Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






ПРАВДА ВЫХОДИТ НА СВЕТ






— Кровь, — хмуро пробормотала Кэтти-бри, подняв факел и склонившись над дорожкой из капель на полу коридора невдалеке от входа в небольшую пещерку.

— Она могла остаться после сражения с гоблинами, — с надеждой сказал Бренор, но Кэтти-бри покачала головой.

— Все еще влажная, — ответила она. — Кровь, оставшаяся после того побоища, уже давным-давно высохла.

— А если ее оставили падальщики, когда раздирали трупы? — размышлял Бренор. — Мы их видели.

Кэтти-бри по-прежнему сомневалась. Низко согнувшись и держа факел прямо перед собой, она прошла через невысокую арку в боковую комнату. Вульфгар протиснулся следом за ней и, как только проход слегка расширился, обогнал девушку и пошел впереди, как бы заслоняя ее.

Действия варвара не понравились Кэтти-бри. Вообще-то он вел себя совершенно правильно, будучи готовым к обороне и прикрывая своим телом того, кто нес факел и читал следы на полу. Но Кэтти-бри решила, что Вульфгар так поспешно выскочил вперед, чтобы не дать ей встать во главе их маленького отряда, потому что опекал ее, старался защитить ее от возможной опасности. И, гордая, вполне способная постоять за себя, Кэтти-бри скорее оскорбилась, чем была польщена.

И обеспокоилась, поскольку, раз Вульфгар так волновался за ее безопасность, он вполне мог допустить какую-нибудь тактическую ошибку. Друзья избежали многих опасностей именно потому, что у каждого из них было свое место и способности одного дополняли способности остальных. Кэтти-бри прекрасно понимала, что любое нарушение привычного распределения сил могло стать роковым.

Она снова обогнала Вульфгара, походя отбросив его руку, когда он попытался задержать ее. Он посмотрел на нее, но ответный взгляд девушки был непреклонен.

— Что вы там нашли? — прокричал Бренор. Кэтти-бри оглянулась на темный силуэт отца, согнувшегося в низком проходе, и на Коббла и Пвента со вторым факелом во внешнем коридоре позади него.

— Пусто, — твердо ответил Вульфгар и повернулся, чтобы уйти.

Кэтти-бри, однако, задержалась, низко нагнувшись и осматриваясь, как будто желая доказать, что варвар не прав, а не ради того, чтобы найти какую-нибудь зацепку.

— Не совсем пусто, — заявила она минуту спустя, и ее торжествующий голос привлек в пещерку Бренора и заставил Вульфгара вернуться назад.

Они встали по бокам от Кэтти-бри, склонившейся над крохотной вещицей, лежавшей на полу. Это была стрела, но чересчур маленькая для известных им типов луков. Бренор подхватил ее короткими пальцами, поднес близко к глазам и внимательно осмотрел.

— Неужели в этих туннелях есть спрайты? — спросил он, подразумевая малюсеньких, но очень злобных эльфов, которые обычно встречались в лесистой местности.



— Это что-то вроде… — начал Вульфгар.

— Дроу, — перебила его Кэтти-бри. Бренор и Вульфгар повернулись к ней. Глаза варвара сердито сверкнули из-за того, что его перебили, но через секунду он понял всю серьезность слов Кэтти-бри.

— Разве у Дзирта есть арбалет, к которому бы подошла такая стрела? — не поверил Бренор.

— Это не он, — мрачно уточнила Кэтти-бри, — а другой дроу.

Вульфгар и Бренор переглянулись, явно сомневаясь в справедливости ее слов, но Кэтти-бри была уверена в своей догадке. Давно, еще там, на пустынных склонах Пирамиды Кельвина в Долине Ледяного Ветра, Дзирт много раз рассказывал ей о своей родине, говорил о замечательных достижениях и необычных изобретениях народа темных эльфов. Среди этих изобретений было и излюбленное оружие дроу — маленький ручной самострел, наконечники стрел которого обычно обмакивали в яд.

Вульфгар и Бренор посмотрели друг на друга в надежде, что другой сможет как-нибудь опровергнуть безрадостное утверждение Кэтти-бри. Бренор только пожал плечами, спрятал стрелу и вышел из пещеры. Вульфгар обернулся к молодой женщине, и на лице у него было написано беспокойство.

Никто не сказал ни слова, да этого и не требовалось, поскольку все прекрасно помнили рассказы о хищнических набегах темных эльфов. Если предположение Кэтти-бри подтвердится, то Мифрил Халл находится под угрозой нападения.

