яРСДНОЕДХЪ

цКЮБМЮЪ ЯРПЮМХЖЮ яКСВЮИМЮЪ ЯРПЮМХЖЮ

йюрецнпхх:

юБРНЛНАХКХюЯРПНМНЛХЪаХНКНЦХЪцЕНЦПЮТХЪдНЛ Х ЯЮДдПСЦХЕ ЪГШЙХдПСЦНЕхМТНПЛЮРХЙЮхЯРНПХЪйСКЭРСПЮкХРЕПЮРСПЮкНЦХЙЮлЮРЕЛЮРХЙЮлЕДХЖХМЮлЕРЮККСПЦХЪлЕУЮМХЙЮнАПЮГНБЮМХЕнУПЮМЮ РПСДЮоЕДЮЦНЦХЙЮоНКХРХЙЮоПЮБНоЯХУНКНЦХЪпЕКХЦХЪпХРНПХЙЮяНЖХНКНЦХЪяОНПРяРПНХРЕКЭЯРБНрЕУМНКНЦХЪрСПХГЛтХГХЙЮтХКНЯНТХЪтХМЮМЯШуХЛХЪвЕПВЕМХЕщЙНКНЦХЪщЙНМНЛХЙЮщКЕЙРПНМХЙЮ






статья 183






На брак каждого лица Императорского Дома необходимо соизволение царствующего Императора, и брак, без соизволения сего совершенный, законным не признается.

На основании данного положения, с учетом того, что на брак Великого Князя Кирилла Владимировича и Великой Княгини Виктории Федоровны не было предварительного согласия Императора Николая II Александровича, делается вывод, что Великий Князь Кирилл Владимирович и его потомки от данного брака лишились права на наследование Престола. В качестве доказательства правомерности такого вывода обычно приводят резолюцию Государя Императора Николая II на вышеназванном журнале. Приведем ее полный текст:

« Признать брак Вел. Кн. Кирилла Владимировича я не могу. Великий Князь и могущее произойти от него потомство лишаются прав на престолонаследие. В заботливости своей об участи потомства Великого Князя Кирилла Владимировича в случае рождения от него детей, дарую сим последним фамилию Князей Кирилловских, с титулом Светлости, и с отпуском на каждого из них из Уделов на их воспитание и содержание по 12.500 руб. в год до достижения гражданского совершеннолетия».

Однако строгий юридический анализ сложившейся в результате данного брака ситуации, свидетельствует о том, что категоричный вывод об отсутствии у Великого Князя Кирилла Владимировича и его потомства прав на наследование Российского Императорского Престола является, мягко говоря, ошибочным.

Прежде всего, следует отметить, что резолюция Императора Николая II не была облечена в необходимую форму правового акта – указа или повеления, без обнародования которого, согласно ст. 24 Основных Государственных Законов, Правительствующим Сенатом, резолюция осталась частным мнением Императора и в силу не вступила. Об этом свидетельствует и отсутствие подобного Высочайшего распоряжения в Полном Собрании Законов Российской Империи, в котором публиковались даже самые незначительные юридически значимые документы (например, об утверждении формы одежды коммерческих училищ и т.п.). Причиной этого, несомненно, являлось то, что Основные Государственные Законы не предусматривали возможности вследствие каких-либо обстоятельств принудительного безвозвратного или временного лишения права престолонаследия, каковое принадлежит Членам Императорского Дома в силу самого рождения. В силу фундаментального правила, согласно которому престолонаследие осуществляется согласно закону (« наследник был назначен всегда самим законом и не было ни малейшего сомнения, кому наследовать» – Акт о престолонаследии от 5 апреля 1797 г.), отречение от такого права может быть только добровольным.