Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 15. Just woke up and thought I'd try Try to step across the line*






Just woke up and thought I'd try
Try to step across the line*


Я проснулась от поцелуя.
Холодные губы коснулись моего виска ласково и едва ощутимо, опустились к уху, затем к шее. Приятный, терпкий аромат кофе и свежей крови окутал меня настолько сильно, что захотелось буквально окунуться в него.
Ммм, Деймон решил подразнить меня?
Стоп.
Деймон?! В памяти тут же вспыли события прошедшей ночи, и я резко, на ходу обнажая клыки, перевернулась, повалила нависшего надо мной вампира на постель и сжала его горло обеими руками.
– Что ты делаешь, Елена? – прохрипел Стефан.
Я ошарашено уставилась на него, пытаясь понять, каким образом могла так абсурдно ошибиться. Удивленно моргнув, я тут же отпустила горло Стефана и втянула клыки обратно.
– Ты приняла меня за Деймона, верно?
Постаравшись улыбнуться как можно невинней, я пожала плечами.
– Все из-за аромата крови. Прости.
Уже сейчас, окончательно проснувшись, я поняла, насколько опрометчиво приняла запах крови животного за человеческий. Может, сказывается неопытность в этом деле или полусонное состояние, в котором я находилась, но факт оставался фактом – я ошиблась.
– А почему ты решила, что мой брат позволит себе будить тебя подобным образом? – Стефан прищурился.
Подобная постановка вопроса и недоверие, читающееся между строк, меня почему-то разозлили.
– Если ты не заметил, – ответ прозвучал довольно резко, – свое неодобрение я продемонстрировала вполне явно.
– Заметил, – протянул Стефан.
Его взгляд все еще был прикован ко мне. От столь пристального внимания я внутренне поежилась, ощущая себя словно под микроскопом.
– Прекрати так на меня смотреть, – пробурчала я, поднимаясь с кровати.
– По-моему, Елена, ты явно что-то недоговариваешь.
Я нахмурилась. Не нравилась мне эта подозрительность, ох как не нравилась. Впрочем, она была не такой уж и беспочвенной.
Молчание с моей стороны Стефан, видимо, принял за согласие с его утверждением, поэтому продолжил:
– То, как ты вела себя ночью…
Я удивленно округлила глаза.
– Знаешь, милый, – последнее слово прозвучало неожиданно язвительно, – ночью ты совсем не жаловался.
– Я же не дурак, Елена. Ты никогда не была такой… – он замялся, подбирая подходящие слова, – при жизни. Я не могу больше игнорировать то, что происходит между тобой и Деймоном. Думаешь, я не догадываюсь, что именно тебя так… возбудило?
Почему-то его слова задели меня сильнее, чем следовало. Было куда комфортнее, когда мои чувства оставались только моими, и мне вовсе не хотелось выносить их на публичное обсуждение. Даже со Стефаном.
– Ты ошибаешься, – твердо произнесла я.
– Не думаю.
– Тогда к чему все это? – я зачем-то обвела руками комнату. – Для чего было будить меня поцелуем, если ты не доверяешь мне?
Стефан рывком поднялся с постели и приблизился ко мне.
– Если я в курсе происходящего, это еще не значит, что я отказался от тебя. Конечно, мне неприятен тот факт, что ты можешь испытывать к моему брату какие-то чувства, но я верю, что ты преодолеешь это.
– Да не испытываю я ничего к Деймону! – фыркнула я, отвернувшись к окну. Эти слова не могли убедить даже меня, уж не знаю, поверил ли в них Стефан.
– Неужели? – раздался за спиной исполненный сарказма голос.
Я медленно обернулась, тут же ловя на себе холодный взгляд серо-голубых глаз. Никакой привычной игривости – наоборот, полная серьезность.
– Может пора озвучить некоторые малоизвестные факты? – Деймон хищно улыбнулся, при этом в его тоне не было ни капли веселья.
Я бросила на него умоляющий взгляд. Но вампиру, видимо, было абсолютно плевать на мое мнение.
– Ты рассказала своему парню о нашем маленьком секрете? Нет? Ну что ж ты так, Елена? – слова Деймона были пропитаны цинизмом. – Нехорошо умалчивать столь важную информацию.
– О чем ты, черт побери, говоришь? – напрягся Стефан.
– Не надо, Деймон! – то ли умоляюще, то ли предупреждающе произнесла я.
– Так вот: между мной и Еленой возникла та самая особая связь, которая может быть при определенных условиях между вампиром и его создателем, – тоном победителя произнес Деймон.
Я могла поклясться, что Стефан побледнел, хотя для вампира это было практически невыполнимой задачей.
– Нет, не может быть! – замотал он головой, переводя взгляд на меня.
Ну есть эмоциональная связь, и что? Неужели нужно делать из этого такую трагедию?
– Скажи, что он врет, Елена, – потребовал Стефан.
– К сожалению, это правда... Но я не понимаю, что здесь такого страшного?
Вампир изумленно изогнул бровь.
– Так он тебе не объяснил?
– Что не объяснил? – насторожилась я.
– Неважно, – перебил брата Деймон. – Может, Стефан, ты сам объяснишь, почему от тебя вечно воняет Кэтрин?
Такой поворот событий буквально выбил меня из колеи. Пришел мой черед осуждающе смотреть на младшего Сальваторе.
– Может, Елена и не различает этот запах – только потому, что ее обоняние еще не способно различать столь слабо уловимые оттенки, – но я то слышу.
Стефан отвернулся, пытаясь придумать достойный ответ. Не знаю, что в данный момент Деймон прочитал на моем лице, но губы в довольной ухмылке кривить перестал. Мне впервые стало жаль, что я так плохо умею пользоваться этой чертовой связью, иначе я бы непременно выяснила, серьезно ли он говорит.
Когда Стефан только вернулся из гробницы, я ощутила другой, чужой запах на нем. Сомнений, кем именно он пропах, не было. Он столько времени провел рядом с Кэтрин, что ничего предосудительного в этом я тогда не увидела. К тому же, потом запах действительно исчез. И вот сейчас Деймон говорит, что, оказывается, не настолько он исчез, насколько я думала.
Либо Сальваторе врет, либо я самая большая дура в мире. И, дьявол его побери, почему он говорит это только сейчас?!
Деймон посмотрел на меня и пожал плечами. Он ведь прекрасно может меня чувствовать, в то время как свои эмоции закрывает! В брошенный на него убийственный взгляд я постаралась вложить как можно больше гнева, мысленно посылая старшего Сальваторе куда подальше.
– Я отношу Кэтрин кровь, только и всего, – наконец соизволил объясниться Стефан, прерывая тем самым мою мысленную тираду, направленную на его брата.
Деймон фыркнул, мне же очень хотелось верить в правдивость сказанных слов.
– Зачем ты это делаешь? – спросила я.
– Неужели не понятно? – закатил глаза старший Сальваторе. – Лучше спроси, почему он снова врет?
Я непонимающе мотнула головой. Стефан сжал губы в прямую линию, сверля брата гневным взглядом.
– Для того, чтобы на вампире остался чей-то запах, – пояснил Деймон, – нужно нечто большее. Например, телесный контакт.
– Не слушай его, Елена, – ноздри Стефана вздулись от негодования. – Ты же знаешь, что я не могу зайти в гробницу!
В его словах был смысл. Но толика недоверия у меня все же осталась.
– И вообще, Деймон, для чего устраивать весь этот спектакль? – скривился вампир. – Думаешь, так у тебя появится больше шансов завоевать Елену? Так вот, не обольщайся, – губы Стефана расплылись в ухмылке. – Несмотря на эту вашу связь, она умная девочка и никогда не выберет тебя. Потому что ею руководят не эмоции, а разум! И знаешь, что: ты можешь любить ее сколько захочешь, но у меня есть то, чего у тебя не будет никогда.
Я удивленно следила за каждым словом Стефана, так же как и за каждым шагом, сделанным в сторону Деймона. Было жутко неприятно ощущать себя пустым местом, ведь сейчас речь шла о моих чувствах, но встрять в эту перепалку я не решалась, боясь спровоцировать ненужный сейчас срыв.
Впрочем, гром грянул и без моего участия.
– Да ну, – издевательским тоном произнес Деймон, – и что же это?
Стефан смерил брата презрительным взглядом и тоном, полным ехидства, ответил:
– Ее уважения.
В эту же секунду произошло сразу две вещи – всепоглощающая волна чистого, приправленного неприкрытой ненавистью гнева ворвалась в мое сознание, и Деймон, утробно рыча, одним ударом отправил Стефана в другой конец комнаты.
Быстро поднявшись на ноги, младший Сальваторе зарычал не менее угрожающе. Его глаза в этот момент горели таким же сумасшедшим огнем, как и у брата. И мне действительно стало страшно за них обоих.
Пытаясь предотвратить нечто ужасное, я бросилась между ними, словно стеной разделяя их друг от друга.
Челюсть Стефана клацнула в миллиметре от моего лица, но он все же остановился, смотря на меня недоуменно и разочарованно.
– Как ты можешь его защищать?!
– Я никого не защищаю! – рявкнула я, спиной и руками сдерживая Деймона.
Впрочем, мне было прекрасно известно, что вампиру не составило бы труда преодолеть столь слабое препятствие, как моя персона. И я была благодарна за то, что он не стал усугублять ситуацию.
– Неужели? – на этот раз презрение Стефана было направлено на меня. С минуту он сверлил меня непонимающим взглядом, а потом произнес: – Знаешь, я был о тебе лучшего мнения.
Я вздрогнула, словно от пощечины. А Стефан, тяжело вздохнув, в эту же секунду исчез.
Чувствуя, как сразу же расслабился Деймон, стоящий позади меня, я медленно развернулась к нему и прежде, чем вампир успел что-то прокомментировать, предупредила:
– Не говори ни слова!
Мне хотелось высказать Деймону все, что я думаю. Но мысли путались, случившееся за последние сутки слилось в одну сплошную череду событий, и мне требовалось некоторое время наедине с собой, чтобы все осмыслить.
Я мельком взглянула на вампира, мысленно попросила оставить меня в покое и выбежала из дома настолько быстро, насколько могла.

***

Солнце стояло в зените, но меня это нисколько не смущало. Кольцо на пальце гарантировало безопасность, а все неприятные ощущения от пребывания под прямыми солнечными лучами, которые еще присутствовали, я просто игнорировала.
Пение птиц и легкое шуршание осенней листвы возымели нужный эффект – я постепенно успокоилась и уже могла более-менее связно думать о произошедшем.
Вопросов оказалось гораздо больше, чем ответов.
Врет ли Стефан? И если врет, то почему? Что происходит между ним и Кэтрин на самом деле? Не потому ли он так негативно реагирует на изменения, происходящие со мной? Как мне все наладить? Да и вообще, нужно ли налаживать?
Я вздохнула. Ведь последний вопрос плавно перетекал в следующий: что происходит между мной и Деймоном?
Тут я боялась быть нечестной с самой собой. Потому что изменения, которые мог повлечь мой ответ, грозили стать судьбоносными. Черт возьми, да я проще пережила собственное обращение, чем попытку признать чувства к другому Сальваторе.
Это ведь было так неправильно, так… грешно. Встречаться с одним братом и думать о другом. Но мне ли сейчас рассуждать о моральности? Пожалуй, я давно утратила это право.
Превращение в вампира изменило не только мой рацион. Я стала мыслить иначе, чувствовать иначе. Все, что казалось мне важным раньше, почему-то перестало иметь такое значение сейчас. Первое время мне думалось, что это всего лишь влияние Деймона, но сейчас я могла сказать с полной уверенностью – изменилась я сама.
Стефан сказал, что у Деймона никогда не будет моего уважения.
Что ж, он сильно ошибся.
Потому что в Деймоне был внутренний стержень, железная сила воли и честность – именно те качества, которые я всегда уважала. Он умел отдавать, не требуя ничего взамен. И я очень долго бессовестно пользовалась этим. Впрочем, «сделка» была обоюдной. Потому что я стала для вампира другом, заставила его поверить в себя и снять маску бездушности, за которой он прятался много десятилетий. Вера – вот что я ему дала. И это тоже отнюдь не мало. Вот только Деймону нужно большее, одной моей дружбы ему уже недостаточно. Да и никогда, по сути, не было достаточно…
Терпение, как оказалось, не его сильная черта. Правда, Кэтрин он ждал полтора века, почему же не может дать мне времени больше, чем пара недель? Почему требует от меня полной капитуляции и признания чувств именно сейчас?
Это же так сложно… Потому что как только я произнесу это вслух, все станет реальным. Неизвестность пугает, ведь я не знаю, каково это – быть с Деймоном. Могу лишь предполагать, что на всем пути будет немало ухабистых камней и подводных течений. И я боюсь… боюсь разочарований и боли. Потому что впервые в жизни у меня появилось чувство, что сердце может разбиться окончательно и бесповоротно. На тысячу мелких осколков, которые мне уже не собрать. Так стоит ли оно того? Должна ли я подвергать себя подобному риску?
Разум говорит, что нет. Сердце – то самое, которое в случае чего попадает под удар, – твердит совсем другое. А я знаю третье: Деймон, как умелый паук, с каждым днем все больше и больше затягивает меня в свои сети. Боже, как же я хочу убежать. И как не хочу убегать!
Это какое-то сумасшествие, названия которому у меня нет. И мне просто необходимо разобраться в себе, прежде чем я окончательно лишусь рассудка.

Я постаралась отогнать от себя столь болезненные размышления, пообещав себе вернуться к ним позже, в более расположенном к самоанализу состоянии. Был еще один, не менее важный стимул – жажда настойчиво напоминала о себе усиливающимся жжением в горле.
От одного воспоминания о вкусе крови животного меня мутило. Хотелось теплой ароматной человеческой крови. Конечно же, из пакета.
Такая была в особняке в довольно большом количестве. Вот только возвращаться туда мне совсем не хотелось.
Именно поэтому я решила попробовать еще раз. Стефан ведь мог питаться животными, значит и я смогу. Хотя бы время от времени.
Мне удалось без какого-либо труда вычислить зверьков, находящихся в зоне моего доступа. И уже через пару минут я держала в руках небольшого серого зайца. К сожалению, никого крупнее рядом не оказалось.
Борясь с волнами отвращения к самой себе, я выпустила клыки и вампиризировалась. Зайчонок моргнул, словно удивляясь столь странному изменению моего лица. Маленькое тельце дрожало, пытаясь вырваться, влажные глазки суетливо бегали по сторонам, словно надеясь отыскать где-то там чудесное спасение.
И я поняла, что никогда в жизни не смогу причинить вреда этому беззащитному существу. Даже через силу, даже вызывая в себе все самое темное, – все равно не смогу.
Сглотнув, я отпустила зайца, давая себе обещание больше никогда не предпринимать подобных попыток покормиться.
И, видимо, судьба решила вознаградить меня за проявленную доброту.
Или все же наказать за попытку?
Как бы то ни было, в ста метрах от меня находился вход в гробницу Кэтрин.
И я решила воспользоваться этим знаком. Соблазн узнать ответы хоть на некоторые вопросы из моего списка был очень велик.

____________________________
* Только что проснулась и подумала, что я попробую,
Попробую переступить черту (Long Shot, Kelly Clarkson)


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.007 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал