Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Хосе Марти. Отлучение падре Мак-Глинна.






 

Парадоксально, но факт: фауне Кубы не известны хищные звери. И тем не менее, кубинец все время находился под прицелом хищников. Но ими были не животные,

а целые страны. Сначала Испания, почти на четыре века навязавшая острову колониальный статус. Затем Соединенные Штаты, апробировавшие на Кубе неоколониальный режим, которым в наши дни они готовы опутать весь мир. За 90 лет, начиная с 10 октября 1868 года и до победы Кубинской революции 1 января 1959 года, остров сотрясли три освободительные революции. Первой из них была тридцатилетняя революционная война 1868-1898 годов, завершившаяся изгнанием Испании, но не принесшая ни свободы,

ни независимости. Усилия двух поколений революционеров – от (Мамби - слово афрокубинского происхождения, переводится как " патриот", " борец за великое дело свободы".) мамби Карлоса Мануэля де Сеспедеса до революционера-демократа Хосе Марти – по завоеванию независимости страны были сведены на нет. Победу украл Вашингтон. США оккупировали остров и по собственному почину, под дулом пистолета, приставленного

к самому сердцу народа, заставили конгресс Кубы вписать в конституцию страны так называемую «поправку Платта», дававшая Белому дому право на интервенцию при любой попытке кубинцев сбросить с себя новое ярмо.

20 мая 1902 года Куба была провозглашена республикой, но, по убеждению народа, это была псевдореспублика. Над ней, как обязательный государственный атрибут,

а на деле символ зависимости от Вашингтона, как оскорбление, развевался флаг США – рядом с кубинским, овеянным славой побед в антиколониальной борьбе с Мадридом. Бурный протест и негодование кубинцев отражены в стихотворении Бонифасио Бирне (1861-1936). «Mi Bandera» («Мой флаг»). Поэт-мыслитель исторг из своей лиры строки (привожу их в прекрасном переводе Павла Грушко), которым с особой силой дано было зазвучать после свержения тирании новым поколением революционеров, когда победоносная революция вышвырнула американский флаг на свалку национальной истории.

 

В поле ратном бесстрашною птицей

над героями рея, наш флаг

окровавленной стал плащаницей

нашим братьям, ушедшим во мрак.

В нем помпезности нет и в помине,

был он воином гордым в бою.

Тот, кто в нем изверился ныне,

пусть стыдится за трусость свою.

Он наемником не был ни разу –

неподкупен наш флаг молодой

со своей милой сердцу и глазу,

одинокой, но яркой звездой.

Пусть сегодня он никнет устало,

я хочу, чтобы солнце везде

лишь его – лишь его! – озаряло

на равнинах, в горах, на воде!

А стервятники стаей нагрянут

и его растерзать захотят –

из могил наши мертвые встанут

и святыню свою защитят!

С этими стихами ушел в бессмертие один из экспедиционеров, Камило Сьенфуэгос. Ими он закончил свое последнее выступление перед жителями Гаваны, отправляясь

в Камагуэй на ликвидацию «осиного гнезда», логова контрреволюции, о создании которого позаботились спецслужбы США в 1959 году. Камило задание выполнил, но его самолет не вернулся в Гавану. Потерпев катастрофу, упал в море? А может, пролетая над Эскамбраем, столкнулся с горной скалой? Вернулся в свои стихии? Ибо и море, и горы – колыбели его жертвенной битвы за свободу Кубы. В календаре страны с тех пор появилась особая дата – 28 октября, день памяти национального героя Камило Сьенфуэгоса. В этот день ежегодно его голосом звучит по радио «Mi Bandera»:

«… из могил наши мертвые встанут и святыню свою защитят!» А прибрежные воды покрываются венками из живых цветов.

За 57 лет неоколониализма страна пережила две революции. Первая, 1933-1935 годов, добилась отмены «поправки Платта» и лишила тем самым Вашингтон права

на «законную» интервенцию. Победоносная революция 1953-1959 годов явилась прямым ответом на военный переворот 10 марта 1952 года, срежиссированный все тем же

Вашингтоном.

За годы революций, начиная со второй половины XIX века, общественная мысль Кубы выпестовала идеологию свободы, суверенитета государства, социальной справедливости. Революционная демократия сформировала идеал личности борца,

не приемлющего рабства ни в каком его варианте: «Подл не раб и не тот, кто был рабом, но тот, кто видел это преступление и не поклялся перед Высшим судом стереть с лица Земли рабство и его следы». Таково кредо «Апостола свободы» Хосе Марти (1853-1898), изложенное им в эссе о выдающемся певце кубинской свободы и изгнаннике из собственной страны Хосе Марии Эредиа (1803-1839).

Для Марти были оскорбительны цепи, сковавшие его Родину. «Куба – каторжная тюрьма, окруженная морем, укор всей Америке, позор человечества», - пишет он

не в порыве гнева или душевного волнения, а в ходе глубоких раздумий над судьбой и будущим своего народа, в надежде, что он исторгнет из своих недр сынов, достойных отваги воина. «Если на Кубе уже не осталось мужчин, способных защитить честь Родины, почему молчат раковины на ее берегах, почему они не зовут к оружию мертвых индейцев? Почему пальмы стонут, а не отдают приказа войскам? Почему горы не встанут стеной, преграждая путь тем, кто преследует героев? Пусть же бьются на земле, пока останется хоть пядь земли, а если не останется и пяди, пусть бьются, стоя в море».

Замысел моей книги как раз и состоит в том, чтобы приоткрыть в героях Монкады и «Гранмы» ту силу, перед монолитностью которой не смог устоять противник, и которая стала аккумулятором народной энергии. Яхта «Гранма» с плеядой ее восьмидесяти двух бросивших вызов тирану экспедиционеров пленила меня, современника событий, тогда еще совсем молодого ученого, как страница истории, которую нельзя предать забвению.

И она не может безмолвно кануть в Лету.

С тех самых пор (а было это ровно сорок лет назад), как я собственными глазами видела, собственными руками трогала жирные темно-зеленые мангровые листья на хилых ветках, а попытавшись ступить на корявый мангровый сук, провалилась в теплую жижу

с кишащей живностью, я пребываю в убеждении, что перед десантниками «Гранмы» склонили бы головы титаны, приди они к нам сегодня со страниц древней истории. И сам Прометей!

Путь каждого из этой плеяды в горнило революции – не спонтанное участие

в борьбе, воспламенивший всю страну. Он проложен духовным самосовершенствованием каждого из них и беззаветной верой в идеалы, по которым равняли свою жизнь демократ Хосе Марти и коммунист Хулио Антонио Мелья. Поколение борцов, сплотившееся вокруг Фиделя Кастро и вдохнувшее новую жизнь в идеалы своих предшественников, воспринимается как «сборный портрет» «солнечной республики сынов», воспетых

в «Марше Движения 26 июля» Агустином Диасом Картайей. Неприятие духовного гнета, чувство долга и ответственности перед выбором «знака», чтобы шагать стезею правды и добра от ярма к звезде, предопределены взыскательным напутствием Марти:

 

Свой ты должен выбрать. Вот ярмо –

Кто изберет его, тот насладится:

Покорный вол на службе у сеньоров

Спит на соломе теплой и вкушает

Обильные корма. А это, видишь,

О тайна, мной рожденная, как пик,

Герой рожденный, это знак второй,

Он озаряет, но и убивает –

Звезда, источник света. Грешник в страхе

Бежит от звездоносца, и, однако,

Сам звездоносец в жизни одинок,

Как будто он чудовищно преступен.

Но человек, удел вола избравший,

Становится скотом – в нем разум гаснет,

И должен мир торить свой путь сначала.

А тот, кто в руки взял звезду бесстрашно, -

Творит, растет!

………………………………………………..

Звезда в сиянье облачит его,

И воздух над землею просветлеет,

И он, не знавший страха перед жизнью,

Во мгле взойдет на новую ступень.

Хосе Марти. Ярмо и звезда (перевод П. Грушко).

 

На этом избранном ими пути они сами в моих глазах превратились в созвездие.

И это не скопление, не сумма звезд, а именно «созвездие восьмидесяти двух», появившееся среди мириад светил по вселенским законам, ворвавшись в мирозданье под звуки «Марша 26 июля Картайи:

 

За правду

Сражается наш народ!

Мы знаем –

В бою нас победа ждет!

За счастье

Цветущей страны родной,

За мир и свободу

Идем мы в бой!

Шагайте кубинцы!

Нам будет счастье Родины наградой!

Народа любимцы,

Мы солнечной республики сыны.

Нам рабства не надо,

Мы гневом и решимостью полны!

Мы против власти беспощадной

И чужеземной своры жадной

Подняли знамя

Священной войны!

Мы помним

Погибших в священном бою,

Героев,

Что пролили кровь свою.

Единством

Семья храбрецов сильна,

Победой прославим

Мы их имена!

Пылает вся Куба,

Народ ее ранен и изувечен.

Знамена и трубы

Зовут бойцов с полей и из хибар.

Врагов мы проучим,

Ответим им ударом на удар.

Пусть прогремит наш твердый шаг,

И, словно горящий алый стяг,

Революционный,

Пылает пожар!

(Перевод С. Болотина и Т. Сикорской).

 

Возможно, я изначально поставила перед собой невыполнимую задачу: изучить доступными мне средствами – а их в моем распоряжении было не так уж и много – природу каждой из «звезд», попытаться по крупицам, отсеяв случайное, собрать в единое целое личность – характер, духовную мощь, мир внутренних страстей, побудительные мотивы, чисто физические возможности человека. Факт превращения в экспедиционеров

в «созвездие восьмидесяти двух» имеет свои законы исторические корни. И в этом меня убедило мое нечаянное открытие. Касается оно совпадения дат. Оказалось, что отдельные события, определенным образом связаны между собой. Историческая хроника их фиксирует. Однако бесстрастный и безмолвный летописец не берет на себя ни функций, ни обязательств дать объяснение или хотя бы обратить внимание на скрытый смысл или потаенную символичность данного явления.

Для этого есть историки, в обязанности которых, может быть, стоило бы вменить воспитание в себе профессионального чутья и желания глубже вникнуть, или хотя бы ощутить в таких совпадениях ничто, исходящее не от прозы сермяжных истин или серости будней. А, дотянувшись сердцем, убедиться, что такие события всегда несут

в себе элемент судьбоносности. И в этом меня убедило совпадение двух дат (с интервалом в шестьдесят пять лет) из истории борьбы Кубы за независимость.

 

25 ноября 1891 года. Идеолог и организатор войны за независимость 1895-1898 гг. на Кубе Хосе Марти прибывает в Тампу (центр эмигрантской диаспоры кубинцев на юге США) для встречи с соотечественниками. На следующий день, 26 ноября, он выступает перед рабочими-табачниками в клубе имени Игнасио Аграмонте (один из лидеров мамби в Десятилетней войне 1868-1878 гг.). Цель его приезда и выступления – подготовка Кубы и кубинцев «к войне близкой и неизбежной».

25 ноября 1956 года, спустя 65 лет, Фидель Кастро во главе вооруженной колонны из 82 экспедиционеров прибывает в мексиканский городок Тукспан для отъезда на Кубу на яхте «Гранма». Он собирается начать войну – «близкую и неизбежную» - против тирана Батисты, ставленника США, который узурпировал власть, совершив 10 марта 1952 года военный переворот, и отдал страну на откуп Вашингтону.

 

«Для чего война?» - вопрос, стоявший перед Марти.

Марти: «…для войны есть причины, она может вспыхнуть из-за любого пустяка, будь то нетерпение храбреца или зернышко маиса».

Так понимает войну и Фидель, подготовивший мятежный отряд экспедиционеров.

 

Кто такие экспедиционеры, и о чем они говорят?

Ответ предвосхитил Марти: «Мое первое слово – страдалица Куба. Не пьедесталом нашей гордыни должна быть Куба, а священным алтарем, на котором каждый из нас,

не задумываясь, принесет жизнь в жертву отчизне».

 

Чего добиваетесь?

Марти: «… первым законом нашей республики должно стать уважение кубинцев

к достоинству человека». Развивая эту мысль, он говорит: «Преградим путь такой республике, которая не будет достойна человека, не будет служить благу и процветанию всех кубинцев!.. Выше пальм мы должны поставить законы справедливости».

 

Что ищете?

Марти: «И разве не ясно, что, решаясь снова броситься в кровавую сечу, мы ищем не смены форм угнетения, не стремимся заменить хозяина-испанца новым господином

в мундире янки. Нет, наша цель – построить республику, справедливую, основанную на здоровых началах. Нам не по пути с теми, кто одержим болезненным страхом перед свободой мнений и слова, с теми, кто, прикрываясь именем Свободы, правит насилием, лишая своих соотечественников права на свободную на свободную жизнь. Конечно,

с нами не пойдут легковесные политиканы, которые забывают о необходимости считаться с реальной действительностью. Нас осудит и барский надушенный патриотизм, ибо трудовой народ пахнет потом, а не розами».

 

Кто призывает к войне?

Марти: «Но довольно слов. Пусть встанет из глубины наших израненных сердец непоколебимая любовь к Родине, без которой не может быть счастлив человек. Вы слышите? Родина зовет нас, она стонет, на наших глазах ее насилуют, заражают, развращают, разрывают на куски. Так поднимемся же все сразу, в могучем порыве сердец, и пусть торжеству Свободы не угрожают междоусобные распри, чрезмерная медлительность или излишняя поспешность. Поднимемся во имя настоящей Республики, которую мы, люди справедливости и труда, сумеем сохранить. Поднимемся, чтобы успокоились души павших героев, которые бродят по миру, опозоренные и одинокие. Поднимемся для того, чтобы наши дети могли спокойно жить и умереть на родной земле. И напишем вокруг звезды на нашем новом знамени девиз торжествующей любви:

«Со всеми и для блага всех!»».

 

Тема «звезды» - вслед за Хосе Марти – стала неизменным компонентом воззваний, программ, манифестов, личных раздумий, стихов и художественной прозы мыслителей, писателей, поэтов и политиков. Ее передают из поколения в поколение последователи Марти, чей авторитет выдающегося мыслителя и революционера с годами только растет – на каждом крутом повороте судьбы не только Кубы, но и Латинской Америки, которую он называл не иначе как «наша Америка», видя в ней щит хищным амбициям Вашингтона.

Тема «звезды» для меня – не обращение к высокому слогу, которым часто

в общении между собой и в письмах близким пользовались экспедиционеры, готовясь

к исполнению своего жертвенного долга. «Звезда» будоражит мысли и чувства каждого, кто душой прикоснулся к драматической эпопее «Гранмы», преодолевшей бурные волны Карибского моря с одной лишь целью: дать кубинцам еще один шанс вознестись от ярма

к Звезде. «Звездный» образ Кубы взволновал сердце и выдающегося чилийца, поэта Пабло Неруды, и из самых его глубин родились неувядающие строки:

 

Был остров черным, словно траур скорби,

но развернули свет они, как знамя.

Одна заря могла быть их оружьем,

но и она дремала под землею.

Тогда они начать решили молча

Свою борьбу, к своей звезде дорогу.


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.014 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал