Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






ГЛАВА 10. В пятницу вечером Эмили лежала в ванной, закрыв глаза, и думала: «Конечно, нельзя было допускать того






 

В пятницу вечером Эмили лежала в ванной, закрыв глаза, и думала: «Конечно, нельзя было допускать того, что произошло на этой неделе. Но, с другой стороны, это была самая интересная неделя в моей жизни. Конечно, не настолько интересная, как неделя, проведенная с Дональдом. И все же это было необыкновенно!»

Когда во вторник Майкл появился в библиотеке, Эмили пришла в ужас. Его же могли узнать! Она сразу же представила, что он лежит в луже крови на тротуаре, а люди из ФБР и мафиози стоят рядом с пистолетами в руках. Эмили была весь день как на иголках. Но когда за Майклом никто так и не пришел, она немного расслабилась.

Если вообще было возможно расслабиться в такой обстановке. Дело в том, что с того момента, как Сьюзен Ширли ушла из библиотеки и начала рассказывать всему городу, что здесь сидит симпатичный мужчина, почти холостяк, Эмили не находила себе места.

В Гринбрайере действительно было мало мужчин. Большинство из них, как и Дональд, снимали здесь квартиры, в которых жили только по выходным. Именно поэтому многие женщины не любили город и мечтали побыстрей отсюда уехать. Им не хватало мужской ласки и заботы.

Как только всем стало известно, что в городе появился взрослый, гетеросексуальный мужчина, Майкл стал фигурой номер один в Гринбрайере.

«О, как он наслаждается этим!» — с некоторым отвращением подумала Эмили, медленно намыливая губкой левую ногу. Ему безумно нравилось быть в центре внимания. Не важно, чьего именно: одиноких женщин или детей, которые так редко видели своих отцов.

К концу первого дня Майкл бросил читать документы, которые она ему принесла, и посвятил все свое время общению с горожанами. На следующий день в обед Майкл снова отложил кипу бумаг, которую он просматривал, и направился в уютный детский уголок. Там повсюду стояли небольшие стульчики, на полу был толстый мягкий ковер, на котором в беспорядке лежали разноцветные подушки.

Пока Эмили один за другим заполняла формуляры (всем в этом городе вдруг понадобилось взять какую-нибудь книгу), Майкл превратил ее библиотеку в своего рода мастерскую. Все началось в того, что в библиотеку пришла женщина с девочкой, чтобы поприветствовать Майкла, а у ребенка сломалась кукла. Женщина была разведена и растила дочь одна. Она настолько увлеклась беседой с таким симпатичным мужчиной, что не обращала никакого внимания на несчастные, полные слез глаза ребенка, в полном отчаянии смотревшего на безголовую куклу. Но Майкл заметил. Он присел на корточки перед девочкой, взял куклу и быстро починил ее.

Мать девочки нервничала, говорила всякую чепуху, пытаясь произвести на Майкла хорошее впечатление, но он даже не слушал ее его внимание было полностью поглощено девочкой.



— Ты знаешь какие-нибудь интересные истории? — спросила девочка шепотом, глядя в его большие темные глаза.

— Я знаю много всяких историй про ангелов, — ласково сказал Майкл. — Хочешь, я расскажу тебе одну из них?

Ребенок радостно кивнул, взял Майкла за руку и повел в детский уголок. Мать девочки еще некоторое время смотрела им вслед, а затем, резко развернувшись и сверкнув глазами, подошла к Эмили и попросила ее посмотреть за дочкой, пока она ненадолго отлучится по делам.

— Я… — начала было Эмили. Это не детский сад, а она не воспитательница и не намерена ею становиться. Но потом она посмотрела на Майкла и на ребенка: они сидели на полу, Майкл что-то оживленно рассказывал, а девочка внимательно его слушала, не обращая внимания ни на что вокруг. Эмили сказала, что девочка может остаться, а она за ней присмотрит.

С этого все и началось. Со всех концов города стали приходить дети со сломанными игрушками. А в их глазах читалось дикое желание послушать истории Майкла.

В три часа Эмили позвонила своей помощнице и попросила ее прийти в библиотеку, поскольку было очень много работы и одной ей было не справиться. Джидра была настолько удивлена подобной просьбой, что, не говоря ни слова, повесила трубку и прибыла на место так быстро, что Эмили было даже страшно спросить, с какой скоростью она ехала.

— О Боже! — воскликнула Джидра, медленно обводя взглядом переполненную библиотеку. — Кто это? — Она кивнула в сторону Майкла.

Джидра была на фут выше Эмили и весила на сто фунтов больше нее, но была самым великодушным человеком, какого когда-либо встречала Эмили. Жила она на окраине города с мужем, который появлялся время от времени, и двумя сыновьями, которые целыми днями только тем и занимались, что ели и смотрели телевизор. Как-то она призналась Эмили, что работа была самой большой радостью в ее жизни.



— Мой двоюродный брат, — сказала Эмили, пытаясь разглядеть Майкла в толпе, окружившей его. — Ты не подменишь меня, пока я схожу за книгами?

— Конечно, — ответила Джидра, широко раскрытыми глазами глядя на Майкла, едва видного среди окруживших его детей. — Он что, великий сказочник?

— Нет, простой ангел, — сказала Эмили, не подумав, затем посмотрела на Джидру, пожала плечами и исчезла за стеллажами. В следующую секунду она оказалась в толпе, окружавшей Майкла. Она, как и другие женщины и дети, сгорала от нетерпения услышать, что же там рассказывал Майкл. С книгами в руках Эмили протиснулась поближе к Майклу и принялась слушать. Она не знала, что за историю сейчас услышит. Может быть, какую-нибудь религиозную притчу или библейскую историю. Но он рассказывал им историю Америки. Майкл говорил о войне между Севером и Югом так, как будто он был там.

Он терпеливо отвечал на все вопросы, которые задавали ему дети: «Что они ели?», «Где они мылись?», «Их папы проводили с ними много времени?», «Они любили компьютерные игры?».

У Майкла был готов ответ на любой вопрос. Эмили начала было протискиваться поближе, чтобы тоже задать пару вопросов, но Майкл так на нее посмотрел, что она сразу вспомнила про свою работу и поспешила обратно к помощнице и ожидающим ее посетителям.

Работы было невпроворот, и Джидра заполняла формуляры со скоростью, на которую только была способна.

— Закрой окно, а то твои бумаги разлетелись по столу, — сказала Джидра, кивая в сторону стола, за которым Майкл утром просматривал папки с документами о трагедии Мэдисона.

Эмили посмотрела в угол, где стоял стол, и с ужасом увидела, что страницы документов сами собой переворачивались, будто их читал кто-то невидимый. В следующее мгновение одна папка захлопнулась, переместилась на край стола, а на ее месте возникла следующая. И опять чья-то невидимая рука открыла первую страницу, затем вторую, третью…

Стараясь не бежать, а идти спокойно, Эмили тем не менее наткнулась на стул и чуть не упала. Оказавшись рядом со столом, Эмили раздраженно прошипела, обращаясь к пустому стулу:

— Немедленно прекратите! Вы напугаете моих посетителей.

В то же мгновение страницы перестали переворачиваться.

Она должна была бы почувствовать облегчение оттого, что ее послушались. Но вместо этого Эмили почувствовала себя так, будто только что она отказала двум посетителям в праве пользоваться ее библиотекой и только потому, что у них не было тел и они были духами. Разве это справедливо?

— Черт, черт, черт! — пробормотала она, затем подошла к стенду с новейшими изданиями и придвинула его к столу так, чтобы тот оказался вне поля зрения посетителей. — Теперь можете читать дальше. Но если кто-нибудь заглянет сюда, сразу же прекращайте переворачивать страницы. Вы меня поняли? — В голосе Эмили слышалось отвращение.

Эмили не была уверена, но ей показалось, что чей-то мужской голос ответил: «Спасибо». Она резко повернулась и, вскинув руки, с иронией произнесла:

— Просто потрясающе! Теперь я помогаю духам как-то убить свое время и не скучать! Джидра кивнула в сторону стенда.

— С кем это ты разговаривала?

— Сама с собой. Я привела папки с документами Мэдисона в порядок. Пожалуйста, проследи за тем, чтобы их никто не трогал, — сказала Эмили и ушла, прежде чем Джидра спросила, почему бы ей просто не убрать папки со стола и не отнести их на место в свой кабинет. Не могла же она сказать, что не хочет, чтобы те двое давно умерших мужчин, один из которых, возможно, убийца, сидели в ее кабинете.

Сегодня была уже пятница, четыре предыдущих дня библиотека была похожа на сумасшедший дом. Одна за другой в библиотеку под разными предлогами приходили женщины, желающие познакомиться с Майклом, и каждая из них надеялась на бурный роман с ним. По крайней мере так казалось Эмили. Но через несколько дней произошли некоторые изменения.

— «Пустите ко мне малых сих», — процитировала Джидра в среду днем, удивленно уставившись при этом на Майкла, который в это время веселился с детьми и учил их играм, бывшим в ходу в пятнадцатом веке. — Именно эти строки из Библии он мне напоминает. Он тоже хочет, чтобы дети приходили к нему. Прямо как Иисус.

— Думаю, Майкл на другом уровне, — ответила

Эмили и с облегчением бросила на стол еще одну стопку книг.

— Уровне? — спросила Джидра и улыбнулась. — Полагаю, ты ревнуешь, Эмили. И мне это кажется довольно странным, учитывая то, что ты помолвлена с Дональдом. Кстати, как он? И как он относится к тому, что ты живешь с этим потрясающим черноволосым мускулистым парнем?

Эмили ничего не ответила, а Джидра продолжала:

— Ну-ну. Судя по твоему лицу, мистер Телевизионный Красавчик ничего не знает об этом… э-э… двоюродном брате. Скажи-ка мне еще разок, в каком он с тобой родстве? По какой линии?

Интересно, подумала Эмили, и как это ей раньше могло нравиться чувство юмора Джидры.

— По материнской, — сладким голосом ответила Эмили. — У нас одна бабушка.

— А! — воскликнула Джидра, не отрывая глаз от формуляра, который она заполняла. — Не та ли это самая бабушка, которая когда-то ходила в одну школу с моей! И которая вышла замуж за парня из Тульсы? А потом у них родилась единственная дочь, твоя будущая мать. Эта бабушка?

— Ненавижу маленькие города, — пробормотала Эмили и исчезла за стеллажами.

Последнее время Эмили могла видеться с Майклом только по вечерам, так как все свое время он проводил с жителями города. Во вторник, когда они с Майклом собрались домой и Эмили уже хотела закрывать библиотеку, к ним подошли несколько женщин. Одна из них держала в руках кастрюлю, из которой шел пар.

— Я подумала, что вы так перегружены работой и весь день проводите здесь, что вам некогда готовить себе еду. Вот я и решила немного вам помочь.

Эмили понятия не имела, кто была эта женщина. Видела она ее впервые. Некоторое время Эмили разглядывала женщину и заметила у нее на пальце, где обычно носят обручальное кольцо, белый след. Видимо, она совсем недавно сняла кольцо.

— Спасибо, но… — начала Эмили, но Майкл уже взял у женщины кастрюлю и теперь мило ей улыбался.

— Здесь мое имя, адрес и телефон, — сказала женщина и протянула Майклу листок бумаги. — Ну вот, теперь вы сможете вернуть мне кастрюлю.

Эмили взглянула на кастрюлю — она была алюминиевой и уже довольно старой, с подгоревшим дном — и сказала, ехидно улыбнувшись:

— Конечно, конечно. Как это мило с вашей стороны. — И посмотрела на Майкла. — Пойдем?

Они пошли домой пешком. Всю дорогу женщины, проезжавшие мимо на машинах, тормозили и напоминали Майклу о приглашениях на обед, обворожительно при этом улыбаясь. А когда они подошли к квартире, то обнаружили семнадцать записок, торчавших из-под двери.

— Это тебе, — произнесла Эмили и резко протянула ему записки.

Как только они вошли, Эмили, не говоря ни слова, направилась в спальню с намерением больше никогда оттуда не выходить. Она не знала, что именно ее так разозлило. Но то, что она была вне себя, это точно! Когда Майкл вошел в спальню без стука, Эмили хотела было сказать, что это ее личная территория и он не имеет права сюда вторгаться без спроса. Вместо этого, к своему ужасу, она разрыдалась.

В то же мгновение Майкл очутился перед ней. Он сел на кровать и, нежно обнимая, начал ее успокаивать:

Все хорошо. Никто за мной не придет.

— Я вовсе не из-за этого плачу, — сказала Эмили, вытирая слезы. — А из-за… — На самом деле она понятия не имела, почему вдруг заплакала. Но это точно было как-то связано с Майклом. Он больше не принадлежал ей одной и не был ее секретом. Но она ни за что не хотела признаваться себе в этом.

— Давай возьмем что-нибудь из еды и убежим в лес, где нас никто не найдет, — предложил Майкл, все еще держа Эмили в своих объятиях. — Я хочу, чтобы рядом была только ты одна. Ты расскажешь мне, что ты сегодня делала весь день, а я расскажу тебе о детях.

— И о тех женщинах. — Эмили всхлипывала, как маленькая обиженная девочка.

— Знаешь, Эмили, ни у одной из них нет такого доброго сердца, как у тебя. Ни у одной нет такой чистой души. И ни одну я не могу назвать такой же щедрой и великодушной, как ты. А некоторые из них вели себя ну прямо как… Как называют этих огромных рыб, которых так боитесь вы, смертные?

Эмили догадалась, что Майкл имеет в виду акул.

— Хищницы?

— Точно! Я их совсем не интересовал как человек. Им просто был нужен самец.

Если бы он сказал ей, что она самая красивая из всех женщин Гринбрайера (как обычно говорят мужчины), Эмили ни за что бы ему не поверила. Но Майкл говорил о ее сердце, душе, какой он видел ее внутри, а не снаружи.

Эмили не успела ничего ответить, как послышался стук в дверь. Она скорчила недовольную гримасу.

— Надень свои джинсы, те, с дыркой сзади. Я пока возьму еще еды, а потом мы отсюда убежим, — сказал Майкл и направился к двери. — Альфред и Ефрем рассказали мне сегодня кое-что интересное. Завтра им нужны карандаш и бумага, чтобы они могли сделать кое-какие записи.

Эмили хотела было спросить, кто такие Альфред и Ефрем, но потом передумала. Зачем, если она и так знала ответ?

— Еще не хватало, чтобы кто-нибудь увидел, как они пишут! — Крикнула она ему вслед и, как только поняла, что сказала, засмеялась. Разве люди обычно не боятся духов? Эмили встала, подошла к шкафу и достала свои рваные джинсы.

 



mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2021 год. (0.011 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал