Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






ГАНС ЗЕДЛЬМАЙР. становимся таким образом независимыми от большого пла­ста теорий, без которых в противном случае едва ли смогли бы обойтись и которые особенно опасны именно






становимся таким образом независимыми от большого пла­ста теорий, без которых в противном случае едва ли смогли бы обойтись и которые особенно опасны именно потому, что лишь с трудом признаются в качестве таковых.

Определение через сравнение носит по существу относи­тельный характер: конкретный предмет измеряется другим, а не определяется посредством дефиниции в качестве подчи­ненного понятия некоторого класса. Это не означает какого-либо ограничения общезначимости получающегося при этом знания по сравнению с казалось бы более абсолютными определениями предшествующих периодов. Как раз относи­тельность делает возможным несравненно более точное и притом гораздо более надежное описание.

Сравнительный метод необычайно плодотворен прежде всего как эвристический принцип. Ибо сопоставление с род­ственными, отличающимися лишь степенью образованиями часто вообще только и выявляет важные свойства, оставав­шиеся бы иначе сокрытыми.

Сравнительное рассмотрение достигает большей близости к предмету и, охватывая крут родственных типов, обостря­ет нашу способность оценивать адекватность примеров. Тем самым оно предохраняет от весьма еще живучей и почти не­избежной в настоящее время тенденции работать с антитеза­ми без каких-либо переходов между ними, т. е. от опасности абсолютизации.

Сознательно проведенное сравнительное описание будет, вероятно, самым действенным вспомогательным средством против столь часто встречающейся двусмысленности и про­чих превратностей терминологии, в силу которых неодина­ковые по существу образования представляются одинаковы­ми, а, с другой стороны, нередко близкородственные образо­вания вследствие несходного именования отрываются друг от друга. Ибо задача такого описания в том и состоит, чтобы пройти по возможности весь родственный круг и определить единичный тип в качестве члена ряда, освоенного во всех промежуточных ступенях. Так открываются связи, которые между более удаленными членами ряда нельзя распознать, и нередко изменяется восприятие различных свойств даже отдельного члена. Сравнительное описание как раз и напра­влено на это прояснение взаимоотношения явлений, будь то определенные свойства различных образований, будь то по­ложение известных образований или процессов в составе бо­лее крупного целого.


IV история искусства как история искусства I 99

Сознательное подчеркивание и точное освещение вопроса об 'эквивалентности' — одна из существеннейших черт срав­нительного описания. Оно распространяется на свойства, процессы и образования самого различного объема и мо­жет касаться как функциональной, так и морфологической эквивалентности. Тщательное освещение этих проблем — важная гарантия от обманчивой терминологии или поверх­ностного восприятия, и оно понуждает нас рассматривать все единичное в соответствующей связи с другим.



Наконец, сравнительный метод дает руководящую нить для не умозрительного, не 'теоретизирующего' описания, по­зволяющую продвигаться последовательно, причем каждый новый шаг будет означать одновременно упрочение прой­денного. Оно предохраняет описание конкретных единичных фактов от превращения в бессвязный конгломерат. Гряду­щее развитие науки об искусстве будет стоять под знаком сравнительного описания, и от последовательности и чисто­ты его проведения будет зависеть, как быстро эта наука осу­ществит переход от духа 'систем' к спокойному, предметно­му исследованию, хотя и кажущемуся, на первый взгляд, более мелким." (Цитируется по Левину, с соответствующи­ми теме изменениями.)

8. Необходимая в настоящее время установка науки об искусстве на чистое описание не является вечным при­знаком этой науки, но характеризует лишь данную новую фазу. И наука об искусстве не может навсегда остановить­ся на фиксации феноменальных особенностей предметов, но должна будет перейти к отысканию генетически об­условленных связей. И для нее описание является не по­следней, но лишь первой задачей строгого исследования.

К этому я добавлю: 9. Для решения своих самых ак­туальных задач — прежде всего выяснения функции и связи так называемых "частей" художественного произ­ведения — вторая наука об искусстве будет сознатель­но и с чистой совестью практиковать применявшийся до сих пор стыдливо мысленный эксперимент93. С надлежа­щей осторожностью, но без колебаний она воспользуется



83 Примеры мысленных экспериментов: Kritische Berichte zur kunstgeschichtlichen Literatur, I (1927/28), 101, а также: Hans Sedlmayr. Gestaltetes Sehen. — In: Belvedere, 8 (1925), 71.


100 I ГАНС ЗЕДЛЬМАЙР

и столь пугающим ее реальным экспериментом. Как раз в качестве науки о духе наука об искусстве не может отка­заться от познаний того рода, что были добыты, например, Хайнцем Вернером в опытах, проведенных им в процессе его исследований по теории языка84.

Кооперация с другими науками

Совместная работа науки об искусстве с другими наука­ми насущно необходима по одной весьма простой причине: сферы исследования нельзя механически отделить друг от друга. В существующей науке об искусстве неизбежно возникают вопросы, коренящиеся в кругу проблем других наук, и без обращения ко всей системе знаний соответству­ющих дисциплин они могут получить лишь неудовлетво­рительный или ложный ответ.

Кооперация становится возможной только тогда, ко­гда надежно установлена специфика исследуемой обла­сти, что позволяет не опасаться растворения своего спо­соба рассмотрения и своих предметов от соприкосновения с другими науками. Ибо художественные произведения можно рассматривать также и как "выражение" опре­деленной личности или определенного типа характера, как проявление духа народа или эпохи, как форму по­знания — с помощью художественных феноменов можно заниматься индивидуальной психологией и психологией типов, общей наукой о духе и теорией познания, равно как и множеством других вещей. При этом возникает опас­ность, что автономное рассмотрение художественных про­изведений именно как произведений искусства окажется забытым85. "Психологизм" — не единственное, но лишь наиболее известное уклонение автономной науки об ис­кусстве от своего пути. Намеченные здесь основания пре­дохраняют науку об искусстве от такого соскальзывания,

84 Heinz Werner. Untersuchungen fiber Empfindung und Empfln-
den 2: Die Rolle der Sprachempfindung. — In: Zeitschrift fur
Psychologie, 114 (1930), 230.

85 Ср.: Werner Ziegenfu.fi. Die phanomenologische Asthetik, 1928,
102 ff.


IV история искусства как история искусства I 101

так что она без ущерба для себя может сообщаться с дру­гими областями.

Принципом этого общения должно стать следующее: до­стигнутое в других областях следует привлекать только в том случае, когда оно, с одной стороны, может быть при­знано достаточно надежным в собственной научной сфере, а с другой стороны, может способствовать решению кон­кретной искусствоведческой проблемы.

На современной стадии своего развития наука об искус­стве нуждается в других науках прежде всего для обосно­вания собственной исследовательской работы — в этом смысле мы привлекали, например, теорию познания ге-штальтпсихологии и экспериментальную и феноменоло­гическую эстетику; в еще большей мере она нуждается в других науках для устранения известных предрассуд­ков, тормозивших до сих пор ее работу. Так, новое опи­сательное учение о науке смогло показать, что те свое­образные черты, которые до сих пор ложно считались извечными признаками науки об искусстве, представля­ют собой типичные признаки определенной стадии разви­тия молодой науки. — То, что во всех этих случаях мы учитывали идеи, принадлежащие определенному теорети­ческому направлению, не было обусловлено односторон­ней приверженностью к нему, но не являлось, конечно, и простой случайностью. Вообще следует приветствовать всякую мысль, всякое наблюдение, позволяющее решить какую-либо имеющуюся проблему или хотя бы только лучше увидеть ее.

Еще более важным, чем на современной стадии, станет привлечение достигнутого в других науках при переходе от описания к объяснению. Новая психология уже теперь обладает массой познаний, ожидающих, когда их сможет освоить объясняющая наука об искусстве86.

Первые проявления этой потребности в кооперации, на­пример с новой психологией, как и вообще сообщения обо

86 Я имею в виду, например, труды Хайнца Вернера по про­блеме "ощущения", работы Хорнбостеля об "оптических ин­версиях", исследования Э. Р. Йеншем и его сотрудниками "эйдетических феноменов" или наблюдения X. Фолькельта над детским "искусством".




mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2021 год. (0.009 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал