Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава пятая. Свадебный подарок






 

– Не Обь, а сибирская Амазонка! – сказал академик Песцов, берясь за весла. – Нет в Европе таких рек, как великие сибирские! Это про них Гоголь должен был сказать: редкая птица долетит до середины, крылья устанут. А пловцу переплыть этакую ширь – подвиг зрелости!

Далька, тоже сидя на веслах, оглянулся через плечо: берег чуть ли не на самом горизонте.

– Еще чуть подальше – и была бы не река, а море, – словно угадав его мысли, сказала с кормы Таня.

Леонид Сергеевич, смеясь, назвал ее кормщиком-надсмотрщиком, на счастье гребцам, утопившим свой бич.

Потом гикнул по-разбойничьи, и они вместе с Далькой налегли на весла. Лодка ходко пошла от берега, забирая против течения. Она была украшена цветами и кедровыми ветками, которые привезли с таежной заимки родители Галактиона Александровича и Эльги Сергеевны. Сами они плыли во второй лодке, в «челне предков», по определению того же Песцова. Челном управляла, подгребая кормовым веслом, бабка Анисья, не признававшая руля. Она уже не работала вахтершей у профессора Петрова, ушла на пенсию, но привязанность к «Ольге Сергеевне» сохранила. Называла она себя пельменных дел мастерицей, и в ногах у нее стоял огромный термос-камера ведра на два с замороженными пельменями, которые по ее рецепту все скопом готовили два дня.

Ее внук Ваня Крутых сидел за рулем третьей лодки, где разместились научные сотрудники археологического и кибернетического центров.

Галактион Александрович и Эльга Сергеевна, как и подобало молодоженам в такой день, сидели рядом в первой лодке на носовой скамейке, смотря на отодвигавшийся городской берег.

Чтобы «слушать реку», на этот раз отказались от моторок. Никакого шума – торжественная тишина! Доносившиеся по воде звуки и всплески весел только подчеркивали чуткую тишь.

Таня приехала на свадьбу сестры сразу после окончания университета. Она вглядывалась в напряженное лицо Дальки. Как он изменился: губы крепко сжаты, глаза какие-то пронзительные, брови чуть ли не срослись. На нее смотрит, а видит ли? Она была права. Даль смотрел на Таню, а видел Эльгу. Укоризненный взор девушки вернул его к действительности. Вот Танька молодец, успела закончить университет – молодой историк! А он так и застрял на четвертом курсе политехнического. Положим, не зря застрял… А чего это стоило?

С помощью кибернетики он стал овладевать мертвым языком, который, что бы ни говорил Галактион, не мог быть выдуман из озорства или злобного умысла. И Эльге первой прошептал Даль выученные им еще в первые месяцы работы странные слова и даже продемонстрировал, как звучит во втором аппарате длинное повествование на этом ярком и трудном языке. Одному Дальке его не одолеть! Вот если бы Эльга согласилась…

Бесхитростный расчет Дальки был прост. Он хотел вместе с Эльгой зубрить неведомые слова, всегда быть с ней рядом и говорить между собой на их собственном «тайном языке».

Но Эльга не без ехидства напомнила ему про поцелуйчики и Таню. Это было несправедливо! Он только раз поцеловал девушку, да и то случайно! Даль вспылил, а Эльга холодно заявила, что не может служить антинаучным целям, как бы красочно они ни выглядели. У Галактиона Александровича уже сложилось определенное мнение о муляжах из космоса, а она выбрала себе путь в науке рядом с ним.

Оказывается, не только в науке! И даже в жизни! Значит, неверно понял Даль многоречивые взгляды ее прищуренных глаз!

Но не только Даль, никто на свете не догадывался о сокровенной тайне гордой Эльги, не знало ее слезах и мучениях. После «измены» Дальки, который писал ей сумасшедшие письма, а сам целовался с Таней, Эльга решила жестоко отплатить ему. Однако все выжидала. А Даль, как она решила, прикидывался, будто ничего особенного не произошло! Увлекся языком фаэтов и даже Эльгу старался склонить к его изучению. Совсем другого ждала она от него.

Так он и не раскаялся и не сказал Эльге самого главного. К подчеркнутому вниманию Эльги к своему шефу – профессору Петрову – Даль отнесся, казалось бы, совершенно равнодушно. Этого Эльга простить не могла. Скрытная и гордая, она носила все это глубоко в себе, а потом вдруг согласилась выйти замуж за Галактиона Александровича.

Ревность ослепила ее, заставила решиться на непоправимое. Не знала она жизни! Не знала, что ревность еще никогда и никому не принесла счастья.

Даль, узнав о решении Эльги, «открыл себе глаза и закрыл душу», замкнулся и целиком ушел в мертвый язык, «квазиэсперанто» (придуманный, но не международный), как назвал его Галактион Александрович. Только академик Песцов внимательно следил за усилиями Дальки и даже знал несколько фраз фаэтов. Ему прямо с голоса диковинного аппарата Даль переводил записанный для землян рассказ.

Охотник до всяких сюрпризов. Песцов согласился на озорной замысел Дальки и греб теперь вместе с ним на свадебной лодке.

Следом скользил «челн предков». На веслах в нем сидели: отец Галактиона Александровича, проректор Томского политехнического института Александр Анисимович Петров, нестареющий властный крепыш с бритой головой и живыми глазами, отличавшийся несгибаемой волей старшего сына и энергией младшего, и отец Эльги Сергеевны – Сергей Борисович Веденец, редактор газеты «Красное знамя», по сравнению с проректором человек умеренный, но умевший видеть все с неожиданной стороны. У него была невероятно густая копна волос и кривоватый, длинный нос. Их жены сидели рядом: детский врач Агния Елисеевна Петрова, статная, стареющая красавица, с усталым лицом, и Раиса Афанасьевна Веденец, суетливая полная дама, прежде работавшая у мужа в редакции, а потом воспитавшая трех дочерей и теперь мечтавшая о внуках.

Наконец добрались до низкого берега. Ближе к воде росли кусты, а дальше виднелась березовая роща. Там среди прозрачных белых стволов и должно было состояться свадебное пиршество.

Ваня и Даль потащили за дужки термос-камеру, а бабка Анисья шла за ними, переваливаясь с ноги на ногу, и причитала:

– Пошто не в ногу шагаете? В аккурат высыплете мне пельмени!

В березняке уже горел костер, разведенный приехавшими раньше зваными гостями, почтенными учеными людьми.

Бабка Анисья забраковала костер: на нем котел не вскипятишь. А разгораться костер не хотел. Нетерпеливая молодежь предлагала плеснуть в него бензину, но катер давно ушел, и бензина, к счастью, не было. Эльга, привыкшая к полевой жизни, могла бы мигом все наладить, но ей, как невесте, не позволяли ничего делать, она болезненно морщилась. Галактион Александрович ревниво следил за выражением ее лица и был недоволен тем, что она сердится.

Наконец бабка Анисья с помощью Вани и Даля все-таки развела костер. В котле уже закипала вода.

Все расположились на траве вокруг расстеленной скатерти. Многим сидеть на земле было непривычно и неудобно, но именно они больше всего смеялись, уверяя, что устроились чудесно.

Наконец вода в котле окончательно закипела, и бабка Анисья, священнодействуя, стала опускать в него замороженные пельмени, фарш для которых приготовлялся не в мясорубках, а мясо рубили сечками в корытцах. Говядины и свинины было поровну, а баранины добавлялось две трети от говядины. И еще – мускатных орехов и всяких специй по дедовским рецептам.

Пока пельмени всплывали, мужчины наполнили чарки и подняли их за счастье молодых. Первый раз закричали:

– Горько!

Эльга смотрела в землю и никак не желала подчиниться древнему обычаю. Но ей пришлось уступить.

Громче всех кричал «горько» Далька. Она это заметила. Таня тоже…

Потом Таня сбивалась с ног, обнося всех тарелками с дымящимися пельменями, которые бабка Анисья с пришептыванием вылавливала из котла шумовкой.

– Еще порцию позвольте.

– Хотите соус кетчуп? Или со сметанцей?

– Ай да бабка Анисья! Ну и мастерица! Чуть язык не проглотил!

Пельмени полагалось есть не досыта, а до отвала.

Когда стали пробовать петь, бабка Анисья сделала знак Тане, что нужно сделать перерыв.

– Пусть осядут маленько, – сказала она, имея в виду пельмени в желудках.

Тут поднялся Далька.

– Все одарили молодых, кто чем мог, – начал он. – Надо и мне преподнести свадебный подарок.

– Зачем же его сюда тащить? – спросил Галактион Александрович. – Можно и дома…

– Мой подарок невесомый, хотя, может быть, и весит необычайно много.

– Загадки? – спросил Ваня Крутых.

– Дозволь мне в подарок новобрачным, которых объединяет не только супружество, но и общая научная работа, преподнести перевод на русский язык послания инопланетян, оставленного в глубокой древности для людей в космическом аппарате «Черный Принц».

– Это уже не загадки, а шутки, – нахмурился Галактион Александрович.

– Вы послушайте, – посоветовал академик Песцов.

Гости перестали звенеть вилками и ложками, приготовились к забавному розыгрышу.

Но Даль был серьезен. Впрочем, так и требовалось при розыгрыше.

– Космический аппарат был оставлен в космосе более десяти тысяч лет назад марсианами, которые перед тем посылали на Землю Миссию Разума, – объявил он.

– Здоровье марсиан! – крикнул Ваня Крутых, поднимая чарку.

На него зашикали.

– Миссия Разума возглавлялась марсианином, носившим имя Инко Тихий. На Земле его называли Кетсалькоатлем, а потом Кон-Тики.

– Ну, знаете ли, это даже не остроумно! – задохнулся от возмущения Галактион Александрович.

Эльга щурилась на Дальку, словно изучая его или прикидывая, на что еще способна его фантазия. Таня слушала с открытым ртом. Леонид Сергеевич попросил пельменей. Остальные гости начинали прислушиваться.

– Пусть то, что я сообщаю сейчас, ляжет первым камнем в фундамент новой науки космической археологии, которая была заложена в лаборатории профессора Петрова, куда доставили найденные в «Черном Принце» аппараты!

– Кто их там оставил и для какой цели? Кон-Тики, что ли? – поинтересовался Веденец.

– Нет, очевидно, уже не Кон-Тики. «Черный Принц» был оставлен позже, для того чтобы сообщить о Миссии Разума, возглавлявшейся Кон-Тики в пору захвата Землей Луны.

– Час от часу не легче, – вздохнул Галактион Александрович. – О каких марсианах можно говорить всерьез, если все посещения Марса автоматическими станциями и космонавтами говорят о том, что на этой планете, чахлой и скупой, нет никаких разумных существ или их следов? Там даже кислорода нет, чтобы им дышать. И о каком захвате Луны можно говорить, если математики доказали, что она не могла быть захваченной Землей, несомненно столкнулась бы с ней.

– Столкнулась бы, не вмешайся высокий разум! На поверхности Луны марсиане взорвали ядерные устройства страшной силы. Их реактивная отдача не дала Луне упасть на Землю, заставила ее перейти на круговую орбиту.

– Так его, так его, так! – засверкал глазами старый профессор Петров. – Это как же? Ты сам выдумал или в «Черном Принце» все так записано?

– Я перескажу сейчас все, что записано в говорящем аппарате «Черного Принца», все о злоключениях Миссии Разума марсиан, о Кетсалькоатле и Кон-Тики.

– Он действительно переплыл океан на плоту? – ехидно поинтересовался кто-то из скептиков.

– Да, он закончил океанское плавание на плоту, – подтвердил Далька, – чтобы добраться до прилетевшего за ним корабля, его корабль погиб во время поднятия Анд и опускания Атлантиды.

– Какая спекуляция! – простонал Галактион Александрович.

– Все же стоит дослушать свадебный подарок, – загадочно напомнил академик Песцов.

Гости притихли. Даль с воодушевлением стал рассказывать о необыкновенных приключениях на Земле мариан, как называли себя потомки фаэтов.

Он закончил свое повествование на том, как Кон-Тики встретился со своей матерью на ступеньках великолепного храма и корабль мариан наконец покинул Землю.

Некоторое время все молчали. Потом Веденец по привычке журналиста стал допрашивать:

– Что ж они, и улетели, и более не возвращались?

– Из всех известных следов посещения Земли инопланетянами самое достоверное – «Черный Принц» с заключенным в нем посланием людям.

– А зачем это послание? – добивался Веденец.

– Рассказу о Миссии Разума предшествует еще одно повествование о гибели Фаэны.

– Фаэны? А это что такое?

– Я так перевел название погибшей планеты, чтобы оно созвучно было нашему привычному Фаэтону.

– Фаэтон никогда не существовал, – резко возразил Галактион Александрович.

– Как знать? – вставил академик Песцов. – Астероиды-то все осколочной формы.

– Почему же они все остались на круговой орбите, если планета взорвалась? – теряя самообладание, повысил голос Галактион Александрович. – Это исключено!

– Потому что планета не взорвалась, а разрушилась в результате взрыва ее водяной оболочки, – отпарировал Даль.

– Это противоречит воззрениям физиков! Вода не взрывается!

– Кто рискнет подписаться под таким утверждением? – спросил академик Песцов. – Во всяком случае, великий физик двадцатого столетия Нильс Бор не брался так утверждать. Известно его высказывание о возможности взрыва океанов в результате цепной реакции, вызванной взрывом в глубине океана сверхмощного ядерного устройства.

– Он ссылался при этом, что большинство физиков иного мнения, – не сдавался Галактион Александрович.

– Правильно, ссылался и добавил, что если даже они правы, то все равно ядерное оружие надо запретить.

– Это что же? Речь идет о ядерной войне фаэтов, как вы их назвали? – вмешался Веденец. – Не знаю, так это или нет с точки зрения физики, которая, кстати сказать, со временем меняется, но с общечеловеческой точки зрения, которая неизменна в веках, такую возможность людям надо учесть.

– Кто же возражает? – отозвался Галактион Александрович.

– Мне показалось, что вы возражаете. А ведь речь идет о том, чтобы бороться за запрет ядерного оружия, которое, как мы слышим сейчас, способно погубить не только цивилизацию, но и планету, на которой та развилась.

– На Западе в это никто не поверит, – сказал Галактион Александрович.

– А надо бы, – заметил Песцов, – если не поверить, то допустить подобную возможность. Ядерное оружие действительно способно было погубить и планету Фаэна, и всех, кто на ней жил.

– И все погибли? – с ужасом спросила Таня.

– Не все. Горстка уцелела. Те, кто находился в космосе: на Земле и на космических базах близ Марса.

– Так, может быть, я не от обезьяны происхожу? – вдруг обрадовалась Таня.

– Можно говорить лишь «исключено или не исключено», – осторожно прокорректировал академик Песцов. – Но даже и так это звучит серьезным предостережением людям.

– Я за такое предостережение! – заявил Веденец.

– Сказка ложь, да в ней намек, – заметил проректор Петров.

Галактион Александрович схватился за голову.

– Как ты мог придумать всю эту галиматью? – набросился он на брата. – И преподнести ее в такой день?

– Я лишь пересказал суть послания «Черного Принца». Его аппараты впервые зазвучали в твоей лаборатории. Помнишь газовую зажигалку?

– Это же сказки! Отец верно сказал! Нелепые сказки, придуманные фантазерами, не пожалевшими сил закодировать их в дурацкий язык, который можно изучать лишь глупцу! И нужны эти сказки их создателям не для предостережения человечеству, а для отвлечения его внимания.

– Сказки? Хорошо, пусть будут сказки. Первая из них о гибели Фаэны, вторая о Миссии Разума. Но есть еще и третья сказка.

– Еще и третья? – заинтересовался Веденец.

– Да. Сказка о братьях. И не только о братьях Петровых, которые едят пельмени на берегу Оби. Но еще и о братьях по разуму (если не по крови!), открыть которых должна космическая археология.

– Тост за новую, самую универсальную науку – космическую археологию! – провозгласил академик Песцов. – Наука изучает факты. Так пусть она и разберется, где факты и где сказки! (Советский астроном Ф. Ю. Зигель выдвинул гипотезу, что Марс, Луна и гипотетический Фаэтон составляли когда-то трехпланетную систему с общей орбитой вокруг Солнца. Катастрофа Фаэтона превратила его в астероиды и нарушила равновесие трех тел. Марс и Луна вышли на более близкие к Солнцу орбиты и стали нагреваться. При этом меньшая по размерам Луна потеряла всю атмосферу, Марс – большую ее часть. В дальнейшем Луна прошла в опасной близости к Земле и была захвачена ею.)

 

 

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. «ПОИСК»

 

Все высокое и прекрасное в нашей жизни, науке и искусстве создано умом с помощью фантазии и многое – фантазиею при помощи ума.

. И. Пирогов

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.013 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал