Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 13. Он сказал - в среду вечером в пять






Он сказал - в среду вечером в пять. Высшая школа Королевы Марии, в двух кварталах от Пресвятого Сердца. Если Сюзанна появится там, то сможет увидеть Отца Стернса без воротничка. И хотя она знала, что это очень плохая идея, все равно не смогла удержаться.

Припарковавшись в центре, девушка прошлась вокруг школы. Он не дал ей какой-либо конкретной информации, несомненно желая, чтобы всю работу за нее сделало ее воображение. Когда девушка подошла к задней части двора – все один в один как и в ее католической школе в детстве и статуи Марии везде - Сюзанна услышала крики и хлопки.

Ладно. Она была права. Это была действительно плохая идея. На футбольном поле два десятка подростков около двадцати и один высокий блондин лет сорока играли в футбол. И будучи старше остальных игроков на пару десятков лет, Отец Стернс не только играл наравне с остальными, казалось, он мог запросто их всех уделать. На мужчине была обтягивающая черная футболка, показывающая идеальные накачанные бицепсы и широкую грудь, и черные спортивные штаны, под которыми скрывались без сомнения не менее подтянутые бедра и ноги.

Она стояла у кромки поля и наблюдала за игрой. Нет, не за игрой. Она смотрела только на Отца Стернса - его светлые волосы светились словно нимб в лучах вечернего солнца, глаза были скрыты за черными солнцезащитными очками, шея и поясница были слегка взмокшими от пота.

- Твою мать, - выдохнула она.

Она повидала многих обнаженных мужчин, но они и в подметки не годились одному играющему в футбол священнику.

- Ничего не выйдет, - раздался голос в нескольких футах от нее.

Молодой человек с выгоревшими на солнце волосами сидел на обочине с пакетом льда, прижатым к бедру.

- Даже не думайте об этом.

Покраснев, Сюзанна села рядом с молодым человеком и потянула на макушку солнцезащитные очки.

- Не думать о чем? - спросила она.

- О нем. Отец С. Мой священник. Я Харрисон, кстати. А ты...

- Сюзанна.

- Приятно познакомиться, Сюзанна. Ты та штучка-репортерша, да? Он предупреждал нас, что ты можешь заглянуть.

- Да, это я. Просто работала над историей.

- Для журнала Плэйгёрл?

Сюзанна слегка засмеялась, глядя, как Харрисон поправляет пакет со льдом.

- Ты в порядке? - спросила она.

- Растянул мышцу паха.

- Бедняга. Тяжелая игра?

- Это не во время игры.

Он многозначительно поиграл бровями.

- Ты флиртуешь. А я на десять лет старше тебя.

- Он на двадцать лет старше тебя, но это же не мешает тебе кидать жадные взгляды на него. Лучший священник на планете, и я должен сказать, даже моя чертова подружка пускает по нему слюнки.

Сюзанна поймала взгляд Отца Стернса, направленного в ее сторону во время паузы в игре. Она быстро махнула ему рукой, и он вернул ей привет, прежде чем вернуться на поле боя с замечательной грацией и скоростью. Мяч летел в сторону цели, и он перехватил его одним сильным ударом, отправив мяч обратно на середину поля.



- Лучший священник на планете? Это высокая похвала.

Сюзанна пожалела, что не принесла с собой ноутбук. Флиртующий подросток мог стать источником информации. Нехотя она отвела взгляд от Отца Стернса и бросила его на Харрисона. Она помнила, какими были такие парни как этот в старшей школе - дерзкие, общительные, всегда в центре внимания.

- Это правда. Он говорит на двадцати языках, имеет две или три степени доктора наук... и надирает нам задницы в команде нашей церковной лиги. Так что не бегай за ним, потому что ты достаточно красивая, чтобы соблазнить даже его.

Сюзанна покачала головой.

- Подросток, защищающий незапятнанную добродетель католического священника – это интересно, - отметила она. - Всем детям нравится Отец Стернс?

- Да, конечно. Он свободный в общении.

Глаза Сюзанны расширились. Отец Стернс, за те пару раз, когда она говорила с ним, казался пугающим и жестким.

- Свободный в общении?

- Не читает нам лекции, не ругает за сквернословие, относится к нам как к людям. Это мило. Блейк вон там…, - Харрисон указал на вратаря в команде Отца Стернса, - и посещает школу Св. Марка. Его папа диакон. Ненавидит это. У него сменилось три священника за три года. Один отправился в реабилитационную клинику за выпивку. Другой перевелся по "причинам," - сказал Харрисон, выделяя слово кавычками. - А новому чуваку под шестьдесят, я бы сказал под сто шестьдесят. Отец Стернс крут. Так что, если ты положишь на него глаз, нам с тобой придется поговорить.

- Поговорить? Как это мило.

- Я милый. И я не священник.

Сюзанна вернулась к игре на секунду. Отец Стернс и его вратарь о чем-то разговаривали. Вратарь держал бутылку воды в руке. Он сделал глоток, а затем налил воды в подставленные ладони Отца Стернса. Тот выплеснул воду на голову, зачесывая волосы назад. В этот момент Сюзанна поняла, что никто за всю ее жизнь не привлекал ее так, как этот мужчина. Желание бурлило в теле, как кипящий огонь. Священник или нет, враг или нет, со звездочкой у имени или нет... она хотела его.



«Адам», - она прошептала она себе под нос. «Думай об Адаме».

- И что, никаких реабилитационных клиник для Отца Стернса? Никаких странностей?

- Единственная странная вещь это то, что он делает здесь, с нами в пригороде. Он должен быть Папой.

Сюзанна откинулась на локтях и скрестила ноги в лодыжках. Она жалела, что не надела шорты или юбку, что-то, чем можно было бы привлечь внимание Харрисона.

- Может быть, у него есть причина оставаться здесь.

Девушка искоса посмотрела на Харрисона.

- Например?

Сюзанна пожала плечами.

- Ну не знаю, Нора Сатерлин?

Харрисон прижал руку к груди.

- Боже, Нора. Да успокоится мое сердце. Да успокоится мой пах.

- Горячая штучка, да?

Харрисон перевел расширившиеся глаза на нее и медленно кивнул.

- Ты фанат? - спросила Сюзанна.

Он снова кивнул.

- Отец Стернс тоже фанат?

Харрисон закатил глаза.

- Он мужчина и гетеросексуален. Я бы забеспокоился, если бы он не был ее фанатом.

Сюзанна сорвала одуванчик и провела цветком по нижней губе. Флиртовать с подростком, чтобы получить ответы? Как низко она могла пасть?

- Думаешь, они вместе?

Харрисон покачал головой.

- Ни в коем случае. Зачем ему быть священником, получая гроши и заботясь о таких лузерах, как мы, если бы она могла ждать его дома? Кроме того, - сказал Харрисон, понизив голос до шепота.

Тем временем на поле Отец Стернс остановил очередную попытку удара по воротам. Подростки в его команде уже выглядели уставшими и измученными от жажды. А у него едва проступил пот.

- Кроме того, что?

- Я думаю, Норе нравятся мужчины помоложе.

Сюзанна подняла бровь.

- Есть какие-нибудь доказательства? Или просто выдаешь желаемое за действительное?

Боже, теперь она говорила как отец Стернс.

- Ну я не один, кто рассказывает сплетни в школе, - начал Харрисон. - Но есть один парень в церкви – суицидник Майк.

Руки Сюзанны похолодели при упоминании о самоубийстве. Но она продолжала сохранять нейтральное выражение лица.

- Суицидник Майк?

- Ага. Это ужасно. Я никогда не называл его так, - сказал он, хотя только что назвал. - Микаэль Димир.

- Мальчик, который пытался покончить жизнь самоубийством в святилище?

- Тот самый, - сказал он, кивая. - Вот в чем все дело в Суицид... в Микаэле. Микаэль, он как стекло, хрупкий. Ребенок, который боится собственной тени. Почти не разговаривает. Ты с ним поздороваешься, а ему нужна вечность, чтобы ответить хоть что-то.

Все внутри ухнуло вниз. Брошенный? Расстроенный? Постоянно начеку? Микаэль казался классической жертвой насилия. Но откуда началось это насилие? Дома? Или в церкви?

- Ну и что? - продолжила Сюзанна, словно нехотя, но нуждаясь в дальнейшей информации.

- А Нора немножко из тех, кто может запугать. Знаменитая, богатая, красивая... кажется, если бы она сказала ему привет, то он умер бы там на месте. Но нет. Я сидел рядом две недели назад, в воскресенье утром, подглядывая за Норой как обычно. И вот она смотрит на Микаэля и подмигивает ему. Я подумал: "Вот дерьмо, срочно звоните 911, Майк сейчас получит сердечный приступ. Но нет, угадай, что он сделал?

- Что?

- Он показал ей язык, как будто они были старыми приятелями или чем-то в этом роде. Она высунула язык ему в ответ, и температура в святилище взлетела вверх на двадцать градусов от жары, с которой они трахали друг друга взглядами.

Сюзанна ничего не могла ответить сначала. Отец Стернс, казалось, защищал ее и Микаэля Димира. Если он выступал в качестве духовника их обоих, то, несомненно, знал, если бы у тридцать-с-чем-то-летней писательницы был роман с мальчиком-подростком. Они с Харрисом наблюдали за игрой в течение нескольких минут в тишине. Или почти в тишине. Несмотря на то, что тот был вне игры, Харрисон не удержался от того, чтобы выкрикивать советы или поощрения собственной команде.

Она немного знала о футболе, но могла сказать, что Отец Стернс дирижировал всем на поле. Его команда отвечала на каждый приказ, как хорошо обученные солдаты. Мужчина казался неутомимым, бегая туда-сюда по полю с ловкостью длинноногого ягуара.

- Боже, как он хорош, - сказала она, когда мужчина вклинился между двумя игроками и забил гол с центральной линии.

- Конечно, он хорош, - сказал Харрисон, снимая лед и растирая внутреннюю часть бедра. - Он сто пятидесятипроцентный чистый европеец. Получил ген футбола с обеих сторон.

- Как кто-то может быть сто пятидесятипроцентным европейцем? - спросила Сюзанна, вспоминая, как мало знает о прошлом священника.

- Его отец британец, вернее был британцем. Теперь мертв. Мать датчанка. И он ходил в семинарию в Италии.

Мать датчанка? Это могло бы объяснить цвет волос и глаз. И надписи на книгах и на фото – наверное, были на датском.

- Я думала, его мать была из Нью-Хэмпшира.

Харрисон усмехнулся.

- Вот это, - сказал он, указывая на Отца Стернса, - кажется вам американским?

- Нет, - призналась она.

Он казался ей захватывающим - мужественный и красивый и невероятно привлекательный. Но не американец.

- Европейские гены – полагаю, вот поэтому он ваш лучший игрок.

- Второй из лучших.

- Второй? Дай угадаю - ты лучший.

Харрисон покачал головой.

- Нет. К нам иногда приходит и играет родственник Отца С. Он даже лучше. Но не говори Отцу С об этом, они постоянно соперничают друг с другом.

Сюзанна нахмурила брови. Она знала, что у Отца Стернса была сестра, но старшая сестра, Элизабет, не жила в Коннектикуте.

- Шурин? Одна из его сестер была замужем…

Харрисон покачал головой.

- Отец С был женат.

Сердце встрепенулось в ее груди.

- Отец Стернс был женат?

- Да, когда ему было как и мне - восемнадцать. Совершеннолетний, - он напомнил ей. - По-видимому, брак не был долгим. Она умерла. Из-за какого-то несчастного случая. Если бы у меня умерла жена в восемнадцать лет, я, наверное, тоже присоединился бы к священству.

Сюзанна едва могла говорить.

- Женат...

Я не девственник... Я не был рожден священником...

- Восемнадцать... это было давным-давно. Он и брат все еще друзья?

- Они либо лучшие друзья или хотят убить друг друга. Иногда трудно сказать. Они постоянно ругаются друг на друга по-французски.

- По-французски?

- Да. Его родственник француз.

Харрисон говорил что-то еще, но Сюзанна уже не слышала. Она посмотрела на поле и увидела, что матч подходит к концу. Команда Отца Стернса выиграла 2:1. Встав, Сюзанна стряхнула траву с джинсов и направилась к мужчине.

Когда она оказалась рядом, он сдвинул очки на макушку.

- Хорошая игра, - сказала она. - Вы были женаты?

Отец Стернс посмотрел через плечо и окинул Харрисона убийственным взглядом. Харрисон послал девушке воздушный поцелуй.

- Каждый четверг я посвящаю молитве в церкви, - сказал Отец Стернс. - Я молюсь, чтобы Харрисон стал цистерцианцем.

- Цистерцианцем?

- Они принимают обет молчания. Моя молитва до сих пор не услышана.

Сюзанна засмеялась, стараясь идти в ногу с Отцом Стернсом, ей пришлось делать большие шаги, чтобы поспевать за мужчиной.

- Да, я был женат, - сказал он, наконец.

Она поняла, что он часто гулял тут, рядом с церковью, и решила идти рядом, пока он ее не прогонит.

- На очень короткое время. Она умерла вскоре после того, как мы поженились.

- Могу я спросить как или это слишком личное?

- Не личное, - сказал он, когда они ступили на тротуар. - Но не менее болезненное. Мари-Лаура умерла во время прогулки в лесу. Я был за несколько километров от того места, на случай, если вы решите, что моя звездочка относится к убийству.

- Красивое имя. Она была француженкой?

- Была. Балериной.

Сюзанна испытала странное ощущение. Что-то вроде ревности. Она представила красивую французскую балерину и ее шикарного молодого мужа. Наверняка молодожены страстно любили друг друга.

Они свернули на неосвещенную тропинку, сойдя с улицы, обрамленную нависающими кронами деревьев. Впереди девушка заметила небольшой двухэтажный коттедж в готическом стиле.

- А ваша мать была датчанкой? Я думала, она из Нью-Хэмпшира?

Они остановились у ворот. Сюзанна стояла, глядя на него, ожидая, что тот скажет или сделает хоть что-нибудь.

- Моя родословная... это довольно длинная история, - сказал он, его серые глаза стали такими же темными, как и путь, по которому они пришли.

Сюзанна сглотнула. Она не должна была этого делать, нельзя было оставаться с ним наедине. Не здесь. Не в его доме.

- У меня есть время.

* * *

Вертолет. Они отправились в город на долбаном вертолете.

Весь путь туда, Микаэль провел у окна, глядя на землю внизу, облака над ней и на горизонт... Он не мог поверить, что Гриффин мог запросто вызвать вертолет, как другие вызывают такси. Гриффин... Гриффин наверняка подумает, что он сошел с ума. Во время полета Микаэль приклеился к окну как первоклашка, а Гриффин наблюдал за ним с нескрываемой радостью. Микаэля не волновало, что все подумают, что у него поехала крыша - он не мог отвести взгляд от красоты вечернего города на высоте восьми тысяч футов.

- У меня с собой фотоаппарат.

Гриффин постучал Микаэля по колену, привлекая внимание. Парню чертовски нравился Гриффин в очках-авиаторах и со всей этой вертолетной гарнитурой на голове.

- Хочешь сделать пару снимков и отправить друзьям?

Микаэль покачал головой и опустил взгляд обратно на город. В конце концов, у него не было друзей, чтобы показывать им какие-либо фотографии.

Вертолет сел на посадочную площадку какого-то здания в Адской Кухне, и солнце, наконец, спряталось за горизонтом. Микаэль последовал за Норой и Гриффином, подошедших к двери на крыше. В своих простых хлопковых брюках, белой рубашке и черном пиджаке он чувствовал себя ужасно нестильным по сравнению с Гриффином в его черных кожаных штанах и черной шелковой рубашке. Нора тоже надела черный костюм - шляпа, подтяжки, красная рубашка, черный галстук…

Когда они спустились по лестнице, Нора посмотрела назад и улыбнулась ему.

- Я буду рядом, малыш. Не волнуйся. Я заказала для нас отдельную комнату. Пойдешь туда первым, пока Грифф и я наведем тут панику.

- Я обожаю хорошую качественную панику, - сказал Гриффин, ухмыляясь, и сняв очки, сунул их в карман.

Микаэль моргнул и заставил себя отвести взгляд. Нужно было подумать, как заставить себя прекратить пялиться все время на Гриффина.

Они дошли до конца лестницы, и Микаэль услышал первые звуки музыки. Нора подошла к двери и громко постучала - три легких удара, а затем два потяжелее.

- Секретный код? - спросил Микаэль шепотом.

- Азбука Морзе для садо-мазо.

Глаза Микаэля расширились.

- В самом деле?

Гриффин пожал плечами и подмигнул ему.

- Понятия не имею.

Дверь открылась, и в коридор вышел мужчина. Микаэль посмотрел на него и затем снова. И еще раз.

- Мальчики, скажите привет моему другу Серому Волку, - сказала Нора, делая элегантный и, очевидно, шутливый поклон мужчине который с легкостью мог бы по росту обогнать самого Отца С. - Также известному как…

- Большой Злой Серый Волк, - закончил за нее Гриффин, делая шаг вперед и протягивая руку. - Ты легенда.

Мужчина, в котором было, как подумал Микаэль, около метра девяносто, и мыщцы его впечатляли не меньше, чем рост, взял руку Гриффина и пожал ее. На вид ему было около сорока лет, и красота его казалась какой-то, как сказала бы Нора, "дьявольской". Он думал, что Гриффин был образцом мужского совершенства. Но женщинам, казалось, нравился внешний вид Брэда – щетина на подбородке и волоски на груди. Судя по тому, как улыбалась ему Нора, ей он точно нравился.

- Как поживает мой Большой Злой Серый Волк? - спросила она.

Он поднял темную бровь.

- Красная Шапочка Со Стеком, какого черта ты забрела в мой лес?

- Наживаю неприятности на свой зад. Поможешь?

- Я не знаю. Ты все еще с..., - голос Брэда затих, и он многозначительно посмотрел на Микаэля и Гриффина.

- С моим священником? - закончила она за него. - Да, до сих пор вместе. Не принимай это так близко к сердцу. Ты по-прежнему второй лучший садист в городе.

- Будь я проклят твоими похвалами, - сказал Брэд, гладя Нору по шее под подбородком. - Но я никогда не мог отказать тебе, зеленые глазки. Чего ты хочешь?

- Я зарезервировала место на шоу. Можешь провести нашего Младшего, чтобы никто не увидел?

Брэд посмотрел на Микаэля, переминающегося с ноги на ногу.

- Нора... сколько ему лет?

- Он совершеннолетний, - сказала она, не моргнув глазом.

- Совершеннолетний для чего?

Микаэль кашлянул.

- У меня есть водительские права.

- Боже, - сказал Брэд, смеясь и закатывая глаза. - Нор, да ты еще большая извращенка, чем Кингсли.

Нора захлопала ресницами.

- Ты мне льстишь. Пойдем.

Нора схватил Гриффина за рукав, и они оба порхнули на следующий пролет лестницы.

- Пойдем со мной, мальчик, - сказал Брэд голосом, который вдруг показался еще ниже, чем раньше.

Микаэль сглотнул.

- Да сэр.

Они вошли в клуб через заднюю дверь. Микаэль опустил голову и уставился на обувь Брэда. Но не мог не взглянуть на творящееся внутри клуба сумасшествие. Всюду, куда хватало его взгляда, были знаменитости, или, по крайней мере, те, кто хотели ими быть, одетые в костюмы. Ну, они были одеты, как люди с определенными извращенными вкусами – ну или так должны были одеваться самые обычные люди, которые хотели, чтобы их считали фетишистами. Множество обтягивающих костюмов из латекса на слишком худых женщинах, и парни в кожаных жилетах и сбруе как на лошадях. Это больше походило на супер-клевый Хэллоуин для слишком богатых подростков, чем на секс-клуб.

- Вы работаете здесь? - спросил Микаэль, когда Брэд подвел его к охраняемой двери за красным занавесом.

- Ну кто-то же должен вносить долю реализма в это все. - Брэд закрыл за ними занавес и зажег свечи. - У меня есть свое собственное подземелье внизу – вот это реальная вещь. Спроси свою госпожу как-нибудь. Я принимаю там тех нескольких настоящих мазохистов, которые забредают в мои владения.

Микаэль уже хотел задать вопрос, когда в их ложу ворвались хохочущие Нора и Гриффин.

- Как все прошло? - спросил парень, глядя на еле держащуюся на ногах от смеха парочку.

- Идеально. Я спрятала лицо под шляпой, - сказала Нора, крутанув шляпу в руках и надев ее обратно под лихим углом. - Это привлекло их внимание. Наверняка, они подумали, что я еще более знаменита, чем кажусь. А затем Гриффин угрожал избить фотографов.

- Ты угрожал? - обратился парень к Гриффину. - А тебя не арестуют за такое?

Гриффин пожал плечами.

- Они обожают, когда им угрожают. Чувствуют себя ближе к знаменитостям. Плюс я заплатил две сотни, чтобы убедиться, что завтра мы будем на Шестой Странице.

- Миссия выполнена. - Нора взяла стакан красного вина у одетой в кожаный наряд официантки. - Шоу начинается, - в ее глазах заплясали чертики.

Напротив их ложи располагалась сцена. Когда свет в клубе погас, огни рампы засияли. Четверо молодых мужчин с обнаженными торсами вынесли в паланкине красивую смуглую Амазонку. Клуб разразился аплодисментами.

- Ничего себе, - сказал Микаэль. - Она высокая.

- Она парень. - Гриффин подмигнул ему. - Госпожа Никс.

- Серьезно?

Помимо роста в этой Амазонке Микаэль не увидел никаких мужественных черт.

- Серьезно, - сказала Нора. - Там есть несколько горячих Доминантов внизу. Мужчины могут бить сильнее. Кто-то должен был это сказать. Хотя Госпожа Никс не уступает им.

Микаэль кивнул. Никс сейчас держала одного из молодых парней за горло. Она с силой прижала его к кресту Х-образной формы, а другие мужчины привязывали его руки.

- Андреевский Крест. - Нора наклонился над столом, громко шепча Микаэлю. - Слышал о Св. Андрее?

- Эм... о мученике? - рискнул предположить парень.

Хотя он и был католиком, святых в этой религии было больше, чем звезд на небе.

- Точно, - сказала Нора, одобрительно улыбаясь. - Согласно легенде он просил, чтобы ему разрешили умереть на Х-образном кресте вместо Т-образного, так как чувствовал себя недостойным умереть так же, как его спаситель. Поэтому его привязали, а не прибили гвоздями.

- Бедный чувак. Его должно быть пытали перед смертью, - сказал Гриффин, и Нора хлопнула его по руке.

- Какая жуть, - сказал Микаэль, смеясь над рассказом. - Бедный Святой Андрей.

Они смотрели шоу в тишине следующие несколько минут. Никс держала девятихвостую плетку, используя для порки связанного молодого человека, который корчился и кричал на кресте.

- Она задерживает удары, - сказала Нора с понимающим взглядом. - Она вообще едва ли причиняет ему боль.

- Ты можешь это понять? - спросил Микаэль, весьма впечатленный.

Она кивнула.

- Прежде всего, она бьет его ради шоу. Бьет медленно и ударяет всеми шнурками, а не их кончиками.

- Но выглядит так, что она бьет его изо всех сил.

Микаэль пригляделся к происходящему на сцене.

- Порка в полную силу – это деловое соглашение, - сказала Нора, протягивая руку и дотрагиваясь до лица Гриффина. - Есть разница между этим... - Она шлёпнула плоской ладонью по щеке мужчины. Гриффин вздохнул. - И этим.

Она повернула руку и щелкнула Гриффина по уху кончиками пальцев. Гриффин вздрогнул и поморщился.

- Ауч, Нор. Я бы сказал свое стоп-слово, но опять его забыл.

- Это утконос. Так что, да, она делает хорошее шоу, но ему совсем не больно. - Нора указала на сцену, где на кресте продолжал издавать громкие драматические крики молодой мужчина. - Можем спуститься в подземелье Брэда, Темный Лес, для достойного садо-мазо попозже. Там действуют правила РПСИ.

- РПСИ? - спросил Микаэль. - Что это вообще такое?

- РПСИ означает «Риск. Предупреждение. Согласование. Извращение.» -объяснила Нора. - В отличие от правил БРД.

- Безопасно, Разумно и Добровольно, - сказал Гриффин, закатив глаза, а Нора зевнула.

- Точно. БРД это такая скука. Это для мамочек и папочек с меховыми наручниками под кроватью в маленьких городках.

- РПСИ это для людей вроде нас, - сказала Нора. - Люди, которые делают все грубо, игра на грани, никаких стоп-слов, и так далее.

- Вы и Сорен когда-либо играли без стоп-слов?

Гриффин откинулся назад и уперся локтями в стенку ложи. Температура Микаэля подскочила от вида черной шелковой рубашки Гриффина, натянувшейся на его широкой груди.

Нора отрицательно покачала головой.

- Я сказала, что люблю играть по-жесткому. Но я вовсе не горю желанием умереть.

Перед ними на сцене Никс позволила гарему мужчин освободить парня от креста. Тот подполз на четвереньках к Госпоже и поцеловал ее затянутые в сапоги ноги.

- Ааах..., - вздохнула Нора. - Старые добрые времена. Я скучаю по преклонению перед ногами. Нет ничего сексуальнее мужчины-саба, целующего носки сапогов.

- Не могу с этим не согласиться, - закивал Гриффин.

- А вообще существует много мужчин сабов? - спросил Микаэль, глядя на молодого мужчину, проложившего дорожку поцелуев от ступни к колену Никс.

- Гораздо больше, чем люди хотят признать, - сказала Нора. - Особенно мужчины. Ты, Ангел, нечто особенное, но не уникален. Там, наверное, столько же мужчин-сабов, сколько и доминантов.

- В самом деле?

- Да, Мик, - вмешался Гриффин. - И это касается не только гей-сессий.

- Сексуальная фантазия номер 1 – это гетеросексуальные мужчины, занимающиеся сексом с красивой женщиной. - Нора сделала большой глоток вина. - А номер 2?

Гриффин усмехнулся и поднял два пальца. - Номер 2, - сказал он, - это быть связанным прекрасной женщиной и затем оттраханным ею. Даже я это люблю.

- И даже больше чем любишь, если я правильно помню…, - вздохнула с тоской Нора и подмигнула Гриффину.

- Если таких, как я, много, - спросил Микаэль, - Тогда почему…

- Почему ты чувствуешь себя таким одиноким?

Нора бросила на него долгий взгляд. Микаэль молча кивнул.

- Ты не одинок, - сказала она, Гриффин потянулся и по-дружески стиснул его колено.

К сожалению, это дружеское прикосновение вызвало более чем дружескую реакцию в боксерах Микаэля.

- Мужчины-сабы оплатили мой дом, Ангел, - продолжила Нора. - Они купили мне мои автомобили. Они сделали меня очень богатой женщиной. Я имела все, что хотела в своем подземелье - поэтов и художников, священников и раввинов, полицейских и грабителей.

- Копов?

- О, да. Чем большими и крутыми мужиками они притворяются, тем более вероятно, что им захочется, чтобы женщина обозвала их шлюхами и встала им на шею каблуком.

- Или парень. - Гриффин смотрел только на Микаэля, произнося это.

- Так, тихо, мальчики, начинается второй акт.

Никс вывела свой гарем со сцены. Через несколько минут они вернулись, на этот раз Никс была в одеяниях римской богини. Она правила колесницей, которую тянули ее молодые мужчины. В их ртах были уздечки, на груди сбруя.

- О, Боже, игра в лошадок. Как очаровательно. Я обожаю лошадок. - Нора наклонилась вперед, опираясь подбородком на руку. - Ими так весело управлять.

- Да ладно. - Гриффин закатил глаза. - Как будто ты когда-либо в своей жизни сидела на лошади.

Нора выпрямилась.

- Чтобы вы знали, Мастер Фиске, я каталась на лошади несколько раз в своей жизни. Ну ладно, три раза. Мой старый сосед по комнате, Уес, был из Кентукки. Видимо все в Кентукки умеют ездить на лошадях.

Гриффин пожал плечами.

- Не совсем. Только самые отъявленные богачи центрального Кентукки. Лошади очень дорогие животные.

Нора усмехнулась.

- Уес Райли? Богач? Пацан не мог позволить себе даже приличный автомобиль. Водил жук. Бедняга.

Микаэль посмотрел на улыбающуюся Нору. Улыбка Сатерлин казалась странной, вымученной. Совсем ничего общего с ее обычными улыбками.

- Райли?

Гриффин склонил голову и уставился на Нору.

- Как Кентуккские Райли?

- Ну да, он Райли, и он из Кентукки, - сказала Нора.

- Знаешь имена его родителей?

Гриффин отвернулся от скачек на сцене и сосредоточил все свое внимание на Норе. Сатерлин, казалось, внезапно растерялась.

- Ну, имя его матери Кэролайн. Я использовала его в своей недавно вышедшей книге. А имя его отца...

- Джексон. - Гриффин закончил фразу за нее. - Джексон Райли?

Глаза Норы расширились.

- Гриффин... откуда ты узнал?

Гриффин усмехнулся, а затем засмеялся.

- Гриффин..., - голос Норы стал угрожающе низким. - Почему ты смеешься?

С тяжелым выдохом Гриффин достал из кармана айфон, несколько раз нажал на что-то, а затем улыбнулся тому, что показалось на экране, и молча передал телефон Норе.

- Сукин сын, - выдохнула она.

Она медленно протянула телефон обратно Гриффину. Затем быстро встала из-за стола.

- Куда ты идешь? - спросил Гриффин.

- Убедись, что Микаэль доберется домой в целости и сохранности. Я приеду домой попозже. Нужно кое-что проверить.

Нора исчезла в толпе, и Микаэль вдруг оказался наедине с Гриффином. Ему не нравилось, насколько сильно он желал этого.

- Гриффин? - прошептал Микаэль. - Что ты показал Норе?

Гриффин передал парню свой телефон. Микаэль взял его и внимательно посмотрел на экран. Понадобилась целая минута, чтобы собрать свои мысли насчет увиденного.

Микаэль смог выдавить только одно слово.

- Блять.



mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2022 год. (0.086 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал