Астрид Линдгрен. Малыш и Карлсон

перевод со шведского Л.Лунгиной

* ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. КАРЛСОН, КОТОРЫЙ ЖИВЕТ НА КРЫШЕ *

В городе Стокгольме, на самой обыкновенной улице, в самомобыкновенном доме живет самая обыкновенная шведская семья по фамилии Свантесон. Семья эта состоит из самого обыкновенного

папы, самой обыкновенной мамы и трех самых обыкновенных ребят -- Боссе, Бетан и Малыша.

-- Я вовсе не самый обыкновенный малыш, -- говорит Малыш.

Но это, конечно, неправда. Ведь на свете столько мальчишек, которым семь лет, у которых голубые глаза, немытые уши и разорванные на коленках штанишки, что сомневаться тут

нечего: Малыш -- самый обыкновенный мальчик.

Боссе пятнадцать лет, и он с большей охотой стоит в футбольных воротах, чем у школьной доски, а значит -- он тоже самый обыкновенный мальчик.

Бетан четырнадцать лет, и у нее косы точь-в-точь такие же, как у других самых обыкновенных девочек.

Во всем доме есть только одно не совсем обыкновенное существо -- Карлсон, который живет на крыше. Да, он живет на крыше, и одно это уже необыкновенно. Быть может, в других городах дело обстоит иначе, но в Стокгольме почти никогда не случается, чтобы кто-нибудь жил на крыше, да еще в отдельном

маленьком домике. А вот Карлсон, представьте себе, живет именно там.

Карлсон -- это маленький толстенький самоуверенный человечек, и к тому же он умеет летать. На самолетах и вертолетах летать могут все, а вот Карлсон умеет летать сам по себе. Стоит ему только нажать кнопку на животе, как у него за спиной тут же начинает работать хитроумный моторчик. С минуту, пока пропеллер не раскрутится как следует, Карлсон стоит неподвижно, но когда мотор заработает вовсю, Карлсон взмывает ввысь и летит, слегка покачиваясь, с таким важным и достойным видом, словно какой-нибудь директор, -- конечно, если можно себе представить директора с пропеллером за спиной.

Карлсону прекрасно живется в маленьком домике на крыше. По вечерам он сидит на крылечке, покуривает трубку да глядит на звезды. С крыши, разумеется, звезды видны лучше, чем из окон, и

поэтому можно только удивляться, что так мало людей живет на крышах. Должно быть, другие жильцы просто не догадываются поселиться на крыше. Ведь они не знают, что у Карлсона там свой

домик, потому что домик этот спрятан за большой дымовой трубой. И вообще, станут ли взрослые обращать внимание на какой-то там крошечный домик, даже если и споткнутся о него?

Как-то раз один трубочист вдруг увидел домик Карлсона. Он очень удивился и сказал самому себе:

-- Странно... Домик?.. Не может быть! На крыше стоит маленький домик?.. Как он мог здесь оказаться?

Затем трубочист полез в трубу, забыл про домик и уж никогда больше о нем не вспоминал.

Малыш был очень рад, что познакомился с Карлсоном. Как только Карлсон прилетал, начинались необычайные приключения. Карлсону, должно быть, тоже было приятно познакомиться с

Малышом. Ведь что ни говори, а не очень-то уютно жить одному в маленьком домике, да еще в таком, о котором никто и не слышал. Грустно, если некому крикнуть: " Привет, Карлсон! ", когда ты пролетаешь мимо.

Их знакомство произошло в один из тех неудачных, дней, когда быть Малышом не доставляло никакой радости, хотя обычно быть Малышом чудесно. Ведь Малыш -- любимец всей семьи, и каждый балует его как только может. Но в тот день все шло шиворот-навыворот. Мама выругала его за то, что он опять

разорвал штаны, Бетан крикнула ему: " Вытри нос! ", а папа рассердился, потому что Малыш поздно пришел из школы.

-- По улицам слоняешься! -- сказал папа.

" По улицам слоняешься! " Но ведь папа не знал, что по дороге домой Малышу повстречался щенок. Милый, прекрасный щенок, который обнюхал Малыша и приветливо завилял хвостом, словно хотел стать его щенком.

Если бы это зависело от Малыша, то желание щенка осуществилось бы тут же. Но беда заключалась в том, что мама и папа ни за что не хотели держать в доме собаку. А кроме того, из-за угла вдруг появилась какая-то тетка и закричала: " Рики! Рики! Сюда! " -- и тогда Малышу стало совершенно ясно, что этот

щенок уже никогда не станет его щенком.

-- Похоже, что так всю жизнь и прожзшешь без собаки, -- с горечью сказал Малыш, когда все обернулось против него. – Вот у тебя, мама, есть папа; и Боссе с Бетан тоже всегда вместе. А

у меня -- у меня никого нет!..

-- Дорогой Малыш, ведь у тебя все мы! -- сказала мама.

-- Не знаю... -- с еще большей горечью произнес Малыш, потому что ему вдруг показалось, что у него действительно никого и ничего нет на свете.

Впрочем, у него была своя комната, и он туда отправился.

Стоял ясный весенний вечер, окна были открыты, и белые занавески медленно раскачивались, словно здороваясь с маленькими бледными звездами, только что появившимися на чистом весеннем небе. Малыш облокотился о подоконник и стал смотреть в окно. Он думал о том прекрасном щенке, который повстречался ему сегодня. Быть может, этот щенок лежит сейчас в корзинке на кухне и какой-нибудь мальчик -- не Малыш, а другой -- сидит рядом с ним на полу, гладит его косматую голову и

приговаривает: " Рики, ты чудесный пес! "

Малыш тяжело вздохнул. Вдруг он услышал какое-то слабое жужжание. Оно становилось все громче и громче, и вот, как это ни покажется странным, мимо окна пролетел толстый человечек. Это и был Карлсон, который живет на крыше. Но ведь в то время Малыш еще не знал его.

Карлсон окинул Малыша внимательным, долгим взглядом и полетел дальше. Набрав высоту, он сделал небольшой круг над крышей, облетел вокруг трубы и повернул назад, к окну. Затем он прибавил скорость и пронесся мимо Малыша, как настоящий маленький самолет. Потом сделал второй круг. Потом третий.

Малыш стоял не шелохнувшись и ждал, что будет дальше. У него просто дух захватило от волнения и по спине побежали мурашки -- ведь не каждый день мимо окон пролетают маленькие

толстые человечки.

А человечек за окном тем временем замедлил ход и, поравнявшись с подоконником, сказал:

-- Привет! Можно мне здесь на минуточку приземлиться?

-- Да, да, пожалуйста, -- поспешно ответил Малыш и добавил: -- А что, трудно вот так летать?

-- Мне -- ни капельки, -- важно произнес Карлсон, -- потому что я лучший в мире летун! Но я не советовал бы увальню, похожему на мешок с сеном, подражать мне.

Малыш подумал, что на " мешок с сеном" обижаться не стоит, но решил никогда не пробовать летать.

-- Как тебя зовут? -- спросил Карлсон.

-- Малыш. Хотя по-настоящему меня зовут Сванте Свантесон.

-- А меня, как это ни странно, зовут Карлсон. Просто Карлсон, и все. Привет, Малыш!

-- Привет, Карлсон! -- сказал Малыш.

-- Сколько тебе лет? -- спросил Карлсон.

-- Семь, -- ответил Малыш.

-- Отлично. Продолжим разговор, -- сказал сон.

Затем он быстро перекинул через подоконник одну за другой свои маленькие толстенькие ножки и очутился в комнате.

-- А тебе сколько лет? -- спросил Малыш, решив, что Карлсон ведет себя уж слишком ребячливо для взрослого дяди.

-- Сколько мне лет? -- переспросил Карлсон. -- Я мужчина в самом расцвете сил, больше я тебе ничего не могу сказать.

Малыш в точности не понимал, что значит быть мужчиной в самом расцвете сил. Может быть, он тоже мужчина в самом расцвете сил, но только еще не знает об этом? Поэтому он осторожно спросил:

-- А в каком возрасте бывает расцвет сил?

-- В любом! -- ответил Карлсон с довольной улыбкой. -- В любом, во всяком случае, когда речь идет обо мне. Я красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил!

Он подошел к книжной полке Малыша и вытащил стоявшую там игрушечную паровую машину.

-- Давай запустим ее, -- предложил Карлсон.

-- Без папы нельзя, -- сказал Малыш. -- Машину можно запускать только вместе с папой или Боссе.

-- С папой, с Боссе или с Карлсоном, который живет на крыше. Лучший в мире специалист по паровым машинам – это Карлсон, который живет на крыше. Так и передай своему папе! -- сказал Карлсон.

Он быстро схватил бутылку с денатуратом, которая стояла рядом с машиной, наполнил маленькую спиртовку и зажег фитиль.

Хотя Карлсон и был лучшим в мире специалистом по паровым машинам, денатурат он наливал весьма неуклюже и даже пролил его, так что на полке образовалось целое денатуратное озеро. Оно тут же загорелось, и на полированной поверхности заплясали веселые голубые язычки пламени. Малыш испуганно вскрикнул и отскочил.

-- Спокойствие, только спокойствие! -- сказал Карлсон и предостерегающе поднял свою пухлую ручку.

Но Малыш не мог стоять спокойно, когда видел огонь. Он быстро схватил тряпку и прибил пламя. На полированной поверхности полки осталось несколько больших безобразных пятен.

-- Погляди, как испортилась полка! -- озабоченно произнес Малыш. -- Что теперь скажет мама?

-- Пустяки, дело житейское! Несколько крошечных пятнышек на книжной полке -- это дело житейское. Так и передай своей маме.

Карлсон опустился на колени возле паровой машины, и глаза его заблестели.

-- Сейчас она начнет работать.

И действительно, не прошло и секунды, как паровая машина

заработала. Фут, фут, фут... -- пыхтела она. О, это была самая

прекрасная из всех паровых машин, какие только можно себе

вообразить, и Карлсон выглядел таким гордым и счастливым, будто

сам ее изобрел.

-- Я должен проверить предохранительный клапан, -- вдруг

произнес Карлсон и принялся крутить какую-то маленькую ручку.

-- Если не проверить предохранительные клапаны, случаются

аварии.

Фут-фут-фут... -- пыхтела машина все быстрее и быстрее. --

Фут-фут-фут!.. Под конец она стала задыхаться, точно мчалась

галопом. Глаза у Карлсона сияли.

А Малыш уже перестал горевать по поводу пятен на полке. Он

был счастлив, что у него есть такая чудесная паровая машина и

что он познакомился с Карлсоном, лучшим в мире специалистом по

паровым машинам, который так искусно проверил ее

предохранительный клапан.

-- Ну, Малыш, -- сказал Карлсон, -- вот это действительно

" фут-фут-фут"! Вот это я понимаю! Лучший в мире спе...

Но закончить Карлсон не успел, потому что в этот момент

раздался громкий взрыв и паровой машины не стало, а обломки ее

разлетелись по всей комнате.

-- Она взорвалась! -- в восторге закричал Карлсон, словно

ему удалось проделать с паровой машиной самый интересный фокус.

-- Честное слово, она взорвалась! Какой грохот! Вот здорово!

Но Малыш не мог разделить радость Карлсона. Он стоял

растерянный, с глазами, полными слез.

-- Моя паровая машина... -- всхлипывал он. -- Моя паровая

машина развалилась на куски!

-- Пустяки, дело житейское! -- И Карлсон беспечно махнул

своей маленькой пухлой рукой. -- Я тебе дам еще лучшую машину,

-- успокаивал он Малыша.

-- Ты? -- удивился Малыш.

-- Конечно. У меня там, наверху, несколько тысяч паровых

машин.

-- Где это у тебя там, наверху?

-- Наверху, в моем домике на крыше.

-- У тебя есть домик на крыше? -- переспросил Малыш. -- И

несколько тысяч паровых машин?

-- Ну да. Уж сотни две наверняка.

-- Как бы мне хотелось побывать в твоем домике! --

воскликнул Малыш.

В это было трудно поверить: маленький домик на крыше, и в

нем живет Карлсон...

-- Подумать только, дом, набитый паровыми машинами! --

воскликнул Малыш. -- Две сотни машин!

-- Ну, я в точности не считал, сколько их там осталось, --

уточнил Карлсон, -- но уж никак не меньше нескольких дюжин.

-- И ты мне дашь одну машину?

-- Ну конечно!

-- Прямо сейчас!

-- Нет, сначала мне надо их немножко осмотреть, проверить

предохранительные клапаны... ну, и тому подобное. Спокойствие,

только спокойствие! Ты получишь машину на днях.

Малыш принялся собирать с пола куски того, что раньше было

его паровой машиной.

-- Представляю, как рассердится папа, -- озабоченно

пробормотал он.

Карлсон удивленно поднял брови:

-- Из-за паровой машины? Да ведь это же пустяки, дело

житейское. Стоит ли волноваться по такому поводу! Так и передай

своему папе. Я бы ему это сам сказал, но спешу и поэтому не

могу здесь задерживаться... Мне не удастся сегодня встретиться

с твоим папой. Я должен слетать домой, поглядеть, что там

делается.

-- Это очень хорошо, что ты попал ко мне, -- сказал Малыш.

-- Хотя, конечно, паровая машина... Ты еще когда-нибудь

залетишь сюда?

-- Спокойствие, только спокойствие! -- сказал Карлсон и

нажал кнопку на своем животе.

Мотор загудел, но Карлсон все стоял неподвижно и ждал,

пока пропеллер раскрутится во всю мощь. Но вот Карлсон

оторвался от пола и сделал несколько кругов.

-- Мотор что-то барахлит. Надо будет залететь в

мастерскую, чтобы его там смазали. Конечно, я и сам мог бы это

сделать, да, беда, нет времени... Думаю, что я все-таки загляну

в мастерскую. Малыш тоже подумал, что так будет разумнее.

Карлсон вылетел в открытое окно; его маленькая толстенькая

фигурка четко вырисовывалась на весеннем, усыпанном звездами

небе.

-- Привет, Малыш! -- крикнул Карлсон, помахал своей пухлое

ручкой и скрылся.