Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Священноинока Дорофея 9 страница






Телесное вожделение возникает у человека либо от горячительных напитков, либо от обильной пищи, телесного покоя и неумеренного сна, либо от воздействия сатанинского, либо от осуждения других и высокого мнения о своей чистоте, либо от праздных разговоров, либо от украшения одеждой и от того, что не храним око свое. И если приходят блудные помыслы, нечистые сновидения или страстные мечтания, или распаление телесное и душевное, то следует нам изнурять тело свое постом, жаждой, бдением и всенощным стоянием. Поскольку ничем от них не избавишься, кроме поста, воздержания и молитвы со слезами на всенощном бодрствовании. Следует уклоняться от общества мирян и, отводя глаза свои, не видеть женоподобных лиц и юных отроков. И никогда не трогать руками своими и не оглядывать глазами своими тайных частей своего тела, даже если отгниют. Все это приводит человеку на ум нечистые помыслы, вожделение, распаление и похоть, и поднимается блудная страсть.

Если будем часто смотреть на женщин, касаться их, беседовать с ними и постоянно находиться рядом, то как сумеем избежать погибели?

Тот, кто хочет избавиться от страстей и окончательно победить их, пусть о них не думает, и отгоняет помышления, привносимые в ум злокозненным врагом. Если где делал что, или видел, или слышал, или говорил об этих нечистых и непристойных делах, не думай о них, словно бы и не делал, и не видел, и не слышал, и не говорил никогда о них. То есть совершенно удались от их причин. Так сохраняются в чистоте и целомудрии человеческий ум, сердце, тело и душа, и вскоре нисходит на нас благодать Божия. В чистом сердце, теле и душе пребывает Дух Святой.

А чем больше приобщается человек страстям и подчиняется, привязывается к ним умом с сочувствием и принимает, тем больше возрастают в нем страсти, вожделения и различные похоти, прежде всего, телесные. Какое дело, доброе или злое, твердо и сознательно войдет в ум, о том он и будет помнить. Многие люди горюют, а победить блудные страсти не могут. Поскольку небрежны к их причинам, о которых сказал, и страдают от них постоянно.

Ужаснись, о человек! Разве ты жадно желаешь оскверниться блудом и хочешь разорить храм Божий – тело свое, где пребывает Дух Святой, и причинить ему вред? Разве не больше ты думаешь о том, чтоб сохранить его чистым, неоскверненным, целомудренным, невредимым, неразрушенным, целым, нетленным и равноангельным?

Слушай апостола Павла, говорящего: «Братья!.. вы храм Божий... Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог» (1 Кор. 3, 16). Прислушайтесь внимательно, братья, какой благодати удостаивает нас Бог: целомудренное тело человеческое – храм Божий, как говорит апостол Павел[42]. Сердце человеческое, чистое и целомудренное, – жертвенник и престол Духа Святого. Чистый ум человеческий – трон божества. Душа человеческая, чистая, непорочная и целомудренная, – невеста Христова. Язык человеческий – трость книжника-скорописца, Духа Святого. А члены тела и целомудренные чувства человека – слуги души, невесты Христовой. Да не оскверним храм Божий – тело свое – непристойными делами. Не положим на жертвенник и на престол пред Духом Святым непристойные дела. Не посадим дьявола на трон Божий, помышляя в уме своем о непристойном, скверном, нечистом, суетном и грешном. И тростью Духа Святого – языком своим – не будем писать непристойных речей. И слуг невесты Христовой: члены тела, чувства и всю свою плоть – не будем делать слугами дьявола. Если же оскверним храм Божий, жертвенник и престол Духа Святого, и трон Божий, и трость Духа Святого, и слуг невесты Христовой, и весь дом Христов всякими непристойными желаниями, нечистыми похотями и всеми грешными делами, то покинет Господь весь храм и дом тот и выйдет из него.

Постараемся же, братья мои возлюбленные, освятить души и тела свои. Если пожелаем очиститься, всячески вселится в нас Бог. Храним себя, о братья, храним! Чтоб никогда родоначальник греха и аггелы его не угнездились в сердцах и в телах наших. И не обходили ум, помыслы и части тела нашего, раскладывая там имущество свое и семена греха. У таких сердца, члены тела и чувства становятся, как оскверненный источник, где живут всякие гады, пиявки, змеи и жабы. То есть непристойные помыслы, нечистые страсти, различные вожделения и похоти, которые оскверняют сердце, помрачают ум, поглощают благие помыслы и желания, возмущают совесть и тревожат душу.

Когда не борется человек с такими помыслами, вожделениями, похотями и страстями и принимает по собственной воле эти непотребства, тогда дьявол приходит и опутывает душу такого неверием, соблазнительными и суетными делами нынешнего века, ненавистью, завистью, гордыней, высокомерием, тщеславием, сребролюбием, гневом, злопамятством, праздностью и многими другими узами греха, и всеми непристойными страстями душевными и телесными, и всеми злыми делами. Ибо когда с любовью принимает человек непристойные помыслы, различные вожделения и похоти и прельщается ими по собственной воле, тогда уже и сердце, и душа такового прелюбодействует и становится мрачной, скверной и нечистой. И какая такому польза, даже если отказался от сочетания тел, а не стремится сочетаться с небесным женихом – Христом Богом, Духом Святым и Царствием Небесным.

Потому и называемся мы воинами Небесного Царя, что должны бороться и побеждать свою природу[43] и мироправителя – князя тьмы нынешнего века. Ибо «наша брань» не против людей, а против лукавых бесов, «против духов злобы поднебесных» (Еф. 6, 12) и против повреждения своей природы: всяческих помыслов, вожделений, прихотей и страстей душевных и телесных. Поскольку все в этом веке можно судить и рассматривать двояко; возвеличить или сделать ничтожным, употребить на добро или на зло.

Бог сотворил человека со свободной волей, без страстей, непорочным и святым. И положил перед лицом его жизнь и смерть, закон, правду и заповеди. Но дьявол рассеял в мире злобу, неправду, всевозможные страсти, грехи, беззакония и погибель[44]. И находится человек ежедневно между ангелом и бесом. Ангел Господень наставляет человека на добрые дела, а бес лукавый совращает на дела злые.

И волен человек совершать либо добрые дела, либо злые и уподобляться либо ангелу, либо бесу. Предающийся Господу имеет один Дух с Господом и отчасти походит на Него качествами. А предающийся сатане злыми и непристойными делами один дух имеет с сатаной и качествами походит на него. Кто чему следует и предается, тому и служит, то ему и бог.

Каждый человек составлен двояко, имея в себе великое и малое, душевное и телесное. По душевному строению, воле и деятельности человек подобен ангелам. А по телесному строению, воле и деятельности человек подобен животным.

Душевный облик, то есть душа, подобен триединому образу Божества. Как в Троице Отец и Сын, и Святой Дух – единый Бог, так ум, слово и дух – три силы единой души. Ум – отец бесплотный, слово – сын: от отца-ума рождается и духом произносится слово, и есть еще дух.

И еще: три состава в едином естестве человеческом: тело, душа и ум. И составлены из семи стихий: камня, земли, воздуха, огня, воды, солнца, облаков. Семь стихий, но десять чувств. И каждое имеет различные действия, направленные к добру или злу. К добру – по сотворению Божьему, а ко злу – по собственному произволу и бесовскому наваждению, когда к телу, душе и уму примешивается грех, и каждое имеет свою особенность.

Не может душа отделиться от тела и ума без Божьего мановения, ни тело – от души и ума, ни грех – от души, ума и тела, пока мы в этой жизни. Если только Бог из-за великого к Нему усердия не утешит человека и не избавит его от дьявольского лукавого духа, от греха и греховного действия страстей.

Всякая вещь по природе своей многосоставна, а в целом является совершенной, изящной и красивой. Так и спасение, и совершенство многосоставны по своему характеру, поскольку и человек многосоставен. И, имея многочисленные части тела и многочисленные душевные и телесные чувства, называется совершенным человеком. Поэтому и принял от Христа множество заповедей для каждого своего члена и чувства: добрые дела и запреты, для души и для тела. Так, мало-помалу, приходит человек к совершенству и спасению.

О человек, пусть будет у тебя во главе всех дел души и ума стремление к Царствию Небесному и грядущему неизреченному блаженству, днем и ночью побуждающее к доброму и богоугодному. А в глазах – взирание на землю, из которой взят и в которую через некоторое время снова пойдешь. А в ушах – слышание Закона Божьего и преданий святых апостолов и святых отцов из священных книг. А в груди – воздыхание о грехах своих. А в языке – молчание, правда и истина. А в устах – непрестанная молитва к Богу. А в правой руке – любовь и милосердие ко всем людям, и послушание братии своей. А в левой руке – отстранение зла. В сердце же – усердие и кротость. А во всем существе и составе: в душе, в теле и в уме – совершенная чистота. А в утробе – постнический голод, жажда и воздержание. В плечах и в коленях – Богу поклонение. В ногах – непрестанное всенощное стояние.

О братья, если будем это соблюдать, станем детьми Света и сынами Царства Небесного, наследниками нескончаемого вечного блаженства и гражданами Горнего Иерусалима, друзьями всех святых, угодивших Христу Богу, и соседями святых ангелов, и насладимся сладким их весельем.

О братья мои возлюбленные, весьма похвальны чистота и целомудрие, душевные и телесные! Услышь, о жаждущий Духа Святого и наследник Царства Небесного, похвалу чистоте и целомудрию. Вот что говорит Василий Великий: «Насколько небо отстоит от земли, настолько неженатый достойнее женатых; и насколько ангелы достойнее людей, настолько неженатый святее женатых».

А вот что говорит в Апокалипсисе Сын Грома[45]: никто не может слышать сладкой музыки играющих на гуслях[46], только «те, которые не осквернились с женами» (Откр. 14, 4).

Каждый вечер должны мы, соблюдая душевную и телесную чистоту, строго спрашивать себя: как провели день? И каждое утро строго спрашивать: как провели ночь? И более того, все время, в любой час, в любом месте и в любом деле спрашивать себя и испытывать в добродетелях и страстях, и предостерегать, где бы ни были. Где мы есть: в начале подвига благочестия или в середине, или в конце, при завершении? Достойны ли награды за труд и исполнение добродетелей? Или же к трудам причастны, а награды лишены? Или все еще плаваем среди страстей греховных? А если чем-нибудь согрешили ночью или днем и не исправились, восполним недостатки плачем и слезами.

Тот, кто познает свои душевные и телесные силы или немощи: от чего он укрепляется в душевных и телесных добродетелях, а от чего страдает и ослабевает в душевных и телесных страстях, – в том очень скоро умолкнут страсти и все греховные действия. Мы не достигаем совершенства, лишаемся благодати и спасения, потому что не знаем, в чем начало, середина, завершение и конец добродетелей; от чего уменьшаются добродетели, и что такое страсти, смертные духовные напасти и пороки, ибо к каждой добродетели приплетается погубление и злоба, тщеславие и самомнение, и гордыня, и против каждой добродетели восстает и борется противоположная ей страсть. Против душевных добродетелей восстают и борются душевные страсти, а против телесных добродетелей – телесные страсти.

Душевные добродетели называются так, потому что душа о них беспокоится и старается, и исполняет их помимо тела. А телесные называются так потому, что тело ради них страдает, трудится и печалится, и совершает и исполняет их помимо души.

Душевные страсти называются так потому, что ими душа услаждается, любит их и действует в них помимо тела. А телесные страсти называются так потому, что тело в них изнеживается, толстеет, становится рыхлым и, любя их, действует и услаждается ими, помимо души. И не бывает никак и ни в чем общей радости, печали и действия у тела и души, поскольку полагаем, что душевные страсти не естественны и созданы не Богом, а нашей беспечностью, произволом и бесовским наваждением. Но поскольку страсти охватывают душу, постольку и называются душевными. А телесные, полагают некоторые, вовсе и не телесны[47].

Однако снова хочу сказать вам, дети мои возлюбленные и друзья мои любимые, краткое слово обо всех вместе душевных и телесных страстях. Кто хочет обрести благодать, вселить в себя Духа Святого и приобщиться к совершенству и спасению, тому следует очистить душу, ум, сердце и тело свое от душевных и телесных страстей различными нуждами, страданиями и неудобствами, скорбями и кровью своей. Потому что без различных нужд, без скорбей и страданий никто не может очистить свою душу, ум, сердце и тело, обрести благодать, вселить в себя Святого Духа и приобщиться к совершенству и спасению. Пока не изгонит человек из себя всех духов страсти и лукавства, он не очистится от душевных и телесных страстей. А изгнать из себя духов и победить душевные и телесные страсти можно только постом и жаждой, строгим воздержанием и бдением и другими подвижническими добродетелями и страданиями. Ибо ими сердце и все тело человека очищается, а все телесные чувства приходят к целомудрию и противостоят страстям. И части тела кажутся демонам, духам тьмы, огненными и становятся неприступными для них. И когда тело очистится, благодаря телесным бедствиям и подвижническим добродетелям и страданиям, тогда очистятся и ум, и сердце.

А умная Иисусова молитва изгоняет духов вон из всех частей человеческого тела и очищает душевные чувства. Иначе говоря, делает силы души здравыми, правильно организованными и разумными, различающими все доброе и духовное, и привлекает в человека благодать. Когда же очистятся тело, сердце и ум, тогда и душа очистится и просветится. А иначе никак невозможно очиститься человеку. Вот в чем мерило и правило очищения, совершенства и святости.

Сначала следует очистить дом царский от всяческой скверны и украсить его всеми красотами. И лишь тогда подобает входить в него Царю. Так и здесь. Сначала следует человеку очистить землю сердца терпением и злостраданием, добродетелями и заповедями Господними; искоренить терние греха и действие страстей; смягчить скорбями и неудобствами; посеять семя добродетелей; напоить плачем и слезами. И лишь когда вырастет плод бесстрастия для совершенства, спасения, благодати и жизни вечной, тогда и подобает войти благодати.

Не вселяется Дух Святой, пока не очистится человек от душевных и телесных страстей. Лишь чистое сердце – жилище Бога, то есть Духа Святого. Ибо Он – Свет чистый и истинный, пребывает в чистых сердцах, облегчает и очищает сердце человеческое и просвещает душу. И от Него возрастают в человеке сладость и благодать духовная.

А духи лукавые – это тьма, и пребывают в грязных, загаженных, похотливых и грехолюбивых сердцах. И от них умножаются в человеке стремление к наслаждению, различные греховные вожделения и страсти. Поскольку сердце, оскверняемое различными нечистыми желаниями, становится жилищем для духов тьмы, и от них омрачаются и чернеют ум и душа, сердце и тело человеческие.

Не хочет свет пребывать во тьме, грязи и тине, а тьма, тина и грязь – не могут пребывать со светом и чистотой. Одно может быть внутри: или Дух Святой, или делатель страстей и дела его. Где Дух Святой, туда страсти не смеют приблизиться. А где страсти, там не хочет пребывать Дух Святой, только лукавый.

Следует прежде отказаться человеку от себялюбия во всем, чего ни пожелает в нынешнем веке. И уничижить себя во всех сторонах жизни своей: и в мыслях, и в словах, и в делах, и в одежде, и в пище, и в домашнем устройстве, и в необходимых вещах – во всем подобает смирять себя и выбирать самое худшее. И умолкнут страсти душевные, потому что смирение, иначе говоря, уничижение, никогда не падает, ибо лежит ниже всего.

Следует истощать плоть свою, изнуряя ее добродетелями и беспокоя страданиями, и умолкнут страсти телесные. И удерживать язык свой, как пособника злу и разрушителя добра. И тогда все душевные и телесные страсти прекратятся и усмирятся, и человек станет бесстрастным и начнет стяжать вечную жизнь. Дьявол будет побежден и окажется бессильным, и все его оружие и козни ослабнут. Богу нашему слава всегда была, и ныне, и присно, и во веки веков.

Глава 26

Поучение о чистоте сердца,
ума и души

При жизни многотрудной, многоскорбной и многоболезненной собственной кровью достигают чистоты сердца, ума и души. Страданиями и подвижническими духовными добродетелями: голодом, жаждой и бдением очищается сердце от распаления и нечистого сластолюбия, которые порождают телесные страсти, то есть блуд.

Чистотой сердца, постом и молитвой очищается ум от нечистых помышлений, рассеянности и соблазнов.

Чистотой ума просвещается душа и очищается от привязанности к душевным страстям. Из душевной же чистоты проистекает духовное видение. Без чистоты сердца, ума и души нельзя касаться духовного видения, чтобы бесы не причинили нам ущерб и не погубили нас вскоре. Потому что, если не будет чистоты сердца, ума и души, то есть бесстрастия, бесы осмелятся войти в нас и смутить нас. И вместо истины покажут ложь. Только чистым сердцем, умом и душой можно видеть умное Солнце[48]. И следует нам быть прилежными в посте и непрестанной молитве, сходя в глубину сердца, очищаясь от душевных и телесных страстей, услаждая, веселя и смягчая сердце, отгоняя нечистые помышления и рассеянность ума, и просвещая душу. Таким образом очищаются сердце, тело, ум и душа человека. И тогда вселяется в человека благодать. И закрываются в нем двери перед бесами и страстями, и начинает действовать в нем сладость духовная. До тех же пор, пока не ослабеют в человеке естественные телесные движения настолько, что не будет проникать в сердце греховное сладострастие, не способны очиститься при жизни ни члены тела его, ни ум – от помышлений и помрачений нечистых. Ни душа – освободиться от пристрастий. И сладость Божия не пробудится в таком человеке, и не увидит он божественного в своей душе.

Начало чистоты – непреклонность мысли, а совершенство чистоты – умерщвление плоти и неподвижность тайных частей тела. А нечистота телесная и душевная начинается мысленным согласием. А пленение мыслей, чревоугодие и сластолюбие в пище: яствах и напитках – смерть телесной, душевной и умственной чистоты.

Чистота сердца – отсутствие сердечной расслабленности. Чистота тела – девство. Чистота ума – непреклонность мысли. Чистота души – бесстрастие и отсутствие греховных желаний.

А нечистота сердца – сладострастие и сердечное распаление. А нечистота тела – грехопадение и блуд. А нечистота ума – непристойные помыслы. А нечистота души – душевные страсти, которые душа любит и которыми услаждается.

Пресыщение чрева и сластолюбие – отцы блуда и виноваты перед сердцем. А сердце виновато перед телом. А тело виновато перед умом, а ум виноват перед душой. Когда же смирим чрево, сердце и тело и очистим постом, жаждой и подвижническими добродетелями, а ум смирим и очистим молитвой, тогда и душа смирится и очистится.

Тот же, кто трудится телом и совершает некоторые добродетели, а об устроении сердца не радеет, о хранении ума и внутреннем делании не заботится, об ограждении чувств не печется, – похож на того, кто одной рукой что-нибудь собирает, а другой – разбрасывает.

Телесные добродетели – начало духовного пути, а внутренние: хранение сердца, умное делание и душевное здравие – завершение пути духовного. Поэтому духовные подвиги, совершаемые телом без внутреннего благоустроения, хранения ума, ограждения чувств, работы над душой, воистину опадают, словно сухая листва с дерева. Потому мы и не достигаем совершенства, лишаемся благодати и спасения, что не знаем с чего начать духовную жизнь, и где начало, середина и конец? И что такое союз и основание добродетелей? И что такое уменьшение добродетелей? И до тех пор пока не узнаем этого, будем трудиться и разрушать свои труды.

О человек, будь внимателен к этому: с чего начинается подвиг духовной жизни? откуда рождаются добродетели, и откуда осмеливаются войти страсти? И вскоре найдешь просвещение душе своей. А без этого знания о начале, середине и конце – в море сеешь, и волны уносят. И в терние сеешь, и заглушает. Вот в чем мерило и правило истинной, спасительной чистоты ума, тела, сердца и души. Слава Святой, Единосущной, Животворящей и Нераздельной Троице, Отцу и Сыну и Святому Духу, всегда была, и ныне, и присно, и во веки веков.

Глава 27

Вопрос о бесстрастии:
Что такое бесстрастие?

Ответ

Бесстрастие – это не только не поступать по страстям, но стать чуждым даже желания их. Бесстрастен тот, кто победил все виды привязанностей к соблазнам мира сего в нынешнем веке, понуждающих его и возбуждающих сладостными похотями, вожделениями и желаниями. Будучи выше всех страстей, достигший бесстрастия не соблазнится никакими делами мира сего в нынешнем веке. Не испугается ни страданий, ни бед, ни несчастий. И самой смерти не устрашится. Потому что предполагает получить через это жизнь.

Бесстрастен тот человек, который, страдая от лукавых бесов и от злых людей, не обращает внимания и не тяготится бедами, как если бы страдал кто-то другой. В славе не превозносится, в обидах не огорчается, но, словно дитя малое: когда бьют – плачет, когда утешают – радуется. Или словно пес: отгоняешь – отойдет, подзываешь – прискачет. Ведь бесстрастие – не одна из добродетелей, а название всех добродетелей в совокупности, когда имеет человек в душе Духа Святого[49]. Не может быть человек бесстрастным, если не имеет Духа Святого, поскольку не тверды все духовные дела без Духа Святого. А если не очистится человек от страстей, то не сойдет на него Дух Святой, а без Духа Святого не может человек называться бесстрастным. До тех пор везде страдает человек, пока не вселится в него Дух Святой[50]. А когда Дух Святой вселяется в него, тогда все тяготы и страдания, и скорби облегчает, и все ему становится легко. Богу нашему слава всегда была, и ныне, и присно, и во веки веков.

Глава 28

Поучение о помрачении ума,
то есть об умственной темноте

Помрачение ума возникает у человека от страстей, от многословия в речах, от споров и долгих бесед. Помрачение ума возникает у человека от неумеренных хлопот и забот, от рассеянности мыслей и от пленения. Помрачение ума возникает у человека от объедения, от сластолюбия и сладострастия. Помрачение ума возникает у человека, если он долго спит, часто ест и пьет не во время. Помрачение ума возникает у человека от лени и праздности, то есть от прекращения своего правила: пения, молений и молитвы, – которое служит оружием и стеной против бесов. Помрачение ума возникает, когда человек в гордыне удаляется от Бога, и попускается ему смятение, богооставленность и блуждание мысли. Помрачение ума возникает у человека и от других страстей. И когда у какого-нибудь человека наступает помрачение, тогда его духовные стремления увядают, остывает тепло сердца, изнемогает душа, и ангел Божий отступает от него, а демоны приближаются.

А кроме того, часто такое помрачение бывает и от бесов, то есть от нападения бесов, когда приближаются к нам, и входят в нас. От этих страстей душевное око смыкается, то есть ум омрачается и тяжелеет. Иначе говоря, притупляется внутренний взор, не видит духовного и не различает. Как тот, у кого больные глаза, не видит в сумерках и иногда спотыкается, а иногда и падает в яму, так и человек, имеющий омраченный ум, впадает в различные страсти и многочисленные греховные напасти, если закоснеет. Унывает, рассеивается, увлекается помыслами, забывается и спит много.

Но хуже всего, когда разрушаем душевную нашу ограду и открываем доступ бесам и помрачению. А входят они хитро: через пленение ума, объедение, или если человек часто ест и пьет не вовремя. И через сластолюбие, лень, праздность и оставление своего оружия, то есть правила: пения, моления, молитвы и подвига. А также через гнев, злопамятство, безжалостность, гордыню и другие страсти. Тогда и пост с ленью, и рассеянная и несосредоточенная молитва уже не страшны становятся им, – тем, которые губят душу и жестоки, и крайне мерзки. Если не сохраним себя и не победим их, не сумеем достичь совершенства и спастись. Богу нашему слава всегда была, и ныне, и присно, и во веки веков.


 

Глава 29

Поучение о трезвении,
то есть о ясности ума

Существует не одно трезвение. Есть два трезвения умственных и два телесных. Телесные трезвения: для чрева – пост, а для сердца – чистота и очищение. А трезвение души – неприязнь к страстям. А трезвение ума – это ясность рассудка, когда удаляемся от нечистых помышлений и от всякой злобы, что происходит от бесстрастия, очищения, поста, воздержания, не нарушаемого безмолвного и безвыходного пребывания в своей келье. От молитвы, от отсутствия забот, от бдения и умеренного сна. И от действия Святого Духа, когда дается нам благодать от Подателя благ. Этими добродетелями ум просвещается и очищается от темного омрачения, тяжести, рассеянности мысли и проясняется. И тогда человек становится памятлив, рассудителен и весел. Рассеянность же мысли никто не может победить до конца, если ум его не будет связан всегдашним поучением[51], чтобы держать в памяти духовное. Непрестанную молитву Иисусову. Память смертную. Будущих благ желание. Реальность грядущих мук. А для этого необходимы внимательное молитвенное пение и уединенное чтение.

Больше же всего очищают ум от помрачения, отягощения и рассеянности в мыслях молитва, пост и безмолвное, безвыходное пребывание в келье. Молитва и пост отгоняют все помышления, укрощают разгоряченность мозга, сохраняют ум в безмолвии, приводят его от рассеянности к сосредоточенности и проясняют. Молитва и пост изгоняют нечистых духов из человека и исцеляют беснующихся. Как говорит Господь: «…с ей же род изгоняется только молитвою и постом» (Мф. 17, 21). Потому и очищается и проясняется ум от Иисусовой молитвы и поста, что часто помрачение происходит от бесов, от их входа в нас. И прежде всего будь усерден в молитве Иисусовой. И она, пребывая внутрь, изгонит духов и избавит от помрачения; и очищай ум непрестанными подвигами. А также повседневным и трезвым постом, бодрым бдением и, опять же, трезвой молитвой, в первую очередь, внутренней. И ежечасным непрестанным молением, и трезвением ума, которые называются неусыпными стражами, потому что, словно сторожа, охраняют и берегут от расхищения бесами духовные богатства, ум и служение Богу. И придают человеку бодрость для служения Богу.

Когда же очистится ум и душа человека, тогда и сновидения перестают быть обманчивыми. А прежде очищения – всё ложь бесовская, даже если сбываются. Молитва и пост – оружие, чтоб преграждать доступ в нас бесам. Молитва, как дыхание благодати, очищает дух, просвещает ум и наделяет человека усердием. Молитва, соединенная с трезвением ума, – охрана души. И гасит забвение, словно вода – пламя. Поэтому следует по достоинству именовать эту добродетель светом прекрасным, из-за порождаемого ею. Возлюбив ее, из грешных, недостойных и мерзких станете святыми и благодатными. Из неразумных и глупых – умными и смышлеными. Из неправедных и жестоких – праведными и милосердными. И не только. Но станете и созерцателями Божественных тайн, богословами и провидцами из-за призывания имени Господа Иисуса Христа, Сына Божьего.

Многие из святых отцов говорили, что молитва Иисусова – источник всех благ и сокровищница добродетелей. Быстро удостаивает человека благодати Святого Духа и спасает. Открывает неизвестное, распознает и наставляет. И, как лицо свое видит человек в зеркале, так в трезвенной и бодрой молитве видит человек умом всю свою жизнь: хорошо или дурно живет? И отгоняет эта трезвенная молитва от человека тьму страстей, освобождает от всех бесовских сетей, помышлений, слов и дел. Все видения и наваждения лукавых распознает, а все природные влечения, чувства и страдания побеждает. От всех бесовских искушений помогает и очищает. И, словно меч огненный, разит. Ибо это Бог, перед Которым отступает все.

Ничто другое не может победить бесов и злокозненные хитрости их, кроме трезвенной и частой молитвы Иисусовой, сосредоточенной в чистом уме, и смиренномудрия. Невозможно, и ничем не сумеет подвижник противостоять бесам и победить их, кроме молитвы Иисусовой.

Но без наставника молитвы этой Иисусовой, говорят святые отцы, погибает, страдая, тот, кто слышал и понимает, что она велика, но не знает, как совершать ее правильно и в соответствии с ее величием. И по глупости полагая, что достиг совершенства, начнет предаваться мечтаниям, имея однако же врагов внутри себя, не очистив свою душу и ум от страстей трезвением, вниманием сердцу, хранением ума и ограждением чувств. И такого повергают бесы. Ибо, начиная это доброе и прекрасное дело, во-первых, следует уменьшать страсти. Во-вторых, не совершать того, что не угодно Богу. В-третьих, не делать брату своему того, что не любишь и не желаешь себе. В-четвертых, оберегать свой ум, воздерживаясь от нечистых помыслов и соблазнов. В-пятых, охранять сердце свое от сладострастия и нечистого распаления.

В том и состоит трезвение ума и сердца, чтобы всегда тщательно и со смиренномудрием оберегать ум и сердце. А другое – это трезвение утробы, то есть голод и жажда, которые сохраняют сердце от похоти и нечистого распаления и от которых молитва обретает силу, повергает и уничтожает многочисленные страсти и лукавых духов. И возрастает благодать в человеке.

Пост и молитва Иисусова – узда, очищение и утверждение для трезвения и хранения сердца. А трезвение для молитвы – похвала, святость и основание. Трезвением называются чистота ума, сердца и души, их ясность и прозрачность.

Нечистота ума – скверные помыслы и пленение страстями. Нечистота сердца – распаление и страсть к похоти и блуду. Нечистота души – душевные страсти. А нечистота тела – страсти телесные. Не может человек сохранить сердце в чистоте и не оскверниться, если не будет изнурена плоть постом и другими подвижническими добродетелями. Невозможно и священнодействовать без поста и других подвижнических добродетелей. Без подвигов не подчинится плоть духу для дел духовных. И сама молитва не возносится и не действует без утруждения плоти, поскольку естественная потребность и телесное здоровье вредят нам, принуждая плоть разжигаться. А от распаления восстают мысли и оскверняют ум. От мыслей же и сердце склоняется к чувственности и оскверняется. А от похотей в мыслях и в сердце оскверняются душа и тело. И удаляется от человека благодать, и осмеливаются лукавые духи овладевать нами. И, как хотят, понуждают плоть и душу к страстям. И, куда хотят, направляют ум. И, словно связав веревкой, удерживают от духовного движения и стремления к Богу. А без этого не в состоянии одолеть нас бесы. Ибо прежде всего ищут лукавые демоны, чем могут склонить наш ум к омрачению и забвению. А потом уже ввергнуть нас в какую-нибудь греховную напасть.


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.013 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал