Глава 11.

С тех пор прошло пять лет. Теперь я взрослая женщина, у которой подрастает дочь. В свои двадцать восемь лет я многого добилась. Я независима, самодостаточна, мне не нужен никто кроме моей дочурки. Она для меня свет в окошке. Знаете, я стала писать. Писала книги, статьи для журналов. Так я пыталась выразить свои чувства. Я познала любовь, пусть это было и недолго, но это чувство до сих пор живет в моем сердце.

Несмотря на интенсивную работу, я уделяла много времени дочери. Когда ее не было рядом, создавалось ощущение одиночества. Мне постоянно хотелось ее баловать, из-за чего Мариса на меня часто злилась. «Ты так ее избалуешь. И что мы потом будем делать с маленькой эгоисткой?» – любила повторять она. Родив Антонио мальчиков-близнецов, она считала себя гуру в вопросе воспитания детей и постоянно давала советы. Но это меня ни в коем случае не раздражало, а даже наоборот веселило. Было интересно наблюдать за ней.

Как-то в выходные, когда она вновь приехала в Нью-Йорк, мы гуляли в парке. Она со своими близнецами и я со своей дочерью.

– Антонио хочет переехать на Сицилию, как только малыши начнут ходить. Но я даже не знаю... – катила она двухместную коляску.

– Уже четыре месяца как вы стали родителями, а у вас уже такие грандиозные планы.

– Не у нас, а у Антонио.

– Ты же боготворишь Сицилию, – поддела я подругу.

– Да. Но как же я без тебя? Без Сандры?

– У тебя есть Антонио, Лука и Маркус, что тебе еще не хватает? А мы с Сандрой будем приезжать к вам на каникулы, когда она пойдет в школу, или летом.

– Ты обещаешь? – жалобным голоском протянула она.

– Обещаю.

– А ты Сандра? Обещаешь навещать тетю Марису и мальчиков? – в ее голосе слышалась мольба.

Сандра долго смотрела на нее, видимо хотела поиграть на нервах (ох, как же она это любила!), озорно улыбнувшись, она кивнула. Мариса издала вздох облегчения.

– Как хорошо! – воскликнула Мариса. – Ну что же, Сицилия жди меня, – торжественно выкрикнула она.

Как и раньше я засиделась в издательстве, обсуждая с Венди свою книгу. Венди Смит была главным редактором независимого издательского дома, в котором я печаталась.

Я следила за ее реакцией, пока она читала отрывок. Но, к моему сожалению, я так и не поняла выражение ее лица. Оно было отсутствующее.

– Как тебе? – спросила я у Венди.

– Знаешь, милая, тебя пофилософствовать тянет, но концовка мне нравится. Продолжай в том же духе. И не забывай о сроках, – улыбнувшись, сказала она.

Ее мнение было очень важно для меня. Я адекватно реагировала и на похвалу, и на критику с ее стороны.

Немного посидев и обсудив продолжение сюжета книги с Венди, я поехала за дочерью в детский сад.

Поймав такси, я назвала адрес. Откинувшись на сидение, я мысленно прокрутила последние пять лет своей жизни. Я разрушила все, что могла.

Забрав Сандру из детского сада, мы отправились в любимый Макдоналдс. Это была традиция.

Моя малышка побежала делать заказ. Как же она похожа на своего отца. Меня всегда это поражало. У нее только мои глаза. Я шла следом за ней, не торопясь. Вдруг меня окликнули.

– Кларисса!

Повернувшись на голос, я приросла к полу. Это был Дилан. Дилан Монтгомери. Он шел ко мне.

– Привет! Давно не виделись, лет пять, наверное, – подойдя почти вплотную, поприветствовал он меня.

– Привет! – кое-как проговорила я. – Как жизнь?

– Нормально. Я здесь с племянником. Как у тебя дела?

– Все хорошо. Значит, Виктория родила?!

– Да.

– Мама, мама! Я выбрала. Ты чего так долго? – подбежала к нам Сандра.

– Мама? – переспросил Дилан и посмотрел на меня удивленно.

– Да, это моя мама, – без тени смущения ответила Сандра.

Дилан переводил удивленный взгляд то с Сандры на меня, то наоборот.

Ну почему именно сегодня я должна была его встретить? Почему? Мой немой вопрос остался без ответа.

– Значит, мама? – как-то неуверенно спросил он. – Вышла замуж? Неудивительно.

У него был такой вид, что он все уже для себя решил. Что если бы я стала оправдываться, это не произвело никакого эффекта. Поэтому я просто промолчала.

– А вы кто? – выходя вперед, спросила Сандра.

– Эм... я? Старый друг твоей мамы. А как тебя зовут малышка? – спросил он очень нежно.

– Сандра. Значит, вы должны знать моего папу! – в свои четыре с небольшим года она была очень умна.

– Папу? То есть, ты не знаешь, кто твой отец? – спросил Дилан, и посмотрела на меня. Меня всю передернуло.

– Хватит. Это тебя не касается. Ты уже выбрала, милая? – дрожащим от волнения голосом произнесла я. Сандра лишь хмуро смотрела на меня.

– Это мой папа? – меня как током ударило от этого вопроса.

– Чего ты молчишь, Кларисса? Мне тоже интересно, отец ли я этой малышки?

– Я не малышка! – воскликнула она так громко, что на нас посмотрели окружающие. Дилан лишь в свою очередь слегка расхохотался.

К нам подошла женщина с мальчиком. Ее я сразу узнала. Рыжие волосы. Это была Медлен.

– Почему ты так долго, Дилан? Ты же знаешь, что твой племянник меня нервирует, – шепнула она. На руках у нее был мальчик лет двух, он жевал какую-то игрушку. Забрав у нее племянника, Дилан обратился ко мне:

– Нам еще о многом нужно поговорить, так что не прощаюсь, – повернулся и пошел прочь, а за ним и Медлен.

Мне хотелось плакать. Почему именно сейчас? Сейчас, когда все так хорошо.

– Мама? Не плачь! Пойдем домой, – тоненьким голоском протянула Сандра. Тяжело вздохнув, я взяла свою дочурку за руку, и мы поехали домой.

Дня через два, на выходные, ко мне приехала чета Теста, в полном составе. Антонио как всегда возился с детьми. Сандра обожала его, а он ее. Мы с Марисой готовили.

– Знаешь, два дня назад я встретила Дилана, – ни с того, ни с сего сказала я. Она лишь смотрела на меня с открытым ртом.

– Может, ты что-нибудь скажешь? А не будешь на меня таращиться с открытым ртом.

И тут же она его закрыла, но ничего не сказала. Повисла тишина. Я видела, что она что-то обдумывает и при этом режет зелень.

– Он знает?

– Нет.

– Догадался.

– Не совсем.

– Что это значит? – повернув ко мне голову, спросила она.

– Сандра догадалась. И спросила у меня при нем, а ему тоже стало интересно.

– Она очень умна. А он болван. Не узнать своего ребенка. Она же его копия, твои только глаза.

– Что мне делать, Мариса? – от бессилия у меня опускались руки.

– А что делать? Скажи ему правду. Что ты, когда сбежала, уже была беременна. И посмотри на его реакцию. А там думать будем.

Я смотрела на нее, как на сумасшедшую. Рассказывать ему все не входило в мои планы. Я боялась этого. Еще свежи были воспоминания той драки, тех холодных слов, произнесенных им в последнюю нашу ночь. Я боялась, я очень боялась. А что, если он заберет у меня Сандру? Этого я не переживу.

Из раздумий меня вывел голос Антонио.

– Кларисса, к нам гости! Он хочет поговорить с тобой, – от этих слов меня пробил холодный пот. Ничего не говоря, я пошла в гостиную.

То, что я увидело, произвело на меня такое впечатление, что я не смогла отвести взгляд. Дилан сидел с Сандрой на коленях, они о чем-то весело болтали, но когда увидели меня, замолкли. Меня подтолкнул Антонио, Мариса стояла за ним.

– Привет! – спокойно поздоровался с нами Дилан.

– Какими судьбами? – ехидно спросила Мариса, протискиваясь в гостиную.

– Да вот пришел поговорить с Клариссой.

– Тогда не будем мешать, – взявшись за коляску, где спокойно спали близнецы, она покатила ее на кухню, походу шепнув Антонио, чтобы тот забрал Сандру.

Когда мы остались одни, я почувствовала себя неуютно. Поборов волнение, я села напротив него.

– Как ты узнал, где я живу?

– У меня свои связи, – уклончиво ответил он.

– Ладно, я тебя слушаю. О чем ты хотел поговорить?

– А ты не догадываешься? – холодно ответил он вопросом на вопрос.

– Нет, – прикинулась я дурочкой. – Намекни.

– Сандра... моя дочь?

– С чего ты взял?

– Вот только не надо! Я не слепой.

– А что если и твоя? Что тебе это дает? – с вызовом спросила я.

– Значит, это правда! Почему ты не сообщила об этом раньше? Пять лет я был в неведение, а теперь...

– Что теперь, Дилан?

– Как так получилось? Почему, Кларисса? – чуть ли не крича, спросил он.

– Эта моя дочь и только моя. Запомни это, – я сглотнула. – А причина, по которой я тебе не сообщила, очень проста, я боялась тебя.

– Боялась меня? – удивился он. – Почему?

– Ты сказал, что заберешь ребенка. И ты вел себя так, будто мстил.

– Я бы никогда этого не сделал. И с чего взяла, что я мстил? Неужели ты не можешь забыть о причине нашего знакомства.

– Да. Не могу.

– Какая же ты глупая.

– Глупая? – я чуть было не поперхнулась.

– Да, глупая. И я не мстил.

– А как же случай с Эриком? Ты был очень зол.

Его лицо перекосилось от гнева. Дилан встал и подошел к окну. Я смотрела на его напряженную спину. Почему он сейчас злится? Это я должна злиться, ведь он ворвался в мою жизнь, снова.

– Я был очень зол, я этого не отрицаю. Эрик прекрасно знал о моих чувствах к тебе, но все-таки не устоял. Ты же знаешь, что он не живет с Франческой, хотя они и не развелись?

– Да, знаю.

– Он сейчас, насколько мне известно, в Бельгии, подписывает контракты на сотрудничество.

– Значит, ушел в работу! Вы общаетесь?

– Смеешься, да? – усмехнулся он. – После «кровопролитной» драки мы не разговариваем.

– Но прошло пять лет? – удивилась я.

– И что с того? Он зашел на мою территорию. Хотя у нас с ним всегда была договоренность, что добычу друг друга не трогать, а он ее нарушил.

Я поморщилась.

– Ты говоришь так, как будто я кусок мяса. Это неприятно, знаешь ли.

– Прости за такую аналогию, – подумав, он продолжил. – Я хочу видеться со своей дочерью как можно чаще. Итак, пять лет коту под хвост. И требую, чтобы я был вписан в графу отцовства.

Я смотрела на него с открытым ртом. Да он просто на меня давит.

– Я же там не указан? – ехидным голосом спросил он.

– Почему ты думаешь, что ты там не указан? Я что изверг?

– То есть ты указала, что я отец, но не сообщила? – он изучающе посмотрел на меня.

– Именно. Не видела смысла сообщать, – небрежно кинула я.

– Не видела смысла? Я что настолько тебя испугал?

Он, что надо мной издевается? – пролетела мысль в моей голове.

– Твоя жена не родила тебе ребенка? – стараясь придать холодности своему голосу, спросила я.

– Я не женат.

Наши взгляды встретились. Не женат? Тогда объясните мне, почему он был с Медлен два дня назад?

– А как же Медлен?

– Ревнуешь? Значит, еще что-то испытываешь ко мне, – довольно улыбнулся он.

Ревную? Да. Но я не могла ему об этом сказать. Еще что-то испытываю? Да. Но что именно? Любовь или ненависть? Если это любовь, то я идиотка. Как можно любить его спустя пять лет. Пусть даже у нас общий ребенок, но любовь... А ненависть я должна испытывать? Скорей всего. Так почему я ее не испытываю? Неужели все-таки люблю?

– Я не отдам тебе Сандру. Даже не надейся.

Он прищурился.

– Я не забираю ее у тебя, просто хочу участвовать в ее жизни. Ты же знаешь, что я хотел ребенка, иначе бы...

– … ты со мной вновь не сошелся, – закончила я за него.

– Ты говоришь жестоко. Но действительность заключается в том, что…

– … ты живешь другом городе, а ездить из города в город я не могу.

– Может быть, перестанешь меня перебивать? Это не красиво. А по поводу расстояния, мы что-нибудь придумаем.

– А может вам лучше пожениться, да и успокоиться? – раздался голос Марисы.

Я смотрела на нее и не верила своим ушам. Выйти замуж за Дилана. Подруга, зачем ты бередишь старые раны?

– Я думал об этом. Но боялся, что Кларисса не согласится.

– И правильно боялся, я не соглашусь, – почти истерически вопя, заявила я. – Будь ты даже последним мужчиной на Земле...

– Я понял, – остановил он меня, подняв руку. – Но если ты не позволишь мне видеться с дочерью, я подам в суд.

– Не надо меня запугивать.

– А я и не запугиваю. Что ж, – посмотрел он на часы, – мне пора. Поговорим завтра. Сандра?

Из кухни вышел Антонио вместе с детьми. Дилан кивнул ему. Сандра робко на него смотрела, но все-таки подошла поближе. Он присел.

– Увидимся завтра, хорошо? И ты мне расскажешь до конца ту сказку, – улыбнулся он ей. – И я думаю, что ты должна знать, я твой папа.

Девочка улыбнулась от этих слов, посмотрела на меня и бросилась ему на шею. Дилан поднялся вместе с ней. Меня била дрожь.

– Я знала, что ты мой папа. Я похожа на тебя, хотя глаза у нас с тобой разные.

– Да, глаза разные. У тебя они мамины.

– Угу, – кивнула малышка, и чмокнула его в щеку.

– Ладно, мне пора, – еще раз покрепче обняв Сандру, он поставил ее на пол и повернулся в мою сторону. – Я зайду завтра, и мы все решим. Так что не теряй время, подумай.

Попрощавшись, он ушел.

– Итак, что будем делать? – спросил Антонио, все это время он старался не вмешиваться.

– А что делать? Будем надеяться, что они договорятся, – сказала Мариса. – Ну, а я была бы очень рада, если бы они поженились.

– Мариса? – вскрикнула я.

– А что, эта мысль мне нравится, – согласился Антонио. Я гневно посмотрела на него.

И все-таки, мысль, что я буду часто видеть Дилана, грела мне душу.

Спустя неделю Дилан переехал в Нью-Йорк, снял квартиру недалеко от нас. И каждый вечер он проводил с Сандрой.

Бен смирился с тем, что я вновь впустила в свою жизнь Дилана, и даже попытался наладить с ним приятельские отношения. Но что-то не складывалось. То ли Дилан сильно открыто показывал свою враждебность, то ли Бен не слишком активно стремился наладить с ним отношения. Но они разговаривали, это уже что-то.

Как-то гуляя в парке, Дилан завел разговор.

– Значит, Бен не твой любовник? Ты меня тогда обманула.

Я посмотрела на него удивленными глазами.

– Почему ты спрашиваешь?

– Да так, просто. И все-таки ты меня обманула.

– Нет.

Он перевел на меня мрачный взгляд.

– Объясни!

– Бен был моим первым мужчиной. Мне было шестнадцать. На протяжении трех лет мы, то сходились, то разбегались. Я его очень люблю, – и зачем я это ему объясняю? Может, хочу, чтобы он знал, что я не лгала ему в этом?

– Любишь? Но не просишь остаться с тобой.

– О чем ты?

– Будь я на твоем месте, я бы делал все, чтобы любимая женщина думала только обо мне.

«Ты так и делаешь», – хотела сказать я вслух, но промолчала.

– Ты не думала о том, чтобы выйти замуж?

– Ты опять? – с тяжелым вздохом спросила я.

– Ты молодая, красивая женщина, почему бы и нет!

– Я не хочу замуж, – твердо заявила я.

– Даже за меня? Кларисса, я люблю тебя, почему ты это не замечаешь!

– Любишь? – я была в шоке, он говорил об этом так, как будто каждый день признавался мне в любви.

– Да, люблю. И знаю, что и ты любишь меня. И не нужно это отрицать. Так почему же нам не обрести счастье, которое мы заслужили?

– Но я не выйду за тебя замуж.

– Это мы еще посмотрим! – лукаво улыбнулся он, и пошел вперед к Сандре.