Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Дневники 1974 года Часть 4






Многие родители приглашают друг друга в гости так:

- Приходите к нам, пожалуйста.

- Лучше вы к нам приходите, у нас дети, нам спокойнее, когда мы дома.

Дети договариваготся по-другому:

- Я к тебе сегодня приду в гости, ладно?

- Лучше я к тебе приду.

- Почему! Я первая сказала, что я к тебе приду. У меня родители дома.

- И мои дома, понимаешь?

***

Давно думаю, как подступиться к новым стихам о труде. Бываю в ПТУ, в школах на уроках труда; заготовки -отдельные наблюдения - у меня есть, а строчки не приходят. Перечитала свое стихотворение 'Штукатуры'. Улыбка и в этой теме - путь для меня правильный, но 'Штукатуры' только первые подступы к книге, которая мне видится. Может быть, к мысли написать о поэзии труда я пришла рассудочно и поэзия сопротивляется заданности темы? Но тогда почему я все-таки тянусь к ней?..

***

Была в яслях. Симпатичная заведующая стремилась оснастить меня всеми цифрами и сведениими о количестве детей, плане выполнения режима, физкультурных занятиях. Спросила, в какую группу я хочу пойти.

- К ползункам, - ответила я. Всегда хожу прежде всего к ним. И вот почему. Когда-то видела в яслях, как группа ползунков овладевала техникой передвижения по полу. Дети трудились как могли, а высокая, полная воспитательница, подбадривая своих питомцев, покрикивала:

- Ползи, ползи, Петров! Максимов, куда тебя занесло? Сидоренко, ты что уселся? Я, что ли, за тебя буду ползать?!

- Своего ребенка вы тоже называете по фамилии? - спросила я.

- У меня нет детей, - поставила она меня на место. Сегодня мне не повезло: пока мы беседовали с заведующей, ползунки легли спать.

- Жаль, - вздохнула я.- А как вы их назызаете?

- Дети, - улыбнулась заведующая.

- Нет, каждого из них?

- Как зовут, так и называем, - ответила она удивленно.- А вы про одинаковые имена хотите писать? Вот бы кстати, а то родители полюбят какое-нибудь имя и как сговорятся: в ползунковой группе у нас четыре Наташи и три Ивана. Вот и ловчимся - одну зовем Наташей, другую Тусей, третью Нюсей, четвертую Натулей.
Ползунков я не повидала, но думаю, что им здесь хорошо.

***

Во время выступления почему-то особенно волнуюсь, когда в зале сидит моя дочь Татьяна. Объяснение неожиданно нашла в одном из писем Чехова: 'Если бы он был неискренен... то первые стали бы относиться к нему скептически дочери, так как дочери те же воробьи: их на мякине не проведешь... Невесту и любовницу можно надуть как угодно, и в глазах любимой женщины даже осел представляется философом, но дочери - другое дело'.

***

Жена говорит с осуждением:

- Непрактичный он человек!

Мать - почти с гордостью:

- Он всегда у меня был непрактичным.

***

- Научишься писать, напишешь за меня письмо в деревню моей дочке Нюше, - как-то сказала няня Наталья Борисовна.
И пришел этот желанный день... Я взяла листок бумаги в косую линейку, вытерла перышко.

- Ну, няня, что писать твоей дочке?

- Постой, - нахмурилась она, - сначала зятю отпишем. Начинай так: 'Кобель желтоухий! ' Думая, что 'Кобель' -имя зятя, я поинтересовалась:

- А почему он желтоухий?

- Ты знай пиши, - сказала няня.

Тут я вспомнила, что письмо обычно начинается со слова 'дорогой', старательно вывела огромными буквами: 'Дорогой Кобель желтоухий'.

- А ну тебя, - засмеялась няня и, сложив листок вчетверо, положила его в карман.

***

Надо искать новые словосочетания. Директор школы призывал старшеклассников трудиться. Сначала говорил горячо, но потом, видимо, сила инерции повела его на протоптанные дорожки старых оборотов. Само слово 'труд' повторил он столько раз и в таких примелькавшихся выражениях, с привычными эпитетами, что его гладкая речь проскальзывала мимо сознания слушателей, не пробуждая никаких встречных эмоций и мыслей. Ни разу не заменил он слово 'труд' хотя бы словом 'работа'.

***

Мой интерес к сатире начался с двух неправильно прочитанных мной в детстве слов. Попался мне на глаза тонкий театральный журнал, где было написано: 'Около кулис'. Видимо, это был критический раздел, там учуяла я что-то насмешливое, язвительное об игре актеров. Слова 'около кулис' были набраны так близко одно от другого, что я соединила их и прочла 'окуликулис', думая, что это означает 'осрамились', 'опозорились'. Мое первое 'сатирическое' стихотворение, посвященное завравшейся двоюродной сестре, я так и назвала: 'Окуликулас'.

***

Иной сатирик сразу мрачнеет, теряет чувство юмора, прочитав пародию на со6ственные стихи. Но вот Сергея Михалкова в этом упрекнуть нельзя. Спросила его: не будет ли он возражать, если я помещу в 'Записках детского поэта' мою неопубликованную пародию на его неопубликованное стихотворение?

- Не буду возражать, - помолчав, сказал он.
Его стихотворение: 'Я иду по улице', молодое, улыбчато-грустное, он прочел мне много лет назад, у подъезда Детгиза. Наверное, сочинил по дороге, и ему не терпелось скорей его прочесть.


Я иду по улице,
Длинный и худой,
Неуравновешенный,
Слишком молодой.
Ростом удивленные,
Среди бела дни
Мальчики и девочки
Смотрят на меня.
На трамвайных
Поручнях
Граждане висят,
'Мясо', 'Рыба', 'Овощи' -
Вывески гласят.
Я вхожу в кондитерскую,
Выбиваю чек,
Мне дает пирожное
В белом человек.
Я беру пирожное
И гляжу на крем,
На глазах у публики
С аппетитом ем.
Ем и грустно думаю:
Через сорок лет
Покупать пирожные
Буду или нет?
Повезут по улице
Слишком длинный гроб,
Люди роста среднего
Скажут: он усоп...
Он в среде покойников
Вынужден лежать,
Он лишен возможности
Карандаш держать.
Пользоваться транспортом,
Надевать пальто,
Книжки перечитывать
Агнии Барто.

Почти через сорок лет, на шестидесятилетии Сергея Михалкова, я прочла:


Я иду по улице
Мартовской порой,
Я иду и думаго:
Я теперь - герой.
Для детей старался я,
Я за них горой,
В сущности, поэтому
Я теперь герой.
И в Москве и в Грузии -
Всюду мне почет,
И наградам со6ственным
Я теряю счет.
Не иду по улице,
Еду я в авто,
И принять мне некогда
Агнию Барто.

***

Радуешься, когда твое стихотворение живет долго, но об одном ('Три очка за старичка') недавно подумала: лучше бы оно устарело! Очки за добрые дела (их ставили школьникам) давно отменили, упразднили, но не перевелись юные стяжатели, которые ждут оплаты за поступок, казалось бы идущий от сердца. И не переведется корыстолюбие среди детей, пока рядом кто-то взрослый требует платы за каждое движение души. Впрочем, душа здесь ни при чем, душа здесь - инородное тело.

***

Мы подчас произносим слова, не вдаваясь в их смысл:

- Куда вы так спешите?

- На похороны подруги.

- Ну счастливо!

***

Врач-окулист:

- У вас резко ухудшилось зрение, вы не должны закрывать на это глаза.

Две надписи в парке: 'Лежать здесь', 'Бюсты руками не трогать! '

Назидательно!


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.008 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал