Keywords. growth disturbances; metabolic disorders; childhood, posterior cranial fossa tumors (cPCFT); acute lymphoblastic leukemia (cALL); treatment

growth disturbances; metabolic disorders; childhood, posterior cranial fossa tumors (cPCFT); acute lymphoblastic leukemia (cALL); treatment

Название

Нарушения роста и метаболические расстройства у пациентов, перенесших лечение онкологических заболеваний в детстве

Авторы

Т.Ю. Целовальникова¹, М.Г. Павлова¹, А.В. Зилов¹, А.Е. Юдина¹, Н.А. Мазеркина², О.Г. Желудкова³, И.А. Арефьева², А.Н. Герасимов¹

Организации

¹ГБОУ ВПО «Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова», Москва, Российская Федерация

²ФГБУ «Научно-исследовательский институт нейрохирургии им. академика Н.Н. Бурденко», Москва, Российская Федерация

³ФГБУ «Российский научный центр рентгенорадиологии», Москва, Российская Федерация

Резюме

Обоснование. Эндокринные расстройства, такие как дефицит гормона роста (ДГР), нарушения роста, метаболические расстройства часто встречаются после лечения злокачественных новообразований в детстве.

Цель: Оценить и сравнить распространенность нарушений роста и метаболических расстройств у пациентов после лечения злокачественных опухолей задней черепной ямки (ЗО ЗЧЯ) и острого лифобластного лейкоза (ОЛЛ) в детстве.

Материалы и методы. Обследовано 40 пациентов (21 мужчина, 19 женщин) после лечения ЗО ЗЧЯ (группа 1) и 25 пациентов (9 мужчин, 16 женщин) после лечения ОЛЛ в детстве. Группа 1 подверглась хирургическому удалению опухоли, полихимиотерапии (ПХТ) и краниоспинальному облучению в дозе 34, 9 ± 1, 6 Гр с бустом на ложе опухоли 51, 3±9, 2 Гр. Группа 2 получила ПХТ (23 пациента по протоколу ALL-BFM-90, 2 пациента - ALL-MB-2002), все получили краниальное облучение в дозе 12, 7±2 Гр. Возраст пациентов группы 1 и группы 2 на момент обследования составил - 19, 8±3, 05 и 21, 2±3, 9 лет, возраст на момент лечения – 10, 9±3, 4 и 6, 9±3, 4 лет, продолжительность ремиссии – 7, 2±4, 2 лет и 13, 8±4, 9 лет, соответственно. Контрольную группу составили 16 здоровых добровольцев. Исследованы антропометрические и лабораторные параметры. Диагностика ДГР проведена только в группе 1 при помощи двух тестов – теста с инсулиновой гипогликемией (ТИГ) и теста с глюкагоном (ТГ). На момент обследования никто из обследованных лиц не получал заместительную терапию рекомбинантным гормоном роста (рГР). Только 5 пациентов (3 мальчика, 2 девочки) в группе 1 лечились рГР в детстве. В группе 2 данные исследования не проводились.

Результаты. SDS конечного роста в группе 1 меньше, чем в группе 2 (p=0, 001), а также в группе контроля (p< 0, 001). В группе 1 и 2 количество пациентов, достигших целевого роста ниже, чем среди здоровых (р< 0, 001). Больные группы 2 чаще достигали целевого роста, чем пациенты группы 1 (р=0, 006). SDS ИФР-1 в группе 1 меньше, чем в группе 2 (p< 0, 001). ДГР по данным ТГ диагностирован у 60% пациентов группы 1, по данным ТИГ - у 82, 1%. У женщин группы 2 ОТ больше по сравнению с женщинами группы 1 (p=0, 046) и контрольной группы (p=0, 001). Избыточный вес выявлен у 16% лиц группы 2 и у 10% группы 1. Дислипидемия диагностирована у 50% в группе 1, у 19% в группе 2 (p=0, 226). Инсулинорезистентность выявлена: в группе 1 – 16, 7%, в группе 2 – 66, 7%.

Выводы. После лечения ЗО ЗЧЯ в детстве нарушения роста развиваются чаще, чем после лечения ОЛЛ. После лечения ЗО ЗЧЯ и ОЛЛ с разной частотой развиваются метаболические нарушения. Этим пациентам требуется постоянное наблюдение эндокринолога.