Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Да что же ты это делаешь, гад?! – обрывая его, закричал купеческий сын.






 

Половцы тут же сорвались с места, и не прошло пяти минут, как они возвратились и отсыпали в здоровую ладонь хана девять золотых монет. Тот, морщась, сосчитал их и протянул Славке:

- Всё?

Славка тоже пересчитал монеты и отрицательно покачал головой:

- Нет. Здесь только девять. А где еще одна?

- Какая еще одна? – уставился на него Белдуз.

- А та самая, что ты у моего слуги отобрал!

Уж на что хан любил золото, но тут, от такой жадности даже ему стало не по себе. Он брезгливо швырнул под ноги Славке златник, и когда тот, нырнув за ним, сунул его за щеку, показал издали грамоту:

- Всё! Больше ничего не хочу слушать! Читай!

- Ну, Славко, - послышался сзади чуть различимый голос Звенислава, - С Богом! Давай…

- Далеко, хан, поближе б немного! – попытался выгадать еще хотя бы полшага Славко.

- Ничего, у тебя глаза молодые! Читай!

Хан поднес грамоту немного ближе и, видя, что упрямый отрок никак не начинает читать, недовольно крякнув, еще ближе…

Уверенный в том, что сейчас произойдет долгожданное, ибо хорошо знал ловкость своего друга, Звенислав даже глаза закрыл от сладкого ужаса. И тут же … открыл их, ровным счетом не понимая ничего.

Славко, наморщив лоб, точно припоминая что-то, вдруг слово в слово стал повторять ту самую грамоту, текст которой говорил в бреду найденный ими гонец…

- Наказываем тебе, князь, быть с войском к концу весны в Переяславле…

- Что?.. – словно очнувшись, вздрогнул Звенислав. – Что-что ты сказал?!

- Тихо, не мешай слушать! – недовольно прикрикнул на него хан и, почти уж по-свойски, кивнул Славке: - Продолжай…

- А оттуда мы всей Русью, - словно ни в чем не бывало, продолжил тот, - двинем на…

- Да что же ты это делаешь, гад?! – обрывая его, закричал купеческий сын. – За тридцать златников Русь продаешь?!!

Звенислав с кулаками бросился на Славку и повалил его на грязный истоптанный снег.

- Двинем на … на… - силясь высвободиться, пытался докончить Славко. Но куда там! Крепкий, упитанный купеческий сын, оказался намного сильнее его, худого и жилистого. - Стой! Пусти! – только и хрипел в его крепких объятьях Славко. - Дай дочитать, дурень!

- Я тебе дам! – раз за разом ударяя его кулаком, бормотал, Звенислав, как в горячке - Я тебе сейчас за всё дам! И за тулуп, и за мои златники, и за эту грамоту! Я только теперь понял, каков ты есть на самом-то деле! Обмануть меня захотел, да еще и тайну продать половцам? Ах, хитрец! На тебе! На!

- Хан, разнять их? – осторожно предложил Тупларь.

- Может, лучше наоборот, соединить одной стрелою? – вставил опять свое слово Узлюк.

- Пусть дерутся! – остановил их Белдуз и довольным тоном добавил: - Люблю, когда русские дерутся между собой…



- Да какой же он русский, если Русь продает? – оглянувшись, с ненавистью спросил Звенислав.

И он снова склонился над Славкой, ничего не видя и не слыша от ярости. А то бы непременно увидел озорные, несмотря на боль, глаза Славки и услышал бы, как тот, едва слышно, умоляюще шепчет:

- Бей, родной, бей, да так, чтоб они вконец поверили!

- Хватит! – не выдержал, наконец, хан. – Уймите этого бешеного слугу! А то, чего доброго, он, и правда, убьет его, и мы так и не узнаем, до конца, что написано в грамоте!

Несколько половцев не без труда оторвали Звенислава от лежащего на покрасневшем снегу Славки.

Двое продолжали удерживать его, чтобы он снова не кинулся на своего бывшего друга. А Тупларь своим рукавом осторожно вытер кровь с лица Славки и поставил его перед ханом, помогая стоять прямо.

Звенислав, тяжело дыша, с ненавистью смотрел, как Славко несколько раз встряхнул головой, словно прогоняя туман от ударов, и снова вгляделся в грамоту.

- Ну? – заторопил его Белдуз.

- Вот я и говорю, - облизывая разлохмаченные Звениславом губы, продолжил Славко. - А оттуда … из Переяславля, стало быть, мы всей Русью двинем на богатый град Корсунь…

- Что? – недоверчиво, думая, что ослышался, переспросил Звенислав. - На… Корсунь?!

- На Корсунь! – радостно воскликнул Белдуз.

- На Корсунь! На Корсунь!! – восторженно перемигиваясь, зашептались половцы.

- Да, так написано! – подтвердил Славко. - А все это велим хранить в великой тайне… М-ммм!

- Еще бы! На Корсунь! - хмыкнул Белдуз и уточнил: - А что означает это странное «м-ммм?» Тебе что – больно?

- Да нет, это здесь так написано! – показал на первое попавшееся слово в конце грамоты Славко. – Вот – приписка!

- Приписка? – недоуменно прошептал Звенислав.

Хан тоже насторожился:

- Какая приписка?

- Откуда я знаю? – пожал плечами Славко. - Какая-то очень важная, раз так мелко написано. Никак не могу издалека разглядеть! Дай-ка, сюда грамотицу, хан!

Всегда осторожный Белдуз, так уже доверился этому отроку, что машинально протянул ему лист пергамента со свисавшей с него свинцовой печатью отроку, и тот приблизил ее к самым глазам.



- Ну да… очень важное добавление, - подтвердил Славко и, переходя на тон, каким читал всю грамоту, добавил: - А после прочтения этой грамоты приказываю немедленно уничтожить ее. И подпись… Ой! Сам князь Владимир Мономах!

С этими словами Славко бросил лист пергамента в костер, и не жалея дорогих сапог, еще и подкинул ее в то место, где было больше всего пламени.

- Что ты делаешь?! - в ужасе закричал хан.

- Как что? – оглянулся на него Славко. – Выполняю то, что тут написано!

- Да я тебя сейчас за это… на клочки… на части!..

Хан потащил из ножен свою булатную саблю.

- За что?! – чуть не плача, принялся оправдываться Славко. - Мономах это мой князь! Как я мог пойти против его воли? Ты бы сам осмелился не выполнить приказ своего главного хана?

- Я сам себе хан! – гневно воскликнул, с лязгом возвращая саблю обратно в ножны Белдуз.

- Вот видишь! - всхлипнул Славко. – Ты хоть и хан, а сразу умчишься, когда он сюда приедет! А я ему что скажу?

- Как это приедет? Почему это приедет? Когда это приедет? – услышав о Мономахе, встревожился хан.

- А вы что, не знали, что он, прослышав о вашем набеге, сразу в эти края из Переяславля подался?

- Как бы он уже не перекрыл нам обратный путь! – не без тревоги заметил старый половец.

- Сам знаю! – остановил его хан и прищурился на Славку: - А тебе это откуда известно?

- Так я ведь с обозом откуда ехал! – выдержав до конца его взгляд, напомнил Славко. - Из Переяславля!

- Не верь ему, хан! Из Киева мы! – подал голос купеческий сын, решив, что пришел и его черед своей игрой поддержать Славку.

И Белдуз поддался на эту удочку!

- Молчи! – прикрикнул он на Звенислава. - Теперь я знаю, кому верить! Ты все время нарочно меня путаешь! Слушай приказ! Гаси костер! Расседлать коней! До вечера будем здесь! С темнотой уйдем!

- А с этими что делать? - кивнул на отроков старый половец.

- Дозволь, хан, я их сейчас… - подался вперед Узлюк.

- Нет, этих - связать! – приказал Белдуз. – Поедут с нами в Степь! Вместо грамоты теперь будут!

- Меня-то зачем? – не понял Славка, когда крепкие руки принялись связывать его сыромятным бичом. - Я и так не уйду, ты мне еще десять златников должен!

- Зато у тебя двадцать за пазухой! – коротко бросил ему хан и усмехнулся: - Вдруг ты захочешь лучше иметь журавля в руке, чем синицу в небе?

 

 

- Вот что нам делать надо! – от радости чуть было не воскликнул Славко…

 

Половцы, то и дело, в страхе оглядываясь по сторонам, быстро погасили костер и разлеглись вкруг его остывающего тепла. А отроков, связав, бросили рядом. Тупларь, доживающие уже не то, что свои последние часы, но уже и минуты, сжалившись, принес им две большие охапки еловых веток. На них было куда теплее и мягче, чем просто на снегу.

Славко лежал молча, отдыхая, словно человек, выполнивший нелегкую работу – вспахавший поле, выкосивший луг или построивший дом... А Звенислав, качая головой, только и делал, что повторял одно и то же. «Ну, Славко!.. Ну, Славко!..»

- Ну, Славко! – в который раз сказал он. - Как же ты додумался до всего этого?

Славко недоуменно посмотрел на него и устало ответил:

- А я и сам не знаю. Сначала, как мы и договорились, хотел просто вырвать у хана грамоту да бросить в костер. А когда этот Узлюк…

- Кто-кто?

- Да во-он тот, половец, который все «Одной стрелой, одной стрелой двоих…»

- Ох, и надоел же он мне! – поморщился Звенислав.

- Мне тоже! – согласно кивнул Славко и продолжил: - Так вот, когда он опять это сказал, то я и смекнул: а почему бы мне самому так не сделать? Как говорят у нас, одной стрелой - тьфу! – одним ударом двух зайцев убить!

- То есть, и грамоту сжечь, и про Корсунь сказать?

- Ну да!

- Здорово…

- Только, думаю, не сразу. А чтоб хан поверил! Он золото любит, вот я и торговаться стал!

- Да, ты так торговался, что мой отец, наверное, позавидовал бы!

Славко усмехнулся, умалчивая, что научился так торговаться в споре со Звениславом об одолень-траве, и только сказал:

- Ну, а когда грамота, считай, уже в моих руках была, дальше надо было, чтоб хан в каждое ее слово поверил… А как это было сделать? Он ведь не одну грамоту от князей получал! А я кроме этой, ни одной и в глаза-то не видел! Тут я и вспомнил про гонца… хм-мм… гонца… гонца…

- Ты что это замолчал? - заторопил Звенислав.

- Да так… ничего, - словно очнувшись, посмотрел на него Славко. - На чем я остановился?

- На гонце! – удивленно напомнил тот.

- Ах, да! Гонце… гонце…

- Да что с тобой, наконец? – уже не на шутку встревожился Звенислав.

- Я говорю, вот и стал тогда повторять то, что говорил он в бреду!

- А я-то подумал, что ты и, правда…

- За тридцать – златников Русь решил продать? – насмешливо уточнил Славко.

- Да!.. – виновато вздохнул Звенислав. - Аж в глазах темно стало. Даже не помню, как и драться полез! Ты уж прости, вон, как отходил тебя кулаками…

- Да мне только того и надо было! – усмехнулся Славко. - Как только ты на меня кинулся, да еще и убить захотел - видел бы ты тогда свои глаза - тут хан совсем нам поверил! Вон слышишь, как теперь радуется?

Славко кивнул на хана, который с довольным видом разговаривал с воинами, делясь своими богатыми планами. И оба отрока, прервав разговор, невольно стали прислушиваться к его словам.

А хан, тем временем, довольным тоном приговаривал:

- Вот она, где была правда – в грамоте! Не зря мы за ней поехали! Купца, так уж и быть, отпущу!

- Слыхал, это же он – про твоего отца! – шепнул Славко.

- Слава Богу! – откликнулся влажным голосом Звенислав. – Не будь я связан – сто земных поклонов бы положил!

- А этого дважды предателя, князя изгоя… - уже гневно, продолжал, между тем, Белдуз.

- Хан, позволь мне, когда вернемся, я его одного – двумя стрелами! – умоляющим тоном попросил Узлюк.

- Хоть тремя! – великодушно согласился хан.

- Ну, хоть раз его стрелы доброе дело сделают! – с облегчением шепнул Звениславу Славко.

А хан все продолжал:

- В Корсунь верного человека пошлю. Скажу, чтоб они к набегу русских, как следует, подготовились. Чтоб они их под стенами крепости два месяца продержали. А мы за это время откормим своих коней…Соберем всю Степь. И – таким набегом, какого никогда не было, пойдем на всю беззащитную Русь!

- Ай, да хан! – восторженно закричали половцы. - Всю Степь!

- На всю Русь!

- Такое придумать!

- Тут никаких стрел не хватит!.. – озадаченно покачал головой Узлюк.

- Ха-ха-ха! – перебивая всех, смеялся Белдуз. - Русь на Корсунь, а мы – на Русь! Все сожжем, все заберем! Никого не оставим!

- Слыхал? – подтолкнул плечом Славку Звенислав. – А все ты!

- Мы! – поправил его тот. - Мономах, ты, я, гонец! Хм-мм… гонец … Конечно, здорово, что мы такого хана перехитрили. Только все это - зря!

- Как это зря? – даже обиделся купеческий сын. - Ты же ведь сам видишь, поверил нам хан, поверил!!

- Хан-то поверил, а вот Мономах…

- Что Мономах?

- Да я вот все про гонца думаю, – признался Славко. - Привязал ты его хорошо, конь наш тоже еще не слаб. Доедет ведь он до князя – он же - гонец!

- Ну, допустим, доедет, – согласился Звенислав. - И – что?..

Славко помолчал и вздохнул:

- А то, что отменит Мономах этот поход! Он-то ведь, помудрей хана будет, сразу догадается, что тот не поверит слуху про Корсунь, коли грамота в его руках оказалась…

Огорченные Славкиным открытием, теперь уже оба отрока долго лежали молча.

Наконец, Звенислав, чуть не плача, шепнул, кивая на веселившихся половцев:

- А хан-то поверил…

- И, что самое обидное – Мономаху про то не ведомо! – с болью в голосе добавил Славко.

Они еще несколько минут помолчали, и Звенислав, поворачиваясь, со стоном, вдруг спросил:

- Все мне ясно, одного не пойму: зачем ты Мономахом-то их напугал?

- А я и сам не знаю, зачем! – отозвался Славко. – Само получилось. Будто защиты у него попросил…

- Как это? – не понял Звенислав. - Чем он нам издали помочь может?

- Не скажи! Как это чем? – возразил Славко. - Может, половцы нас сразу бы прикончили, да в Степь ускакали. А так, видишь, живы, и времени теперь, у нас, чтобы что-то придумать не воз, а – целый обоз!

- Да что тут теперь сделаешь… - уныло протянул купеческий сын. - Тут, сам Мономах и то бы, наверное, уже ничего не придумал!

- Слушай! - услышав про Мономаха, с неожиданным интересом спросил Славко. - А сам-то ты его видел?

- Кого – Мономаха? Еще бы! Несколько раз! Только… издали. И… один раз, когда меня к нему подвели.

- А что ж сам не подходил? – насмешливо уточнил Славко.

- Боялся…

- Эх, ты!

- Что я? – с вызовом ответил Звенислав. - Его даже воеводы боятся, говорят – князь еще слова не молвил, а ноги уже сами по делу несут! И потом это ведь еще до одолень-травы было. Сейчас бы я не то, что пошел, подбежал бы к нему, да все-все рассказал! Я бы…

- Постой-постой, как ты сказал? – перебил его Славко.

- Пошел бы… подбежал… рассказал… - недоумевая, повторил купеческий сын. - А что?

- А то – что… вот что нам делать надо! – от радости чуть было не воскликнул Славко и, спохватившись, перешел на таинственный шепот: - Мономаха обо всем известить!..

- Мономаха? Известить? Ну да, конечно, я тоже сразу об этом подумал! – также шепотом, сразу же подхватил Звенислав и заморгал, глядя на Славку. - А… как?

- А это мы сейчас с тобой и будем придумывать! – переворачиваясь удобнее, сказал тот. - Видишь, вот и пригодилось нам теперь это время! А ты говоришь, зачем я Мономахом их напугал!

 

 



mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2022 год. (0.016 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал