Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Права человека как явление мировой культуры и цивилизации






Есть основания утверждать, что права человека выступают как проявление мировой культуры и цивилизации. Они предназначены для людей, принадлежащих к любой культуре. Лишение прав на основании культурного отличия представляет собой дискриминацию. Права человека не отражают особенности одной культуры и не ориентированы на нее за счет исключения других культур. Наиболее непосредственным образом права человека содействуют обеспечению уважения и защиты культурного разнообразия и самобытности путем установления культурных прав, закрепленных в документах, которые содержат нормы в отношении прав человека. В число этих документов входят: Международный билль о правах человека; Декларация принципов международного культурного сотрудничества; Декларация о праве на развитие и другие. Права человека, касающиеся культурного разнообразия и самобытности, охватывают широкий круг аспектов, включая право на участие в культурной жизни, право пользоваться достижениями искусства, право на сохранение, развитие и распространение культуры, право на охрану культурного наследия, свободу творчества, защиту лиц, принадлежащих к этническим, религиозным или языковым меньшинствам, свободу собраний и ассоциаций, право на образование, свободу мысли, совести и религии, право на свободу убеждений и на свободное их выражение.

Возникают вопросы: как согласовать права человека со столкновением культур, которое стало чертой нашего времени? Как могут существовать всеобщие права человека в мире, с характеризующимся многообразием культур? Как обеспечить равное уважение культурного многообразия и целостности в условиях все большей интеграции мирового сообщества? Таковы лишь некоторые темы, проблемы и вопросы, поднимаемые при обсуждении всеобщих прав человека и культурного разнообразия. Есть разные ответы, которые дополняют друг друга.

Итак, философ В.Поздняков, раскрывая проблемы культур и права человека, отмечает: «Многообразие культур и возникающие проблемы межкультурной коммуникации обостряют потребность в поисках универсальных ценностных регуляторов, признаваемых народами и государствами. Такой ценностью являются права человека, имеющие явный вектор стать универсальной ценностью. Права человека как универсальная ценность налагаются на исторические, локальные, региональные особенности и условия развития и функционирования культур. Возникает необходимость в теоретических основаниях анализа взаимосвязи прав человека и разнообразия культур. Такими основаниями могут быть, во-первых, выделение и признание всеобщих форм культуры, которые на базе особенного и единичного преломляются на региональном и локальном уровнях. Во-вторых, таким методологическим основанием является мировоззренческая ценность прав человека, ее признанием, подчеркнем, содержательное наполнение»[64].

Культурное многообразие, по его убеждению, представляет собой универсальную ценность. Оно отвечает праву человека на собственную культуру и творчество[65]. В докладе о человеческом развитии 2004 года «Культурная свобода в современном мире» сказано: расширение культурных свобод – важнейшая цель человеческого развития в XXI веке. При этом человеческое развитие имеет на деле значительно больше, чем только оборона здоровья, образование, достойный уровень жизни, политическая свобода. Культурная разновидность разных групп должна получить должное признание и положительное отношение со стороны государства, а люди должны иметь свободу обнаруживать эту разновидность, не получая при этом дискриминации в других областях жизни. Иначе говоря, культурная свобода – это одно из прав человека и важнейший аспект человеческого развития, а потому заслуживает должного уважения со стороны государства и принятия должных государственных шагов. Является мифом тезис о том, что культурная свобода предполагает защиту традиционных практик. Поэтому, мол, приходится выбирать между признанием культурного разнообразия и другими приоритетами человеческого развития, такими, как прогресс в развитии, демократией и правами человека[66].

По нашему убеждению, ответ может быть следующий. Права человека не отражают особенности одной культуры и не ориентированы на нее за счет исключения других культур. В международных документах устанавливаются минимальные стандарты в отношении экономических, социальных, культурных, гражданских и политических прав. В этих рамках государства располагают максимальными возможностями для обеспечения культурного разнообразия без «размывания» устанавливаемых законом минимальных стандартов в отношении прав человека или без нанесения им ущерба. В них предусматривается учет культурных аспектов в контексте деятельности по реализации прав человека. Это специально признается в контексте обязанности государств поощрять и защищать права человека независимо от их культурных систем. Хотя признается важное значение соображений культурного характера, они ни в коей мере не преуменьшают обязательств государств в области прав человека. Наиболее непосредственным образом права человека содействуют обеспечению уважения и защиты культурного разнообразия и самобытности путем установления культурных прав, закрепленных в документах, которые содержат нормы в отношении прав человека[67].

Понятие «культурные права» вызывают следующие предосторожности[68]: они могут стимулировать дискуссию относительно культурного релятивизма, если нарушения прав человека оправдываются культурой; культурные права трудно обеспечить на практике, ибо они связаны с концепцией культуры, которая постоянно меняется. Они, т.е. культурные права, – это «роскошь», которой можно уделять большое внимание после того, как будут обеспечены все другие права; признание культурных прав ведет к активизации великого спектра общностей со своими особенностями и своими правами. Высказываются опасения, что они могут нести угрозу национальному государству; невозможно заняться культурными правами и при этом не столкнуться с проявлениями культурной несправедливости, которая существует в различных общностях. Немало теоретиков в области прав человека утверждают, что для того, чтобы люди могли свободно творить в соответствии с нормами и традициями своей культуры, достаточно обеспечить гражданские и политические права. За последние годы сделаны существенные шаги для определения составляющих понятия «права человека на участие в культурной жизни». Среди них: отсутствие дискриминации на основе культуры; свобода вмешательства в культурную жизнь; свобода выбора, другие. Наиважнейшая среди этих составляющих – основной принцип неотдельности культурных прав от прав человека[69].

Но такого понятия, как «право на культуру», в международных актах нет. Есть право на участие в культурной жизни страны, есть право на доступ к культурным ценностям. Но нет права на культуру. Можно вполне разделить озабоченность профессора, члена-корреспондента НАН Беларуси Евменова Л.Ф. отсутствием права на культуру и постановкой им вопроса о необходимости введения такого вида прав человека в международные акты[70]. Думается, есть основания согласиться с польским профессором Х.Ниеч о том, что данные понятия (участие в культуре, доступ к культуре) «предполагают пассивное участие в культуре»[71], являются «парадоксом культурных прав», «слаборазвитой категорией прав человека». И это ослабляет усилия многих народов, борющихся сегодня против исчезновения своей самобытной культуры, за спасение своих национально-этнических образований от исчезновения. Этот парадокс, эту слаборазвитость категории права на культуру не исправила даже последняя Всемирная конференция по правам человека в 1993 г.: в ее итоговом документе, Декларации и Программе действий, понятия права человека и народов на культуру, как и право на культуру, отсутствуют. Почему? По мнению А.Р. Кетокоски, представительницы Финляндии на заседаниях круглого стола в Хельсинки в «специализированной культуре юристов», дело в «узком юридическом подходе», который должен быть дополнен более целостным подходом»[72]. Философским подходом, т.е. пониманием того, что права человека – это не просто буква закона, а прежде всего сложнейший человеческий космос, основой которого является культура, созданная человеком как вторая природа и права человека на эту культуру. Каждый человек имеет право на культуру, включая право на пользование благами культурной жизни и самобытности и их развитие. Тем не менее культурные права не являются неограниченными. Известно, что существуют законные, существенные ограничения в отношении культурной практики, причем даже в отношении давно сложившихся традиций. Например, ни одна культура не может сегодня законно претендовать на право практиковать рабство. Аналогичным образом, ссылка на культурные права не может оправдывать пытки, убийство, геноцид, дискриминацию на основе пола, расы, языка или религии или же нарушение любых других всеобщих прав человека и основных свобод, закрепленных в международном праве. Любые попытки оправдать подобные нарушения соображениями культурного характера не имеют под собой никаких юридических оснований в соответствии с международным правом.

Есть точка зрения, в соответствии с которой для защиты человеческого достоинства достаточно традиционной культуры. Здесь необходимо иметь в виду следующее. Традиционная культура не заменяет собой права человека; она представляет собой культурную среду, в которой права человека должны быть установлены и интегрированы и в которой должны быть обеспечены их поощрение и соблюдение. Традиционные культуры должны рассматриваться и признаваться в качестве партнеров в деле содействия большему уважению и соблюдению прав человека. Учет сопоставимых практических методов и общих ценностей традиционных культур позволил бы расширить и активизировать деятельность по поощрению и защите прав человека Подобный подход не только поощряет бó льшую терпимость, взаимное уважение и понимание, но и способствует более эффективному международному сотрудничеству в области прав человека.

Лучшее понимание путей защиты традиционными культурами благополучия соответствующих народов позволило бы лучше видеть общую основу человеческого достоинства, на которой базируется поощрение и защита прав человека. Такой подход дал бы возможность в рамках деятельности по защите прав человека подчеркивать взаимосвязь культурных ценностей и универсальных прав человека в различных культурных контекстах, а также наличие юридических обязательств в отношении этих прав. Работа с конкретными культурами подобным образом предполагает признание культурной самобытности и культурного разнообразия и в то же время не ставит под сомнение и не «размывает» безусловно универсальный характер стандартов в области прав человека. Подобный подход весьма важен для обеспечения того, чтобы в будущем люди руководствовались прежде всего принципами прав человека, недискриминации, терпимости и культурного плюрализма.

Принципиальную важность приобретает рассмотрение цивилизационных аспектов развития прав человека в XXI веке[73].

Цивилизация характеризуется определенным уровнем культуры как способа человеческой жизнедеятельности, философией, системой ценностей, общественно значимыми идеалами, стилем творчества, обобщенным мировоззрением. Основной принцип жизни цивилизации «представляет собой исходные основы жизни народа, его мораль, убежденность, определяющее отношение к самому себе, поведение, верования и надежды. Основной принцип жизни объединяет людей в народ данной цивилизации, обеспечивает его единство и сохраняемость на протяжении всей собственной истории»[74].

Усиление внимания к цивилизационным аспектам прав человека связано не только с беспрецедентным оживлением за последнее десятилетие XX века незападных центров культуры, претендующих на универсальное значение собственных традиций и ценностей (Китай, Индия, Япония, арабский мир), но и возникновением новой социально-экономической и духовной ситуации в странах СНГ. Ведь права человека существуют не сами по себе, а в цивилизациях и культурах, «носителем» которых прежде всего выступает сам человек. В культуре человек ищет свое отражение, в ней он узнает себя, только в этом критическом зеркале он и может увидеть свое лицо, и, следовательно, обретает понимание и смысл своих действий. В соответствии с ней он сообразует и свои претензии к власти. Оценивая новые тенденции в развитии прав человека, которые выявляются в текущем столетии, следует взвешенно подходить к соотношению европейских универсальных стандартов и традиционализма, культуры, религии иных цивилизаций, поскольку прямолинейного пути к утверждению европейских норм и принципов в различных культурах и цивилизациях просто не существует. Согласимся с одними из теоретических обобщений, сделанных авторами монографии «Права человека: итоги века, тенденции, перспективы», суть которого в следующем: «Конечно, перечень прав человека, содержащийся в международно-правовых документах, носит общечеловеческий смысл, но не учитывать различие истории, культуры, традиций различных народов мира, стремящихся сохранить свою самобытность, нельзя. Поэтому, оценивая динамизм прав человека в современном мире, следует принимать во внимание две противоречивые тенденции: глобализацию общественных отношений, с одной стороны, и стремление к национальному и культурному самоутверждению, связанному с некоторым отторжением европейских стандартов, – с другой»[75]. Обе эти тенденции могут получить еще большее развитие в XXI веке и они таят в себе возможности «столкновения цивилизаций». В связи со складывающейся ситуацией необходимо знать и изучать как европейско-американские подходы и системы защиты прав человека, так и изучать исламскую, китайскую и японскую концепции прав человека, а также состояние прав человека в Индии, в странах Латинской Америки и Тропической Африки.

Исламский подход к правам и свободам человека, их принципам во многом отличаются от подхода, закрепленного в международных документах. В связи с этим заметим, культурно-цивилизационные особенности мусульманского мира не должны служить оправданием нарушения прав человека, но их следует учитывать при выборе конкретных путей претворения общих стандартов. В противном случае, как отмечают мусульманские ученые[76], защита прав человека грозит превратиться в свою противоположность. В частности, прямолинейное насаждение европейских эталонов в обществе и иными традициями может привести не к удовлетворению интересов человека, а, наоборот, поломать его жизнь, сделать его несчастным. В мусульманском мире нетрудно обнаружить примеры различных вариантов отхода от западного понимания прав человека. Важно, чтобы это воспринималось не как препятствие на пути взаимодействия и сотрудничества различных культур, а как повод для обмена мнениями, сопоставления, диалога и взаимопонимания. При таком условии исламская концепция прав человека по многим параметрам получает возможность не только оппонировать принятому демократическим обществом подходу, но и стать его составляющей.

Таким образом, исламский подход к правам и свободам человека, их принципам отличаются от подхода, закрепленного в международных документах. Правовой статус человека в исламском мире регулируется мусульманским правом и шариатом, которые находятся в определенных противоречиях с нормами международного права.


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.007 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал