынки обычно идут в одном направлении, такая комбинация позиций была менее рискован­ной, чем просто длинная позиция по драгоценным металлам.) И я дал себе обе­щание, что при первой же возможности построю графики для такой сделки.

На следующее утро я нашел котировочный аппарат с функцией построе­ния ценовых графиков и засел за анализ различных ценовых соотношений. Прежде всего, оценив соотношения цен на серебро, золото и платину, я сделал вывод в пользу покупки серебра. Затем я рассмотрел соотношения различных мировых валют: получалось, что самой слабой из них был швейцарский франк. Далее, с учетом этих двух выводов, я проанализировал графики кросс-курса серебра к швейцарскому франку в различных временных интервалах, начиная с десяти лет и кончая месяцем.

Этот анализ привел меня к заключению, что мы стоим на пороге многолет­него роста серебра по отношению к швейцарскому франку. И хотя я уже ре­шил отказаться от торговли из-за разъездов, мешавших следить за рынками, перспективы, которые предоставляла такая ситуация, были настолько обеща­ющими, что я не мог не открыть хотя бы минимальной позиции. По правилам сделка с кросс-курсами должна состоять из примерно равных долларовых по­зиций на каждом из рынков. Я тут же подсчитал, что при имеющихся ценовых соотношениях один короткий контракт по швейцарскому франку соответству­ет примерно трем длинным контрактам по серебру.

Ознакомившись с краткосрочным графиком кросс-курса серебра к швей­царскому франку, я обнаружил, что с момента моего вчерашнего решения этот курс уже двинулся в направлении планируемой мной сделки. Даже на момент открытия торгов в то утро сделку все еще можно было совершить на гораздо более выгодных ценовых уровнях, чем теперь. Пока я раздумывал, как посту­пить, курс серебра к французскому франку продолжал расти. И я понял: пора действовать — иначе можно вообще упустить сделку. Я тут же отдал приказ


Сделка 439

открыть минимальную позицию из трех длинных контрактов по серебру и од­ного короткого по швейцарскому франку. Едва приказ был размещен, как курс, похоже, достигнув вершины, пошел вниз. Откат продолжался и в последую­щие два дня. Оказалось, что я ухитрился начать сделку в самое неподходящее время, считая с момента возникновения идеи. Однако соотношение цен быст­ро выправилось, и через несколько дней я уже был в большом выигрыше.

Тогда я вспомнил свои размышления о неумении использовать крупные цено­вые движения. И решил сохранить позицию, выбрав к тому же уровень отката цен для ее удваивания. Коррекция произошла почти через неделю, и я действо­вал согласно своему торговому плану. Мой расчет по времени оказался верным, так как рынок снова пошел в сторону моей сделки, причем на этот раз с удвоен­ной исходной позицией. При моем тогдашнем счете (около 70 000 долл.) образо­ванная позиция — шесть длинных контрактов по серебру на два коротких по швейцарскому франку — почти вдвое превышала обычную для меня в подобных случаях. Выходило, что я не зря поработал над упомянутыми недостатками сво­ей торговли. В последующие две'недели рынок уже летел в мою пользу. За месяц с начала этой сделки мой счет вырос более чем на 30 процентов.

Теперь передо мной возникла дилемма. С одной стороны, согласно своему обновленному пониманию торговли на крупных движениях рынка я должен оставаться в этой сделке как можно дольше. С другой стороны, следуя друго­му из моих правил, если посчастливилось выиграть много и быстро, то нужно снять прибыль. Затем обычно появляется шанс снова вступить в сделку, но уже на гораздо более выгодном уровне. Это второе правило напомнило о себе, когда курс серебра к швейцарскому франку пошел вниз.

Беглый обзор ценовых графиков показал, что, возможно, есть смысл снять прибыль, хотя бы частично. Для окончательного решения следовало допол­нительно изучить ситуацию. Но у меня тогда были и другие заботы — новая работа, написание книги. Так что на прочее, в том числе и на торговлю, време­ни и сил почти не оставалось. И вместо дополнительного анализа сделки я наскоро решил сохранить ее. Между тем рынок быстро двинулся в обратную сторону, и за неделю я проиграл значительную часть предыдущей прибыли.

По моим расчетам недельной давности полученная крупная прибыль дол­жна была послужить мне надежным буфером на случай отката рынка. Теперь же, когда он произошел, я увидел, что сильно ошибся в надежности этого бу­фера. Более того, я вдруг понял, что мне грозит полная потеря прибыли, а может быть, и вообще проигрыш сделки. Как быть: свернуть позицию или же сохранить согласно исходному плану?

В ту ночь мне приснился сон, в котором я разговаривал с одним из прияте­лей, занимавшимся разработкой компьютерных программ для анализа фью­черсных и опционных рынков, но не торговавшем на них. В моем сне он стал


440 Сделка

трейдером и мы с ним обсуждали мою нынешнюю дилемму со сделкой по се­ребру и франку.

Приятель так прокомментировал ситуацию: «Каждый получает на рынке то, чего добивается». — «Ты говоришь, прямо как Эд Сейкота», — слегка уди­вился я, поскольку он, помнится, даже не знал этого Сейкоту». — «Я ведь общался с ним одно время, — к моему еще большему удивлению ответил он. — И после этого стал постоянно выигрывать».

Перед ним на столе лежала ведомость, где в одном из столбцов значились суммы его итогового счета по месяцам. Я взглянул — и обомлел: последняя сумма перевалила за 18 миллионов! «18 миллионов прибыли! От торговли! Ну ты даешь, Берт! Теперь миллион-другой можно снять про запас, да?» — «Нет, — возразил Берт. — Все деньги нужны мне для торговли». — «Но это же бред какой-то. Сними хоть миллиона три-четыре. Тогда, чтобы ни случилось, у тебя будет надежная страховка и задел на будущее». — «Никакого бреда. Пока я изо дня в день буду заниматься графиками и анализом, мне волноваться не о чем», — ответил он.

Из его объяснений я отчетливо понял, что не слишком прилежно занима­юсь своим ежедневным анализом рынков. Его мысль, хотя и не высказанная прямо, была совершенно ясна: если бы я ежедневно анализировал ситуацию на рынках, то я бы сам понимал, почему для подстраховки не нужно снимать со счета эти миллионы, почему не нужно бояться потерять и весь выигрыш при дальнейшей торговле.

«Говоришь, не хватает времени заниматься рынками каждый день? По горло занят новой работой и книгой? А теперь послушай, что я тебе скажу». И он забросал меня предполагаемыми цифрами проданного тиража моей книги, гоно­раром за один проданный экземпляр и общим временем в часах, потраченным на работу над книгой. Затем он что-то подсчитал на листочке и пришел к итогу в 18, 50 долларов в час. «Видишь теперь, сколько ты зарабатываешь на книге», — сказал он таким тоном, что стало ясно, кто страдает безумием, подставляя под удар десятки тысяч долларов ради каких-то грошей. (Напоминаю, это был сон. Поэтому 18, 50 долл. в час, скорее, были мечтой, нежели реальностью.)

Как раз накануне этого сна я отредактировал раздел с интервью Марти Шварца, где говорилось о его скрупулезном ежедневном анализе ситуации на рынках. Это не было совпадением — мое подсознание само пришло к выводу: без прилежания не обойтись. Хочешь быть хорошим трейдером — занимайся рынками ежедневно. Не хватает времени — сделай так, чтобы хватало. Рас­плата за уклонение от этой ежедневной работы — в виде упущенных выигры­шей и понесенных потерь — может быть весьма существенной. Наверное, это имел в виду мой внутренний голос, когда говорил мне во сне: «Хочешь всерьез заниматься торговлей — перераспредели свое время».


Постскриптум

Сновидения и торговля

Связь между снами и торговлей — захватывающая тема. С некоторыми соображениями по этому вопросу читатель может познакомиться в интервью Сейкоты и Тарпа. Было и еще одно интервью, в котором эта тема была пред­ставлена особенно выпукло. Однако трейдер не дал согласия на использова­ние его в книге. «Что же вы нашли такого обидного, что даже передумали?» — недоумевал я, поскольку получившаяся глава была в целом лестной для него. «Абсолютно ничего, — ответил он. — На самом деле у вас я выгляжу почти по-человечески». Оказалось, что он расстроился из-за того, что его процитирова­ли в какой-то другой недавно опубликованной книге, и был решительно против появления своего имени в любой публикации. Даже предложение об аноним­ности не смогло изменить его решения. Однако я все же ухитрился получить его разрешение использовать часть интервью, где говорится о снах. (Имя, упо­мянутое в разговоре далее, изменено.)

В 1980 году, когда цена на кукурузу установилась на рекордно высокой отметке, я играл на повышение с максимальным размером позиции. Как-то ночью мне приснился сон, где я разговариваю сам с собой:


442 Постскриптум

— Слушай, Джерри, где будет цена на кукурузу?

— Около 4, 15 долл.

— А где она сейчас?

— На 4, 07.

— И ты рискуешь всем из-за каких-то восьми центов? Ты что, спятил?

Я мгновенно проснулся: надо закрыть всю позицию по кукурузе, как толь­ко рынок откроется на следующий день.

Наутро рынок открылся немного выше, и я начал продавать. Рынок под­нялся еще чуть-чуть, и я стал продавать активнее. Рынок продвинулся еще немного. Я подумал, что, может быть, биржевой брокер ошибся и выполнил мой приказ наоборот. Но нет, он сделал все правильно.

Так или иначе, но через несколько минут я окончательно закрыл позицию — и тут зазвонил телефон. Это был мой друг Карл, тоже хороший трейдер и тоже с длинной позицией по кукурузе. Он спросил:

— Джерри, так это все твои продажи?

— Да, вот только что закрыл позицию.

— Ты что?!

— Послушай, Карл, где будет цена на кукурузу?

— Около 4, 15-4, 20.

— А где она сейчас?

В ответ — лишь щелчок в телефонной трубке. Карл даже не сказал до сви­дания.


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.009 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал