Счастье

Люди хотят быть счастливыми. Не тупо счастливыми, про­зябая как овцы, а ведя активную и насыщенную жизнь. По мнению Томаса Джефферсона, чем больше человек работает, тем он счастливее. Похоже, так оно и есть: созидательное отно­шение к окружающему миру делает нас счастливыми. Scrum, если использовать методику правильно, сделает счастливыми весь круг заинтересованных лиц — а это непосредственные ис­полнители, заказчики, руководители и акционеры (обычно в та­ком порядке).

Истинное счастье легко не дается. Я вспоминаю одного альпиниста, у которого покупал фотографию, сделанную им на вершине Гималаев на закате. Он в одиночку достиг высшей точки Эвереста, но добрался туда слишком поздно и понимал, что ему не удастся до темноты спуститься в базовый лагерь. Од­нако и на вершине оставаться было нельзя: он наверняка замерз бы насмерть. Благодаря снимку я проникся напряженной атмо­сферой и чувствами, которые испытывал альпинист, писавший в своей прощальной записке, как он счастлив, покорив вершину мира, — и это несмотря на уверенность, что к тому часу, когда кто-то прочитает его слова, он, скорее всего, будет уже мертв.[279]

Обычно, если расспрашивать альпинистов про восхождение, они долго не распространяются о своих ощущениях на вершине.[280] Они предпочтут говорить о морозе, сбитых в кровь ногах, пло­хой еде, паршивых условиях и сорвавшемся ледорубе. Но вы обязательно услышите, что после эйфории, которая охватывает их на вершине, наступает опустошенность (не считая случаев, когда они находятся в смертельной опасности). Они добились этого. Сверхчеловеческие усилия увенчались победой. Но если вы спросите, какие моменты были самыми счастливыми, то услы­шите, что это минуты самых тяжелых испытаний, когда их тела, разум и дух оказывались на пределе своих возможностей. Именно тогда они чувствовали себя счастливее всего, именно тогда испы­тали истинное упоение. И именно это они хотят пережить снова. Поразительно. Хоть кто-нибудь, будучи в здравом уме, захочет добровольно подвергнуть себя второй раз таким испытаниям? Альпинисты, похоже, не в силах остановиться; покоряя очеред­ную вершину, они уже стремятся к следующей — в вечной по­гоне за теми ощущениями.

В большинстве культур такое достижение счастья не возна­граждается и даже не приветствуется. Профессор Тал Бен-Шахар, преподающий в Гарвардском университете популярнейший курс по позитивной психологии, в своей книге Happier («Быть счастливее»)^[281] пишет:

Нас награждают и хвалят не за то, что происходит с нами в пути, а лишь за успешное завершение путешествия. Общество вознаграждает нас за ре­зультаты, а не за сам процесс; за то, что мы достигли цели, а не за то, что мы прошли тот путь, который к ней ведет^[282].

Тем не менее, в своей повседневной жизни мы все время нахо­димся «в пути». Никто из нас каждый день не покоряет вершин, не выигрывает сражений, не получает крупных призов. Большую часть жизни мы лишь преследуем собственные цели, какими бы они ни были.[283] Собственно, с организациями происходит то же самое: целью любой компании может быть выпуск очередного продукта, который будет великолепнее предыдущего, — он обя­зательно принесет людям какую-то пользу и удачу или разрешит проблему, волнующую весь мир. Но если нам будут воздавать должное только за результат, а не за процесс его достижения, то жизнь станет довольно скверной. [284]

Когда в начале 1980-х годов я оставил науку ради мира биз­неса, мне пришлось отвечать за десять программистов, выглядев­ших явно удрученными. Они никогда не укладывались ни в бюд­жет, ни в сроки — хорошо, если проект вообще удавалось довести до конца. Все эти проколы действовали на парней так угнетающе, что даже атмосфера, сгущавшаяся вокруг них с каждым днем, давила на каждого, кто находился с ними в одной комнате. Од­нако разработчики не смогли бы добиться успеха в принципе, настолько ущербным был технологический процесс, которым они пользовались. Последние двадцать лет я тем и занимаюсь, что исправляю такого рода проблемы.

Понятие человеческой радости приобрело для меня значе­ние, когда я создавал первую скрам-команду. Меня поразило, что эмоциональное состояние группы не менее важно, чем ее интеллектуальный потенциал. Для воспитанника Вест-Пойнта и воевавшего летчика-истребителя мысль оказалась крайне не­ожиданной, к этому открытию надо было как-то приспособиться. Я привык к ситуациям, где все ясно и однозначно. Правда, помимо военной службы у меня был еще опыт в научно-медицин­ских исследованиях, поэтому пусть не сразу и пусть с трудом, но все-таки я понял: чтобы помочь другим людям повысить са­мооценку и придать им силы изменить свою жизнь к лучшему, придется меняться самому. За время работы со своей первой группой по методологии Scrum я пришел к выводу, что быть вы­дающимся можно лишь в том случае, если ощущаешь себя счаст­ливым. Как только человек становится радостным, он сразу делает первый шаг к успеху.

Все это несколько отдает эзотерикой и звучит так, будто я собираюсь предложить вам усесться вокруг костра и петь ре­лигиозные гимны. Знаете, когда я начинал консультировать стартапы, то венчурные инвесторы, на которых я тогда рабо­тал, считали меня законченным хиппи из Сан-Франциско. В их мире — по крайней мере, каким они его видели — вдохновению и раскрепощенности места не было.[285] Конечно, сегодня ко мне, старшему консультанту венчурных компаний, относятся как к при­знанному авторитету, считая чуть ли не провидцем. Когда у людей серьезная проблема, они просят у оракула совета, правда, не всегда ожидая, что совет будет разумным. Тем не менее, следуют ему, и, к собственному удивлению, у них почти всегда получается.[286]

Все дело в том, что счастье имеет ключевое значение для на­шего бизнеса и с его помощью вы получите более честные пред­сказания прибыли, чем все прогнозы, сделанные вашим фи­нансовым директором на основании показателей. В этой главе я расскажу, какую существенную роль для вашей компании, ее конкурентоспособности, ее доходов играет ваше радостное само­ощущение. Я объясню вам, как обрести радость, как ее измерить и применить. Это трудное счастье.

Разработав методологию Scrum, должно быть, я стал лучше как человек, что сделало счастливее и меня самого, и моих близ­ких. Но как бизнесмен и ученый я люблю достоверные данные.