Однако сейчас Кэтти-бри больше беспокоило собственническое стремление Вульфгара защитить ее, которое, как опасалась девушка, может привести их всех к беде. Она обогнала жениха, низко нагнувшись при выходе из маленького помещения, и оставила Вульфгара в темноте наедине с его душевной неразберихой.



* * *

Процессия медленно, но неуклонно двигалась вперед, и чем дальше, тем более дикими, без малейших следов обработки становились стены и своды туннелей. На Дзирте все еще оставался доспех, но у него отобрали оружие, а руки туго связали за спиной какой-то, видимо заколдованной, веревкой, потому что он не мог ее ослабить, как ни выкручивал запястья.

Дайнин возглавлял отряд, стуча по камню восемью ногами, за ним следовали Вирна и Джарлакс, далее — часть дроу из тех двадцати, что входили в отряд. Двое наблюдали за Дзиртом. Один раз они встретились с большим фланговым отрядом Дома Бэнр, Джарлакс негромко отдал приказ, и солдаты тихо ушли прочь, слившись с тенями.

Только теперь Дзирт начал понимать всю масштабность набега на туннели Мифрил Халла. По его подсчетам, из Мензоберранзана прибыло от сорока до шестидесяти темных эльфов — весьма многочисленные силы.

И все это из-за него?

А Энтрери? — подумал Дзирт. Он-то каким образом ко всему этому причастен? Было видно, что он хорошо спелся с дроу. Похожий на темных эльфов по строению и темпераменту, убийца непринужденно шагал вместе со всеми.

Побыв некоторое время с Вирной и бритоголовым наемником, Энтрери отстал, пропуская ряд за рядом, понемногу приближаясь к своему ненавистному врагу.

— Приятная встреча, — негромко сказал он, когда наконец поравнялся с Дзиртом. Повинуясь взгляду этого человека, два ближайших стражника-дроу почтительно удалились.

Дзирт недолго, но внимательно разглядывал убийцу, пытаясь понять, что тому надо, а затем подчеркнуто резко отвернулся.

Энтрери схватил упрямого эльфа за плечо и развернул к себе. Дзирт резко остановился, но уловил беспокойные взгляды окружавших его дроу. Тогда он снова двинулся вперед, не желая привлекать лишнего внимания, и постепенно остальные темные эльфы пошли прежним размеренным шагом.

— Я не понимаю, — вдруг обратился Дзирт к Энтрери. — У тебя была маска, ты захватил Реджиса, ты знал, где меня найти. Зачем ты стал союзником Вирны и ее шайки?

— Ты полагаешь, выбор был за мной? — ответил Энтрери. — Твоя сестра сама нашла меня — я ее не искал.

— Тогда ты тоже узник.

— Едва ли, — не задумываясь ответил Энтрери, посмеиваясь. — Ты сначала правильно назвал меня. Я не узник, а союзник.

— Там, где дело касается моего народа, это одно и то же.

Энтрери снова тихонько засмеялся, видимо не слишком веря ему. Смех убийцы был совершенно искренним, и Дзирт содрогнулся, понимая, насколько крепка была связь между его врагами, которую он на минуту понадеялся ослабить и использовать в своих целях.

— Вообще-то я имею дело с Джарлаксом, — объяснил убийца, — а не с твоей непредсказуемой сестрицей. Джарлакс — вполне трезвый, деловитый наемник, отступник и одиночка. Его я понимаю. Мы с ним так похожи!

— Но когда ты больше не будешь ему нужен… — зловеще начал Дзирт.

— Но я нужен ему сейчас и буду нужен впредь! — перебил его Энтрери. — Отступник Джарлакс, — громко повторил он, получив от наемника одобрительный кивок. Похоже, тот отлично понимал Общий язык. — Какая выгода Джарлаксу, если он убьет меня? Я — ценная связь с поверхностью, разве не так? Глава воровского цеха в экзотическом Калимпорте, союзник, который вполне может оказаться полезным в будущем. С такими, как Джарлакс, я имел дело всю свою жизнь, по всему Побережью Мечей.

 

— Всем известно, что дроу убивают просто из удовольствия, — возразил Дзирт, не желая отклоняться от этой многообещающей темы.

— Согласен, — ответил Энтрери. — Но они не убивают, если могут получить какую-то выгоду. Они достаточно расчетливы. Тебе не разрушить наш союз, Дзирт, ты обречен. Видишь ли, выгода здесь обоюдная, а ты, как ни крути, останешься в проигрыше.

Дзирт помедлил, обдумывая сказанное, но так и не нашел способа найти какую-то лазейку, за что-нибудь ухватиться. Но лазейка должна быть…

— Выгода вовсе не обоюдная, — тихо сказал он и поймал удивленный взгляд Энтрери.

— Поясни, — поторопил его Энтрери после недолгого молчания.

— Я знаю, почему ты преследовал меня, — начал рассуждать Дзирт. — Ты не хотел, чтобы меня убили, ты хотел убить меня собственноручно. И не просто убить, а победить в равном бою. Теперь, в этих туннелях, бок о бок с Вирной, которой не терпится принести меня в жертву, вероятность этого не слишком-то велика.

— Ты великолепен, даже когда все потерял, — заметил Энтрери, и по превосходству в его голосе Дзирт понял, что еще одна возможность ускользнула от него. — Видишь ли, я действительно смогу победить тебя в поединке — такова договоренность. В небольшой пещере недалеко отсюда пути твоих соплеменников и мой разойдутся, но сначала мы еще раз померимся силами.

— Вирна не даст тебе меня убить, — тут же отозвался Дзирт.

— Но она даст мне одержать над тобой верх, — ответил Энтрери. — А этого она очень хочет. Хочет, чтобы твое унижение было полным. И после того, как мы покончим с нашим делом, она отдаст тебя Ллос… а я благословлю тебя на прощание. Пойдем же, мой друг, — промурлыкал Энтрери, не дождавшись от Дзирта никакого ответа, и увидел, что на его лице появилось столь несвойственное ему выражение недовольства.

— Я тебе не друг, — проворчал Дзирт.

— Тогда мое подобие, — поддразнил Энтрери, приходя в полнейший восторг от того, что лицо обернувшегося к нему Дзирта сердито полыхало.

— Никогда.

— Мы воины, — начал объяснять Энтрери. — Мы оба прекрасно сражаемся, и оба стремимся победить, хотя наши цели и различны. Я и раньше говорил, что тебе от меня не сбежать, не сбежать от того, что ты есть.

Дзирту нечего было на это ответить, по крайней мере не здесь, в туннеле, где его окружали враги, а руки были связаны за спиной. Энтрери действительно и раньше говорил так, но Дзирт смог примирить и согласовать его слова с принципами своей жизни и с тем путем, который он для себя избрал.

Но все-таки благородному дроу было неприятно видеть на лице злобного убийцы такое откровенное удовольствие. Вне зависимости от того, что произойдет с ним в столь безнадежном положении.

Дзирт До'Урден решил, что сатисфакции Энтрери не получит.

Теперь они пришли в ту часть лабиринта, где множество боковых коридоров и извилистых зигзагообразных туннелей, похожих на норы червей, разбегались во всех направлениях. Энтрери сказал, что место, где их пути должны разойтись, уже недалеко, и Дзирт понимал, что время стремительно уходит.

Он бросился на пол головой вперед, сильно подтянул ноги под себя, пропустил поверх них руки и поднял их, вскакивая на ноги. К моменту, когда он повернулся назад, всегда бывший начеку Энтрери уже держал в руках меч и кинжал, но Дзирт все равно бросился на него. У безоружного дроу не было практически никаких шансов, но он надеялся, что Энтрери не убьет его, боясь лишить себя единственной возможности поединка, которого убийца так страстно желал и ради которого он столько сделал.

Как он и думал, Энтрери заколебался, и Дзирт тут же разрушил его ненадежную защиту, высоко подпрыгнув и ударив его ногами одновременно по лицу и груди, так что убийца отлетел в сторону на несколько футов.

Вскочив на ноги, Дзирт кинулся ко входу в ближайший туннель, где дорогу ему преградил единственный воин-дроу. Дзирт бесстрашно бросился вперед, по-прежнему надеясь, что Вирна пообещала страшные муки тому, кто помешает ей принести отступника в жертву, — похоже, эта надежда оправдалась, поскольку, оглянувшись, Дзирт заметил, как его сестра схватила за руку Джарлакса, сжимавшего метательный кинжал.

Ставший на дороге проворный, как кот, воин-дроу с размаху ударил Дзирта рукоятью меча. Но Дзирт успел выбросить связанные руки вперед и петлей, образованной веревкой и запястьями, захватить оружие противника, подбросив меч высоко вверх, не нанеся себе никакого вреда. Потом он кинулся на противника и, высоко подняв колено, нанес тому удар в живот. Дроу согнулся пополам, и Дзирт, не теряя времени, метнулся дальше, свалив противника на пол, чтобы задержать солдат и Энтрери, которые бежали за ним.

Неподалеку за поворотом Дзирт нырнул в другое ответвление туннеля, лишь слегка обогнав преследователей, — враги были так близко, что, влетев в следующий проход, он услышал, как стрела чиркнула по камню рядом с ним.

Однако хуже всего было то, что воин заметил еще несколько темных силуэтов, скользнувших в боковые ниши. Их было не меньше семи, а он знал, что с Вирной шло вдвое больше, не говоря уже о том большом отряде, который они встретили не так давно. Дзирт был уверен, что солдаты находились повсюду, прикрывая пути отступления, наблюдая за ним и передавая сведения по цепочке.

Он миновал еще один поворот, потом еще и повернул в противоположную сторону. Вскарабкался по невысокой стене и проклял судьбу, увидев, что начинавшийся наверху коридор сбегал вниз до прежнего уровня.

За следующим поворотом он увидел тепловую вспышку — это был специальный сигнал, металлическая пластинка, нагревавшаяся при помощи магии только с одной стороны, которую темные эльфы использовали для передачи знаков. Для обладателей инфразрения горячая сторона сияла, как осколок зеркала на солнце. Дзирт свернул в боковой проход, подозревая, что сеть вокруг него затягивается и его отчаянная попытка спастись обречена на провал.

А потом перед ним появился драук.

Отвращение Дзирта было таким сильным, что он тут же попятился назад, несмотря на поджидавшую его там опасность. Видеть своего брата в таком виде! Распухшее тело Дайнина несли восемь загребавших ног, а лицо было похоже на ничего не выражавшую маску мертвеца.

Справившись со своими взбудораженными чувствами и подавив непреодолимое желание закричать, Дзирт попытался придумать, как обойти это неожиданное препятствие. Дайнин, развернув двойные секиры, дико размахивал руками и перебирал ногами так, что Дзирт никак не мог проскочить мимо.

У Дзирта не было выбора; он повернулся, намереваясь бежать в другой коридор. Но сзади из-за поворота показались Вирна, Джарлакс и Энтрери.

Они тихо беседовали на Общем языке. Энтрери говорил о том, чтобы свести счеты немедленно, но потом, видимо, передумал.

Вместо этого к нему подошла Вирна, угрожающе помахивая пятихвостой плетью из живых змей.

— Если победишь меня, сможешь вновь получить свободу, — поддразнила она Дзирта на языке дроу и бросила Сверкающий Клинок на пол к его ногам. Он нагнулся, но тут Вирна хлестнула его плеткой. Дзирт, ожидавший чего-то подобного, отскочил назад и теперь уже не мог дотянуться до оружия.

Сзади подгреб драук и, уперев секиру в плечо Дзирта, снова толкнул его к Вирне. Тому ничего не оставалось, как попытаться снова схватить саблю, и он уже почти дотянулся до нее…

Змеиные зубы впились в его запястье. Он почувствовал еще один укус в предплечье, три в лицо и в другую руку, которой он слабо пытался заслониться. Почти невыносимая жгучая боль — но яд был еще сильнее. Ему казалось, что Сверкающий Клинок уже у него в руке, но онемевшие пальцы больше не чувствовали металл.

Вирна нанесла еще один удар чудовищной плетью, пять змеиных голов жадно вцепились в Дзирта, и от их укусов по всему телу стало распространяться онемение. Безжалостная жрица безжалостной богини хлестнула беспомощного узника еще несколько раз, и ее лицо сияло злобным ликованием.

Дзирт упорно не желал терять сознание и глядел на нее с безграничным презрением, но это только подстегивало Вирну. Наверное, она забила бы его до смерти, не вмешайся Джарлакс и в особенности Энтрери, подошедшие к ней, чтобы успокоить безумную.

Для Дзирта, чье тело испытывало жестокие муки, а всякие надежды на спасение улетучились, это было совсем незначительным облегчением.

* * *

— О-о-о! — взвыл Бренор. — Мои соплеменники!

Реакция Тибблдорфа Пвента на открывшуюся их глазам жуткую картину расправы над семью дворфами была еще яростнее. Берсерк отошел к стене туннеля и начал биться о нее головой. Так он, пожалуй, выбил бы из себя дух, если бы Коббл тихо не напомнил ему, что этот грохот слышен за милю отсюда.

— Убиты быстро и без следов, — заметила Кэтти-бри, стараясь не поддаваться чувствам и как-то объяснить их новую страшную находку.

— Энтрери! — зарычал Бренор.

— Даже если это действительно он ходит в обличье Реджиса, как мы считаем, дворфы ведь пропали прежде, чем он спустился в эти туннели, — рассудила Кэтти-бри. — Похоже, убийца привел с собой помощников. — Она вспомнила о крохотной стреле и от всей души понадеялась, что ее подозрения не оправдаются.

— Эти помощники подохнут, как только я доберусь до их глоток! — пообещал Бренор. Он опять опустился на колени, склонившись над телом дворфа, бывшего его близким другом.

Кэтти-бри не могла этого вынести. Она отвела взгляд от отца и посмотрела на Вульфгара, стоявшего тихо неподалеку и державшего факел.

Обращенный к ней сердитый взгляд удивил ее.

Она внимательно вглядывалась в жениха несколько секунд, потом, чувствуя, как ей неприятен этот жесткий взгляд, потребовала:

— Ну же, скажи, о чем ты думаешь?

— Нечего тебе было сюда приходить, — спокойно ответил варвар.

— Разве Дзирт мне не друг? — спросила она и поразилась, что лицо Вульфгара передернулось от едва сдерживаемой ярости при упоминании о темном эльфе.

— О, конечно, он тебе друг, нисколько не сомневаюсь, — ответил он ядовитым тоном. — Но ты будешь моей женой. Тебе нельзя находиться в таком опасном месте.

Глаза Кэтти-бри раскрылись от изумления, и отсветы факела, плясавшие в ее глазах, казались отражением пламени, полыхавшего внутри ее.

— Не тебе выбирать! — громко вскричала она, так громко, что Коббл и Бренор озабоченно переглянулись и король дворфов поднялся, оставив своего погибшего друга, и пошел к дочери.

— Ты моя невеста! — напомнил ей Вульфгар, тоже повысив голос.

Кэтти-бри не шелохнулась и не моргнула, упорно глядя Вульфгару в глаза, отчего тот даже отступил на шаг. Несмотря на свой гнев, решительная девушка почти улыбнулась, видя, что варвара наконец-то проняло.

— Нечего тебе было сюда приходить, — повторил Вульфгар, словно черпая силу в своем упорстве.

— Нет, это ты убирайся в Сеттлстоун! — огрызнулась Кэтти-бри, ткнув пальцем в необъятную грудь Вульфгара. — Потому что если ты считаешь, что мне не стоит идти на розыски Дзирта, то не можешь называть себя его другом!

— Да уж, конечно, не то что ты! — рявкнул Вульфгар, сжав кулаки. Лицо его исказилось от ярости, глаза сверкали.

— Что ты сказал? — спросила Кэтти-бри, действительно придя в замешательство от странных слов и нелепого поведения Вульфгара.

Бренору это надоело. Он встал между ними, легко отодвинул назад Кэтти-бри и оказался лицом к лицу с варваром, бывшим ему вместо сына.

— О чем ты говоришь, мальчик? — спросил дворф, пытаясь сохранять спокойствие, хотя больше всего ему сейчас хотелось съездить Вульфгару по физиономии.

Вульфгар даже не взглянул на Бренора, а поверх него обличительно ткнул пальцем в Кэтти-бри.

— И сколько же поцелуев ты подарила своему дружку-дроу? — взвыл он.

Кэтти-бри едва не упала.

— Что?! — закричала она. — Да ты ума лишился. Я никогда…

— Лжешь! — загремел Вульфгар.

— Заткнись! — рявкнул Бренор и поднял топор. Он замахнулся, заставив Вульфгара отскочить назад, с силой ударил по стене туннеля и взмахнул снова, отчего варвар отпрыгнул в сторону.

Вульфгар пытался заслониться факелом, но Бренор выбил его у него из рук. Юноша попытался дотянуться до Клыка Защитника, который положил в заплечный мешок, когда они добрались до погибших дворфов, но Бренор неутомимо продолжал наносить удары, не желая ранить варвара, а просто вынуждая его приседать и уклоняться, скользя по каменному полу.

— Позволь мне убить его для тебя, мой король! — заорал берсерк, поспешив к ним.

— Убирайся! — рявкнул на него Бренор, и все, а больше всех Пвент, поразились невероятной силе, прозвучавшей в его голосе. — Я уже несколько недель сквозь пальцы смотрю на твои сумасбродства, — сказал Бренор Вульфгару, — но я не намерен и дальше их терпеть. Или сейчас же выкладывай, в чем дело, или заткни свою пасть и держи ее на замке, пока мы не найдем Дзирта и не выберемся из этих вонючих туннелей!

— Я старался сдерживаться, — огрызнулся Вульфгар, но это скорее было похоже на мольбу, так как он все еще стоял на коленях, упав под угрожающим взмахом Бренорова топора. — Но я не могу молча сносить оскорблений моей чести! — Словно поняв наконец свое униженное положение, не вяжущееся с гордыми словами, варвар вскочил на ноги. — Дзирт виделся с Кэтти-бри перед тем, как вернулся в Мифрил Халл.

— Кто это тебе сказал? — потребовала Кэтти-бри.

— Реджис! — выкрикнул Вульфгар. — И он сказал мне, что вы там не только разговаривали!

— Это ложь! — воскликнула Кэтти-бри.

Вульфгар намеревался было ответить в том же духе, но увидел, как Бренор сначала широко улыбнулся, а потом расхохотался. Уронив топор на пол, Бренор уперся руками в бока и затряс головой, не в силах поверить своим ушам.

— Ну дурак… — пробормотал дворф. — Неужели ты только мускулами можешь работать? Пораскинь-ка мозгами над тем, что ты только что сказал! Ведь мы здесь оттого, что думаем, что Реджис — это вовсе не Реджис!

Вульфгар в растерянности скрипнул зубами, только сейчас что-то поняв.

— Если ты чувствуешь себя таким же болваном, как выглядишь, то так тебе и надо, — сухо заметил Бренор.

Внезапное открытие поразило Вульфгара сильнее, чем топор Бренора. Сколько же раз говорил Реджис с ним наедине за эти несколько дней? И о чем же, с усилием вспоминал варвар, они разговаривали? Кажется, в первый раз Вульфгар понял, что тогда в своей комнате он мог убить лучшего друга.

— Хафлинг… Артемис Энтрери использовал меня в своих дьявольских планах, — заключил Вульфгар. Он вспомнил мерцающий вихрь сияющих бликов — граней самоцветного камня, — увлекающий его за собой в глубину. — Он воспользовался этой подвеской, я не уверен, но, кажется, помню это… Да, думаю, что воспользовался…

— Наверняка, — сказал Бренор. — Я давно знаю тебя, парень, и никогда раньше ты не вел себя как последний дурак. Да и я тоже хорош. Послать хафлинга вместе с Дзиртом в эти катакомбы!

— Энтрери пытался заставить меня убить Дзирта, — продолжал Вульфгар, желая прояснить все до конца.

— Наверное, ты хотел сказать, пытался заставить Дзирта убить тебя, — поправил Бренор. Кэтти-бри фыркнула, не скрывая удовольствия и благодарности отцу за то, что тот поставил хвастливого варвара на место.

Вульфгар сердито глянул на нее поверх плеча Бренора.

— Ты встречалась с дроу, — не спросил, а сказал он.

— Это мое дело, — ответила девушка, не желая уступать его настойчивой и утомительной ревности.

Напряжение опять стало расти. Кэтти-бри видела что варвар по-прежнему опекает ее и хочет оградить свою будущую жену от опасности, хотя объяснение Бренора несколько уменьшило его негодование. Гордая и упрямая, Кэтти-бри опять почувствовала себя скорее оскорбленной, чем польщенной.

Однако ей не удалось проявить свой гнев, поскольку подошедший Коббл призвал их к молчанию. Только тогда они и Бренор заметили, что Пвент куда-то пропал.

— Шум, — тихо пояснил священник, — где-то далеко в глубоких туннелях. Лучше давайте помолимся Морадину, чтобы этот шум не был вызван нашей собственной глупостью!

Кэтти-бри посмотрела на мертвых дворфов, увидела, что Вульфгар тоже смотрит на них, очевидно, как и она, вспомнив, что Дзирт в серьезной опасности, и их споры показались ей такими мелкими, что она устыдилась.

Почувствовав это, Бренор подошел к ней и обнял за плечи.

— Надо было выговориться, — успокаивающе произнес он. — Надо было все выяснить и разрешить прежде, чем начнется бой.

Кэтти-бри согласно кивнула, надеясь, что бой, если он состоится, начнется скоро.

Она также всем сердцем надеялась, что это сражение не станет расплатой за смерть Дзирта До'Урдена.



mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2021 год. (0.019 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал