яРСДНОЕДХЪ

цКЮБМЮЪ ЯРПЮМХЖЮ яКСВЮИМЮЪ ЯРПЮМХЖЮ

йюрецнпхх:

юБРНЛНАХКХюЯРПНМНЛХЪаХНКНЦХЪцЕНЦПЮТХЪдНЛ Х ЯЮДдПСЦХЕ ЪГШЙХдПСЦНЕхМТНПЛЮРХЙЮхЯРНПХЪйСКЭРСПЮкХРЕПЮРСПЮкНЦХЙЮлЮРЕЛЮРХЙЮлЕДХЖХМЮлЕРЮККСПЦХЪлЕУЮМХЙЮнАПЮГНБЮМХЕнУПЮМЮ РПСДЮоЕДЮЦНЦХЙЮоНКХРХЙЮоПЮБНоЯХУНКНЦХЪпЕКХЦХЪпХРНПХЙЮяНЖХНКНЦХЪяОНПРяРПНХРЕКЭЯРБНрЕУМНКНЦХЪрСПХГЛтХГХЙЮтХКНЯНТХЪтХМЮМЯШуХЛХЪвЕПВЕМХЕщЙНКНЦХЪщЙНМНЛХЙЮщКЕЙРПНМХЙЮ






обзор эффекта нелокальной связи






Исторически эффект нелокальной связи широко известен в работах виталистов и в народных практиках по всему миру. Если рассматривать работы только XX века, первые технические упоминания принадлежат авторам-радионикам, как самому Абрамсу, так и его последователям 20-30х годов. Абрамс использовал «свидетелей» — образцы крови или волос пациентов — для дистанционной диагностики и лечения [155]. В главе, посвящённой радионике, были приведены фотографии из 30-х годов, сделанные дистанционным образом Рут Драун. Она также использовала метод «свидетелей». Имеется большое количество западных публикаций, вплоть до настоящего времени[12], о создании ЭНС методом «свидетелей». Считается, что ЭНС в исследования МНТЦ «Вент» был привнесён как раз из радионики, А.Е. Акимов непосредственно ссылается на Иеронимуса.

На Западе также широко распространены исследования ЭНС в контексте нелокальных квантовых корреляций [505], квантовой «запутанности» [506; 507], «запутанности» в макроскопических системах [224] и в целом применения некоторых квантовых принципов к макроскопическим системам [508; 509]. В наших исследованиях мы придерживаемся именно этой гипотезы относительно природы эффекта нелокальной связи.

Одним из первых нетехнических упоминаний ЭНС в системе живых организмов можно считать так называемую «улитковую связь» (считается, что улитки, объединившиеся в пары, чувствуют друг друга на больших расстояниях [510]). Обзор этого эффекта был опубликован в 1889 году в книге под названием «Исторические чудаковатости и странные явления» [88] и послужил началом целой серии критических экспериментов, например между парами улиток во Франции и Канаде в 60-х годах [511]. При раздражении электрическим током были зарегистрированы физиологические реакции у улиток одной пары, расстояние между которыми составляло тысячи километров. В целом удачные и неудачные репликации того времени не привлекли внимания к этому эффекту, как предполагается, из-за непонимания его основы. Однако множество последующих экспериментов, в особенности с растениями, показали, что ЭНС достаточно широко представлен в животном и растительном мире. Поэтому вопрос того, действительно ли улитковая связь применялась в Средние века как средство экстренной коммуникации (например, при осаде городов), остался до сих пор открытым.



В СССР первые более или менее официальные указания на эффект нелокальной связи проскользнули в 1962-1963 годах в книгах Васильева [364; 365] и в отчёте комиссии ЦК КПСС в 1973 году [369]. Эти указания находятся в русле парапсихологии, где на протяжении XIX и XX веков были опубликованы сотни работ о телепатии — нелокальной связи между двумя экстрасенсами, которая уже в начале XX века считалась признанным фактом [2; 5; 93]. В государственных программах США и СССР с 60-х по 90-е годы телепатия играла одну из ведущих ролей [30]. В СССР проводились сотни экспериментов, как любителями, так и профессионалами из исследовательских и правительственных институтов, по связи между Москвой, Ленинградом, Новосибирском и Керчью [3]. Интересно, что любительские эксперименты того времени по ЭНС в СССР были выполнены на столь хорошем уровне, что воспринимались в США как секретные проекты КГБ и министерства обороны [30]. В США были разработаны специальные приёмы концентрации, сходные с методом «свидетелей», для получения дистанционной информации об удалённых объектах [127; 312; 314].

В 80-х годах в академическую печать просочились поразительные результаты изучения феномена близнецов — на кроликах [368] и на человеке [512; 513] (близнецы после рождения остаются неким образом связанными друг с другом). Эти работы находятся уже в техническом русле психотроники и используют приборы для регистрации реакции биологической системы. Одними из первых таких приборов были высокоомные потенциометры для регистрации слабых биопотенциалов и ЭЭГ приборы. Эксперименты ставились таким образом, что один из близнецов получал воздействие, обычно это был небольшой электрический шок, и регистрировались показания биопотенциалов/ЭЭГ второго близнеца (или других близнецов в случае животных). Многочисленные эксперименты с растениями и животными в 80-х и 90-х подтверждают существование ЭНС в растительном и животном мире [113; 114; 115; 116].



Большой объём экспериментальных исследований был проведен группой С.Н. Маслоброда в институте генетики и физиологии растений АН Молдовы в 90-х и 2000-х годах для ЭНС в группах семян, которые до разделения составляли группу совместно набухающих зёрен [421; 514; 515]. В чём конкретно выражался ЭНС в экспериментах с семенами? Если на одну группу семян подавать физико-химический или радиационный стресс, то у второй группы семян в подавляющем большинстве случаев существенно ускоряется всхожесть и скорость прорастания по сравнению с контролем. Кроме того, увеличивается число правых проростков, что отражает активизацию роста проростков. Но ещё более поразительным фактом было то, что при радиоактивном облучении существенно увеличивается число хромосомных нарушений в клетках первичных корешков проростков, выросших не только из облучённых, но и из необлучённых семян [421; 515]. Получалось, что подвергшаяся стрессу часть системы (семена-индукторы) передаёт некий сигнал второй части системы (семена-приёмники). ЭНС был получен в условиях полного электромагнитного экранирования семян-приёмников от семян-индукторов. Причём в опытах это расстояние доходило до 7 км. Поэтому было высказано предположение о «неэлектромагнитной», «высокопроникающей» природе ЭНС.

В 2001 году в журнале «Электросвязь» была опубликована статья Акимова и соавторов [403], в конце этого раздела мы приводим цитату из этой статьи. Значение этой работы трудно переоценить. Во-первых, она открывает завесу тайны над экспериментами, проведёнными в 80-х и 90-х годах, зачастую по заказу силовых ведомств. Во-вторых, если эксперименты по ЭНС прошлого века проводили «полуподпольно», стараясь не привлекать внимание к этой теме, после этой работы (несмотря на её критику) наблюдается увеличение экспериментов по ЭНС и их более открытое изложение. Авторы очень завуалировано описывают использование метода отображений:

«Исходя из сказанного, можно предположить, что за пределами ближней зоны невозможна передача информации с помощью торсионных сигналов. Однако если в структуру излучаемого торсионного сигнала ввести спиновый признак некоторой области D голограммы Вселенной, то излучаемый торсионный сигнал за пределами ближней зоны самофокусируется в её локальной области D. Нелокальному характеру взаимодействия отдельных точек квантовой голограммы ФВ [физического вакуума] соответствует нелокальный характер передачи торсионного сигнала из одной точки пространства в другую. Для торсионных систем связи роль спинового признака на передаче и на приёме играют специальные спиновые (торсионные) матрицы» [403].

Авторы ввели понятие «квантовая голограмма физического вакуума», что очень «запутало» тех, кто в последующие годы хотели повторить этот эксперимент.

Здесь необходимо остановиться на этом моменте «запутывания и недоговаривания», характерного для ранних публикаций по ЭНС. Если рассматривать в исторической перспективе работы МНТЦ «Вент», А.А. Деева, А.Ф. Охатрина, последователей А.Беридзе-Стаховского и т.д., наиболее глубоко проработанными являются два типа экспериментов, для которых собрана значительная статистика. Это эксперименты по нелокальной связи и эффекту переноса информационного действия (в различных вариантах). Однако большинство результатов не опубликованы, а опубликованные работы окружены многочисленными недоговорками и (или) перенасыщены теорией. Вот мнение Г.И.Шипова:

«Я несколько раз задавал этот вопрос А.Акимову. Почему нет публикаций отчётов? Он отвечал, что это будет сделано позже. Скорее всего, он боялся „перехвата" его работ и старался скрывать детали, отделываясь общими словами. Например, я получил от него реальную схему торсионного генератора только за год до его смерти. Остальные 15 лет совместной работы он скрывал её от меня. Это о многом говорит» [328].

Жигалов также упоминает [328], что «коллеги Акимова не один раз свидетельствовали, что опубликовано лишь несколько процентов экспериментальных результатов, проводимых по инициативе Акимова и/или при финансировании его организации». Н.А. Шам, А.Е. Акимов, В.А. Соколова дали высокую оценку приборам А.А. Деева, однако по его работам в московском НПО «Волна» и в Таллинском производственном объединении радиоэлектронной техники нет никаких публикаций (помимо сообщений в «Крокодиле» из Эстонской ССР [516]). Сходная картина наблюдается и в случае других исследователей того периода.

Учитывая оппозицию В.Л.Гинзбурга, Е.Б.Александрова и других академиков РАН к спин-торсионной тематике (подробно см. [328]), возникает вопрос: почему экспериментальные результаты не были опубликованы в полном объёме? Например, многостраничная критика Александрова работы [403] ограничивается лишь коротким абзацем, когда речь идёт об эксперименте:

«Любой эксперимент является решающим аргументом в поисках истины, если он достоверен, что практически означает, что он многократно воспроизведён независимыми исследователями. И даже в этом случае он может оставаться сомнительным, если он противоречит твёрдо установленным законам и фактам, — возможны коллективные ошибки и заблуждения» [517].

Финансовый и «идеологический» конфликт между Академией наук и ГКНТ, вылившийся в открытое противостояние последователей и противников спин-торсионных работ, был в какой-то мере усугублён политикой публикации результатов по этим направлениям. Очевидно, что открытая публикация подробных результатов могла бы несколько снизить накал общественной дискуссии, об интенсивности которой можно судить по высказываниям участников событий тех лет.

«Где-то в 1995-1996 годах мы (МНТЦ „Вент") заключили контракт о создании торсионного канала под водой. Деньги были выделены ВМФ и проводились в Санкт-Петербурге в одном огромном по площади институте. Уже после того, как были выделены деньги и подписаны документы, военные договорились о моём и А.Е. Акимова выступлении в Физтехе Санкт-Петербурга, которым руководил тогда (и руководит сейчас) лауреат Нобелевской премии, академик РАН Ж.И. Алфёров. Когда я в докладе показал формулу и сказал, что электрон при ускоренном движении должен (кроме электромагнитного поля) излучать торсионное поле, порождённое его спином, академик поднялся со своего кресла и обратился к военным: „Не давайте им денег!". Дальше события развивались так. В институте, где проходила работа, был создан канал торсионной связи (первый этап), когда торсионный генератор был в соседней лаборатории, а приёмник торсионного излучения находился внутри клетки Фарадея. Канал успешно работал, и на втором этапе приёмник должен быть находиться в клетке Фарадея под водой в бассейне. Начальник лаборатории написал о результатах положительный отчёт, который каким-то образом попал в РАН. Оттуда пришло указание — работы прекратить. Всё было остановлено. В который раз» (из интервью Г.И. Шипова об истории ЭНС).

После 2000 года начинается проработка ЭНС различными группами экспериментаторов, которые уже не были вовлечены в государственные программы.

«На рубеже 2000 годов я передавал Б.И.Лаптеву [проф., д.б.н.] в Томске из Академгородка в его институт на Обрубе, расстояние около 5 км, „информацию" о медицинском препарате следующим образом. В неточно определённое время (плюс-минус 10 минут) я клал таблетку некоего препарата на фото профессора Лаптева и всё это вместе вращал на столике с электроприводом. Скорость вращения — около 1 оборота за 5 секунд по часовой стрелке, если смотреть снизу. Продолжительность вращения — до звонка от Лаптева. Как правило, минут через 10-15 он выходил на телефонную связь по проводному телефону и говорил мне, что он чувствовал. Таких сеансов было несколько, часто ему удавалось почувствовать точный момент начала передачи и совпадающие симптомы. Время сеанса и характер таблетки точно не оговаривались. Только после сеанса связи шли уточнения. О публикациях тогда никто не думал... Ещё в 1999 году [датировано 24.11.1999] проводились эксперименты по регистрации дистанционной трансляции Т-сигнала с деформируемого элемента (титановый кружок) на такой же кружок, находящийся в контакте с торсиметром ТСМ-021. Дистанция 1,5 метра. Также есть записи о подобном эксперименте 10.03.03 с двумя куриными яйцами из одной укладки. Одно из них сваривалось на кухне, а второе измерялось торсиметром ТСМ-021 в кабинете, на расстоянии 4-5 метров. На графике отчётливо видны три стадии сваривания [см. рис. 107]» (из интервью В.Т. Шкатова об истории ЭНС).

Мы находим множество публикаций по ЭНС в сборниках «Биоэнергоинформатика и биоэнергоинформационные технологии», под ред. П.И. Госькова, и сборниках конференций, организованных людьми, близкими к МНТЦ «Вент».

Рис. 107. Рисунки к интервью В.Т.Шкатова об истории ЭНС. Опубликовано с разрешения автора.

 

Эти конференции проходили не только в России, но и в странах ближнего и дальнего зарубежья, таких как Украина, Франция, Таиланд и т.д. (см. рис. 108).

Методы создания ЭНС также расширяются. Например, в экспериментах А.Павленко, А.Русанова, Ю.Кравченко и А.Косова происходила связь между Бретанью (Франция) и Омском (Россия). Два мобильных телефона связывались друг с другом. На одном телефоне ставилась или снималась наклейка «Спинор» (то есть излучение модулировалось двоичным образом), на втором телефоне с помощью прибора ИГА-1, через 3500 км, производилась регистрация времени этой операции. Как указывают авторы, передача «неэлектромагнитного» сигнала работала в обе стороны, причём детектировать эти изменения обычными способами было невозможно. После 2000 года расширяются эксперименты с ПИД-эффектом в металлургии (см. следующие главы). Как побочный эффект этих работ было отмечено, что ЭНС наблюдается также между разливами одного и того же расплава стали [518]. Например, этот метод используется в работах В.Краснобрыжева, где ЭНС создаётся путём разрезания пластины одного расплава, в его терминологии — синглетная пара чипа-транслятора и чипа-индуктора [419].

Методы ЭНС применялись также при считывании информации с фотографий объектов. При этом использовались как химические, так и цифровые фотографии, например, для поиска полезных ископаемых [519]. «Акимову и Охатрину удалось экспериментально показать, что при фотографировании любых объектов падающие на фотоэмульсию вместе с электромагнитным (световым) потоком собственные „информационные" поля этих объектов изменяют ориентацию спинов атомов эмульсии таким образом, что спины эмульсии повторяют пространственную структуру этого внешнего поля. В результате на любом фотоснимке помимо видимого изображения всегда существует невидимое „высокопроникающее" изображение» [15]. В других работах с помощью луча лазера осуществлялось сканирование цифровой картинки [497]. Оказалось, что по такой информации можно оценить множество параметров живого организма, например, жив ли человек, изображённый на фотографии. В эксперименте по отслеживанию состояния умирающего человека по его фотографии, проведённом В.Т. Шкатовым, резкое изменение сенсорных данных однозначно коррелировало с моментом смерти [497; 520].

Рис. 108. Фотография участников президиума конференции в Киевской торгово-промышленной палате, 2003: (справа налево) И.В. Васюник (в 2007-2010 гг. вице-премьер-министр Украины, на фотографии отсутствует), М.Курик, А.Акимов, А.Павленко, А.Зубарев (главный редактор Журнала «Изобретатель и рационализатор») и А.Харченко (проректор по науке Национального авиационного университета Украины).

Фотография опубликована с разрешения А.Павленко.

После 2009-2010 годов, когда усилиями В.А.Жигалова удалось объединить разрозненные группы исследователей в рамках группы «Вторая физика» и в дальнейшем в рамках Ассоциации нетрадиционных исследований, начался новый этап технических исследований ЭНС на больших и сверхбольших расстояниях. Ещё в 2000-2001 годах А.Ю. Смирнов проводил эксперименты по дальней торсионной связи Москва — Омск и Москва — Корея с помощью геопатогенных зон. Эти работы были продолжены как в Москве, так в других городах. Получены новые данные о существовании ЭНС между идентичными техническими устройствами, а также приборами, работающими долгое время вместе [149; 521]. В мае 2011 года проводились эксперименты на расстояниях 10 000-16 000 км с использованием S-генераторов на магнитном роторе В.Замши в Австралии, электрическом роторе SEVA М.Кринкера в США, а также приёмников с твердотельным детектором AUREOLE-001-2 В.Шкатова в России и на основе 3Р-магнитометра Е.Горохова в Аргентине [501]. В 2012 году работа была продолжена с новым волоконно-оптическим S-генератором В.Замши и тем же приёмником AUREOLE-001-2 на дистанции Перт — Томск [495; 502]. Указанные работы по установлению сверхдальней связи происходили путём воздействия на фотографические изображения.

Также в 2012 году была проведена серия сеансов дальней и сверхдальней связи с сенсорами на глубокополяризованных электродах [324]. Передача сигнала была проведена между Германией и Австралией (с В.Замшей, 13 500 км), Россией и Германией (с Ю.П. Кравченко, 3200 км) и между различными городами Центральной Европы [24; 149]. Были проведены автоматизированные сеансы связи между Москвой (с В.А. Жигаловым, 2000 км) и Штутгартом, полностью без какого-либо участия человеческих операторов. Они должны были ответить на вопрос о независимой от человека природе ЭНС. В 2013-2014 годах были сделаны в какой-то мере уникальные работы с С.Н. Маслобродом (Штутгарт — Кишинёв, 1500 км) по сравнению воздействия операторов и приборных генераторов и выяснению роли временных эффектов при ЭНС [25]. Например, было показано, что, используя отображения из прошлого (старые фотографии), ЭНС создает связь между настоящими состояниями этих объектов. СВ. Замшей и В.Т. Шкатовым были проведены сеансы связи в режиме «от одного ко многим» [150]. Во всех этих работах было проделано более 300 независимых экспериментов с более чем 1200 измерениями переданного сигнала.

Таким образом, в настоящее время уже накоплен большой фактический материал по эффекту нелокальной связи, где показано наличие ЭНС в различных электронных, химических, физических и биологических макросистемах [13; 15; 26; 522]. Одна из современных гипотез, объясняющих эффект нелокальной связи, заключается в так называемой макроскопической запутанности (macroscopic entanglement). Она связана с когерентным состоянием макроскопических тел, по аналогии с квантовой запутанностью на микроуровне [505]. Достижению макроскопически запутанных состояний в multi-body системах посвящено немало теоретических и экспериментальных работ, например [224; 426], поскольку это тесно связано с созданием квантового компьютера. Одним из основных затруднений является наличие сильных внутренних взаимодействий и взаимодействий с окружающей средой в макроскопических телах, которые вызывают декогерентность их состояний. Если теоретические работы и технические эксперименты 80-90-х годов по ЭНС проводились в основном в СССР, сейчас наблюдается расширение этих работ в Европе, Азии и США. Перед тем как начать более подробное описание некоторых из этих экспериментов, мы хотели бы привести цитату из революционной работы А.Е. Акимова и соавторов, уже с точки зрения критической массы материала, накопленного в настоящем.

Далее цитата из статьи Акимова А.Е., Тарасенко В.Я., Толмачёва С.Ю. «Торсионная связь — новая физическая основа для систем передачи информации» («Электросвязь», №5, 2001). Комментарии: «торсионный» — принятая авторами гипотеза, объясняющая работу приборов; «унифицированный торсионный передатчик» — Большой Генератор Акимова; «адресный признак» — слайд-позитив (фотография) соответствующего растения; С.Ю. Толмачёв — начальник кафедры Академии ФСБ.

«Впервые в мире передача двоичных сигналов по торсионному каналу передачи информации была осуществлена в Москве (СССР) в апреле 1986 года. Этим работам предшествовали успешные эксперименты в 70-е годы, выполненные в Московском НИИ радиосвязи...

Исходя из этого, была выбрана следующая схема эксперимента. Торсионный передатчик был размещён на первом этаже здания около кольцевой автомобильной дороги г. Москвы, а торсионный приёмник находился в центральной части г. Москвы. Расстояние между этими пунктами по прямой составляло 22 км. Торсионные передатчик и приёмник не имели устройств, выполнявших функции антенн, вынесение которых, например, на крыши домов позволило бы обойти здания и рельеф местности. В силу неэлектромагнитной природы торсионных волн эффект отражения по аналогии с отражением коротких волн от ионосферы был исключён. Таким образом, торсионный сигнал от передатчика к приёмнику мог распространяться только по прямой через рельеф местности и железобетонные стены всех зданий, находящихся на пути сигнала.

С учётом плотности застройки в Москве препятствия на пути торсионного сигнала, создаваемые зданиями, были эквивалентны железобетонному экрану толщиной более 50 м. В действительности ситуация была ещё более сложной. Известно, что для равнин дальность до линии горизонта составляет около 5 км. Поэтому при дистанции в 20 км по прямой между двумя точками на поверхности Земли траектория торсионного сигнала проходила около 10 км сквозь толщу влажной земли, что для обычно используемых радиотехнических систем связи практически невозможно.

На передающем конце торсионного канала связи использовался торсионный передатчик конструкции А.А. Деева. В качестве торсионного приёмника применялась биоэлектронная система. Её работа основывалась на свойстве клеток тканей изменять проводимость мембран под действием торсионного поля. Это свойство было в неявном виде установлено В.А. Соколовой в 1982 году, а в 1990-м и другими исследователями. Возможность дальних дистантных влияний торсионного поля на проводимость тканей вслед за работами В.А. Соколовой, но на другой аппаратурной базе, была подтверждена в начале 1986 года в работах, выполненных под руководством И.В. Мещерякова. В этих исследованиях впервые в явном виде было экспериментально показано, что при изменении знака торсионного поля меняется знак электрической проводимости тканей относительно среднего уровня. Это указывало на возможность использования биосистемы для приёма двоичных сигналов: одному двоичному сигналу (одному знаку поля) можно поставить в соответствие один уровень проводимости биосистемы, а другому двоичному сигналу (другому знаку поля) — другой уровень проводимости, находящийся на другой стороне относительно уровня, соответствующего проводимости биосистемы в отсутствии торсионного поля.

В первом цикле экспериментальных сеансов связи передача сигналов осуществлялась в адресном режиме на систему из пяти приёмников. В месте приёма торсионного сигнала на интервале времени ожидания передачи (6 ч) не были известны: время начала передачи, структура передаваемого сигнала, а также номер приёмника, на который будет осуществлена передача. Сигнал принимался без ошибок именно тем приёмником, адресный признак которого был использован при передаче.

Во второй серии экспериментальных сеансов передачи торсионных сигналов торсионный передатчик был размещён на пункте приёма. Это соответствовало нулевой длине трассы связи и отсутствию поглощающих сред. В этом случае торсионные сигналы не отличались по интенсивности от сигналов, проходящих через поглощающие среды. Это было свидетельством отсутствия поглощения торсионных сигналов различными средами. Именно это и предсказывалось теорией.

Сам факт передачи и приёма торсионного сигнала был столь же значим, как и первые опыты А.С. Попова и Г.Маркони для всего дальнейшего развития радиосвязи. Успешно выполненные эксперименты означали революцию, начало новой эпохи в задачах передачи информации. С их помощью была продемонстрирована возможность дистантной передачи торсионной информации, а также передачи торсионных сигналов через поглощающие среды без ослабления при малых мощностях энергопотребления передатчика (30 мВт), которое было необходимо лишь для формирования торсионного сигнала...

За исключением экспериментов 1986 года по передаче информации по торсионным каналам связи, все последующие работы выполнялись с использованием унифицированного торсионного передатчика (габаритные размеры 500×500×400 мм, масса 4,5 кг). Этот передатчик позволяет перестраивать несущую, регулировать интенсивность выходного сигнала, работать с любым видом модуляции. Таким образом, обеспечивается совместимость радио- и проводной связи с торсионной, что отвечает, по крайней мере, идеологии семиуровневого протокола Р.Сибсера [33] в средствах и комплексах связи».



mylektsii.su - лНХ кЕЙЖХХ - 2015-2022 ЦНД. (0.011 ЯЕЙ.)бЯЕ ЛЮРЕПХЮКШ ОПЕДЯРЮБКЕММШЕ МЮ ЯЮИРЕ ХЯЙКЧВХРЕКЭМН Я ЖЕКЭЧ НГМЮЙНЛКЕМХЪ ВХРЮРЕКЪЛХ Х МЕ ОПЕЯКЕДСЧР ЙНЛЛЕПВЕЯЙХУ ЖЕКЕИ ХКХ МЮПСЬЕМХЕ ЮБРНПЯЙХУ ОПЮБ оНФЮКНБЮРЭЯЪ МЮ ЛЮРЕПХЮК