Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Часть I. Счастливый день! Счастливый час!






СЧАСТЛИВЫЙ ДЕНЬ!

СЧАСТЛИВЫЙ ЧАС!» [13]

 

 

Счастливый день! Счастливый час!

И я был горд и ослеплен!

Но дух мой сир и слаб мой глас —

Растаял сон!

 

Познал я сил своих расцвет,

Свой молодой и смелый пыл,

Но юных лет давно уж нет —

Я их забыл.

 

И, гордость я вотще познал —

Пускай другим венки дарит —

Еще жестокий яд похвал

В душе горит.

 

Счастливый день! Счастливый час!

Ты не обман мечты пустой —

Ты мне сиял, но ты погас,

Мираж златой.

 

Когда бы гордость, блеск и власть

Я смог бы снова обрести,

Не стало б силы боль и страсть

Опять снести.

 

Я помню — в мощи этих крыл

Слились огонь и мрак —

В самом уж взлете этом был

Паденья вещий знак.

 

 

ОЗЕРО [14]

 

 

Я часто на рассвете дней

Любил, скрываясь от людей,

В глухой забраться уголок,

Где был блаженно одинок

У озера, средь черных скал,

Где сосен строй кругом стоял.

 

Но лишь стелила полог свой

Ночь надо мной и над землей

И ветер веял меж дерев,

Шепча таинственный напев,

Как в темной сонной тишине,

Рождался странный страх во мне;

И этот страх мне сладок был —

То чувство я б не объяснил

Ни за сокровища морей,

Ни за любовь, что всех сильней, —

Будь даже та любовь твоей.

 

Таилась смерть в глухой волне,

Ждала могила в глубине

Того, кто здесь, томим тоской,

Мечтал найти душе покой

И мог бы, одинок и нем,

У мрачных вод обресть Эдем.

 

 

ОЗЕРО [15]

 

 

Был в мире мне на утре дней

Всего милее и родней

Забытый уголок лесной,

Где над озерною волной

Я одиночество вкушал

Под соснами, меж черных скал.

 

Когда же ночь своим плащом

Окутывала все кругом

И ветер начинал опять

В ветвях таинственно роптать,

Во мне рос ужас, леденя,

Как холодок от волн, меня.

 

Но не со страхом был он все ж,

Но с трепетным восторгом схож

И слаще для меня стократ,

Чем наибогатейший клад

Иль даже твой влюбленный взгляд.

 

И верил я: под толщей вод

Меня на ложе смерти ждет

Та, без кого я стражду так,

Что погружен мой дух во мрак

И только рядом с ней, на дне,

Вновь светлый рай заблещет мне.

 

 

СОНЕТ К НАУКЕ [16]

 

 

Наука! Ты, дочь времени седого,

Преобразить всё сущее смогла.

Зачем, как гриф, простерла ты сурово

Рассудочности серые крыла?

Не назову ни мудрой, ни желанной

Ту, что от барда в золоте светил

Сокрыла путь, лучами осиянный,

Когда в эфире дерзко он парил.

И кто низверг Диану с колесницы?

Из-за кого, оставя кров лесной,

Гамадриада в край иной стремится?

Наяду разлучила ты с волной,

С поляной — Эльфа, а с легендой Пинда —

Меня в мечтах под сенью тамаринда.

 

 

АЛЬ-ААРААФ [17]

 

Часть I

 

 

Земного — здесь простыл и след

(Лишь цвет цветов), здесь Божий свет

Пчелой сбирает с высоты

Лучи небесной красоты.

Земного — здесь пропал и звук

(Лишь сердца стук), здесь лес и луг

Иною — тише тишины —

Мелодией оглашены,

Той музыкой морского дна,

Что раковинам раздана…

Ах! на земле иначе. — Там

Мы можем только по цветам

Гадать о Красоте, мечтам

Вослед, летя за ней, — куда?

Ответь, звезда!

 

Об эту пору счастлива Незейя —

Ее планета дремлет, пламенея

Под четырьмя светилами небес, —

Оазис чуда посреди чудес.

Но прочь-прочь-прочь, над океаном света,

Душа-Незейя, крыльями одета,

Над гроздьями созвездий мировых

(Они как волны; пенны гребни их),

Велению божественному внемля,

Пускалась в путь, спускалась к нам, на землю.

Так было раньше… А теперь она

Уснула или грезила без сна

И без движенья — на планете странной

Учетверенным солнцем осиянна.

 

Избранница на высших эмпиреях

(Где Красота предстала на заре их,

Мерцая, словно жемчуг в волосах

Влюбленной девы, в звездных небесах

И на Ахайю бросив свет Селены)

Взирала восхищенно в даль вселенной.

Раскинули куртины облаков

У ног ее — весь этот мир таков:

Прекрасен, но прозрачен, чтоб напрасно

Всего не застить, что равнопрекрасно, —

Цветной туман, цветных туманов шторм,

В котором исчезает косность форм.

 

Владычица упала на колени

На ложе трав, в прелестное цветенье

Левкадских лилий, легкою главой

Качавших над гордячкой страстной той,

Что смертного мятежно полюбила

И со скалы в бессмертие ступила.

А рядом цвел сефалик на стебле

Багровей, чем закаты на земле,

И тот цветок, что дерзко «требизонтом»

Зовем (он за небесным горизонтом

Возрос на самой пышной из планет);

Его хмельной, медовый, дивный цвет

(Известный древним, нектар благовонный), —

От благости небесной отлученный

За то, что он сулит восторг во зле, —

Цветет, в изгнанье жалком, на земле,

Где, жаля и желая, в забытьи

Над ним кружатся пьяные рои,

А сам он, брошен пчелам на потребу,

Стеблями и корнями рвется к небу.

Как падший ангел, голову клонит

(Забытый, хоть позор и не забыт)

И горькой умывается росою,

Блистая обесчещенной красою.

Цвели никанты, дневный аромат

Ночным превозмогая во сто крат,

И клитии — подсолнечники наши —

Под солнцами, одно другого краше,

И те цветы, чья скоро гибнет прелесть,

С надеждою на небо засмотрелись:

Они туда в июле полетят,

И опустеет королевский сад.

И лотос, над разливом бурной Роны

Подъемлющий свой стебель непреклонно,

Цветок Нелумбо, Гангом порожден

(А в нем самом родился Купидон).

Пурпурное благоуханье Занте!

Isola d'oro! Fior di Levante!

Цветы, цветы! чисты их голоса

И запахи восходят в небеса.

 

О великий Аллах!

Ты с высот высоты

Видишь горе и страх

В красоте красоты!

Где лазурный шатер

Гложут звезд пламена —

Там твой вечный дозор,

Страж на все времена —

В окруженье комет,

Из сияния в синь

До скончания лет

Низведенных рабынь,

Осужденных нести

Меж недвижных огней

В нарастании скорости

Факел скорби своей. —

Вечность — только в предчувствии

Нам дарованный срок —

Твоего соприсутствия

Неизменный залог.

В том и радость, Незейя,

В том великая весть:

Ибо, в вечности рея,

Вечность — ведаешь — есть!

Так ты судишь, Аллах.

И звезда одиноко

В путь пустилась в мирах

К свету Божьего ока.

Разум был вознесен!

Он один величавый,

И державу и трон

Делит с Богом по праву.

Ввысь, мой разум, взлети!

Стань, фантазия, птицей!

Мысли Божьи прочти —

И воздастся сторицей!

 

Петь кончила — и очи опустила,

И лилии к ланитам приложила,

Смущенная прихлынувшим огнем. —

Дрожали звезды перед Божеством.

Она ждала (робела, трепетала)

Речения, которое звучало

Сначала как молчание и свет, —

«Музыкой сфер» зовет его поэт.

Мы — в мире слов, но мир словесный наш —

Молчания великого мираж,

Лишь теням звуков или крыльям теней

Мы внемлем в мире подлинных видений.

Но ах! порой молчание прервет

Глас Господа, струящийся с высот, —

И красный вихрь охватит небосвод:

 

«Невидимо летит в потоках света

Под скудным солнцем скудная планета,

Божественный презревшая закон, —

За что сей мир в пучину погружен

Отчаянья, мучения, позора,

Изведал ужас пламени и мора,

Под скудным солнцем (так мой гнев велик)

Дано изведать людям смертный миг.

Но, властная и вечная, не надо

Пренебрегать и жителями ада;

С алмазных и хрустальных эмпирей

Ты с сестрами сойди в юдоль скорбей,

Даруйте людям свет иного края,

Как светлячки Сицилии сияя.

Божественные тайны разгласи!

Смиренье неземное принеси!

Свет истины моей! И стань пределом

Всем смелым и опорой — оробелым».

Душа очнулась в златотканый час

(Как на земле)! — Одна луна зажглась.

Мы, люди, однолюбы, одноверцы:

Единственная страсть сжимает сердце).

И, как луна скользит из облаков,

Восстала с ложа замерших цветов

И обозрела сонный мир Незейя:

То не Земля была, а Теразея.

 

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.017 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал